Tag: История

Одна улица на двоих

Спор о переименовании Hindenburgstraße, похоже, завершился компромиссом. Новое название – Otto-Wels-Straße – получит в итоге лишь часть этой улицы.. Кто же такой этот Отто Вельс, из-за которого намерены «урезать» германского президента времен Веймарской республики? 

Германия и Гамбург не устают разбираться со своим прошлым. На этот раз пришло время второго по счету (и последнего) рейхспрезидента Пауля фон Гинденбурга (Paul von Hindenburg). Недавно партия «зеленых» административного округа Nord выступила с официальным предложением переименовать Hindenburgstraße и заодно вычеркнуть рейхспрезидента из списка почетных жителей Гамбурга, в котором он по-прежнему фигурирует. Главная претензия известна всем: именно Гинденбург на правах главы государства фактически привел к власти Адольфа Гитлера – 30 января 1933 года он объявил его рейхсканцлером, то есть главой правительства.

Инициативу «зеленых» поддержали местные представители SPD и FDP, а вот христианские демократы ее отклонили. Показательно, что к этому предложению скептически отнесся и «красный» городской Сенат, которому, собственно, и придется в итоге принимать решение. Трудность здесь в том, что инициаторы переименования ставят Гинденбурга в один ряд с Гитлером и Герингом, которых в свое время совершенно справедливо вычеркнули из списка почетных жителей Гамбурга и местной топонимики. Не подлежит сомнению тот факт, что генерал-фельдмаршал, воспитанный в монархическом прусском духе, никогда не был демократом. И все же следует признать, что сложная и во многом противоречивая фигура Гинденбурга нуждается в более взвешенном к себе отношении.

Он заслужил уважение немецкого народа задолго до того, как совершил роковую, главную в своей жизни, ошибку. Во время Первой мировой войны Гинденбург ярко проявил себя в роли командующего 8-й армией, успешно проведя Восточно-Прусскую операцию против наступавших русских войск и радикально изменил ситуацию на этом участке фронта. Он стал национальным героем, заслужив почести, которых за сто лет до него удостоился лишь один человек – прусский генерал-фельдмаршал Гебхард фон Блюхер (Gebhard Leberecht von Blücher). Одного этого достаточно, чтобы назвать в его честь улицу –  тем более что военачальников в немецкой топонимике пруд пруди.

Произведенный в генерал-фельдмаршалы, Пауль фон Гинденбург стал главнокомандующим германскими войсками на Восточном фронте. И хотя на этом посту особых лавров не снискал, впоследствии был назначен начальником Генерального штаба. Это высокая должность в военной иерархии, которая также позволяет увековечить его имя на картах немецких городов.

Но Гинденбург на этом не остановился: в 1925 году он стал вторым рейхспрезидентом Веймарской республики. Причем в отличие от первого – социал-демократа Фридриха Эберта (Friedrich Ebert) – был избран на этот пост в результате всенародного голосования. А через семь лет избиратели вновь доверили ему пост главы государства. Гинденбург, кстати, и по сей день остается единственным президентом Германии, которого немцы выбирали без «посредников».

Впрочем, его победа во втором туре выборов 1932 года стала для страны вынужденным компромиссом. Достаточно взглянуть на фамилии внесенных в избирательный бюллетень кандидатов (см. фото). Тогдашнему рейхспрезиденту, деятельностью которого на этом посту далеко не все были довольны, составляли конкуренцию Адольф Гитлер и гамбургский коммунист Эрнст Тельман, чьи тесные связи с Москвой ни для кого не были секретом.

Между Сциллой крайне правых и Харибдой крайне левых престарелый консерватор Гинденбург (ему в то время было уже 84) оказался для избирателей наименьшим из трех возможных зол. Этим объясняется и тот факт, что за убежденного монархиста голосовали партии центра и даже социал-демократы, стремившиеся во что бы то ни стало преградить путь Гитлеру. В итоге рейхспрезидент получил необходимые для победы 53% голосов, за Гитлера голосовали 36,7% избирателей, Тельман получил 10%.

Историки спорят о методах правления Гинденбурга, однако при всех своих больших связях в армейских кругах он был далек того, чтобы привести к власти военных (что было бы, кстати, не худшим вариантом в свете последующих событий). До назначения канцлером Гитлера рейхспрезидент уже сделал две подобные попытки – с Францем фон Папеном (Franz von Papen) и Куртом фон Шляйхером (Kurt von Schleicher). Однако  когда последний предложил распустить рейхстаг, Гинденбург лишил его своей поддержки и обратил взор на Адольфа Гитлера.

