Category: Гамбург

Всё о Гамбурге

  • В Гамбурге в ближайшем будущем появится новая линия метро U5

    Текст: Андрей Нелидов
    В прошлогоднем июльском номере журнала мы рассказали о новых объектах транспортной инфраструктуры города. Сегодня есть повод вернуться к этой теме, поскольку планирование будущей линии метрополитена U5 достигло очередной важной отметки.
    Недавно гамбургский Сенат представил городской общественности аналитическое исследование реализуемости центральной части проекта – маршрутного отрезка U5 Mitte. Знакомили с ним публику первый бургомистр Петер Ченчер (Peter Tschentscher), сенатор по вопросам транспорта Михаэль Вестхагеман (Michael Westhagemann) и руководство городского транспортного ведомства и компании Hamburger Hochbahn AG. Анализ реализуемости представляет собой предварительный план предстоящих на данном участке работ с расчетом всех требуемых ресурсов, стоимости строительства и его продолжительности.

    Где станцию делать будем?
    Маршрут центрального участка пятой линии метро – U5 Mitte – призван не только соединить между собой важные экономические, научные и жилые районы города, но и закрыть «пустынные участки», где пока мало транспорта. Он, в частности, свяжет City Nord, где насчитывается порядка 30 000 рабочих мест, с Главным железнодорожным вокзалом, предварительно пройдя через южную часть Винтерхуде и Уленхорст (до 60 000 жителей). После чего повернет в направлении Локштедта и через университет (там десятки тысяч студентов и рабочих мест) проследует до зоопарка Hagenbeck и станции S-Bahn в Штеллингене.
    Тем самым к транспортной системе города будут теснее привязаны университетская клиника в Эппендорфе (11 000 рабочих мест) и спортивные арены на западе Гамбурга. Новая линия метро позволит разгрузить буквально забитые пассажирами автобусные маршруты 5 и 6, что находятся уже на грани своих физических возможностей. Кроме того, за счет такого извилистого маршрута планируется создать сразу несколько новых пересадочных узлов для стыковки с остальными линиями метро и с другими видами транспорта, что существенно улучшит мобильность более 100 тысяч жителей города.
    «Благодаря плану реализуемости проекта у нас появляется возможность сравнить различные варианты прокладки маршрута, а также увидеть, в каких именно местах технически возможно строительство станций», – сказал Петер Ченчер. В зависимости от разных вариантов прохождения трассы ее длина может составлять от 13 до 17 км, а количество станций – от 14 до 17.
    Организаторы презентации заявили, что на стадии планирования в некоторых вопросах будет учитываться и мнение жителей Гамбурга. Они смогут поучаствовать в обсуждении проекта во время специальных мероприятий, которые уже с февраля будут проводиться сначала на городском уровне, а потом и в тех районах, по которым проляжет маршрут U5 Mitte.
    Кроме того, уже есть возможность высказать свое мнение на онлайн-платформе в Интернете (schneller-durch-hamburg.de) – так мы сможем влиять на окончательное решение специалистов при прокладке маршрута самой линии и определять наиболее предпочтительные места расположения станций на ней. (Впрочем, представители города подчеркнули, что обсуждения и дискуссии принципиально невозможны для вариантов, которые нельзя реализовать по техническим причинам или плановым условиям). На указанном сайте можно будет узнать о времени проведения информационных мероприятий и о самом проекте.

    Поезда без машинистов
    Председатель правления городского транспортного предприятия Hamburger Hochbahn AG Хенрик Фальк (Henrik Falk) выразил уверенность, что новая ветка метрополитена будет во многом определять будущее города в сфере мобильности. Она станет одним из самых современных объектов транспортной инфраструктуры Гамбурга, соответствующих новейшим техническим стандартам. Главной «фишкой» выступает в данном случае полная автоматизация управления подвижным составом, при которой вообще не нужны машинисты. Это выглядит фантастикой только на первый взгляд, поскольку в Нюрнберге, как мы уже писали, такая система работает с 2008 года в рамках городской программы RUBIN (Realisierung einer automatischen U-Bahn in Nürnberg). Пассажиры давно к ней привыкли и уже не считают ее чем-то экстраординарным.
    Столица Франконии стала пионером автоматического метро у нас в стране, однако до недавнего времени у нее не было последователей. А вот за пределами Германии к таким проектам проявляют гораздо больше интереса. Причем явным лидером в этой сфере выступает наша соседка Франция, где автоматические поезда метро ходят уже в пяти городах – Париже, Ренне, Тулузе, Лионе и Лилле. Именно в Лилле, кстати, состоялась мировая премьера – там впервые в истории метрополитена поезд отправился в путь без машиниста. И было это – тадам! – еще в 1983 году.
    Сейчас автоматическое управление поездами метро применяют в 15 городах Европы. Италия задействует такую систему в Риме, Брешии, Милане и Турине. Кроме того, назовем еще Лондон, Барселону, Будапешт, Копенгаген и Лозанну. В ближайшие годы автоматику планируют ввести и в Афинах, Вене, Стамбуле, Стокгольме и, как мы теперь уже знаем, в Гамбурге. U5 станет первой в городе линией с автоматическими поездами, что позволит сократить интервал между ними до 90 секунд в часы пик. За нас, конечно, можно порадоваться, но будет это еще не скоро – начало строительства намечено на конец 2021 года, а заработает вся линия еще лет через десять, так что заявленное «использование новейших технологий» больше похоже на преодоление отставания, чем на технический прорыв.

