Category: Гамбург

Пламя обновления

Тем, как выглядит сегодня центр нашего города, мы обязаны не только архитекторам и строителям, но и, как это ни странно звучит, «рукотворной»  катастрофе прошлого – опустошающему пожару 1842 года.

Понятно, что никакая человеческая трагедия (а в той огненной стихии погибли 50 жителей Гамбурга, и еще 20 000 остались без крова) не может нести в себе позитивных моментов. К тому же 170 лет назад город потерял множество исторических зданий, построенных задолго до середины XIX века. Пожаром были  уничтожены городские ратуша, архив и банк, коммерческий центр со старой биржей, три церкви (в том числе St. Nicolai und St. Petri), 102 склада и еще примерно 1700 жилых и административных зданий.

Но именно после Большого пожара началось крупнейшее в истории нашего города обновление его центральной части со 160-тысячным населением. В то время он занимал гораздо меньшую площадь, чем сегодня, и огнем было разрушено более четверти его кварталов. Пламя опустошило 41 улицу, но вскоре на месте сгоревших (по большей части деревянных) строений стали возникать каменные здания, построенные в соответствии с новейшими архитектурными тенденциями того времени. Так закладывалась основа нынешнего облика центральных кварталов города.

Относительно конкретных причин возникновения пожара и сегодня существуют разные версии, однако о том, откуда он начался, специалистам удалось прийти к единому мнению. В час ночи 5 мая 1842 года сторожа заметили пламя в доме № 42 по Deichstraße, что на канале Nikolaifleet. Известно, что жил в этом доме мастер по изготовлению сигар. Погода стояла теплая, сухая и ветреная, поэтому  прибывшим на место пожарным не удалось потушить огонь и предотвратить его распространение на другие дома. Тесная застройка и отсутствие брандмауэров усугубляли ситуацию. Пламя перекинулось даже на восточный берег канала, но здесь его небольшие очаги быстро ликвидировали, и Кремон /?/ не пострадал.

Ветер нес огонь в основном на север и северо-восток, в сторону церкви св. Николая. Встревоженные городские власти планировали даже взорвать несколько зданий, чтобы отрезать путь пламени, однако фронт пожара к тому времени был уже слишком широк, и от этой мысли пришлось временно отказаться. К утру 5 мая огнем был охвачен почти весь квартал Nikolaiviertel. В полдень в церкви св. Николая еще успели провести богослужение, но к четырем часам дня загорелась колокольня, которая позже обрушилась на здание церкви и подожгла его.

К вечеру пожар добрался и до городской ратуши, располагавшейся тогда на площади у Trostbrücke (сейчас на этом месте находится здание Патриотического общества). К тому времени из нее уже вывезли большинство документов, и здание решено было взорвать. Однако это удалось лишь частично, и в полуразрушенной ратуше огонь нашел себе достаточно пищи, чтобы идти дальше.

6 мая ветер дул преимущественно на север, и пожар стал угрожать новой бирже, построенной буквально полгода назад, в декабре 1841 года. Хотя огонь бушевал почти со всех сторон здания, его каким-то чудом удалось отстоять. К вечеру пламя добралось до площади Gänsemarkt, но его дальнейшее распространение на запад предотвратили самоотверженность пожарных и целевое разрушение зданий взрывами. К сожалению,  пожар не без помощи ветра нашел себе дорогу в северном, северо-восточном и восточном направлениях. Документальные источники утверждают, что ночью багровое зарево над Гамбургом было видно за 50 километров от города.

7 мая полностью выгорела церковь св. Петра, огонь дошел до Малого Альстера, включая набережную Jungfernstieg и нынешнюю Ballindamm, которая, кстати, именно после Большого пожара и была отстроена – тогда еще под названием Alsterdamm. Река стала естественной преградой на пути огня, с северо-восточной стороны его ограничил относительно широкий Glockengießerwall. 8 мая  пожар пошел на убыль – последним сгоревшим зданием стал один из домов на Kurze Mühren. Как раз в этом районе впоследствии и появилась улица с весьма «говорящим» названием Brandsende.