Рейхспрезидент весьма скептически относился к «богемскому ефрейтору», однако не мог игнорировать политика, за которого проголосовало более трети немцев. В этой сложной ситуации Гинденбургу не хватило политического чутья. Глава государства старался играть по непривычным для него демократическим правилам и наивно ждал того же от Гитлера. Но тот, придя к власти, тут же начал устанавливать собственные правила игры.

В апреле 1933 года Гинденбург заступился за ветеранов Первой мировой войны еврейского происхождения, которых намеревались уволить по нацистскому проекту закона о государственной службе. Но это была только слабая попытка что-то изменить – рейхспрезидент все больше попадал под влияние гитлеровской камарильи, авторитет главы государства быстро сходил на нет, а после смерти Гинденбурга в 1934 год
Одним из примеров открытого сопротивления нацистскому режиму стала 23 марта 1933 года речь депутата рейхстага, председателя Социал-демократической партии Германии Отто Вельса (Otto Wels). Он аргументированно и страстно выступил против  законопроекта о предоставлении правительству чрезвычайных полномочий, который впоследствии стал главной юридической основой всех бесчеловечных нацистских законов и фактически покончил с Веймарской республикой.у его должность была упразднена – у немцев появился фюрер.

 

Это выступление было последней свободной речью в рейхстаге, открыто призывавшей к отрицанию идеологии нацизма и сотрудничества с ним. Отто Вельс рисковал: по Германии уже прокатилась первая волна арестов, а в зале находились штурмовики СА. Сознавая грозящую стране опасность, он бросил в лицо нацистам: «У нас можно отнять свободу и жизнь, но не честь». Все 94 депутата от SPD проголосовали против проекта закона, но поскольку депутатов-коммунистов после поджога Рейхстага лишили права голоса, а остальные голосовали «за», закона был принят. Демократии в Германии пришел конец: все рычаги власти оказались в руках правительства Гитлера.

Сегодня в Гамбурге хотят напомнить об этой отчаянной попытке Отто Вельса противостоять коричневой чуме. Спору нет: он безусловно заслуживает, чтобы у нас в городе была улица его имени. Как, впрочем, и Пауль фон Гинденбург. И если по-другому нельзя, пусть будет компромисс – одна улица на двоих.

Текст: Андрей Нелидов

Если вы заказываете рыбу в приличном ресторане, то она наверняка куплена на Фишмаркте. А первый рыбный аукцион, между прочим, состоялся в нашем городе ровно 125 лет назад. 

Это произошло осенью 1886 года на территории района St. Pauli. Открытый аукцион, впервые организованный на государственной основе (частные, понятное дело, бывали и раньше), стал с тех пор в нашем городе основной формой оптовых продаж свежей рыбы и морепродуктов. Эти торги у нас до сих пор ассоциируются со старым зданием на Große Elbstraße, хотя сегодня они проводятся совсем в другом месте.

Теперь Фишмаркт – неотъемлемая часть Гамбурга, одна из его любимых «фишек», без которой наш город и представить себе невозможно. А ведь изначально это была вообще не его достопримечательность, доставшаяся Гамбургу лишь «по наследству» от соседней Альтоны, которая только в 30-х годах прошлого века утратила статус отдельного города. И само возникновение берегового комплекса рыбных аукционных залов буквально на границе с районом St. Pauli говорило о вечном экономическом соперничестве двух соседних городов.

Стремление конкурировать «лицом к лицу» заставило гамбургские власти в XIX веке перенести рыбный рынок из Старого города поближе к Альтоне и Эльбе, а заодно и к интересам самих рыбаков – непосредственных поставщиков свежего товара. Сегодняшняя гамбургская площадь Alter Fischmarkt к торговле рыбой отношения уже не имеет. Не спорю, можно и здесь купить что-то, но это не более чем розничный оборот, обычный для любого продуктового магазина с рыбным отделом. А вот оптовые продажи еще полтора века назад переместились в торговые залы St. Pauli.

Власти Альтоны, находившейся в то время под властью прусской короны, не замедлили с ответным стратегическим выпадом. Создавая новый рыбный порт, они запланировали и комплекс аукционных залов (Fischauktionshalle) прямо на берегу Эльбы. Его построили в 1895-96 годах за 320 000 марок. Изначально он предназначался не только для торговли рыбопродуктами и рассылки их заказчикам, но и для выдачи охлаждающего льда, а также для хранения и ремонта рыболовных снастей. Уже вскоре после начала работы нового объекта торговый оборот на Фишмаркте Альтоны стал заметно больше, чем у соседей.

В 1934 году в результате крупной административной реформы прежде самостоятельный город Альтона вошел в состав Гамбурга. Это повлекло за собой естественное объединение двух конкурирующих рыбных рынков. Созданное в том же году предприятие называется теперь Fischmarkt Hamburg-Altona GmbH, в его ведении находится несколько производственно-торговых объектов на Große Elbstraße.

