Category: Гамбург

Текст: Андрей Нелидов

 

Точка отсчета

Недавняя выставка в Ратуше рассказала посетителям об истории гамбургских электрических сетей, созданных в далеком 1894 году.  

Рождение любой компании – процесс прежде всего юридический. 15 марта 1894 года у канцелярии нотариуса Германа Штокфлета на Große Bäckerstraße собралась группа солидно одетых мужчин. Это были представители нескольких банков, а также энергетических, судовладельческих и торговых компаний. Подписав у нотариуса соответствующие документы, они стали учредителями нового предприятия, в котором тогда остро нуждался весь город, – Hamburgische Electricitäts-Werke AG (HEW). Акционерное общество объединило  местные электрические сети. Стартовый капитал компании составил шесть миллионов марок.

Главой наблюдательного совета HEW был избран гамбургский банкир и аристократ, барон Конрад Хинрих фон Доннер. Ведущим инженером, ответственным за техническую часть проекта, стал специалист из Баварии Макс Руппрехт. Кадровый состав нового предприятия был немногочисленным: к примеру, коммерческий отдел, располагавшийся в то время на Gänsemarkt, в доме № 22, насчитывал всего 11 сотрудников. Клиентская сеть тоже была не так уж велика – примерно 3 000 подключений, в том числе сотни две так называемых «недельных потребителей» – клиентов с краткосрочными договорами.

Век спустя HEW из небольшой фирмы превратился в мощное предприятие, загадочная штаб-квартира которого привлекала внимание всякого, кто ехал в направлении аэропорта по Sengelmannstraße. Построено здание по проекту выдающегося датского архитектора Арне Якобсена. Уступы огромных плоских коробок с черным стеклянным фасадом и полным отсутствием каких-либо «опознавательных знаков» производят впечатление жутко засекреченного стратегического объекта. Однако ничего тайного в них нет: теперь здесь расположено европейское управление шведского энергетического концерна Vattenfall АВ, частью которого HEW стал двенадцать лет назад.

К сегодняшнему дню гамбургских электрических сетей мы еще вернемся чуть позже, потому что сначала нужно рассказать читателям, когда и как электричество пришло к нам. Иначе у них может сложиться впечатление, что это произошло как раз 120 лет назад, когда появилась на свет компания HEW. Нет, история городской энергетики начиналась еще лет на 20 раньше.

Первым в Гамбурге стал использовать электричество аффинажный завод Norddeutsche Affinerie, который применил новый метод очистки благородных металлов от примесей – электролизный. В 1873 году на предприятии установили первую динамо-машину – электрический генератор постоянного тока. Через 15 лет, 18 декабря 1888 года, начала вырабатывать ток Центральная электростанция  в помещении бывшей водяной мельницы на Poststraße. Поскольку потребность в электричестве была еще не слишком велика, его подавали в город лишь с 13 до 23 часов – по большей части для освещения домов в темное время суток. А в праздничные дни (например, в Рождество) генераторы вообще не включали.

Понемногу росло использование тока в промышленности и портовом хозяйстве. 7 декабря 1891 года на гамбургском причале Petersenkai заработал первый в мире портальный кран с электроприводом. Правда, мощность его была по нынешним понятиям смехотворной – он мог поднимать грузы весом не более полутора тонн. Вероятно, поэтому через несколько месяцев к нему добавился второй кран. Тем самым были исчерпаны возможности слабенькой электростанции на этом причале. Еще через год электрические краны были переведены на Kirchenpauerkai, а компания Hapag, арендовавшая Petersenkai, все еще предпочитала краны с паровым приводом.

Многие фирмы уловили новую тенденцию развития техники и вплотную занялись разработкой электромоторов для портового оборудования. Компании Siemens & Halske, Gutehoffnungshüte, AEG и Nagel & Kaemp даже образовали с этой целью специальный консорциум. Стремительный рост числа новых разработок требовал более мощных электростанций и более разветвленных электросетей. С 1893 года за обеспечение Гамбурга электричеством отвечала нюрнбергская компания Schuckert & Co (впоследствии – Nürnberger Elektrizitäts-Aktiengesellschaft), 120 лет назад ставшая одним из соучредителей HEW.

