Tag: История

Это здание – горький символ трагедии еврейского народа. Ballinhaus, построенный архитекторами-евреями и названный в честь предпринимателя-еврея, стал источником смерти для миллионов их соплеменников.

Десятиэтажное здание, расположенное рядом с Chilehaus, теперь больше известно как Meßberghof. Первоначальное название конторского комплекса исчезло с карты Гамбурга в 1938 году по приказу гауляйтера города Карла Кауфмана – нацисты избавлялись от всего, что напоминало о евреях. И можно только удивляться, как прежнее название здания смогло в тех условиях продержаться пять лет – со времени прихода Гитлера к власти. Оно, кстати, официально не восстановлено до сих пор. Правда, в 1997 году тогдашний владелец здания, предприятие концерна Deutsche Bank, заявлял о своем намерении вернуть комплексу старое имя, но пока все остается по-прежнему.

После эпидемии холеры 1892 года район ветхих домов, располагавшийся южнее современного Главного железнодорожного вокзала, снесли по санитарным соображениям. На этом месте десятилетия спустя запланировали целый квартал железобетонных конторских зданий с облицовкой из клинкерного кирпича. Каждое сооружение должно было иметь индивидуальный характер, поэтому проектировали их разные специалисты. Ballinhaus строили в 1922-1924 годах по чертежам Ханса и Оскара Герзонов – архитекторов еврейского происхождения.

В 1907 году они основали в Альтоне архитектурное бюро Gebr. Gerson и до начала Первой мировой войны разработали проекты около двадцати частных домов и загородных вилл по заказам гамбургских купцов и финансистов. Успешная работа приносила им постоянный доход, что со временем позволило братьям стать известными в городе меценатами и коллекционерами произведений искусства. В 1920 году в состав их бюро вошел и младший брат Эрнст, возвратившийся к тому времени из русского плена.

Gebr. Gerson специализировалось на клинкерных фасадах, и нет ничего удивительного, что этой фирме доверили проектировать один из наиболее крупных объектов в будущем квартале конторских домов. Здание на улице Meßberg 1 строили по заказу акционерного общества Aktiengesellschaft für In- und Auslandsunternehmungen. Здесь планировалось разместить множество офисов различных компаний. Конторским домам по уже сложившейся традиции давали имена, и этот новый комплекс назвали Ballinhaus – в честь ушедшего из жизни в 1918 году Альберта Баллина, генерального директора судовладельческой компании HAPAG (Hamburg-Amerikanische Packetfahrt Aktiengesellschaft).

В конце XIX и начале XX веков эмиграция из Европы в Новый Свет представляла собой целую индустрию, в которой Баллин играл одну из ведущих ролей. И когда век спустя в Гамбурге создали своеобразный музей эмиграции, он не случайно получил название Ballinstadt. Альберт сам был сыном иммигранта – датского еврея, который так и не научился писать по-немецки. Служебную карьеру Баллину-младшему пришлось начинать в 17 лет после смерти рано умершего отца. Став самостоятельным коммерсантом, 22-летний гамбуржец убедил судовладельца Эдварда Карра выделить два грузовых парохода целиком под перевозку эмигрантов. До этого пассажиры были на таких судах чем-то вроде дополнения к остальному грузу: основным бизнесом пароходных компаний была все же доставка товаров.

С годами клиентами гамбургских судовладельцев, занимавшихся перевозками в Америку, становилось все больше подданных Российской империи. Убийство в 1881 году царя Александра II привело к участившимся еврейским погромам, потенциальные жертвы которых вынуждены были искать спасения за океаном. Поток пассажиров все возрастал, требовалось все больше судов. Альберт Баллин, ставший руководителем HAPAG, сделал ставку на быстроходные суда с двумя гребными винтами, когда это считалось еще довольно рискованным делом.

В 1898 году HAPAG уже был крупнейшей в мире судовладельческой компанией, имеющей 58 собственных пароходов и 113 зафрахтованных судов. Именно Баллин сделал самостоятельным направлением бизнеса морские круизы, главная цель которых – уже не переезд морем из одной страны в другую, а сам отдых на борту судна в южных широтах. В общем, это был человек, вполне достойный, чтобы его именем назвали офисный комплекс в родном городе. Но с точки зрения нацистов у покойного предпринимателя был один крупный недостаток – его неарийское происхождение. Поэтому в 1938 году Ballinhaus превратился в Meßberghof.

