Текст: Андрей Нелидов
На вопрос, где живет самый популярный в Германии композитор, певец и продюсер Дитер Болен, многие отвечают не задумываясь: под Гамбургом. И это дает нам право считать его своим, хотя поселок Тетензен (Tötensen), в котором находится вилла поп-звезды, относится уже к Нижней Саксонии.
Чтобы говорить о Дитере именно в февральском выпуске журнала, нужен был серьезный повод. Искать его не пришлось: как раз в этом месяце звезда немецкой поп-музыки отмечает 60-летие. Ровесникам Болена этот факт лишний раз напоминает о быстротечности времени: кажется, только что мы дружно отплясывали под Modern Talking, а ведь по российским меркам пора уже пенсию оформлять. Многое изменилось в нашей жизни и в нас самих, только вот Дитер все так же Болен, все так же востребован и успешен. Такие «долгожители» не могут не раздражать, но объективность заставляет снимать перед ними шляпу: в том, что Дитер заслужил свой успех и свои миллионы, сомнений нет ни у кого.
Согласно древней легенде, фригийский царь Мидас превращал в золото все, к чему прикасался. То же самое можно сказать и о Болене, который к тому же более универсален в выборе драгоценных металлов: по числу продаж его пластинок в разных странах мира за ним числятся 3 серебряных, 66 золотых и 47 платиновых дисков. И в отличие от вышеупомянутого властителя Фригии, он обязан своими золотоносными талантами певца, композитора и продюсера не мифологическому Дионису, а лишь самому себе. Высшее образование у Дитера – экономическое: консерваториями в его биографии и не пахнет. Как вокалист и композитор он в большой степени самоучка – музыку начал сочинять еще в школе.
И поскольку мы сейчас переместились почти в начало его жизненного пути, то заодно пройдем чуть дальше – до самого рождения. Дитер Болен (Dieter Günther Bohlen) появился на свет 7 февраля 1954 года в нижнесаксонском Берне под Бременом. Часть детских лет провел с родителями на крайнем северо-западе страны, в Восточной Фризии, потом семья переехала в Ольденбург. Особенно любопытен тот факт, что в юности будущий миллионер входил в молодежную организацию Sozialistische Deutsche Arbeiterjugend (SDAJ), а после этого немецкого «комсомола» некоторое время был членом Коммунистической партии Германии. Правда, позднее одумался и отошел от политики.
Уступая желанию родителей, Дитер окончил в 1978 году университет Геттингена, став дипломированным коммерсантом. Хотя экономические знания ему впоследствии все же пригодились, он уже знал, что делом всей жизни для него будет музыка. С конца 70-х годов Болен писал шлягеры для гамбургского музыкального издательства Intersong и одновременно продюсировал таких же молодых исполнителей, как он сам. Попробовал себя в вокале, став членом берлинской группы Sunday, выступал в дуэте Monza, в составе которого записал на диск свой первый сингл «Hallo Taxi Nummer 10». Правда, эта пластинка осталась практически незамеченной.
Неудача не остудила творческого пыла молодого музыканта: энтузиазма у Болена было хоть отбавляй. В 1980 году он стал продюсером берлинской фирмы грамзаписи Hansa и попытался начать сольную карьеру под своим первым псевдонимом Стив Бенсон (Steve Benson), которых потом будет еще много. Увы, этот проект тоже не увенчался успехом: ни один из трех его синглов не смог пробиться даже в сотню лучших песен немецких чартов.
Первого относительного успеха Дитеру пришлось ждать до 1983 года, когда на немецком отборе к конкурсу «Евровидения» Бернд Клювер (Bernd Clüver) занял третье место с написанной Боленом песней «Mit 17». Дальше дело пошло чуть поживее, хотя творческий союз с вокалистом Томасом Андерсом (Thomas Anders) поначалу тоже ничего хорошего не сулил. Шесть синглов Дитера с немецкими текстами в исполнении Андерса успеха не принесли. Тогда Болен кардинально меняет подход к делу и осенью 1984 года создает англоязычный дуэт под названием Modern Talking, в котором выступает сразу в трех ипостасях: продюсера, композитора и исполнителя.
Долгожданный прорыв произошел в январе 1985 года: однажды утром Дитер Болен и Томас Андерс проснулись знаменитыми. За два года песни дуэта пять раз поднимались на первые места в немецких хит-парадах и долгое время удерживали их за собой. Modern Talking рвали европейские, африканские и азиатские чарты, как Тузик грелку. Это был пик мировой популярности поп-группы из Германии, и мы с вами тоже помним, как это было.
Однако уже в 1987 году дуэт распался из-за постоянных ссор его участников. Болен стал выступать соло, создав для себя группу Blue System, а также занялся продюсированием открытой им певицы Каролины Катарины Мюллер (Caroline Catharina Müller). Новый проект получил название C. C. Catch и оказался весьма успешным. Но надолго его опять не хватило: исполнительница и продюсер «не спелись».
Дольше всего – одиннадцать лет – продержался проект Blue System. И то лишь потому, видимо, что Болен со своим непростым характером был там полным хозяином и ему не с кем было особенно ссориться. Но пришел конец и этой группе, успевшей, впрочем, выступить в СССР. Потом неожиданно решил воссоединиться дуэт Modern Talking. Вторая попытка сотрудничества Дитера и Томаса продолжалась дольше, чем первая, но была менее успешной творчески – их старые песни пользовались большей популярностью, чем новые. Через пять лет дуэт распался окончательно.