Следует отметить, что борьба с пожаром стала делом чести не только самих жителей Гамбурга – к ним активно подключились ближайшие соседи из Альтоны, Веделя, Вандсбека. Более того, прибыли на подмогу огнеборцы из Геестхахта, Штаде, Лауэнбурга, Любека и даже Киля. В годовщину пожара за особые заслуги в организации борьбы с ним были удостоены звания почетного гражданина Гамбурга бургомистр Бремена и обер-президенты Альтоны и Магдебурга. Наиболее отличившимся рядовым гражданам вручали памятные медали и монеты, отлитые из оплавленных в огне церковных колоколов.

Катастрофа помешала большому событию в экономической жизни города: на 7 мая было назначено торжественное открытие первого, 16-километрового, участка железной дороги, проложенной от центра Гамбурга до Бергедорфа. Вместо почетных гостей на поезде пришлось вывозить из горящего города многочисленных беженцев. Официальный ввод железнодорожной трассы в эксплуатацию перенесли на 17 мая и провели по понятным причинам без излишней помпы.

Пожар стал большим потрясением для экономики Гамбурга. Страховое общество Hamburger Feuerkasse еще 40 лет потом выплачивало кредиты, которые ему пришлось взять, чтобы возместить ущерб всем пострадавшим от огня домовладельцам. Однако именно большая площадь разрушений позволила фактически заново спланировать всю центральную часть города и радикально модернизировать его инфраструктуру. Проектные работы начались уже в мае под общим руководством английского инженера Уильяма Линдли, много сделавшего для Гамбурга. Активную роль в создании нового городского облика сыграли также архитекторы Алексис де Шатонёф и Готтфрид Земпер (Alexis de Chateauneuf, Gottfried Semper).

Наибольшие изменения претерпел в итоге район Малого Альстера, где возник новый административный центр Гамбурга. Здесь были засыпаны два канала, что обеспечило достаточно места для будущей ратуши и площади перед ней. Но до закладки в фундамент здания  первого камня оставалось еще 44 года.

Малому Альстеру придали нынешнюю прямоугольную форму, а вокруг возвели дома, построенные в традиционном для Германии середины XIX века романском стиле, для которого характерны арочные своды галерей и оконных проемов. Яркий пример такой архитектуры – комплекс Alsterarkaden Алексиса де Шатонёфа. К сожалению, многие  из зданий, построенных после Большого пожара, были разрушены во время бомбардировок Гамбурга в ходе Второй мировой войны.

Благодаря Уильяму Линдли город первым в Европе получил современную канализацию с подземным отводом стоков. Талантливый английский инженер  модернизировал наш водопровод и создал систему освещения улиц газовыми фонарями взамен прежних масляных ламп. Большой объем восстановительных работ вызвал настоящий бум в производстве строительных материалов и особенно кирпича. Значительные инвестиции в эту отрасль способствовали возрождению города и уверенному росту его экономики.

Текст: Константин Раздорский

Более 220 000 гамбуржцев  живет в тех центральных районах, где концентрация загрязняющих веществ в атмосфере превышает нормы, установленные на территории Евросоюза. Больше всего забот доставляют оживленные магистрали – Willy-Brandt-Straße, An der Alster, Lange Reihe, Gärtnerstraße, Doormannsweg  и Stresemannstraße. Главный враг чистого воздуха – побочный продукт автомобильного движения и судоходства – диоксид азота.  Его количество несмотря на многие реальные усилия города пока что оставляет желать лучшего. Как и повышенный уровень шума, от которого страдают 130 000 человек. Всему этому власти намерены положить конец. Сенатор по вопросам экономики Франк Хорьх (Frank Horch) заявил, что до конца года совместно с ведомством экологии, а также Торговой и Ремесленной палатами будет разработана специальная концепция экологического партнерства. Районные власти должны представить планы решения проблем, на выполнение которых будут выделены денежные средства.