Объединение производителей электричества в единую городскую сеть было важным этапом в развитии местной энергетики и придало ему мощный толчок. Всего два года спустя стало возможным снизить цену за освещение с 80 до 60 пфеннигов за киловатт-час. Население быстро отвыкало от керосиновых ламп, а мощностей Центральной городской электростанции уже не хватало.

Руководство HEW это предвидело: в 1896 году на территории бывшего филиала Таможенного союза на Karolinenstraße построили вторую электростанцию мощностью 800 киловатт, еще через два года к ней присоединили третью – в Бармбеке. Ее местоположение было выгодно тем, что совсем рядом находился Osterbekkanal, и уголь для производства электроэнергии сюда можно было доставлять водным путем, не перегружая на сухопутный транспорт.

К началу XX века HEW превратился в крупное и успешное предприятие с чистой прибылью в полтора миллиона марок. Он стал фактически монополистом, снабжая электроэнергией всю территорию Гамбурга. В 1914 году его акции были перераспределены, после чего у компании осталось только два крупных владельца – город и фирма Schuckert & Co, каждый из которых владел примерно половиной капитала.

За последующее столетие HEW разросся в крупный промышленный концерн, в структуру которого входили электросети, теплоэлектростанции (где для выработки тока и тепла использовались различные виды топлива – уголь, газ) и атомные (сегодня из четырех АЭС остался в эксплуатации только Брокдорф), а также установки для сжигания мусора и шлама очистных сооружений.

В 1997 году город начал постепенно распродавать свои акции в HEW, и уже через пять лет владельцем контрольного пакета предприятия оказалась немецкая «дочка» шведского энергетического концерна Vattenfall АВ. В 2006 году бренд HEW прекратил свое существование, а история гамбургских электросетей продолжается теперь уже под названием Vattenfall.

Для бюджета города электросети долгие десятилетия оставались важным источником постоянного дохода, поэтому сейчас приватизация компании многими воспринимается как стратегическая ошибка Сената. В ходе городского референдума в прошлом году большинство жителей  высказалось за возвращение энергетических сетей в муниципальную собственность. Сейчас городу принадлежит лишь чуть более четверти (25,1%) всех акций. Инициатива «Наш Гамбург – наша сеть» утверждает: этого явно недостаточно, чтобы городские власти могли оказывать существенное влияние на развитие сетей.  Выкупив их, город мог бы зарабатывать гораздо больше средств. Сенат и законодательное собрание Гамбурга были против этого, но теперь они обязаны действовать в соответствии с итогами народного волеизъявления.

Текст: Юрий Одессер

Фото: архив BUIH, Ю. Бутерус, интернет

Давно замечено: люди стараются всячески приукрасить свою историю. Многие народы, государства, города  связывают свое происхождение с волей богов или героев. При рождении Афин присутствовала богиня Афина-Паллада, Рим основали Ромул и Рем – дети бога Марса. Москва возникла по повелению славного князя Юрия Долгорукого.

Гамбург – крупный мегаполис Германии – тоже создал себе героическое прошлое. Возник город якобы по распоряжению Карла Великого, а его основателем стал апостол севера Святой Ансгар. Когда нашли фундамент башни на Domplatz, его посчитали остатками первого каменного строения на севере Германии. Исключительные привилегии Гамбурга записаны в Freibrief‘е, который подписал сам кайзер Фридрих Барбаросса.

Смысл героизации прошлого ясен: жители пытались таким образом подтвердить претензии своего города поначалу на исключительные права в сравнении с соседними, а позже – на авторитет и величие. И сейчас гамбуржцам важно знать, кто основал их город – герои, святые или такие же смертные, как они сами.

Теперь, однако, для любых исторических выводов требуются доказательства, подтвержденные современной наукой. Одних предположений и даже единичных письменных документов недостаточно. И вот, началось «крушение мифов». Карла Великого лишили титула основателя Гамбурга, так как нигде не нашли его распоряжения. Епископская башня оказалась существенно моложе и вовсе не первой каменной постройкой севера. Freibrief Фридриха Барбароссы – с привилегиями Гамбурга – оказался подделкой.