    Чем автоматика лучше?
    И тут возникает резонный вопрос – почему же за последние десять лет ни один имеющий метро город Германии не последовал примеру Нюрнберга и не ввел у себя автоматическое управление поездами? Это выглядит странно, особенно если учесть, что за базовой системой и подвижным составом далеко ехать не надо – их разрабатывал отечественный концерн Siemens. Только ли в консервативности транспортников дело?
    Оказывается, все упирается в чистую экономику. Дело в том, что использование автоматического управления поездами не влечет за собой столь же автоматического финансового выигрыша для транспортных предприятий. Каждый город сам должен просчитывать варианты наиболее экономически выгодных для себя решений. Конечно, можно сэкономить на машинистах, но автоматический подвижной состав пока стоит дороже, чем обычный, к тому же нужно больше персонала для обслуживания новой системы, а также путей и станций.
    Наиболее весомыми аргументами в пользу автоматики являются сокращение интервала между поездами, что приносит увеличение числа перевозимых пассажиров на 20%, и экономия потребляемой электроэнергии на 30%. Пример Нюрнберга, где поезда-автоматы ходят на двух линиях метрополитена из трех, показывает, что на этих ветках соблюдение графика превышает уровень 99%, тогда как машинистами он выполняется на 97%. Интервал движения в часы пик сокращен до 100 секунд, к тому же там меньше технических дефектов и внеплановых остановок. Тем не менее, у властей Нюрнберга пока нет планов пустить автопоезда и по третьей линии метро, хотя это представляется вроде бы логичным.

    О цене по-прежнему молчим
    Судя по представленным на презентации документам, линия U5 не пройдет через крупнейшую станцию гамбургского метро Jungfernstieg, где можно было бы пересесть на поезда веток U1, U2 и U4. По словам члена правления Hamburger Hochbahn AG Йенса Гюнтера Ланга (Jens Günter Lang), от этого варианта отказались, потому что станцию линии U5 пришлось бы делать под внутренним Альстером и потом строить слишком длинный пеший переход для связи с другими ветками. Вместо этого стыковка с U1 планируется на станции Stephansplatz, а с U2 и U4 – на Главном вокзале, где уже 40 лет стоят законсервированными две практически готовые станции метро.
    Что же касается общей стоимости проекта U5, то она пока неизвестна. Судя по тому, что предварительная работа проектировщиков оценивается уже в 45 млн евро, итоговые цифры явно будут в миллиардном исчислении. Представители оппозиции, как водится, обвинили правящую коалицию в неспособности более оперативно и точно просчитать стоимость строительства, что необходимо с учетом возможного участия федерального центра в финансировании проекта.
    Однако социал-демократы в лице эксперта фракции SPD по вопросам транспортной политики Доротее Мартин (Dorothee Martin) за словом в карман не полезли, ответив довольно жестко: «Христианских демократов ничему не научила их ошибка с финансированием филармонии. Для нас основательность важнее спешки – сначала планируем, а уж потом реалистично оцениваем затраты».
    Мартин Билль из фракции «зеленых» тоже считает, что на основе предварительного плана реализуемости нельзя получить надежные подсчеты стоимости проекта. Значит, на этом этапе посылать в Берлин официальный запрос об инвестициях не имеет смысла. Кстати, первые контакты с федеральным центром по поводу финансирования проекта уже состоялись, но переговоры с обсуждением конкретных сумм начнутся лишь после окончания всех работ по планированию линии метро U5.

  • Да будет свет!

    Да будет свет!

    Текст: Галина Дрейдинк
    Фото: www.streetlight-hamburg.de

    Новый – 2019 – год вступил в свои права. Рождественские празднества позади. Среди повседневных забот нам уже не до разноцветных фонариков на новогодней елке. Да и елка уже на свалке… Городские улицы после рождественской феерии кажутся пустынными и «голыми». А так ли это? Именно сейчас можно заметить то, что всегда было рядом и было настолько привычным, на что мы, проходя мимо, просто не обращали внимания. Городские фонари… какие они у нас в Гамбурге?

    Сегодня освещение улиц и площадей – дело обычное. В темное время суток можно прогуляться и увидеть город в прямом смысле слова в другом – искусственном – светe. Более 127 тысяч фонарей разной формы и конструкции находятся «на службе» у ганзейского города. Но это было не всегда так.
    Первая масляная лампа зажглась перед нашей Ратушей в 1382 году по решению Почетного Совета города. Она должна была не столько освещать, сколько украшать главный дом города. Больше 100 лет она оставалась единственным искусственным общественным источником света в Гамбурге. Горожане, конечно, не сидели по вечерам по домам. Они умудрялись передвигаться по темным улицам и не ломать руки-ноги, освещая себе путь собственными лампами или факелами.
    Еще примерно через 100 лет появились масляные лампы на некоторых мостах в центре города: Reimersbrücke, Holzbrücke и Trostbrücke. Хотя в 1541 году в нашем городе была основана гильдия «Luchtenmaker» (мастеров света), освещение улиц, площадей и переулков оставалось личным делом домовладельцев.
    Новый период в истории иллюминации городских улиц начался в XVII веке. В 1667 году король-солнце Людовик XIV повелел установить в Париже на 912 улицах 2736 масляных ламп за счет казны города. Этому примеру последовали Лондон (1668), Амстердам (1669) и Гамбург (1673). Да, наш город был первым в Германии, где был принят закон и учреждено освещение улиц.
    Тогда установили 400 масляных фонарей в центре города. К 1678 году их насчитывалось уже более тысячи. Как и когда нужно зажигать уличные фонари, было прописано в законе. Так, например, было запрещено уличное освещение во время полнолуния, даже если луну закрывали облака. Летом фонари не горели вообще.