Правительство города намерено содействовать и дальнейшему распространению электромобилей. А на расширение автобусного парка на гибридном и водородном топливе планируется израсходовать до 2020 года 259 миллионов евро. Что касается судоходства, то одно из крупнейших круизных пароходств «Aida» уже обязалось в скором времени перейти с дизельных моторов на газовые.

Со своей стороны руководство Европейского Союза уже несколько лет назад указывало  на необходимость достижения определенных нормативов и выделило время на подготовку. И если руководство нашего города в самом ближайшем будущем не представит перечня конкретных мер для выполнения поставленных требований, придется платить миллионные штрафы. Об этом сообщила газета «Hamburger Abendblatt».

Подготовила Екатерина Филиппова

Это здание – горький символ трагедии еврейского народа. Ballinhaus, построенный архитекторами-евреями и названный в честь предпринимателя-еврея, стал источником смерти для миллионов их соплеменников.

Десятиэтажное здание, расположенное рядом с Chilehaus, теперь больше известно как Meßberghof. Первоначальное название конторского комплекса исчезло с карты Гамбурга в 1938 году по приказу гауляйтера города Карла Кауфмана – нацисты избавлялись от всего, что напоминало о евреях. И можно только удивляться, как прежнее название здания смогло в тех условиях продержаться пять лет – со времени прихода Гитлера к власти. Оно, кстати, официально не восстановлено до сих пор. Правда, в 1997 году тогдашний владелец здания, предприятие концерна Deutsche Bank, заявлял о своем намерении вернуть комплексу старое имя, но пока все остается по-прежнему.

После эпидемии холеры 1892 года район ветхих домов, располагавшийся южнее современного Главного железнодорожного вокзала, снесли по санитарным соображениям. На этом месте десятилетия спустя запланировали целый квартал железобетонных конторских зданий с облицовкой из клинкерного кирпича. Каждое сооружение должно было иметь индивидуальный характер, поэтому проектировали их разные специалисты. Ballinhaus строили в 1922-1924 годах по чертежам Ханса и Оскара Герзонов – архитекторов еврейского происхождения.

В 1907 году они основали в Альтоне архитектурное бюро Gebr. Gerson и до начала Первой мировой войны разработали проекты около двадцати частных домов и загородных вилл по заказам гамбургских купцов и финансистов. Успешная работа приносила им постоянный доход, что со временем позволило братьям стать известными в городе меценатами и коллекционерами произведений искусства. В 1920 году в состав их бюро вошел и младший брат Эрнст, возвратившийся к тому времени из русского плена.

Gebr. Gerson специализировалось на клинкерных фасадах, и нет ничего удивительного, что этой фирме доверили проектировать один из наиболее крупных объектов в будущем квартале конторских домов. Здание на улице Meßberg 1 строили по заказу акционерного общества Aktiengesellschaft für In- und Auslandsunternehmungen. Здесь планировалось разместить множество офисов различных компаний. Конторским домам по уже сложившейся традиции давали имена, и этот новый комплекс назвали Ballinhaus – в честь ушедшего из жизни в 1918 году Альберта Баллина, генерального директора судовладельческой компании HAPAG (Hamburg-Amerikanische Packetfahrt Aktiengesellschaft).

В конце XIX и начале XX веков эмиграция из Европы в Новый Свет представляла собой целую индустрию, в которой Баллин играл одну из ведущих ролей. И когда век спустя в Гамбурге создали своеобразный музей эмиграции, он не случайно получил название Ballinstadt. Альберт сам был сыном иммигранта – датского еврея, который так и не научился писать по-немецки. Служебную карьеру Баллину-младшему пришлось начинать в 17 лет после смерти рано умершего отца. Став самостоятельным коммерсантом, 22-летний гамбуржец убедил судовладельца Эдварда Карра выделить два грузовых парохода целиком под перевозку эмигрантов. До этого пассажиры были на таких судах чем-то вроде дополнения к остальному грузу: основным бизнесом пароходных компаний была все же доставка товаров.