Теперь кажется по меньшей мере странным, что такая наша достопримечательность, как Fischauktionshalle, могла разделить судьбу снесенного в 1971 году аукционного зала в St. Pauli. Но многолетняя борьба представителей культуры за его спасение, к счастью, увенчалась успехом. В 1984 году здание отреставрировали и придали ему статус памятника архитектуры, охраняемого государством. Теперь оно выполняет задачи социокультурного характера, будучи местом проведения многих мероприятий и объединяя под своей крышей целую россыпь больших и малых предприятий общественного питания.

…Если  вы любите субботние тусовки до утра, то в воскресенье можете позавтракать на Фишмаркте уже в 6 утра, а в летний сезон (с апреля по сентябрь) – вообще в 5.30. И это – при «живой» музыке в такое нетусовочное время! Например, здесь продают билеты для желающих провести в столь экзотической обстановке предстоящую новогоднюю ночь, а таких, уверяю вас, опять будет немало.

Фишмаркт сегодня – это два практически не пересекающихся между собой параллельных мира. День – для туристов и любителей гастрономии, ночь – для профессионалов. Сердце рынка расположено чуть дальше Fischauktionshalle по Große Elbstraße, где вдоль улицы тянется длинный производственный корпус. Его настоящая работа начинается ближе к 23 часам, когда праздных зевак и близко нет. Большие открытые двери впускают внутрь холодный осенний ветер, по мокрому цементному покрытию бегают вилочные погрузчики с поддонами рыбопродуктов. Под неоновыми светом громоздятся горы белых ящиков из стиропора с выложенным на лед лососем, тунцом, крабами, омарами и прочими «дарами моря».

С 1988 года местные рыбацкие суденышки больше не привозят сюда свой улов – сегодня это просто невыгодно, слишком далеко Гамбург от моря, пять часов по Эльбе. Легче сдать рыбу прямо на побережье. К тому же Фишмаркт – это сейчас международный бизнес. По Große Elbstraße косяками снуют рефрижераторы из Скандинавии, Голландии, Великобритании. Самые экзотические «дары моря» (живые омары из Канады или тихоокеанский тунец, например) прибывают по воздуху в аэропорт Франкфурта-на-Майне, а уж потом едут фурой до Гамбурга.

У нас на Фишмаркте – самый большой в Германии ассортимент морепродуктов, ежедневно через него проходит до 120 тонн. Когда-то рыба была едой для бедных или заменой мяса на время поста, но теперь ее ценят по заслугам. И нигде не едят больше рыбы , чем в Гамбурге. В среднем по Германии ее годовое потребление равно 16 кг на человека, в то время как у нас – 20. Несмотря на традиционный спрос, продавать рыбу умеет не каждый. Но у нас в городе, слава богу, профессионалов хватает. Есть и такие, что стали почти легендой.

Например, 72-летний торговец копченым угрем Дитер Брун, давно известный в Гамбурге и даже за его пределами как Aale-Dieter. На Фишмаркте он уже 52 года. Его товар дешевым никак не назовешь, поэтому продавцу требуется умение, граничащее с искусством. Главные достоинства Дитера – чувство юмора и хорошо подвешенный язык. На его порой изящные, порой грубоватые, однако неизменно притягательные шуточки в гамбургском стиле покупатели слетаются, как мухи на мед. Да и от туристов нет отбоя – послушают-послушают, да и купят что-нибудь.

Я уверен: пройдет время, и мы будем говорить своим правнукам, что своими ушами слышали «живьем» знаменитого Дитера, о котором взахлеб рассказывают экскурсоводы. Он из той породы оригиналов, что сравнимы с водоносом Хуммелем и продавщицей фруктов Цитронессой. А что? Торговец рыбой – типично гамбургская «фишка».

Текст: Константин Раздорский

18 марта 2013 года будет рабочим днем –  понедельником, полным забот и трудов. Но нам сейчас хотелось бы вспомнить, каким этот день был  в нашем городе 200 лет назад.

 

 

 

 

 

 

 

Герб Гамбурга времен французской оккупации. Открытые миру гамбургские ворота придавлены имперским орлом. 

 

В 1806 г. Гамбург оккупировали французские войска. Захват города был важной частью стратегического плана Наполеона по континентальной блокаде Англии. Запрет любых торговых отношений с англичанами, реквизиция уже находившихся в городе английских товаров стали серьезным ударом для экономики Гамбурга. В городе участились банкротства купцов  и владельцев судоходных компаний. Естественно, что одновременно ухудшалось положение всех слоев населения. Город был обложен контрибуцией в размере 17 млн. марок.  Введенные французскими властями налоги (на вино, кофе, на аренду жилья и проч.), требования принятия на постой солдат и офицеров тоже отрицательно сказывались и на финансовом положении, и на настроении горожан.  Экономика Гамбурга, вошедшего в состав Французской империи в 1811 г., почти замерла. И хотя историки отдают должное демократическим изменением в политической и административной жизни города, суровые социальные и экономические потрясения свели для гамбуржцев эти положительные изменения на нет. 1806-1814 годы вошли в историю города как тяжкое  «Французское время» („Franzosenzeit“).