    Масло в огонь
    Обслуживание масляных ламп на фонарях было делом хлопотным. Лампы нужно было вовремя зажигать и тушить, подливать масло, чистить. Кроме того полиции прибавилось хлопот – хулиганы то и дело ломали фонари и воровали лампы.
    Конечно же, был введен налог на свет. Владелец очень большого дома в городской черте платил 3 марки, совсем маленького дома – 8 шиллингов, если семья жила в полуподвальном помещении, то плата в казну составляла 4 шиллинга в год (покупательная способность 1 шиллинга равна сегодня примерно 22 евро)
    Но, как водится, любое нововведение радует не всех. Немецкая общественность была в большинстве своем против. Как писала Kölnischen Zeitung от 28 марта 1819 года, освещение улиц – дело вредное по многим причинам:
    религиозным – нельзя нарушать миропорядок, созданный Богом, и превращать ночь в день;
    • финансовым – освещение будет оплачиваться из налогов всех граждан, почему должен платить тот, кто вечером не выходит на улицу?
    • медицинским – масло и газ при сгорании выделяют вредные вещества, и, хотя при свете фонарей ходить по вечерам по улицам приятнее, но он – причина насморка и кашля;
    • философски-моральным – искусственный свет уменьшает боязнь темноты, которая по природе своей предотвращает грех; этот свет дает пьяницам свободу развлекаться в кабаках до ночи и греховно соединяет влюбленных;
    • «полицейским» – освещение улиц делает лошадей пугливыми, а воров нахальными;
    • культурным – нельзя нарушать народные традиции – иллюминация должна быть только в дни торжеств, если каждый вечер на улицах будет гореть свет, то праздники будут казаться не такими яркими.

    Технический прогресс
    В судьбе гамбургских уличных фонарей произошел резкий поворот после Большого пожара в мае 1842 года. Сгорели все деревянные столбы, а их масло еще усиливало огонь. Было решено отныне освещать улицы более безопасными газовыми фонарями. 4 октября 1845 года зажегся первый газовый фонарь на улице Johannisstraße. В 1858 году все освещение города перевели на газ, а устанавливались газовые лампы на массивных чугунных столбах. Именно в те времена уличные фонари стали рассматриваться не только как источники света, но и как элементы украшения улиц, площадей и мостов. Так, например, на построенном в 1865 году мосту Lombardsbrücke установили четыре роскошных «канделябра», с пятью газовыми лампами на каждом (по проекту Карла Бернера)

    IMG_1713
    Фото: Günter Zimt

    Еще более революционный шаг в истории уличного освещения города был сделан в 1882 году, когда на ратушной площади впервые установили 16 электрических дуговых ламп мощностью тысяча свечей каждая. Постоянный ток производился с помощью генератора на газовом моторе, установленного неподалеку, в подвале здания биржи, и по проводам поступал прямо к фонарям.
    Впоследствии дуговые лампы еще долгое время применялись на улицах, а лампы накаливания использовались внутри помещений и завоевали популярность именно как средство освещения домов.
    В 1888 году специально для освещения улиц и подачи электроэнергии в городе построили первую электростанцию в здании бывшей водонапорной башни на улице Poststraße. Четыре паровые и шесть динамомашин производили электрическую энергию мощностью 740 000 вольт-ампер.

    Технический прогресс в области электрификации и развивающиеся новые технологии в производстве осветительных приборов в XIX и XX веках сделали наши улицы гораздо светлее. А конструкторы уличных осветительных приборов, проявив недюжинную фантазию, украсили город фонарями самых разнообразных форм, тем самым подчеркнув неповторимость и красоту гамбургских архитектурных ансамблей.

    Искусство освещать
    Век XXI, c его «дигитальным» характером, открывает новые перспективы применения света в городском пространстве. Технология LED позволяет инженерам и художникам по свету разрабатывать и реализовать световые проекты немыслимой красоты. Назовем лишь один фестиваль света – Blue Port, проходящий в сентябре в гамбургском порту и уже ставший традиционным.
    Что касается городского освещения, то, как ни странно, но фантазию «волшебников по свету» приходится «укрощать». Иначе каждое здание в городе будет выглядеть хоть и ярко, но отдельно, в отрыве от архитектурной концепции того или иного места в городе. Чтобы наш любимый мегаполис блистал красотой, сохраняя при этом ганзейскую сдержанность, в 2006 году при Ведомстве по городскому развитию и экологии создан консультативный совет по свету – Lichtbeirat, в который входят ведущие специалисты города по световой технике. При его содействии была разработана световая концепция Гамбурга – Lichtkonzept für die Hamburger Innenstadt.
    Уже сегодня можно увидеть результаты воплощения в жизнь этого проекта – мост Kohlbrandbrücke, набережная Jungfernstieg, шпили пяти главных гамбургских церквей, виадук линии метро U3, проходящей вдоль набережной Эльбы, и другие.

    Оглянись, незнакомый прохожий!

    Дорогие читатели!
    IMG_1714Мы объявляем конкурс «Гамбургские фонари» для самых внимательных горожан. Принять участие может любой желающий. Для участия в конкурсе достаточно прислать фотографию полюбившегося вам фонаря или современного освещения или подсветки каких-либо интересных сооружений (мостов, виадуков, подъездов домов), а также связанные с этими объектами истории.
    Лучшие работы мы будем публиковать в течение года на страницах нашего журнала.
    А победителей конкурса будем определять все вместе.
    Просьба присылать все материалы (фото и/или текст) в электронном виде по эл. почте: info@buih.de.