Примерно в это же время Оскару Герзону удалось эмигрировать в Калифорнию, а Эрнст еще раньше перебрался в Новую Зеландию. Их старший брат Ханс, умерший в 1931 году, не дожил до того позорного дня, когда его родственников исключили из Союза немецких архитекторов только потому, что они евреи. Но пережившему нацизм автору проекта Ballinhaus было особенно больно узнать, что его детище сыграло печальную роль в мировой истории, невольно став средоточием зла и символом смерти – в особенности для евреев.

В 1928 году среди многочисленных арендаторов помещений в здании Ballinhaus появилась фирма Tesch & Stabenow, специализировавшаяся на производстве и применении средств дезинфекции и дезинсекции. В Гамбурге она являлась фактически монополистом по химической обработке холодильников, складских помещений и судовых трюмов. Одним из наиболее популярных инсектицидов был разработанный в 20-е годы препарат Zyklon B, выделявший пары синильной кислоты. Им, в частности, обрабатывали одежду солдат вермахта для борьбы со вшами.

Однако синильная кислота смертельна не только для насекомых, но и для человека. И очень скоро Zyklon B стали применять в газовых камерах для уничтожения людей – впервые это произошло в конце 1941 года в концлагере Аушвиц (Освенцим). С точки зрения командования СС препарат был очень эффективен: четырех его килограммов хватало для убийства тысячи заключенных. Поэтому Tesch & Stabenow поставляла Zyklon B во многие концлагеря уничтожения во все возрастающих объемах.

В 1946 году в Гамбурге владелец фирмы Бруно Теш и его заместитель Карл Вайнбахер были приговорены британским военным судом к смерти на виселице. На их совести – сотни тысяч (если не миллионы) заключенных самых разных национальностей, но больше всего – евреев. Для всего цивилизованного мира Zyklon B на долгие годы стал символом безысходности и смерти. И это отношение люди переносят на гамбургский Meßberghof, в котором за будничной конторской работой стояли массовые убийства невинных людей.

Но символично и другое: в этом же здании сейчас расположен германский офис международного благотворительного фонда «Эбен-Эцер» (Ebenezer Hilfsfonds Deutschland e. V.). Он служит примирению между народами, оказывает гуманитарную помощь жертвам Холокоста и вообще евреям, а также способствует их возвращению на историческую родину — в Израиль.

27 января по решению ООН 2005 года во всем мире отмечается день поминовения жертв Холокоста. Дата выбрана не случайно: в этот день в 1945 году советские солдаты освободили оставшихся в живых узников концлагеря Аушвиц-Биркенау. В Германии 27 января стали отмечать в 1996 году по предложению федерального президента Романа Херцога. Каждый год мы отдаем дань памяти всем, кто погиб от рук нацистов – евреям и цыганам, противникам режима и военнопленным, инакомыслящим и угнанным на принудительные работы.

Текст: Андрей Нелидов

Фото: Е. С.

 

Остатки фундамента средневекового монастыря святой Марии Магдалины и человеческие останки обнаружены в подвале гамбургской Торговой палаты Handelskammer.

Монастырь ордена святого Франциска Ассизского был заложен  после победы над датчанами в 1231 году графом  Адольфом IV Шауэнбургским и Гольштейнским,  который впоследствии стал монахом этой обители. Шестьсот лет спустя обветшавший храм снесли. На его месте, по соседству с ратушей, на сегодняшней площади Adolphsplatz, в 1841 году построили здание биржи, в котором сейчас находится Торговая палата.

О том, что здесь когда-то был монастырь, известно давно. Однако поводом для начала раскопок послужила случайная находка нескольких захоронений. Их обнаружили в ходе  работ по осушению подвального помещения фонда коммерческой библиотеки Commerzbibliothek. Книгохранилище было затоплено во время сильнейшего ливня в июне прошлого года, о котором в заметке «Гамбург ушел под воду» мы писали в нашем журнале.  Оказались залитыми не только вестибюли многих станций метро, но и подвалы, в том числе и Торговой палаты.