 

Friedrich Karl von Tettenborn (1778—1844), участник войн против Наполеона

4 марта 1813 г.  русские казачьи части под командованием Чернышева вошли в Берлин. В записках А.А. Щербинина читаем: «В Гамбурге большое возмущение. Витгенштейн отрядил полковника Тетенборна поддержать пламя в том крае». Приближение русских войск, участившиеся мятежи населения Гамбурга вызывали у французских оккупационных властей чувство неуверенности. К удивлению  горожан 12 марта генерал Сен-Сир дал приказ покинуть город.

Путь в Гамбург полковника Теттенборна, командовавшего сводным отрядом из четырёх казачьих полков и пяти батальонов прусских и мекленбургских ополченцев  лежал через Lauenburg,  и вскоре его полк уже был в районе Бергедорфа и  занял переправу Zollenspieker. После упорного сражения 16 марта  удалось отбросить неприятеля на другой берег Эльбы и захватить несколько орудий. За взятие Гамбурга полковник Тетенборн был произведен в генерал-майоры.

Приближение русских частей  так воодушевило гамбуржцев,  что они пешком доходили до района Hamm навстречу русским частям, чтобы быстрее увидеть своих освободителей. Многие дома уже  были празднично иллюминированы, горожане толпами собирались на улицах. После беспорядков прошлых дней воцарилось радостное спокойствие. А ведь всего две недели назад,  3 марта на Heiligengeistfeld проходили расстрелы участников протестов против французских властей.

17 марта в Бергедорф прибыли  депутаты гамбургского муниципалитета Bartels и Кnorre, но Теттенборн заявил, что с представителями французских властей он переговоры вести  не будет. И если завтра при вступлении в Гамбург его встретят назначенный французами мэр и члены муниципалитета, то он будет рассматривать город как вражеский, а депутатов велит арестовать. Бартельс и Кнорре отправились обратно в Гамбург для совещания.

В этот день произошел еще один интересный инцидент.  30 казаков во главе с ротмистром Бэршем  были посланы в Гамбург на разведку. У городских ворот капитан городской охраны от радости превысил полномочия и вручил Бэршу ключ от «старого немецкого ганзейского города Гамбурга».  Оплошность депутаты исправили на следующий день во время торжественного въезда Теттенборна в город .

 18 марта нетерпеливые толпы с утра  вглядывались в дорогу, ведущую в Гамбург с востока.

В три часа зазвонили колокола всех церквей,  раздались выстрелы из пушек, извещающие о вступлении в город освободителей.  Наконец, показалась русская колонна: впереди Теттенборн с офицерами, затем  казаки и калмыки, у которых порой вместо седел были наброшены шкуры. Замыкали колонну гусары в красных куртках.  Девушки в белых платьях подносили  цветы и венки. Женщины поднимали вверх детишек, чтобы военные поцеловали их.  Детей постарше подсаживали в седла к казакам.

 

Колонна проследовала до площади Gänsemarkt , где Теттенборна встретила депутация старого ганзейского сената.  Здесь ему и были предподнесены ключи от Гамбурга, а три девочки в белых платьях увенчали его венком  с надписью «Божественному вестнику счастливых времен!». На набережной Jungfernstieg уже с утра был приготовлен длинный стол  для угощения военных. Здесь же казаки расположились потом  под открытым небом на ночлег.

 

Вечером все дома были иллюминированы, даже в жилищах городской бедноты на окнах стояли зажженные свечи. В театре давали драму Августа фон Коцебу «Граф Беньевский, или Заговор на Камчатке». Зрители горячо приветствовали прибывшего в театр Теттенборна и после спектакля  хором исполнили  восхвалявшую Гамбург песню: «Auf Hamburgs Wohlergehen, Lass kein Glas müßig stehen, Trinkt Hamburgs Wohl!». Теттенборн купался в лучах славы. В завершение дня воодушевленная молодежь выпрягла лошадей из кареты и так довезла генерала  до резиденции. Через несколько дней гамбургский художник начал писал его портрет.

 

 

Генерал Теттенборн обратился к сенаторам с просьбой удостоить его звания почетного гражданина города Гамбурга. Демократичным ганзейцам, не признающим никаких чинов, званий, орденов и медалей, пришлось его уважить. Фридрих Карл фон Теттенборн стал первым почетным гражданином свободного ганзейского города.

