«Генеральский квартал» в районе Hoheluft-West не имеет отношения к объектам министерства обороны. Просто его улицы названы в честь прусских военачальников.
Если смотреть на этот квартал сверху, он похож на гигантский гребень, у которого зубьями служат несколько параллельных улиц, а основанием – одна перпендикулярная им. И называется эта улица Bismarckstraße. Она главная уже потому, что первая: ее назвали в честь Отто фон Бисмарка в 1869 году – еще до того, как он объединил немецкие земли в Германскую империю. Кстати, 1 апреля исполнилось 195 лет со дня его рождения.
Впрочем, на хорошо известной личности «железного канцлера» мы останавливаться не будем, чтобы уделить больше внимания другим именам. Напомним лишь, что Бисмарк, в дополнение к другим своим регалиям, имел ранг генерала-фельдмаршала и потому его имя вполне вписывается в «генеральский квартал», который вырисовывался на карте города постепенно, в течение нескольких десятилетий – последняя из восьми улиц была застроена только в 1909 году.
Большинство представленных в их названиях военачальников прославилось во второй половине XIX века в сражениях с датчанами, австрийцами и французами. Это были «объединительные войны», которые и привели к созданию в 1871 году Германской империи. Главную заслугу в этом традиционно приписывают Бисмарку, который был «политическим отцом» второго рейха, а вот в военных кампаниях основную роль сыграл человек, в честь которого гамбуржцы в 1873 году назвали Moltkestraße.
Граф Гельмут фон Мольтке (Helmuth Karl Bernhard Graf von Moltke, 1800–1891) возглавлял прусский генеральный штаб. Он считался гениальным стратегом, всегда трезво оценивающим свои возможности. Фразы вроде нынешнего пустого бахвальства «Мы всех порвем!» ему были чужды. Мольтке предпочитал действовать, не афишируя свои планы перед начальством, тем более что высокое положение и авторитет позволяли ему принимать решения самостоятельно и практически ни перед кем не отчитываться.
Он был скромен и весьма скуп на слова, благодаря чему заслужил прозвище «Великий молчун». Как и Суворов, любил афоризмы, которые дают полное представление об этом полководце: «Getrennt marschieren, vereint schlagen» («Двигаться раздельно, бить сообща»), «Erst wägen, dann wagen» («Сначала взвесить, потом рисковать»).
Прусских военачальников мы привыкли считать милитаристами, однако Мольтке вполне разделял мнение Бисмарка, что к войне прибегают лишь тогда, когда исчерпаны политические средства решения проблемы. В своей последней речи в рейхстаге, произнесенной 120 лет назад, 14 мая 1890 года, генерал-фельдмаршал предостерег от новой войны в Европе: «Горе тому, кто первым швырнет горящий фитиль в бочку с порохом!».
Сподвижником Бисмарка был и граф Альбрехт фон Рон (Albrecht Theodor Emil Graf von Roon, 1803–1879), в честь которого названа Roonstraße. Как военный министр он многое сделал для реформирования прусской армии и всячески поддерживал инициативы канцлера и Мольтке.
Некоторые фамилии на уличных табличках «генеральского квартала» нам хорошо знакомы, но возникающие ассоциации, как правило, не верны. Например, за названием Wrangelsraße стоит не барон Петр Николаевич Врангель, а генерал-фельдмаршал Фридрих фон Врангель (Friedrich Heinrich Ernst Graf von Wrangel, 1784–1877). Он руководил прусскими войсками в войне с Данией за Шлезвиг-Гольштейн, стал губернатором Берлина, а потом – его почетным гражданином. Гениальным стратегом он не был, но заслужил уважение своей храбростью и тем, что рубил правду-матку невзирая на личности. Однажды, недовольный тем, что Бисмарк, занимавший тогда пост премьер-министра, вмешался в армейские дела, послал тому незашифрованную депешу, где помянул «дипломатов, которым самое место на виселице». Потом, правда, извинился.
Mansteinstraße поначалу вводит в ступор: неужели в честь известного нам по Второй мировой Эриха фон Манштейна? Нет, в данном случае речь о Густаве фон Манштейне (Albert Ehrenreich Gustav von Manstein, 1805–1877). Генерал от инфантерии хорошо показал себя в войне с французами. А с Эрихом он все же связан, поскольку приходится ему… формальным дедом. Будущий генерал-фельдмаршал вермахта родился под именем Фриц Эрих фон Левински и был усыновлен своим дядей, майором Георгом фон Манштейном – одним из сыновей Густава. Интересно, что многие представители военных династий Левински и Манштейнов служили и российской короне.
Gneisenaustraße напоминает нам о полководце наполеоновских войн. Граф Август фон Гнейзенау (August Wilhelm Antonius Graf Neidhardt von Gneisenau, 1760-1831) руководил штабом прусского генерал-фельдмаршала Блюхера и внес весомый вклад в победу союзных войск в Битве народов под Лейпцигом, а также в сражении под Ватерлоо. Гнейзенау удостоился благодарности от русского царя Александра I.
Заслуги генералов Хуго фон Коттвица (Kottwitzstraße) и Удо фон Трескова (Tresckowstraße) по сравнению с более знаменитыми полководцами гораздо скромнее, но их имена тоже вошли в историю Германии и заслужили почетное место на карте Гамбурга.
Это важно и для самой Великобритании. В своем выступлении канцлер объявила и о том, что в следующем году в Гамбурге будет встреча G20 – глав 19 крупнейших держав мира и представителей ЕС: «Я думаю, такая встреча соответствует открытости мегаполиса на Эльбе, его космополитизму».
Столетиями господствовала версия, основанная на документах IX-Х веков, прежде всего «Vita sancti Anscharii» («Жизнь святого Ансгара»), написанной сразу после его смерти учеником и преемником на должности архиепископа Римбертом. Важным источником был также труд Адама Бременского об истории гамбургской церкви, появившийся несколько позже, в 1074 году (манускрипт знаменит еще и тем, что там впервые говорится об открытии викингами Северной Америки) .
Повышение материального уровня давало людям новые возможности. Бундесбюргеры открывали для себя заграницу, стремились путешествовать, учились после ужасов войны и послевоенной разрухи наслаждаться жизнью. В отпуск стало модно отправляться автопоездом вместе с собственным авто. С одной стороны, это было дорогое удовольствие и вызывающая роскошь. С другой – в чем-то и выгодно. В этих ночных поездах экономили целый отпускной день, бензин и собственные нервы. Ведь составы ходили с точностью швейцарских часов, без происшествий и заторов. Не было проблем и с местами. Они были тогда нумерованы. Сейчас можно отправиться в путь на последних автопоездах, как на уэллсовской машине времени – в 60-е годы.
У нас снова вспоминают бывшего канцлера Германии, великого сына Гамбурга Гельмута Шмидта. Уважение соотечественников к ушедшему из жизни в ноябре прошлого года политику настолько велико, что каждый посчитал бы своим долгом каким-то образом увековечить его имя. Мы писали о гимназии и университете, названных в его честь, но уже спустя несколько дней после смерти «громкого канцлера» гамбургское общество всколыхнула идея назвать в его честь аэропорт нашего города.