  • Гамбургский железнодорожный вокзал и аэропорт планируют модернизировать

    Текст: Константин Раздорский

    Ворота станут шире
    В гамбургской прессе почти одновременно появились сообщения о планах модернизации Главного железнодорожного вокзала и аэропорта имени Гельмута Шмидта. Такая синхронность свидетельствует о давно назревшей проблеме – как рельсовые, так и воздушные ворота города нуждаются в расширении.

    Франтоват, но тесноват
    IMG_1662Hamburg-Hauptbahnhof был построен в самом начале ХХ века и принял первые поезда в декабре 1906 года. Для города он стал по-своему «революционным», поскольку заменил собой сразу четыре старых вокзала, находившихся по соседству друг с другом. К тому же в отличие от них, тупиковых по своему устройству (то есть, с возможностью выезда лишь в одну сторону), Главный железнодорожный вокзал спроектирован по так называемому седловому принципу – его здание расположено над железнодорожными путями, как бы перекрывая их сверху. Отсутствие тупиков придало движению более свободный проточный характер – поезда могли проходить станцию как с юга на север, так и в обратном направлении. Благодаря этому новый вокзал сразу же превратился в один из важнейших транспортных узлов северной Германии.
    Сейчас предприятие – неотъемлемая часть Гамбургского транспортного союза (Hamburger Verkehrsverbund) и объединяет в себе три разных вида рельсового транспорта – железную дорогу, S-Bahn и метро. По мировым меркам вокзал не очень большой – здесь всего 14 путей, из которых восемь находятся в распоряжении поездов регионального сообщения и дальнего следования, а четыре предназначены для S-Bahn. Еще два пути не имеют перронов, поскольку выделены для грузовых составов, которые обычно проходят станцию без остановки. Кроме того, ниже уровня железнодорожных путей под вокзалом находятся две станции метро – Hauptbahnhof Süd и Hauptbahnhof Nord.
    Сейчас Главный обслуживает полмиллиона человек в день, работает на грани своих пространственных возможностей и уже давно нуждается в расширении. Но до сих пор все ограничивалось полумерами – в свое время парламент Гамбурга поддержал заявку фракции SPD и «зеленых» на строительство еще одного перрона, чтобы девятый путь, предназначенный для грузовых поездов, использовался и для перевозки пассажиров. Это не более чем капля воды на раскаленный камень – вокзалу нужны по-настоящему масштабные изменения.

    Вагончик тронулся?
    И вот недавно наш первый бургомистр решил взять эту проблему под свой личный контроль. Петер Ченчер (Peter Tschentscher) выбрал время пройтись по вокзалу вместе с членом правления Deutsche Bahn по вопросам инфраструктуры Рональдом Пофаллой (Ronald Pofalla) и договориться с железнодорожниками о начале подготовительных работ по модернизации и расширению объекта. В наступившем году будет объявлен международный конкурс на лучший проект развития вокзала, итоги подведут еще через год. Точного плана работ, естественно, пока еще нет, однако известно, что они должны быть завершены к 2030 году.
    Правда, кое-что г-н Пофалла обещает сделать уже вскоре, не прибегая к большим затратам. Чтобы максимально освободить всегда заполненный людьми перрон между путями дальнего следования 13 и 14, отсюда уже в этом году уберут все станционные постройки, киоски и торговые автоматы. В дальнейшем внутренние помещения вокзала увеличат за счет его расширения в южную сторону. С этой целью часть Steintorbrücke уйдет под крышу, тут появятся два новых входа в здание, а также спуски к перронам с южной стороны. Проезд по Steintordamm будет открыт только для автобусов и такси.
    Стоящее по соседству серебристое административное здание Deutsche Bahn, метко прозванное в народе «банкой для печенья» (Keksdose), будет снесено, хотя оно гораздо моложе вокзала. Это строение с самого начала не сочеталось с ним по архитектурному стилю, но предстоящие изменения в районе Hachmannplatz больше связаны с тем, что здесь появится примыкающий к вокзалу крытый пассаж. Все свободное пространство с северной стороны вплоть до Ernst-Merck-Brücke тоже перекроют.
    Таким образом, вокзал будет расширен с трех сторон – за исключением западной, выходящей на Glockengießerwall. Рассматривается также вариант, при котором все открытое пространство над путями между Steintorbrücke и Altmannbrücke перекроют, за счет чего на территории между Музеем искусств и ремесел и торговым центром Saturn возникнет парковая зона (см. фото). Любопытное решение – разбавить эти каменные джунгли пятачком зелени.
    Но о конкретных деталях проекта можно будет говорить лишь после завершения международного конкурса. По этой же причине пока остается неизвестной общая стоимость работ, хотя экспертам уже ясно, что речь пойдет о сотнях миллионов евро. Эти расходы будут распределены между городом, концерном Deutsche Bahn и федеральным центром, но о точных пропорциях говорить пока рано.
    Представители оппозиционных партий в принципе поддерживают планы правящей коалиции, которая наконец-то обратила внимание на проблему вокзала, но в то же время критикуют ее за былое промедление. Следует признать, что заказанное Сенатом еще в 2016 году экспертное исследование транспортных и пассажиропотоков в этом районе все еще не готово, а ведь именно оно должно быть законным основанием для начала работ. Одно радует – дело вроде бы сдвинулось с мертвой точки.