Тем не менее, можно только поражаться энергии Болена, который ни минуты не сидел без дела. Если у него не было своего долговременного проекта, он сочинял музыку для других исполнителей, в том числе для весьма знаменитых – например, для Бонни Тайлер (Bonnie Tyler) или бывшего солиста группы Smokie Криса Нормана (Chris Norman). С песнями Дитера традиционно выступают участники конкурса «Евровидения» – причем не только от Германии. На его счету более десятка престижных наград, среди которых премия за жизненный вклад в поп-музыку.
Как продюсеру, Болену постоянно приходилось работать с начинающими исполнителями, выискивая среди них молодые таланты. Эта работа вышла на новый уровень в 2002 году с появлением на канале RTL сначала телевизионного музыкального конкурса «Deutschland sucht den Superstar» (DSDS), а потом и шоу «Das Supertalent». Дитер стал бессменным членом их жюри, и это, похоже, было осознанным решением руководства канала. Болен имеет возможность отбирать лучших – с его точки зрения – исполнителей, а затем продюсирует итоговый альбом победителей конкурса. За это он ежегодно получает от RTL более миллиона евро, которые в итоге окупаются сторицей.
Конкурс DSDS в немецкой печати не раз критиковали за излишнюю зависимость от взглядов и музыкальных пристрастий «бессмертного» члена жюри. Дитер Болен ведет себя на съемках, как царь и бог, частенько унижая исполнителей своими едкими замечаниями и не всегда справедливыми оценками. Его комментарии, не лишенные остроумия, давно стали притчей во языцех: «Ты поешь, как садовый гном, подсевший на экстази», «Чувствуется, что ты любишь музыку, но любовь эта односторонняя», «По статистике 80% немцев не умеют петь, причем 79% приходится на тебя», «В моем организме такие звуки выходят из другого отверстия». На критику в адрес «динозавра» DSDS руководство канала предпочитает не обращать внимания: легкая скандальность шоу лишь повышает его рейтинги.
Что же касается личной жизни Дитера, то желтая пресса заработала на ней большие деньги: своих жен Болен менял с той же частотой, что и музыкальные проекты. У него пятеро детей, а с таким папой их будущее можно считать вполне обеспеченным.
60 лет – еще далеко не конец жизни, но даже того, что Дитер уже сделал в поп-музыке, любому другому человеку хватило бы для окончательного подведения итогов. Поэтому единственное, чего можно пожелать нашему «почти земляку», – не понижать творческую планку.
27 января во всех землях Германии отметили день памяти жертв национал-социализма. Общественность нашего мегаполиса тоже не осталась в стороне.
Через 70 лет после окончания нацистской оккупации Белоруссии IBB напоминает о преступлениях, совершенных в концлагере Тростенец, который мало известен в Западной Европе. А ведь там были уничтожены в том числе многочисленные евреи из Гамбурга и других городов Германии. Вот как определяет цели своей организации Петер Юнге-Вентруп (Peter Junge-Wentrup): «Мы хотим с помощью таких бесед с очевидцами событий внести свой посильный вклад в установление понимания и примирения».
Гамбург столетиями воевал с пиратами. Наиболее известна битва, проведенная славным военачальником Симоном фон Утрехтом, – разгром и пленение Стертебекера с последующей его казнью в 1401 году. Но не все знают, что после казни пиратов их подельники продолжали грабить суда в Приэльбье. Пока у морских разбойников имелись базы во Фрисланде, они были неуловимы и непобедимы. Только через 30 лет тот же Симон фон Утрехт, тогда уже бургомистр Гамбурга, в результате нескольких военных экспедиций разгромил войска фризов и подчинил их.
Король Англии Эдуард IV стал очень плохо обходиться с ганзеатами. В 1468 году он лишил их привилегий и ликвидировал Stahlhof – резиденцию Ганзы в Лондоне. Это было время войны Алой и Белой розы. Англия была всецело занята внутренними междоусобицами, и ганзеаты посчитали возможным принудить ее к миру. Гамбург и Бремен собрали сильный флот и устроили несколько рейдов устрашения вдоль английского берега. Они разоряли селения, грабили и убивали людей, пленных вешали на реях, чтобы было видно с суши. Англичане сопротивлялись, но безуспешно. Ганзеаты высоко ценили свои военные свершения и наградили своего лучшего военачальника Пауля Бенеке почетным титулом „eddler Düdscher Held“ (благородный немецкий герой). В 1474 году делегация Ганзы, возглавляемая бургомистром Гамбурга, провела переговоры. В результате англичане вернули немцам все привилегии, восстановили Stahlhof и выплатили огромные репарации – 10 тысяч фунтов стерлингов.
Далее драма развивалась так. Ганзеаты и их союзники получили сообщение, что накануне, 24 апреля, главные силы протестантов в сражении под Мюльбергом потерпели поражение, а их глава, курфюрст Саксонии Иоганн Фридрих, взят в плен.
После Тридцатилетней войны наступила пора длительного мира. Горожане расслабились и даже уволили за ненадобностью 500 милиционеров. И поэтому, когда в 1660 году люди герцога Заксен-Лауенбургского захватили гамбургских свиней, которые с незапамятных времен нагуливали жир на желудях в лесу Sachsenwald, в городе прозвучала настоящая военная тревога, и в лес послали вооруженный отряд. Он оказался таким многочисленным, что герцогским солдатам пришлось ретироваться. Когда победоносные войска – естественно, без потерь – вернулись в город, их дружно осмеяли. Еще долго по городу ходили рассказы о «славной свиной войне» (Schweinekrieg). Военную опасность гамбуржцы стали воспринимать как анекдот…