В начале 2012 года в ходе раскопок с семиметровой глубины подземелья извлекли на свет не только дубовые балки, сваи и огромные валуны, которые служили  фундаментом, но и черепа и кости. Последние в первую очередь прошли  полицейскую экспертизу, которая установила: дело должно быть передано археологам.

Их руководительница Rainer-Maria Weiss, директор  музея Helms-Museum Hamburg отпустила удачную шутку-двусмысленность, которая всем запомнилась, что в Торговой палате в подвале – мертвецы. На самом деле в этом нет ничего необычного. В средние века многие стремились  быть похороненными в церковной земле.

Вероятно, археологов ждут новые находки, поскольку вскоре они будут участвовать и  в работах по строительству подземного гаража рядом с Торговой палатой. Ее руководство сообщило, что планирует открыть свободный доступ к местам раскопок и устроить музейную экспозицию.

Один из пяти монахов-францисканцев, живущих сейчас в нашем городе, 47-летний отец Thomas Ferencik на торжественной презентации находок так выразил свою радость:

– Моей первой мыслью было: наконец-то они раскопали наш монастырь!

Текст: Екатерина Филиппова

В предыдущих номерах мы открыли новую рубрику  «Старый Гамбург». Начали с кухни, потому что еда в Гамбурге, как известно, дело очень важное. О нем  мы еще будем вспоминать, а сейчас приступаем к теме, как и полагается, с самого начала. Итак!

Мифы Гамбурга… История всякого города, государства наполнена мифами. Люди склонны приукрашивать свое прошлое – так догадки, вымыслы и даже сказки становятся «историческими фактами». Рассказывая о нашем городе, мы попытаемся отделить «зерна от плевел» – реальность от мифов. При этом не будем забывать, что мифы, просуществовавшие десятки, а то и сотни лет, становятся частью реальной жизни и тоже требуют к себе уважения. Мы проследим путь развития Гамбурга от небольшой деревеньки до огромного мегаполиса севера Германии и попробуем понять, как это произошло.

Кто первый?

Представим себе, дорогой читатель, что живем в VIII веке, и нам нужно заложить город на Нижней Эльбе, который бы стал основой для большого государства. Конечно, нам есть смысл обратить внимание на место впадения речки Альстер в Эльбу. Рядом есть возвышение, которое с незапамятных времен носило название Хаммабург (Hammaburg – в переводе с нижнесаксонского – лесистое возвышение над низиной). Оно с трех сторон хорошо защищено от недружественных соседей – речками Альстером и Билле, но никогда не заливается водой при регулярных здесь наводнениях.

Неслучайно это место избирали для своей стоянки даже первобытные люди. Этот факт открыл не археолог, а …школьник. Он нашел на месте раскопок каменный нож, или скребок каменного века. Так что, история Гамбурга началась еще в древние времена.

Далее примем к сведению, что через это место, по высокому берегу Эльбы, еще в давние времена проходила сухопутная дорога  с востока на запад, а водный путь по Эльбе связывал большую часть Европы с Северным морем. Это значит, что устье Альстера годилось и для торгового порта, и для военного поселения, которое могло бы контролировать важный перекресток торговых путей. Вот почему это выигрышное место было постоянным предметом споров и войн между племенами германцев саксов и славян абодритов, жившими по Нижней Эльбе еще в последней трети первого тысячелетия. Но кто из них пришел первым и стал основателем Гамбурга? Всегда считалось, что это были, конечно, саксы. Однако уже в послевоенное время археологи раскопали на Домской площади, в центре современного Гамбурга, следы славянского поселения – характерные черепки посуды, датируемые началом IX века. Но более поздние исследования, проведенные другим способом, опять отдали приоритет саксам. И все вернулось на свои места. Такова неопределенность предыстории Гамбурга. А вот в его истории появляются настоящие мифы.

Карл Великий

История многих городов и народов (в том числе и русского) тесно связана с норманнами. Скандинавские завоеватели появились у границ империи Карла Великого на рубеже VIII и IX веков. Известие, что враги уже всего в  нескольких днях конного марша от его столицы, Карл получил в 810 году. Опасность обозначилась явственно, и император приказал построить укрепления во всех морских портах и причалах, особенно в устьях рек. Логично предположить, что приказ касался и устья Альстера, то есть Хаммабурга.