 

   19 марта  депутаты сената получили у генерала аудиенцию и добились от него письменного заверения, что по воле императора Александра город Гамбург получает все свои старые свободы и независимость, возвращается к прежнему законодательству, прежнее  городское правление вновь получает власть. Впервые за 7 лет была отправлена почта в Англию, вновь появились газеты с гамбургским гербом, напечатанные только на немецком, без обязательного еще несколько дней назад перевода на французский. Триста парусников, стоявших уже несколько лет без движения в порту, ожили и готовились выйти в плавание. 16 апреля прибыли первые корабли из Англии, их приветствовали не менее радостно, чем освободителей города. Торговая блокада закончилась, деловая жизнь города налаживалась.

 

Инсценировка «Первый казак на Юнгфернштиге» в честь 100-летия освобождения Гамбурга. Март 1913 года.

http://www.deutsche-schutzgebiete.de/freie_stadt_hamburg.htm

А любопытные горожане в эти дни толпились на набережной Юнгфернштиг, рассматривая  устроившихся на бивуак русских военных. Самое большое впечатление на гамбуржцев произвели казаки и калмыки. Своей невиданной бородатостью, мохнатыми шапками, потрепанной на дальних переходах одеждой, собранной подчас из разных предметов, в том числе и позаимствованных у побежденных французов. Лошади под попонами были привязаны к деревьям бульвара, казаки отдыхали, лежа на скамейках или на земле, играли в карты, курили короткие трубки. Гамбуржцы приносили угощение:  хлеб, пироги, колбасу, сыр и, естественно, спиртное. Поскольку никто из гамбуржцев не понимал по-русски, находчивые торговцы тут же издали небольшой словарик, который начинался словами «вино, водка, пиво, вода»… И в следующие дни праздничное настроение не оставляло горожан. Из пригородов прибывали люди, чтобы посмотреть на русских казаков. И хотя общение с ними ограничивалось жестикуляцией, всеобщая радость была явной.

Тетенборн призвал гамбуржцев создать Ганзейский легион. А уже в понедельник  22 марта началась запись в  его ряды.

 

Приветствие казаков жителями Гамбурга. www.historisches-bevensen.de

Но, как известно, военное счастье переменчиво, и освобождение Гамбурга было кратковременным.  Уже в конце мая город опять перешел в руки французов. Для обороны Гамбурга Теттенборн располагал слишком незначительными силами. В его распоряжении было 1500 казаков,  2000 ополченцев вновь созданного Ганзейского легиона и  400 человек мекленбургского батальона. Помощь от союзников не подошла, и отряд Теттенборна был вынужден оставить Гамбург.  Война с Наполеоном продолжалась.

 

Текст: Татьяна Борисова

Фото: Wikipedia

Время жизни Артура Шопенгауэра (Arthur Schopenhauer) в Гамбурге пришлось на его молодые годы. Возможно поэтому в жизни города он не оставил заметного следа. И все же мы не могли пройти мимо того факта, что в нашем ганзейском городе вырос великий мыслитель, совершивший переворот в мировой философии.

   Его именем названа одна из самых живописных прогулочных дорожек Гамбурга в районе Ottensen. Schopenhauerweg бежит незатейливой змейкой по территории трех парков – Heinepark,  Donners Park и Rosengarten –  и заканчивается на Ludemannsweg. И  символично, что не суетливая магистраль и не шумная улица связаны с именем этого философа – почти до последнего дня Артур Шопенгауэр был большим любителем пеших прогулок.

Семья Шопенгауэров перебралась в Гамбург в 1793 году. Артуру тогда едва исполнилось пять лет. До того они жили в ганзейском Данциге (ныне это польский Гданьск). После второго раздела Польши Данциг потерял свой экономически независимый статус и перешел под эгиду Пруссии, что и сыграло роль в его увядании. Как ни уговаривали отца Артура – авторитетного ганзейского негоцианта Генриха Флориса Шопенгауэра, – жить при новой власти тот не согласился. Ведь порядки в его семье  были очень либеральные, ганзейские. За считанные часы до вступления прусской армии, не побоявшись неминуемой потери десятой части  капиталов, семейство Шопенгауэр направилось в Гамбург.

Талантливый торговец Шопенгауэр не прогадал – город в ту пору набирал обороты. Разрасталась торговля колониальными товарами, сюда же приходило большинство грузов из промышленной Англии. Хотя космополитические убеждения новоявленного жителя не позволили ему приписаться в граждане Гамбурга, но здесь Генрих обрел защиту независимости своих управленческих решений и радовался особой демократической атмосфере, царившей в городе.