    Много шума из-за шума
    Если о планах расширения вокзала городские власти сообщают общественности разве что не под фанфары, то с аэропортом дела обстоят совсем иначе. Воздушная гавань в последние годы тоже стала тесновата для растущего потока пассажиров, но планы ее расширения руководство предприятия предпочитает не очень афишировать. У него есть сильный противник – гражданская инициатива по защите жителей города от производимого самолетами шума.
    Логика ее активистов проста – рост числа полетов отрицательно влияет на психологическое здоровье людей. Поэтому общественная организация принимает в штыки регулярные сообщения об увеличении потока пассажиров в аэропорту, хотя руководство предприятия – да и Гамбурга тоже – рассматривает это как безусловное достижение.
    Да, аэропорт в пределах города – это очень удобно, но обратная сторона медали – необходимость считаться с мнением ущемленного в правах меньшинства и, в силу этого, с ограничениями в работе предприятия. Самый радикальный способ решения проблемы – построить аэропорт за пределами города. Но таких планов пока что не предвидится, так что поневоле приходится находить компромисс между развитием предприятия и интересами противоборствующей стороны.
    Положение руководства и поддерживающей его городской правящей коалиции осложняется тем, что на стороне гражданской инициативы выступает оппозиция. Она обвиняет социал-демократов и «зеленых» в тайном расширении аэропорта. Сейчас объясню, почему в «тайном».
    Все началось еще в прошлом году, когда глава предприятия Михаэль Эггеншвилер (Michael Eggenschwiler) на комиссии городского парламента запросил инвестиций на полмиллиарда евро. А недавно были обнародованы кое-какие детали, взбудоражившие оппозицию. Они касаются строительства специального здания для выхода пассажиров на посадку. Руководство предприятия утверждает, что оно возводится на временной основе в связи с ремонтом в терминалах. Вместе с тем, отвечая на один из депутатских запросов, Сенат сообщил, что здание рассчитывают использовать 15 лет.
    Представителям оппозиции и гражданской инициативы этот срок показался не очень соответствующим определению «временный». Они подозревают, что предприятие тайно строит еще один терминал, обвиняют руководство в негласном расширении аэропорта, в неспособности играть с открытыми картами и честно говорить о перспективах его развития. Проще всего было бы присоединиться к этим фактическим обвинениям Эггеншвилера в трусости. Но в таких условиях остается лишь посочувствовать ему – находиться между молотом и наковальней не пожелаешь и врагу. Трудно работать с постоянной оглядкой на то, что тебя одернут, а ведь развивать аэропорт как-то надо?

    Что будет нового?
    Планируемый корпус для выхода пассажиров на посадку обойдется примерно в 30 млн евро, он должен быть готов в 2020 году. Полноценным терминалом его назвать нельзя – пассажиров сюда планируется доставлять автобусами из аэропорта. Здание расположится рядом со стоянкой самолетов, поэтому нет нужды в телескопических трапах – пассажиры пойдут к своим лайнерам пешком. В помещении не будет ничего, кроме одного кафе и туалетов. А срок его использования полностью зависит от того, сколько предстоит ремонтных работ в терминалах, как долго они будут длиться, и сколько будет пауз между ремонтами. Может, как раз на 15 лет и хватит.
    Рядом с терминалом 2 планируется использовать для выходов на посадку тыльную сторону пристройки Pier Süd, где появится новая «парковка» для самолетов. Это крыло будет стоить 160 млн евро. Примерно в ту же сумму обойдется и обращенная к летному полю фронтальная пристройка между терминалами 1 и 2 в районе Airport Plaza. В 2026 году здесь на трех этажах разместятся залы ожидания с магазинами и кафе.
    Ремонтные работы с заменой оборудования предстоят в службе авиадиспетчеров и на линии предполетного досмотра пассажиров. Кроме того, смонтируют новую систему по обработке багажа (старой уже 25 лет), на что будет выделено еще 190 млн евро. Все это позволит расширить возможности аэропорта и обеспечить предприятию современный уровень обслуживания пассажиров.

  • Германия отмечает 100-летие со дня рождения Гельмута Шмидта

    Германия отмечает 100-летие со дня рождения Гельмута Шмидта

    Текст: Андрей Нелидов
    Фото: Юра Бутерус

    Юбилей
    IMG_1629В декабре не только Гамбург, но и вся страна отметят 100-летие со дня рождения бывшего канцлера Германии, почетного гражданина нашего города Гельмута Шмидта (Helmut Schmidt).
    Говорят, что эта «кузнечная» фамилия и ее аналоги в других языках и странах (Смит, Коваль и пр.) – самая распространенная на нашей планете. В таком утверждении есть доля истины, поскольку даже у нас в СССР, где естественным образом преобладали Кузнецовы и Ковалевы, мы знали немало Шмидтов – от революционного лейтенанта Петра Петровича до героического полярника Отто Юльевича. А в Германии Шмидтов пруд пруди – как-никак вторая по распространенности фамилия в стране. При этом я не рискую ошибиться, заявляя, что самый известный среди них – это все же наш гамбургский Гельмут.

    Скелет в шкафу
    Гельмута Шмидта и президента Франции Валери Жискар д’Эстена (Valéry Giscard d’Éstaing) связывали многолетние дружеские отношения. Настолько дружеские, что впоследствии именно ему экс-канцлер рассказал о том «скелете в семейном шкафу», который в годы нацизма мог стоить самому Шмидту как минимум карьеры. Дело в том, что его дед был евреем. Отца Гельмута Густава (Gustav Schmidt), рожденного вне брака сына банкира Людвига Гумпеля (Ludwig Gumpel), в свое время усыновила семья Шмидтов. Он получил образование, позволившее ему стать преподавателем.
    Его старший сын, будущий федеральный канцлер, родился 23 декабря 1918 года. В гамбургской Lichtwarkschule Гельмут учился в одном классе с Локи Глазер (Hannelore Glaser), которая частенько делала за него домашние задания по математике и позднее стала его супругой. Поженились они в 1942 году. Во время Второй мировой войны офицер вермахта Гельмут Шмидт служил в зенитной артиллерии и был награжден Железным крестом 2 класса. В 1941 году он провел несколько месяцев на Восточном фронте под Ленинградом. Потом его откомандировали в распоряжение имперского министерства авиации, а заканчивал войну он уже на Западном фронте, где в итоге попал в британский лагерь для военнопленных.