А это означает, что «Отец Европы» – Карл Великий – оказался еще и отцом-основателем Гамбурга. Так длительное время и утверждалось, потому что для авторитета Гамбурга у врагов (и у друзей) был нужен знаменитый патрон. Но… Но дотошные ученые всячески возражали: ведь, если нет документа, подтверждающего «отцовство» Карла, да и археологических свидетельств тоже не нашлось, значит нет и факта. Карл оказался не законным, а мифическим «отцом» Гамбурга. Но кто будет вникать в тонкости? И по-прежнему в иных популярных изданиях величают Карла отцом-основателем, а в городе можно увидеть памятники с надписью: Gründer Hamburgs  (Основатель Гамбурга).

 

 

 

 

 

 

Епископ Ансгар

Так или иначе, при личном участии Карла или без оного, Гамбург был основан в начале IX века как форпост на краю стремительно расширяющейся каролингской империи.  Так наступающая армия устраивает командный пункт поближе к линии фронта. В то время хорошо понимали (как, впрочем, и во все времена): мало завоевать соседа – нужно приобщить его к своей культуре, религии. Поэтому Хаммабург был не столько военным, сколько христианским миссионерским центром. Впервые он упоминается в письменных источниках 832 года. Тогда и начинается вполне определенная история города.

 

 

Первой известностью, если не сказать –  славой, Гамбург обязан Ансгару, основателю гамбургского архиепископства (831). Этот бенедиктинский монах, безусловно, был харизматической личностью, обладал талантом убеждения. Успехи его были впечатляющими: за считанные годы он обратил в христианскую веру население нынешних Швеции, Дании и Шлезвига, за что был заслуженно удостоен звания апостола Севера и возведен в ранг святых.

Ансгар создал в Хаммабурге крупный религиозно-культурный центр с монастырем бенедиктинцев и деревянной церковью Мариенкирхе. Он обучал молодых датчан и славян в миссионерской школе и посылал их проповедниками к землякам. В Хаммабурге были построены дома для графа, епископа и других священнослужителей, а также для купцов и ремесленников. Здесь же находился небольшой порт, причалы которого выходили на один из рукавов Альстера (засыпанный в 1866 году Reichenstraßenfleet). Селение было окружено большими деревянными оградами. На месте уничтоженной норманнами или славянами Мариенкирхе был построен Домский собор – главная церковь Гамбурга, которую снесли сами гамбуржцы в 1806 году.

 

Споры  и поиски достоверности

 Казалось бы, с историей Хаммабурга все ясно, но…

Изложенная выше версия основания Хаммабурга известна только из одного источника – «Vita sancti Anscharii». Эту биографию епископа Ансгара написал его ученик и последователь на должности епископа Бремена и Гамбурга Римберт (Rimbert). Версия считалась настолько достоверной и стала столь привычной, что в ее подлинности никто не сомневался и подтверждать ее с помощью археологических раскопок не торопился.

 

 

Так вот, в 2005 году на Домской площади были проведены тщательные раскопки и исследования с применением современной техники. К великому разочарованию ученых и широкой публики, никаких следов Хаммабурга времен Ансгара обнаружено не было. Единственно подтвердилось, что на Домской площади примерно в 900 году  действительно был собор. фото Hammaburg Domkirche

Среди ученых продолжаются споры о существовании Хаммабурга. Одной рукописи, написанной 1200 лет назад человеком, который не был свидетелем событий, слишком мало. Кто знает, не поддался ли епископ Римберт соблазну приукрасить жизнеописание любимого учителя, как это было вполне допустимо в Средние века, и не стал ли он создателем мифа о Хаммабурге, дошедшего до нас как безусловная истина?

Вопрос остается открытым. Мы же с вами, дорогой читатель, как и полагается неофитам – новоиспеченным жителям Гамбурга, – конечно, горячие патриоты города. Поэтому для нас история Хаммабурга – это не миф, а самая что ни на есть истина! И мы уверены, что при очередных строительных работах найдут его остатки, как обнаружили фундамент Епископской башни. Но об этом уже в следующем номере.