Семейство обосновалось в районе нынешнего Speicherstadt, на улице Neuer Wandrahm, в доме 92.  Здание,  построенное традиционно для того времени, характерно для купеческих жилищ: на первом этаже была торговая контора, выше – жилое помещение, на  огромном чердаке – склад. Тыльная сторона дома будто вырастала из канала, по которому подвозили товар.

Стараниями молодой супруги Иоганны часть их жилища стала престижным светским салоном с танцевальным залом. В доме Шопенгауэров бывали самые знаменитые поэты, художники, ученые, актеры, дипломаты, чиновники, полководцы и вся торговая элита Гамбурга. В свои последние годы жизни сюда захаживал немецкий поэт гамбуржец Фридрих Готлиб Клопшток. Здесь бывал прусский фельдмаршал граф Фридрих Адольф фон Калькройт и Горацио Нельсон с леди Гамильтон. Для гостей была создана роскошная обстановка, благо финансовые успехи Генриха могли это позволить.

В то время как родители упивались растущей известностью, их малолетний отпрыск жил в  одиночестве. Иоганна больше интересовалась своим салоном, а Генрих вечно был в делах да заботах. Вокруг чада крутились лишь няньки. В своих поздних мемуарах Артур Шопенгауэр рассказывал о страшном потрясении детства – родители задержались на прогулке, и ему вдруг почудилось, что его бросили, причем навсегда.

На девятом году жизни Артура Генрих Шопенгауэр решил, что разум его наследника дорос до понимания серьезных вещей. В 1797 году он отвез сына на обучение во французский город Гавр, где Артур два года осваивал азы купеческого дела. После доброжелательной атмосферы в доме наставника возвращение в Гамбург Артура не порадовало – его ожидала школьная парта в заведении доктора Рунге, где обучались дети купеческой элиты. Однако мнение подростка вскоре изменилось, ведь коммерческие дисциплины дополнялись солидным «довеском» гуманитарных предметов.

Артур как губка впитывал романтическое вольнодумство и вскоре охладел к идее продолжения семейной династии, о чем стало известно отцу. Генриху Шопенгауэру не было чуждо уважение к праву личности на выбор, однако он поставил сына перед выбором: либо тот становится церковнослужителем, либо едет с родителями в длительное путешествие по Европе, но после продолжает обучение по коммерческой стезе.

В мае 1803 года семейство Шопенгауэров отправилось в странствия. Лишь в начале 1805 года юноша возвращается в семейное гнездо и приступает к занятиям в торговом доме знаменитого гамбургского сенатора и успешного купца Мартина Иениша (Martin Jenisch).

Однако семью Шопенгауэров ожидало трагическое потрясение. 20 апреля 1805 года Генрих Шопенгауэр был найден мертвым в канале у собственного склада. Официальной причиной назван несчастный случай. Дом на Neuer Wandrahm решили продать, а Иоганна  с детьми перебралась в район Neustadt на улицу Kohlhöfen. Этот дом под номером 29 существует и сегодня.

Однако Гамбург не прельщал Иоганну и новым местом жительства для себя и младшей дочери она избрала Веймар – культурную столицу Германии. Артур же, верный слову, данному покойному отцу, продолжил обучение. Хотя перспектива посвятить всю свою жизнь нелюбимой работе его и угнетала, он находил в себе силы оставаться прилежным учеником и работником. Тайно читал он за конторкой книги отнюдь не по коммерции и, едва заслышав шаги наставников или сослуживцев, прятал свое чтиво в бумаги с рядами цифр.

От занятий его мог отвлечь только приятель Антим Грегуар. Два повесы, обеспеченные увесистыми кошельками от папенек, норовили познакомиться с молодыми актрисами или спешили в компанию к женщинам, нравы которых не были отягощены моралью.

Переписка Артура с матерью долгое время соответствовала русской поговорке: «Он ей про Фому, а она ему – про Ерему». Артур  пространно рассказывал о своих философских изысканиях, Иоганна – о своей новой жизни среди восхитительных веймарцев. И вдруг, после письма Артура к матери от 29 марта 1807 года, до нее вдруг доходит: «Неужели ты действительно занимаешься не своим делом?! Тогда я обязана сделать все, чтобы по возможности спасти тебя…». И вскоре, чтобы продолжить образование, Артур покидает Гамбург навсегда. /фото молодого Щопенгауера?

И все же для Артура Шопенгауэра Гамбург стал городом, в котором его семья нашла применение своим капиталам и почву для амбиций. Здесь ему довелось сделать первый серьезный выбор, здесь он освоил азы коммерции, получил знания, которые помогали ему все годы оставаться материально на плаву и в немалой степени способствовали продвижению его философской идеи. Наконец, Гамбург стал городом, в котором Артур Шопенгауэр обрел свободу, приведшую его на вершину философской мысли.