    Глава правительства
    Уже в мирное время Гельмут Шмидт поступил на экономический факультет Гамбургского университета, где и начал свою политическую карьеру в Социал-демократической партии Германии. После окончания учебы работал в городском ведомстве экономики и транспорта. Дважды избирался в Бундестаг и занимал пост гамбургского сенатора по внутренним делам. Позднее Шмидт возглавлял федеральные министерства обороны и финансов, а в 1974 году после вынужденной отставки Вилли Брандта (Willy Brandt) был избран канцлером и руководил правительством Германии восемь лет.
    На его канцлерскую долю выпали годы борьбы с леворадикальными террористами RAF (Rote Armee Fraktion), энергетический кризис, вызванный нефтяным эмбарго со стороны арабских стран, а также холодная война. Шмидт выступал за стратегическое равновесие между НАТО и странами Варшавского договора в Европе, продолжал начатую Вилли Брандтом «новую восточную политику». Он сыграл важную роль в разработке Хельсинкских соглашений 1975 года, по которым этническим немцам, живущим в СССР, была предоставлена возможность вернуться на историческую родину.
    В то же время он неоднократно обращался к Леониду Брежневу с требованием вывести войска из Афганистана. Несмотря на идеологические расхождения, канцлера и генсека связывали весьма доверительные отношения. Оба они прошли войну и хорошо знали цену мира. Во время одного из визитов в ФРГ советский лидер побывал в гостях у Шмидта в его гамбургском доме в Лангенхорне. Интересно, что умерли они в один и тот же день – 10 ноября, но с разницей в 33 года.

    Монетизация Шмидта
    Для социал-демократа его взгляды были довольно консервативными. К примеру, концепцию общества «мультикульти» он называл «иллюзией интеллектуалов», а во внешней политике больше всего ценил принцип невмешательства во внутренние дела суверенных государств. Шмидт считал, что расширение ЕС было слишком поспешным, называл ошибкой действия Запада и НАТО на Балканах, а все разговоры о глобальном потеплении именовал не иначе, как «чистой воды истерией». Эксперты поговаривают, что наряду с Хансом-Дитрихом Геншером (Hans-Dietrich Genscher) экс-канцлер сыграл важную роль в освобождении Михаила Ходорковского. Больше четверти века Гельмут Шмидт был соиздателем газеты Die Zeit, успешно выступал в роли публициста и написал несколько книг.
    Его называли «немецким Черчиллем» – и не столько из-за политического масштаба обеих личностей, сколько из-за их пристрастия к табаку. И это как раз тот случай, когда медикам оставалось только разводить руками – любивший выпить сэр Уинстон, которого трудно было представить без обязательной сигары, при всех своих пагубных привычках дотянул до 91 года, а Гельмут Шмидт, дымивший не хуже паровоза, полтора месяца не дожил до 97-летия. Даже когда повсеместная борьба с курением достигла апогея, только ему разрешалось курить на телевидении во время съемки передач, на которые его приглашали. И это при том, что более тридцати последних лет бывший канцлер жил с электростимулятором сердца.
    В честь 100-летия Гельмута Шмидта выпустили юбилейную монету в 2 евро с его портретом, однако новинка вызвала неоднозначную реакцию. Художник Бодо Брошат (Bodo Broschat) хотел изобразить его с привычной сигаретой, поэтому на аверсе монеты голову политика дополнила кисть правой руки. Но фишка в том, что никакой сигареты между пальцами нет, и это делает появление руки на портрете излишним и абсолютно бессмысленным. Похоже, что сигарета исчезла на последней стадии работы – портрет «отредактировали» ответственные лица из ЕС в связи с продолжающейся борьбой с курением. Такая цензура не может вызвать ничего, кроме сожаления.

    Человек действия
    IMG_1628Известный своими лаконичными и остроумными высказываниями, Гельмут Шмидт и после ухода из активной политики оставался одной из самых популярных личностей в Германии, патриотом своего города, его выдающимся сыном. Поэтому неудивительно, что имя экс-канцлера присвоено гамбургскому аэропорту, причем всего лишь через год после его кончины, что само по себе редкость. Но были уже и гораздо более весомые прецеденты.
    Законы федеральной земли Гамбург обычно не позволяют увековечивать имя человека при его жизни. Исключений было всего два и оба они связаны с бывшим канцлером, что может быть объяснено лишь авторитетом, которым он пользовался даже среди политических противников. С 2003 года его имя носит в нашем городе Университет Бундесвера, а позднее на карте Гамбурга появилась Helmut-Schmidt-Gymnasium. Она находится в том районе, который больше всего пострадал от катастрофического наводнения 1962 года.
    Гельмут Шмидт, бывший в то время гамбургским сенатором по внутренним делам, проявил себя талантливым кризисным менеджером. Возглавив спасательные работы, он сумел договориться с военными, чтобы задействовать солдат и армейские транспортные средства для помощи населению города. В те годы подобная деятельность не входила в официальные задачи Бундесвера, и Шмидт фактически пошел против правил. Но этот нестандартный шаг сенатора полностью оправдал себя. Именно тогда его и стали называть Macher («человек действия»).