 

Текст: Юрий Одессер

Здравствуйте, вот наша «тётя»!

6 апреля ей исполнится 76, однако выглядит она гораздо моложе. Не обошлось, конечно, без пластических и прочих операций, но главное в том, что она до сих пор поднимается в небо. Прописанная в Гамбурге «Tante Ju» – это старейший в мире самолёт из тех, что находятся в эксплуатации.

Теперь уже невозможно узнать, кто и почему прозвал «юнкерс» Ju-52 «Тётушкой Ю». Но сегодня ветеран германского самолётостроения может приходиться тёткой разве что Бернду Юнкерсу (Bernd Junkers) – внуку известного немецкого авиаконструктора Хуго Юнкерса (Hugo Junkers), который спроектировал эту и тысячи других подобных ей крылатых  машин.

Важная страница в истории немецкого самолётостроения была перевёрнута 80 лет назад, когда весной 1932 года в Дессау (Саксония-Ангальт) впервые поднялся в небо Ju-52/3m. Это была трёхмоторная модификация транспортного самолёта: его первый вариант с одним двигателем (Ju-52/1m) так и не пошёл в серию – было выпущено всего 6 экземпляров. Зато вторая модификация побила все рекорды: с 1932-го по 1952 год было изготовлено порядка 4 850 машин этого типа – даже после войны их производили по лицензии сразу в нескольких странах. Много лет это был самый распространённый в мире пассажирский самолёт. В чём же секрет подобной популярности?

Технические характеристики вроде бы не дают оснований так уж восторгаться детищем Хуго Юнкерса: смешная крейсерская скорость в 190 км/час при средней высоте полёта не выше 600 м, число пассажиров на борту – до 17. Вместе с тем, десятитонный «пятьдесят второй» способен отрываться от взлётной полосы при скорости 120 км/час уже после 500 м разбега. Его бензобаки вмещают 1 800 литров топлива, что позволяет «юнкерсу» оставаться в воздухе примерно четыре часа. Это первый в мире цельнометаллический самолёт пассажирского и военно-транспортного назначения (тогда применялся ещё гофрированный металл), его называют также первой в мире серийной пассажирской машиной. Невероятная надёжность безотказного Ju-52/3m, позволявшая ему летать в перегруженном и даже в повреждённом состоянии, принесла ему известность на всех континентах. Первые два экземпляра серии были поставлены в Боливию, именно этот самолёт обслуживал открытую в 1934 году авиалинию Москва – Барселона.

Но весной 1932-го до всемирной славы было ещё далеко. Тогда Хуго Юнкерс, веривший в прекрасное будущее гражданской авиации, не мог себе представить, что через год у него навсегда отнимут не только его многообещающее детище, но и саму возможность заниматься проектированием самолётов. Вскоре после прихода Гитлера к власти его компания была национализирована, а самому конструктору запретили появляться не только на рабочем месте, но и вообще в городе Дессау. Секрет подобной ненависти нацистов к талантливому инженеру объяснялся просто: лет десять назад Хуго Юнкерс отказался принять на работу будущего рейхсминистра авиации Германа Геринга (Hermann Wilhelm Göring), который претендовал на место лётчика-испытателя.

Оставшись без любимого дела, конструктор скончался через два года после отъезда из Дессау. Это произошло 3 февраля 1935 года, в день его рождения, когда Юнкерсу исполнилось 76 лет. Он был талантливым инженером и очень разносторонним специалистом. Разработанный им калориметр в 1893 году удостоился золотой медали Всемирной выставки в Чикаго. Ещё через год он запатентовал газовый нагреватель воды для ванных комнат, а на его основе создал всем сегодня привычный проточный нагреватель. Профессор Юнкерс преподавал в университете термодинамику, параллельно разрабатывая калориферы, регуляторы газового давления и другие полезные приборы.

Первым его патентом в авиастроении стало в 1910 году цельнометаллическое самолётное крыло, а ещё через пять лет в небо поднялась первая в мире крылатая машина, целиком выполненная из металла. По его инициативе в Аахене была построена аэродинамическая труба, Юнкерс начал производить авиационные моторы. В 1926 году компания Junkers Luftverkehr AG объединилась с фирмой Deutsche Aero Lloyd, образовав предприятие Deutsche Luft Hansa, со временем превратившееся в нынешнего лидера немецкого авиатранспорта.