Теперь дошла очередь до Ансгара.

 

Версия – главная   

Сведения об основании Гамбурга были почерпнуты из биографии Ансгара «Vita sancti Anscharii», которую написал Римберт (Rimbert) – его ученик и преемник на должности епископа Бремена и Гамбурга. Ансгар был назначен в 831 году епископом с дислокацией в Hammaburg‘e (так назывался поселок, находившийся на месте нынешней Domplatz в центре Гамбурга). Он основал здесь полноценный религиозно-культурный центр с монастырем, школой и церковью Мариенкирхе. Были построены также графский дом, службы и жилые дома. Снаружи Hammaburg был окружен валом из земли и бревен. Здесь же находился небольшой порт, причалы которого выходили на один из рукавов Альстера (засыпанный в 1866 году Reichenstraßenfleet). Расцвет Гамбурга-Хаммабурга длился недолго, каких-то полтора десятка лет. В 845 году викинги разграбили и сожгли город. Ансгар перебрался в Бремен и больше в Гамбурге не появлялся.

Эта версия считалась достоверной и стала столь привычной, что в ее справедливости никто не сомневался.

Поиски доказательств

Раскопки на Домской площади, где предположительно находился Хаммабург, проводились три раза: в 1947-57, 1980-87 и в 2005-2007 годах. При первых и вторых раскопках были найдены остатки защитных валов, окружавших Старый Гамбург. Однако с помощью научных анализов было установлено, что одни валы старше Хаммабурга – построены в VI–VII веках, а другие моложе него – возведены в конце IX века. Сам город Ансгара не оставил якобы никаких следов.

Во время обширных и детальных раскопок 2005-2006 годов ученые надеялись найти новые верные доказательства существования Хаммабурга. Однако ожидания не оправдались – те же черепки, обгорелые куски дерева и остатки деревянных укреплений, известные по предыдущим раскопкам. И никаких остатков Хаммабурга. Ни дать ни взять – эдакая гамбургская Атлантида.

Хаммабург все-таки найден!

Чтобы как-то выйти из тупика, нужна была новая идея. И она появилась. Толчком для нее послужили новые данные о возрасте валов, ранее отнесенных к VI–VII векам.  С помощью новых более точных методов анализа удалось доказать, что валы значительно моложе – они были построены непосредственно во времена Ансгара или перед его приездом.

Однако руководитель раскопок Karsten Kablitz не посчитал их остатками Хаммабурга. Почему? Он не решился идентифицировать их с Hammaburg’ом потому, что там не было найдено никаких следов церкви, которая, по письменным данным,  находилась внутри валов. И еще потому, что укрепления оказались совсем небольшими по размеру. Это были две замкнутые концентрические системы валов. Внутренняя имела диаметр 50 м, а внешняя – 75 м. Там просто-напросто не смогли бы поместиться строения, упомянутые епископом Римбертом. Была еще чисто психологическая причина: боязнь ответственности за такое в общем-то революционное научное решение.

В середине 2012 года результаты раскопок попали к директору Археологического музея Гамбурга, профессору Вайссу (Rainer-Maria Weiss). Он посчитал, что найденные валы – это все-таки остатки Хаммабурга. Просто этот предшественник Гамбурга был на самом деле вовсе не таким, как его описал епископ Римберт, и как считалось раньше, в течение более чем тысячи лет.

Новая идея была принята коллегами Вайсса в штыки. Но ученый стоял на своем. Были перепроверены все анализы археологических находок. Потом их тщательно сопоставили с историческими данными. И вот, в декабре 2013 года  результаты огромной работы, занявшей 7 лет, были вынесены на обсуждение большого собрания ученых. Представители разных наук вели довольно жесткие споры. Особенно консервативной была позиция историков. Ведь им было совсем не просто отойти от веками устоявшихся мнений, которые раньше казались не подлежащими сомнению. В результате авторитетное собрание пришло к выводу: HAMMABURG НАЙДЕН!