С годами клиентами гамбургских судовладельцев, занимавшихся перевозками в Америку, становилось все больше подданных Российской империи. Убийство в 1881 году царя Александра II привело к участившимся еврейским погромам, потенциальные жертвы которых вынуждены были искать спасения за океаном. Поток пассажиров все возрастал, требовалось все больше судов. Альберт Баллин, ставший руководителем HAPAG, сделал ставку на быстроходные суда с двумя гребными винтами, когда это считалось еще довольно рискованным делом.

В 1898 году HAPAG уже был крупнейшей в мире судовладельческой компанией, имеющей 58 собственных пароходов и 113 зафрахтованных судов. Именно Баллин сделал самостоятельным направлением бизнеса морские круизы, главная цель которых – уже не переезд морем из одной страны в другую, а сам отдых на борту судна в южных широтах. В общем, это был человек, вполне достойный, чтобы его именем назвали офисный комплекс в родном городе. Но с точки зрения нацистов у покойного предпринимателя был один крупный недостаток – его неарийское происхождение. Поэтому в 1938 году Ballinhaus превратился в Meßberghof.

Примерно в это же время Оскару Герзону удалось эмигрировать в Калифорнию, а Эрнст еще раньше перебрался в Новую Зеландию. Их старший брат Ханс, умерший в 1931 году, не дожил до того позорного дня, когда его родственников исключили из Союза немецких архитекторов только потому, что они евреи. Но пережившему нацизм автору проекта Ballinhaus было особенно больно узнать, что его детище сыграло печальную роль в мировой истории, невольно став средоточием зла и символом смерти – в особенности для евреев.

В 1928 году среди многочисленных арендаторов помещений в здании Ballinhaus появилась фирма Tesch & Stabenow, специализировавшаяся на производстве и применении средств дезинфекции и дезинсекции. В Гамбурге она являлась фактически монополистом по химической обработке холодильников, складских помещений и судовых трюмов. Одним из наиболее популярных инсектицидов был разработанный в 20-е годы препарат Zyklon B, выделявший пары синильной кислоты. Им, в частности, обрабатывали одежду солдат вермахта для борьбы со вшами.

Однако синильная кислота смертельна не только для насекомых, но и для человека. И очень скоро Zyklon B стали применять в газовых камерах для уничтожения людей – впервые это произошло в конце 1941 года в концлагере Аушвиц (Освенцим). С точки зрения командования СС препарат был очень эффективен: четырех его килограммов хватало для убийства тысячи заключенных. Поэтому Tesch & Stabenow поставляла Zyklon B во многие концлагеря уничтожения во все возрастающих объемах.

В 1946 году в Гамбурге владелец фирмы Бруно Теш и его заместитель Карл Вайнбахер были приговорены британским военным судом к смерти на виселице. На их совести – сотни тысяч (если не миллионы) заключенных самых разных национальностей, но больше всего – евреев. Для всего цивилизованного мира Zyklon B на долгие годы стал символом безысходности и смерти. И это отношение люди переносят на гамбургский Meßberghof, в котором за будничной конторской работой стояли массовые убийства невинных людей.

Но символично и другое: в этом же здании сейчас расположен германский офис международного благотворительного фонда «Эбен-Эцер» (Ebenezer Hilfsfonds Deutschland e. V.). Он служит примирению между народами, оказывает гуманитарную помощь жертвам Холокоста и вообще евреям, а также способствует их возвращению на историческую родину — в Израиль.

27 января по решению ООН 2005 года во всем мире отмечается день поминовения жертв Холокоста. Дата выбрана не случайно: в этот день в 1945 году советские солдаты освободили оставшихся в живых узников концлагеря Аушвиц-Биркенау. В Германии 27 января стали отмечать в 1996 году по предложению федерального президента Романа Херцога. Каждый год мы отдаем дань памяти всем, кто погиб от рук нацистов – евреям и цыганам, противникам режима и военнопленным, инакомыслящим и угнанным на принудительные работы.