Однако в 1933 году пути конструктора и его основных компаний Junkers Flugzeugwerk AG и Junkers Motorenbau GmbH трагическим образом разошлись. В Дессау продолжали выпускать самолёты с маркой «юнкерс», но к самому Хуго они уже не имели никакого отношения – ни печально известные в СССР пикирующие бомбардировщики Ju-87 («лапотники»), ни основные  бомбардировщики люфтваффе Ju-88.

Надёжность и неприхотливость пассажирского Ju-52/3m сразу привлекли внимание имперского министерства авиации. Он стал основной «рабочей лошадкой» вермахта, выполняя разведывательные, транспортные и даже бомбардировочные задачи. В 1936 году в истории самолёта открылась тёмная страница, которой вряд ли бы гордился его создатель. Во время гражданской войны в Испании Германия послала на помощь режиму Франко так называемый «Легион «Кондор» – авиационную часть с немецкими экипажами.

Около полусотни переоборудованных в бомбардировщики Ju-52 принимали участие в налётах на Мадрид, а также на баскские города Дуранго и особенно Гернику, где было разрушено 80% зданий и погибли сотни людей. Немецкая авиация во многом обеспечила победу франкистов, поэтому Гитлер цинично заметил, что Франко должен был поставить памятник Ju-52. Однако в ходе воздушных боёв выяснилось, что тихоходный «юнкерс» представляет собой уязвимую мишень для истребителей противника и не слишком годится на роль бомбардировщика. Поэтому с мая 1937 года он выполнял для вермахта лишь транспортные задачи.

Интересно, что в 1941 году Германия должна была поставить Советскому Союзу десять экземпляров Ju-52/3m. Четыре из них СССР получил весной, а оставшиеся шесть так и не были поставлены из-за начавшейся войны. Но после войны эти самолёты достались победителям в больших количествах, и они ещё много лет летали в Сибири и Средней Азии, пока не были списаны из-за нехватки запасных деталей. Но и сейчас ещё в мире существуют шесть экземпляров Ju-52/3m, которые по-прежнему поднимаются в воздух. И старейшим из них является   как раз та самая «Тётушка Ю», с которой мы начали свой рассказ. Своё второе рождение машина с бортовым кодом D-AQUI пережила у нас в Гамбурге.

Первый полёт она совершила 6 апреля 1936 года в Дессау, перевозила грузы (в том числе и для вермахта), потом была продана в Норвегию как гидросамолёт – с поплавками вместо колёс. После войны безжалостно эксплуатировалась в Эквадоре и, сменив в общей сложности около десяти владельцев, оказалась в США. К тому времени самолёт представлял собой жалкое зрелище. Но ржавой «тётке» повезло: в 1984 году её купил специальный фонд Deutsche Lufthansa Berlin-Stiftung.

Пятнадцать месяцев понадобилось специалистам гамбургского ремонтного завода компании Lufthansa, чтобы привести машину в порядок. Капитальный ремонт осложнялся тем, что запасных частей для Ju-52 давно не существует, так что инженерам и техникам пришлось многое делать самим. 6 апреля 1986 года, ровно через 50 лет после своего первого полёта, серебристая «Тётушка Ю» родилась во второй раз. За последние 20 лет у неё ни разу не было проблем с «сердцем» – во многом за счёт «пламенных моторов» компании Pratt & Whitney   надёжность машины оценивается специалистами на уровне почти недостижимых 99%.

Современные самолёты обычно эксплуатируются не дольше трёх десятилетий, но тут, конечно, случай особый. Специалисты уверены, что при нормальном техническом обслуживании «тётушка» вполне может летать до ста лет. Сейчас она исправно катает пассажиров (до десяти тысяч в год), совершая неспешные полёты над Германией, Австрией, Великобританией и странами Скандинавии. Несмотря на свой почтенный возраст, «Тётушка Ю» находится в отличной форме, что не раз доказывала во время экскурсионных полётов над Гамбургом.

Текст: Андрей Нелидов

Фото: Deutsche Lufthansa Berlin-Stiftung, Wikipedia