 

 

Артур Шопенгауэр (Arthur Schopenhauer, 1788-1860) – немецкий философ.

Один из самых известных представителей иррационализма, мизантроп. Тяготел к немецкому романтизму, увлекался мистикой, изучал философию Иммануила Канта и философские идеи буддизма. Основной философский труд – «Мир как воля и представление» (1818). Проведенный Шопенгауэром метафизический анализ воли, его взгляды на человеческую мотивацию (именно он впервые употребил этот термин) и желания оказали влияние на многих известных мыслителей, включая Фридриха Ницше,  Альберта Эйнштейна, Зигмунда Фрейда, Карла Юнга, Льва Толстого и Хорхе Луиса Борхеса.

«Афоризмы житейской мудрости» А.Шопенгауэра – одно из наиболее значительных и популярных этических произведений европейской философии . Развивающий идеи основного сочинения Шопенгауэра «Мир как воля и представление», этот трактат дает яркую и целостную картину философского осмысления жизни с его отношением к воспитанию, долгу, судьбе, одиночеству.

Дорогие читатели! После знакомства с историей и традициями средневекового Гамбурга мы переходим к описанию повседневной жизни горожан. Посмотрим, как они развлекались, лечились, мылись и так далее. Начнем с бани (такой обыденной для нас!), которая в те времена представляла собой совершенно удивительное заведение.

Баня

В средневековых европейских городах бани (das Badehaus или die Badestube) были весьма распространенным заведением. Гамбургские бани впервые упомянуты в письменных источниках 1250 года, но существовали они, скорее всего, и раньше. Зажиточные люди устраивали в своих домах частные бани, а общественные находились почти на каждой улице.

Чтобы чувствовать себя сопричастными к высшим духовным сферам, гамбуржцы один раз в неделю посещали церковь. Гораздо чаще, чтобы поболтать с соседями за кружкой пива или чего покрепче, они захаживали в пивные. Посещение бань было также формой общественной жизни. Сюда ходили обычно раз в неделю, и отнюдь не только, чтобы помыться. Здесь подавалась еда, напитки, звучала музыка. Это скорее были клубы дружеского общения соседей. Здесь можно было также и полечиться от самых разных недугов. Бани были платными. В XIV веке подмастерьям выдавали специальные банные деньги, а бедным позволялось мыться бесплатно.

Мылись в наполненных теплой водой тазах и больших чанах (der Kübel) , в основном деревянных.  Пользовались березовыми вениками и мылом, которое изготавливали из смеси жира и золы. Качественное мыло с пахучими эссенциями привозилось из Испании и Италии. Оно появилось в торговом Гамбурге в заметном количестве в XVI веке – раньше, чем во многих других германских городах.

Клиника

Главной фигурой в бане был банщик (der Bader). Это был специалист-универсал. Подготовить ванну – пожалуйста, отхлестать веником – с большим удовольствием.

Но это не все! Если вы захворали – банщик мог пустить кровь, поставить клистир, банки, горчичники. Он мог вправить грыжу, вырвать зуб, лечить переломы и многое другое. Как же он все это постиг и где обучался? Нет, университетов он не кончал, как его старшие товарищи по профессии – врачи. Те действительно изучали медицину в университетах и имели академические дипломы. Но в те времена врачи относились к духовному сословию и не имели права касаться крови. Поэтому лечить раны, кожные заболевания мог только банщик (!), который был хирургом-ремесленником (Handwerkschirurg), врачом для «простых» людей, мастером «малой хирургии».

Чтобы стать банщиком, нужно было 3 года учиться у мастера-банщика, работая у него подмастерьем, а потом еще 3 года путешествовать, чтобы получить рабочий и жизненный опыт, узнать другие места и страны (таких странствующих подмастерьев, одетых в экзотические средневековые костюмы, можно и сейчас иногда встретить где-нибудь в метро). Только после этого подмастерье сдавал «выпускной» экзамен, устраивался на работу и лишь тогда  мог жениться. Так как банщики занимались больными, то они считались недостойными, нечистыми (как могильщики или палачи), им даже не разрешалось иметь свою гильдию. Но постепенно банщики заслужили доверие, и в 1375 году зарегистрировали в Гамбурге свою гильдию.

Со временем часть банщиков стала специализироваться на отдельных видах деятельности. Особые комнаты при банях отвели брадобреям (Barbiere). Это произошло, когда выяснилось, что стрижка «по-мокрому»,  в ванной, часто сопровождалась заражением инфекционными болезнями. Наряду со стрижкой и бритьем барбье могли лечить раны, рвать зубы и так далее.  В 1486 году парикмахеры Гамбурга уже имели свой цех.