Текст: Андрей Нелидов

Фото: Е. С.

«Chocoversum» – настоящая шоколадная Вселенная появилась в конце прошлого года в нашем городе в доме № 1 на  Meßberg

Шоколад повышает настроение взрослым и делает счастливыми детей. Теперь у нас есть все шансы оказаться и счастливее, и оптимистичнее. Для этого нужно пойти на новую выставку, девизом которой можно считать «Всё о шоколаде». Выставочные помещения «Chocoversum» оборудованы владельцами знаменитой бременской кондитерской фабрики HACHEZ совместно с гамбургскими предпринимателями. Подобный проект уже был осуществлен фирмой Hachez в ее родном Бремене, правда,  значительно меньшего масштаба. Речь идет о выставке, которая проходит в помещения комплекса «Universum».

И вот теперь большие – 1200 кв. м – выставочные павильоны открыты в мегаполисе на Эльбе. Интерактивный проект рассчитан на многочисленных туристов, на семьи с детьми и школьные классы. Организаторы уверены, что в год выставку посетит до 250 тысяч человек.

«Шоколадная Вселенная» ознакомит с многогранной жизнью плода дерева какао. Зимний сад в самом начале выставки представляет растения экваториальных лесов, где растет шоколадное дерево. Проследив пусть его маленького боба до гамбургского порта, можно принять участие в разгрузке мешков с ценным грузом. Тем и хороша концепция интерактивной выставки, что позволяет ко многим экспонатам «приложить руку», почувствовать себя вовлеченным в процесс. Особенно это важно для детей, помогает им лучше усвоить информацию.

Выставку можно сравнить с производственным цехом фирмы HACHEZ. Как и в заводском цеху, перед посетителем проходит весь цикл производства шоколадных изделий. От обжаривания какао-бобов и получения шоколадной массы до изящно упакованной и готовой отправиться к потребителю плитки шоколада.

Особый раздел посвящен положительному воздействию шоколада на организм человека. Содержащиеся в шоколаде флавоноиды полезны для работы сердца и сосудов, что подтверждается всеми врачами. Ценное масло какао-бобов используется и в медицине, и в парфюмерной промышленности.

В залах «Chocoversum» можно провести детский день рождения, прослушать различные курсы. А в помещениях «Aroma-Atelier» проводятся дегустации, причем – не только  шоколада. Вам  расскажут  об особенностях выращивания редких сортов, предложат их продегустировать,  чтобы, как говорится в одной рекламе, почувствовать разницу. В подарок вы получите кофейные зерна, из которых дома можно вырастить свое деревце. Оно, как  показывает опыт,  получается очень красивым.

Покидая выставку, как не зайти в ее магазинчик, из которого так зовуще пахнет какао. Самое время купить немного «шоколадной Вселенной» для дома, чтобы сладкое счастье длилось как можно дольше.

Билеты: для  взрослых –  9,50, для детей (с 6 лет) – 6 евро. www.hachez-chokoversum.de

Для групп от 10 человек есть возможность организовать экскурсию по выставке с русскоязычным гидом, стоимость билета 8 евро, экскурсовод – 50 евро. Предварительная запись по тел. 040 41 91 230-0

Немного о фирме Bremer HACHEZ Chocolade GmbH & Co. KG.

У  фабрики Hachez – давняя история. Фамилия Hachez читается на французский манер «Хаше», так как  ее носят выходцы из Бельгии. Кондитерская фирма основана Йозефом Хаше в Бремене в1890 году. С тех пор она существует под названием Bremer HACHEZ Chocoladе, причем слово «Chocolade»  – смесь немецкого «Schokolade» и французского «Chocolat».

Головное предприятие, на котором трудится 425 человек, по-прежнему находится в Бремене. В фабричном здании под одной крышей проходит весь производственный цикл: от обжаривания какао-бобов до выхода уже упакованной продукции – плиточного шоколада и конфет.

Текст: Татьяна Борисова