    «Мы потеряли гиганта»
    В церемонии похорон бывшего канцлера в ноябре 2015 года приняло участие все политическое руководство страны. Один из траурных венков прислало командование элитного антитеррористического подразделения GSG-9. Оно было создано в 1972 году буквально через две недели после неудачной попытки немецкой полиции освободить израильских заложников на Олимпиаде в Мюнхене. Свое первое серьезное задание бойцы GSG-9 блестяще выполнили через пять лет в Сомали, когда палестинские террористы захватили в аэропорту Магадишо самолет авиакомпании Lufthansa.
    Силовой вариант освобождения пассажиров был самым трудным из возможных сценариев, который, однако, полностью удался – ни один из заложников не погиб. Приказ о штурме самолета отдал канцлер Гельмут Шмидт. Это было рискованное решение, и на случай неудачного исхода операции или большого числа жертв он заранее написал заявление о своей отставке. Но бойцы GSG-9 не подвели главу правительства и по-прежнему благодарны ему за то, что он поверил в них.
    Несмотря на преклонный возраст на похороны приехали и зарубежные друзья Гельмута Шмидта – Валери Жискар д’Эстен и бывший госсекретарь США Генри Киссинджер (Henry Kissinger). В соответствии с последней волей покойного речей было мало, и все они были краткими. «Мы потеряли гиганта», – так подытожил свое выступление тогдашний первый бургомистр Гамбурга Олаф Шольц (Olaf Scholz). Генри Киссинджер говорил о покойном друге по-немецки, что было нетрудно для уроженца баварского Фюрта: «Гельмут был для меня своего рода мировой совестью, а дружба с ним стала опорой моей жизни». Канцлер Ангела Меркель закончила речь словами: «Я склоняюсь в глубоком уважении перед этим великим государственным деятелем, великим немцем и европейцем».
    Похоронен Гельмут Шмидт на кладбище в Ольсдорфе – рядом со своей женой Локи, умершей в 2010 году.

  • Рождество в Старом Гамбурге

    Рождество в Старом Гамбурге

    Текст: Юрий Одессер

    Наступают Рождественские праздники. Для верующих людей это день рождения Иисуса Христа, и они идут в церкви на торжественные богослужения. Другие, и таких большинство, глубоко не задумываются и радуются веселому празднику, который почти сливается с другим – с Новым годом, и образует самую веселую неделю в году – рождественскую или новогоднюю. Эти праздники скрашивают удручающее действие самого темного времени года. Их справляют в Гамбурге уже сотни лет, и многие традиции Рождества пришли к нам из давних времен.

    IMG_1532Многие века и еще несколько десятилетий назад жители нашего города были строго религиозными людьми и жили по христианским традициям. Время перед Рождеством, (Adventszeit – ожидание прихода) предназначалось для духовного очищения. Однако у людей сохранилось много суеверий, и внутреннее очищение выражалось в радикальной очистке жилья от грязи, что было важно… для отпугивания злых духов. Рождественские праздники в старом Гамбурге могли бы вызвать у современного наблюдателя смешанные чувства. Наряду с религиозными мероприятиями в церквях и частных домах, проявлялись нелепые суеверия, люди предавались обжорству и даже буйству. Однако мы начнем наш рассказ с приятных сторон рождественских праздников.
    Уже в начале декабря в Гамбурге появлялись рождественские базары. С 1329 года базар находился перед главной церковью Domkirche. Когда в 1806 году Domkirche снесли, базар стали устраивать на Gänsemarkt‘e, а потом и в других местах. До сих пор такие базары с аттракционами у нас называют также «Dom». Климат в прежние времена был гораздо прохладнее, чем сейчас. Замерзали не только Альстер и каналы, но и Эльба. На прочном льду устанавливали аттракционы и палатки со сладостями, здесь проходили рождественские народные гуляния. Кстати, на Рождество 1880-1881 гг. на Wandsbeker Markt‘e предприниматель Франц Гладов устроил искусственный каток – первый в Германии.
    25 декабря члены семьи дарили друг другу подарки. Эту традицию ввел в 1535 году Лютер в противовес католикам, которые дарили подарки в день Св. Николая. Фигуру Св. Николая, дарившего детям подарки, сменил немецкий Дед мороз – Weinachtsmann, который стал появляться в нашем городе с XIX века.