В начале XVI века в Европе массово распространился сифилис, и его стали лечить ртутными мазями – так возникла проблема облысения. Стали носить парики. С начала XVII века, когда парик надел король Луи XIII, а вслед за ним «весь Париж», парики вошли в моду и стали повсеместными. Брадобреи специализировались на их изготовлении и поэтому получили название парикмахеров.

Wundarzt – врачеватель ран – так в Средние века, вплоть до XIX века, назывались хирурги. Поначалу это были недоучившиеся банщики. Но со временем  Wundarzt‘ы переросли своих учителей и стали полноценными ремесленниками со своими гильдиями и подмастерьями. В армии их называли фельдшерами, некоторые из них специализировались на глазных болезнях (Starstechen) или урологии (Steinschneiden).

Глазные хирурги лечили катаракту – специальной иглой они опускали замутненный хрусталик на дно глазного яблока, после чего пациент мог даже читать с сильной лупой (+11 диоптрий). Нередко больные оказывались жертвами шарлатанов. Известно, что Георг Фридрих Гендель в результате такой операции ослеп, а Иоганн Себастьян Бах умер. Steinschneider‘ы («вырезатели камней») извлекали хирургическими инструментами камни из мочевого пузыря через прорез в мочеточнике под простатой.

Лечением зубов сначала занимались все: банщики, парикмахеры, аптекари и даже кузнецы (относительно распространенным методом было убиение болевших зубных нервов железными крючками, и здесь кузнецы были вне конкуренции). В Средние века зубы у населения быстро стачивались, так как во время помола зерна в муку попадали и частички жерновов, которые действовали на зубы как абразивы. Ответственными за черные дырки и за боль считали «зубных червей». Лечили зубы обезболиванием с применением белены, побочным действием такого лечения были галлюцинации («белены объелся?»).

Захаживали в бани и знахарки (Kräuterfrauen), которые готовили снадобья и добавляли их в ванны. Использовали пахучие травы, например, алтей (althea), бузину (Holunderbeere), зверобой (Johanniskraut), подорожник (Wegerich), ромашку (Kamille), и зеленые зерна овса (Grünhafer).

Контролем за медицинской деятельностью банщиков и всех их последователей, а также академических врачей, занималась коллегия «Collegium medicum», образованная  в Гамбурге в 1644 году и ставшая одной из первых в Германии.

 

Бордели

Мы упомянули, что бани были клубами дружеского общения соседей. Однако это общение имело особую специфику. Бани были «легкомысленным собранием», местом флирта, «греховного общения». Без страха, на законных основаниях, в этих домах свиданий встречались любовные пары. Молодые люди приходили на смотрины, знакомились друг с другом и выбирали себе суженых. Бани имели более или менее выраженный характер борделей. Здесь под присмотром банщика работало много женщин, в обязанности которых входило не только мытье и «обработка» березовыми вениками (das Schlagen mit Birkenreisigen). За дополнительную плату они могли предоставить и интимные услуги в специально отведенных для этого комнатах.

Проституция, однако, была лишь частью банной эротики, которая входила у гамбуржцев в их привычный, по-северному спокойный, образ жизни. Она не считалась недостойной и, тем более, греховной.  Оргии в банях были редки.

Особого расцвета банная эротика и проституция получили в 13 веке. Возможно, в банях проявлялось наследие языческих традиций и свобод. Это противоречило церковной установке того времени на подавление телесного во имя духовного. В какой-то степени церкви удалось перенаправить институт бань в противоположную сторону: «в чистом теле – здоровый дух». До нас дошли завещания богатых ганзеатов, в которых выделялись деньги на двухчасовое мытье бедняков «для просветления духа».

В XIV веке давление церкви усилилось, и в 1375 году по ее настоянию было введено разделение по полу: женщины мылись до 14 часов, мужчины – после. За нарушение полагался штраф 10 шиллингов. Однако изменить традиционный образ жизни, тем более лишиться привычных удовольствий – это едва ли не самая трудная задача.  Поэтому многие ганзеаты продолжали придерживаться старых традиций, находя поддержку в самых высоких сферах – заповедь «плодитесь и размножайтесь» священники отменить не могли. Не последнюю роль здесь играла и главная добродетель ганзеатов – бережливость. Когда сосед с соседкой, перемигнувшись, брали на двоих один чан с теплой водой, то ведь получалась конкретная экономия, которая частично покрывала штраф.

В XVI веке  популярность общественных бань стала падать. Боялись инфекций, прежде всего, сифилиса. Только в XIX веке для нужд гигиены малоимущих стали строиться большие общественные бани (Volksbad). Первая из них была открыта в Гамбурге в 1855 году. В послевоенные 50-60 годы, с ликвидацией жилищного кризиса, «баня» появилась в каждой квартире, и общественные бани исчезли.

 

Текст: Ю. Одессер