Итак, плодотворная идея была признана, и на нее стали нанизываться аргументы. Для решения проблемы церкви и монастыря епископа Ансгара, которых никак не могли найти, сразу возникло несколько вариантов. Первый: церковь была, конечно, очень маленькой, а монастырь при ней мог размещаться в одном или двух домиках. Эти строения могли сгореть, оставив незначительные следы, которые трудно найти.

Второй вариант: а кто сказал, что церковь должна обязательно находиться внутри защитных укреплений? Историки заявили, что на самом деле из текста Римберта это вовсе не следует. Кроме того, церковь вполне могла быть построена вне защитных валов – это было вполне безопасным. Ведь более или менее доказанными являются только два разорения Гамбурга: в 845 году – варягами и в 1083 – славянами Тогда где она могла стоять? Ведь на Домской площади ее найти не удалось. Осталось одно место и последняя надежда: найти остатки первой церкви под Petrikirche.

Еще одна версия о неуловимой церкви Ансгара пришла с неожиданной стороны, и выглядела она как сенсация. Профессор Weiss приводит мнение историков: из 12 лет своей деятельности на севере Ансгар провел в Гамбурге, по-видимому, не более 10 дней. Поэтому никаких специальных строений для него, возможно, и не возводили.

Действительно, чем могла привлечь епископа эта деревенька, если его главной задачей было крещение скандинавов и западных славян. В их землях он в основном и пребывал. Поэтому Хаммабург был епископской резиденцией лишь формально.

Находился Хаммабург на торговом пути с севера на юг по Эльбе, на спокойном и защищенном возвышении между Альстером и Билли. Это место было идеальным для торгового поселения.  Очевидно, там не жили постоянно, а только посещали время от времени. Ведь археологи не нашли детских игрушек – значит, там не было детей и семейных домов. Отсутствие захоронений тоже говорит о временном характере поселения. Вмещало оно до 100 человек. Судя по всему, это были торговые люди, возможно, также рыбаки, охотники, моряки. Это они были основателями Гамбурга, а отнюдь не священнослужители, как считалось раньше.

 

Святой Ансгар  и Гамбург

 

Однако, роль Ансгара в судьбе Гамбурга неоспорима. На севере Германии и в Скандинавии епископа и сейчас почитают и верят, что их крестил апостол севера Святой Ансгар из Гамбурга. Да, Ансгар в Гамбурге-Хаммабурге бывал нечасто, а после разорения в 845 году вообще там не появлялся. Однако порядок был таков, что если город был освящен как епископский, то он им и оставался, независимо от того, бывал там епископ или нет. Гамбург считался  епископским городом, и это была одна из причин, почему после полных разорений варягами и славянами он не прекращал своего существования, а снова возрождался. Он заселялся, отстраивался и позже все-таки стал действующим церковным епископским центром.

Итак, дорогие читатели, мы теперь точно знаем, что Hammaburg существовал, а расположение валов показывает, в каком конкретно месте Домской площади он находился. Осталось только дождаться капитального ремонта Petrikirche – возможно, под ней археологи найдут остатки древней церкви Ансгара. Но могут и не найти…

 

 

 

Подумайте о своей безопасности!

с 1 июля этого года водители должны будут всегда возить с собой светоотражающие предупредительные жилеты  (Warnwestepflicht)

Раньше  в Германии водители личных транспортных средств были  освобождены от обязанности  иметь при себе светоотражающие предупредительные жилеты безопасности для себя и своих пассажиров.  Теперь Федеральный совет, следуя  примеру других стран Старого света, принял закон об обязательном наличии таких жилетов в соответствии с европейским стандартом EN 471 во всех легковых и грузовых автомобилях, а также в тягачах и автобусах. Это касается всех, кто за рулем, только мотоциклисты остаются свободными от этого обязательства.

Эта новая мера безопасности вводится для того, чтобы при  поломке или аварии машины водитель и пассажиры были более заметными для других участников дорожного движения. По мнению экспертов TÜV HANSE видимость в сумерках увеличивается приблизительно на 150 метров, если потерпевшие  одеты в светоотражающие жилеты. Без них видимость на дороге сокращается до 80 метров.