    Поесть в Гамбурге любили всегда, и на праздничный рождественский обед чего только ни подавали! Но непременно – жареное мясо, копчености и, конечно, карпа или гуся. Высшим шиком был запеченный молодой гусь. Ели много. Пили традиционное рождественское – мужчины – горячий грог (ром, вода, сахар, лимонный сок), дамы – яичный пунш (аррак 580, яйцо, вода, сахар, чай, лимонный сок). Из порта поступали почти прямо на стол колониальные фрукты-овощи: от апельсинов и фиников до кокосов и инжира.
    Главным символом Рождества были наряженные елки. У нас они появились в XVIII веке, а до этого подарки для детей клали под специальные светильники. Купить елки поначалу можно было только в одном месте – на Gänsemarkt‘e. А везли их издалека – из Харца, из Тюрингии. Только в 1900 году появились свои елочные питомники.
    Другим популярным символом Рождественских праздненств в германоязычных странах был рождественский венок – Adventskranz. Его изобрел гамбургский лютеранский теолог и педагог Вихерн (Johann Hinrich Wichern). В здании c известным всем гамбуржцам названием Rauhes Haus Вихерн устроил дом для бедняков, в первую очередь, для детей, которых он воспитывал без битья (что было революционным нововведением).
    Чтобы детям было просто следить за приближением дня Рождества, в 1839 году воспитатель сделал своеобразный календарь. Он водрузил на колесо от телеги свечи – 20 маленьких красных и 4 больших белых. С 1 декабря стал зажигать по одной в день (белые по воскресеньям). Изобретение оказалось удачным и стало распространяться повсюду, поначалу его называли «Hamburger Kranz». Венок стали делать из еловых ветвей, на них оставили 4 свечи (из экономии?).
    Венок напоминает о том, что родившйся младенец Иисус станет «царем иудеев» (царей венчали венками), а свет свечей символизирует деяния Христа. В Первую мировую войну Adventskranz размещали в лазаретах, чтобы поддержать дух патриотизма. Нацисты оставили венок, но оторвали его от христианской религии. Во время студенческих волнений 1968 года венок отвергли, как символ религиозного консерватизма. Потом все вернулось во круги своя.
    Такое же распространение, как Adventskranz, имеют «рождественские часы» – Weinachtsuhr. Их тоже можно назвать «Гамбургские часы», потому что и они придуманы в нашем городе. Первый вариант сделала в 1851 году Elise Averdieck, активная на социальном поприще писательница и педагог. Начиная с 1 декабря каждое утро она вывешивала для подопечных детей новую рождественскую картину. В начале ХХ века тоже у нас появились часы современного вида – календарь из картона с 24 дверками, которые дети открывают по одной в день и находят там рождественскую картинку и шоколадку.
    Все знают рождественскую песню «Stille Nacht». Ее первый вариант написал австрийский священник Josef Mohr, а дополнил и придал известный всем современный вид создатель Adventskranz гамбуржец Вихерн. Помимо этой, есть еще много других рождественских песен. Одна из старейших создана в Гамбурге в начале XVII века, а позже такие песни писали и живший в нашем городе знаменитый поэт Клоп-Шток, и сотрудничавшие в гамбургской опере Гендель и Телеман, и композиторы-гамбуржцы Мендельсон-Бартольди и Брамс.

    31 декабря – это день Св. Сильвестра или день Старого года (Altjahrestag).
    1 января – день Нового года (Neujahrestag). В ночь между ними, как и сейчас, праздновали наступление Нового года – праздник менее значительный, чем Рождество, но люди тоже обменивались подарками, пожеланиями, стреляли и пускали фейерверки.
    Между Рождеством и Новым годом гамбуржцы предавались суевериям, как ни в какое другое время. Это были так называемые «Twölften» – 12 дней «между годами», а именно с 25 декабря по 6 января.
    Ныне после рождественских дней люди расслабляются, отдыхают, спокойно ожидая наступления Нового года. Раньше эти дни в Гамбурге были наполнены постоянным сильным шумом. Напряжение росло и достигало максимума в канун Нового года (до XIX века его называли «Вечер Старого года» – «Altjahresabend»). Новогоднюю стрельбу мы слышим в Гамбурге и сегодня, но стреляют, как правило, молодые люди, и по сравнению с прошедшими временами стрельба выглядит вполне невинно. Тогда стреляли и шумели ради развлечения, но главное, чтобы испугать и прогнать нечистую силу.
    Ведь борьба со злом и победа над ним доставляют большую радость. Взрослые горожане, далекие от военной службы, палили во все стороны из всевозможных ружей и пистолетов. Умудрялись стрелять даже из пушек. Подростки бросали бутылки и горшки в двери домов. Были даже жертвы из-за неосторожного обращения с ракетницами, которые заряжались с дула. Поэтому они были запрещены в 1840-годах. Но в предместьях Гамбурга эти опасные игрушки еще долго были в ходу.
    Во всех домах в канун Нового года гадали. Предсказатели будущего, гадалки были востребованы, как никогда. Предсказания (Spökenkiekerei) почему-то были больше связаны с неприятными событиями: смертью, болезнями, разорением. Народ был весьма неравнодушен к этим гаданиям. Совсем мрачным было гадание на соли. Каждый участник гадания набивал солью наперсток, переворачивал его и оставлял получившийся соляной «куличик» на новогоднюю ночь. Чей конус к утру рухнул, должен был ожидать смерти в новом году.
    Были и вполне невинные гадания. Например, заставляли прислугу в помещении бросать через спину обувь и с интересом наблюдали результат – если носки ботинок указывали на дверь, это означало, что в течение года предстоит переезд на другую квартиру.
    До сих пор в некоторых семействах под Новый год гадают на свинце. Кусок металла расплавляют, потом дают ему остыть и по форме отливки судят о будущем. Если не было свинца, то гадали на яйцах, разбивая их в кипяток, и рассматривали получившуюся фигуру.
    Были в ходу другие поверья. Запрет на работу и особенно на стирку – оказывается, белое белье на веревке напоминает саван. Чешуйки рождественского карпа приносят деньги, если их положить в кошелек. Последний кусок рождественского пирога сохраняли до следующего года и клали в муку для следующего рождественского пирога, это гарантировало изобилие в доме.
    Яблоки, украшавшие елку, полагалось съесть, что приносило не только здоровье, но и предохраняло от несчастий. Любых посетителей, появившихся в Рождество, полагалось обязательно накормить, иначе они «унесут» праздник из дома. Рождественский букет должен содержать четное число цветков, нечетные приносят несчастье и даже смерть. Равным образом на елке должно быть четное число свечей, иначе в новом году кто-то умрет.
    Отметим, что главным содержанием рождественских праздненств были все-таки не предсказания ужасов и несчастий, а радостное общение в кругу семьи. Такими их вспоминали весь год и предвкушали их наступление в конце декабря. Такими они остались до наших дней.