Чтобы жилеты во время аварии или в случаи неисправности автомобиля были под рукой, желательно  положить их в салон, рядом с сиденьем водителя.  Тогда «рулевой» и его пассажиры смогут облачиться в эту «спецодежду» до того, как покинут свою машину.

Рекомендация фирмы TÜV HANSE: хотя в Германии этот закон вступает в силу 1 июля, водителю нужно уже сейчас иметь светоотражающий жилет в салоне автомобиля. Также не стоит забывать, что с этой даты отсутствие светоотражающего жилета в автомобиле при прохождении техосмотра  будет обозначено как недостаток.

Полезный и необходимый сигнальный предупредительный жилет можно купить за 2,95 евро при прохождении техосмотра во всех филиалах фирмы ТÜV HANSE. С ним вы за маленькие деньги обретете большую безопасность!

 

 

Текст: Константин Раздорский

Фото:  интернет

Гамбургский сенат дал торжественный прием, посвященный 150-летию  Красного Креста в нашем городе. Первым событием богатой программы юбилейного года стала фотовыставка в фойе Ратуши.

Экспозиция охватывала все периоды и направления работы Красного Креста в мегаполисе на Эльбе. Эта организация не была первой в мире, однако историки – и, в частности, Андреа Бринкманн (Andrea Brinckmann) – утверждают, что кое в чем гамбуржцы все же стали пионерами – именно они впервые надели нарукавные повязки с красным крестом. Это было своеобразной «охранной грамотой» для безоружных добровольцев, оказывавших помощь раненым на поле боя.

А началось все с того, что 1 февраля 1864 года прусские и австрийские войска под командованием генерала-фельдмаршала Фридриха фон Врангеля выступили в поход против Дании, чтобы отвоевать у нее Шлезвиг. Уже на следующий день  газета «Hamburgische Börsenhalle» опубликовала призыв двенадцати местных предпринимателей поддержать только что организованный ими «Комитет по уходу за ранеными и пострадавшими» (так поначалу назывался гамбургский Красный Крест). В тревожном ожидании предстоящих сражений инициаторы этого нового движения понимали, что возможности войсковых лазаретов весьма ограничены, и поэтому просили жителей города помочь им средствами и личным участием, чтобы сделать все необходимое для облегчения  страданий получивших ранения солдат и офицеров.

Штаб комитета располагался в нашем городе в доме № 49 по улице Ferdinandstraße, а работой непосредственно в войсках руководил известный теолог, общественный деятель и педагог Иоганн Хинрих Вихерн (Johann Hinrich Wichern). Именно он основал в нашем городе приют для детей-беспризорников Rauhes Haus, выросший впоследствии в евангелическую благотворительную миссию Diakonisches Werk.

У Вихерна и его помощников были рекомендательные письма от «Комитета по уходу за ранеными и пострадавшими», позволявшие им, гражданским лицам,  находиться на поле боя, перевязывать военных и доставлять их в безопасное место. Внешним отличительным признаком добровольцев служили белые нарукавные повязки с красным крестом, ставшие с тех пор международным символом гуманизма и военного нейтралитета.

За два года до описываемых событий женевский предприниматель Анри Дюнан выпустил книгу «Воспоминание о битве при Сольферино», где описал собственные впечатления от этого сражения времен войны Италии за независимость. Битва объединенных войск Франции, Пьемонта и Сардинии   против австрийской армии состоялась 24 июня 1859 года в окрестностях ломбардских деревушек Сольферино и Сан-Мартино.

Победу в итоге одержала франко-итальянская коалиция – но какой ценой!  Дюнан, который приехал в ставку французского императора Наполеона III для решения чисто делового вопроса, был шокирован масштабами человеческих страданий, свидетелем которых он стал. За один только день на его глазах погибло 6 000 и было ранено около 25 000 солдат. Общие потери убитыми и ранеными составили с обеих сторон около 40 тысяч человек.

Дюнана поразило совершенно недостаточное медицинское обеспечение раненых и низкий уровень ухода за ними, что способствовало многократному увеличению числа жертв. Он выбросил из головы все свои дела и несколько дней занимался только перевязкой пострадавших и организацией ухода за ними. Когда он вернулся в Женеву, то под влиянием негативных впечатлений тут же взялся за перо.

Позже он за собственный счет разослал свою книгу о Сольферино наиболее заметным политическим и военным деятелям Европы. Этим предприниматель не ограничился и перешел от слов к делу: вместе с юристом Гюставом Муанье,  генералом Гийомом-Анри Дюфуром и еще двумя единомышленниками-врачами Дюнан учредил так называемый «Комитет пяти». Его задачей было подготовить конференцию с целью создания международной организации помощи раненым. Эта конференция, получившая в дальнейшем название Первой женевской, состоялась 26-29 октября 1863 года, в ней участвовали официальные делегации восемнадцати европейских стран, в том числе Пруссии и России.

В числе итоговых резолюций, принятых от имени учрежденного тогда же Международного комитета обществ по уходу за ранеными (Международным комитетом Красного Креста он стал в 1876 году), было требование как можно скорее приступить к созданию национальных организаций. Первая из них, под названием Württembergischer Sanitätsverein, появилась уже через две недели, в ноябре того же года, в Штутгарте. Вслед за Вюртембергом в течение следующего 1864 года подобные структуры создали Великое герцогство Ольденбургское, Бельгия, Пруссия, Дания, Франция и Испания. Гамбург учредил свою организацию в феврале и, таким образом, оказался в числе первых.

Еще одной резолюцией учредительной конференции предусматривалось введение опознавательного и охранного знака в форме белой нарукавной повязки с красным крестом. Фактически эта эмблема представляет собой «вывернутый» швейцарский флаг, на котором крест и основное поле поменялись цветами. Как нам теперь известно, первыми такие нарукавные повязки стали носить именно гамбуржцы. Были у них и технические ноу-хау – для транспортировки раненых они уже тогда наряду с носилками использовали специальные тележки с колесами.

22 августа 1864 года была подписана так называемая Первая женевская конвенция – международный правовой договор, регулирующий процессы оказания помощи и облегчения участи раненых и больных во время военных действий. Следует сказать, что такой документ был в истории не первым: начиная с XVI века государства неоднократно заключали между собой подобные договоры. Вплоть до 1864 года их насчитывалось около трехсот, но были они по преимуществу двусторонними. Женевская конвенция стала первым многосторонним договором, сыгравшим в кровавой истории человечества большую позитивную роль – наряду с гуманитарной деятельностью подразделений Красного Креста.

В полной мере оценить результаты их работы Европа смогла во время войны 1870-71 годов между Пруссией и Францией. Деятельность хорошо обеспеченного  и организованного прусского Красного Креста привела к тому, что число солдат, умерших от ран и болезней, оказалось меньше количества убитых. У французов организация медицинской помощи была гораздо хуже, и в итоге число умерших в лазаретах втрое превысило количество погибших на поле боя. Неудивительно, что та война за объединение Германии завершилась в пользу немцев. Остается только добавить, что в 1901 году швейцарский создатель Красного Креста Анри Дюнан был достойно вознагражден за свою инициативу – он стал первым лауреатом Нобелевской премии мира.

И последнее: в мартовском выпуске нашего журнала нельзя умолчать о той  выдающейся роли, которую сыграли в немецком гуманитарном движении и уходе за ранеными женщины. Когда в 1859 году Анри Дюнан еще только писал свою книгу о Сольферино, великая герцогиня Баденская Луиза учредила женское общество, впоследствии влившееся в структуру Красного Креста и сменившее название на «Rotkreuz-Schwesternschaft».

В годы франко-прусской войны великолепным организатором гуманитарных акций проявила себя американская гражданка Клара Бартон. Она заботилась не только о раненых: в Страсбурге устраивала быт гражданского населения, в Париже создала сеть мастерских, где женщины, оставшиеся без мужей, могли заработать средства для себя и своих детей. Интересно, что за свою деятельность Клара Бартон удостоилась от германского императора Вильгельма I ордена «Железный крест» на белой ленте. Впоследствии она стала основательницей американского Красного Креста. Во всех странах женщины всегда составляли основу общественных организаций по уходу за ранеными и тем заслужили сердечную благодарность от солдат своих армий.