Милиция, гвардия и «капитанская» музыка
Военные формирования Старого Гамбурга не только защищали жителей от внешних врагов и криминальных элементов. Хозяева города – гроссбюргеры – использовали их для поддержания своей власти в городе.
Через всю историю нашего города проходят волны политических кризисов – от мирных выяснений отношений до вооруженных столкновений. Между «верхами» и «низами» – незначительной по величине властвующей элитой – гроссбюргерами – и многочисленным слоем средних и мелких торговцев, ремесленников и прочего небогатого люда.
Последние считали себя полноценными гамбуржцами и патриотами, несправедливо ограниченными в экономических и политических правах, отстраненными от власти. Взаимное недовольство тлело постоянно, и нередко незначительного повода, небольшой искры было достаточно, чтобы разгорелся крупный конфликт. Если начинались серьезные столкновения, гроссбюргерам приходилось идти на компромиссы.
Например, в 1410 году город потряс конфликт, возникший всего лишь из-за уличной ссоры двух людей (об этом мы расскажем в одном из следующих номеров). Бюргершафт (парламент), представлявший интересы средних слоев, требовал уступок у Совета (правительства). Последнему пришлось пойти на компромисс, что и было записано в так называемом Рецессе (Rezess). Этот документ называют прообразом городской конституции, этакой гамбургской «Magna Harta» – «Великой хартией вольностей». Так что гроссбюргеры старались обеспечить себе достаточную военную поддержку в городе. Они побаивались давать оружие народу, а такой вид военных формирований, как народное ополчение, практиковали лишь в случае острой необходимости.
Гражданская охрана
Однако в начале XVII века для поддержания порядка и несения полицейской службы была создана «Гражданская охрана» – «Bürgerwache». Туда набирались горожане из мелкого и среднего торгового люда. В известном смысле это и было городское ополчение, или попросту милиция. Высказывалось даже мнение, что Bürgerwache – это «вооруженный бюргершафт». Гроссбюргеры не могли рассчитывать на нее во внутригородских разборках. Поэтому отцы города не стремились содержать ее в боеспособном состоянии и субсидировали по минимуму. Боязливые и экономные гроссбюргеры не тратились ни на казармы, ни на амуницию – бойцы ночевали в своих домах и сами обеспечивали себя оружием. Поэтому они, часто бедные люди, мало походили на регулярное обученное войско, не были и не выглядели героями с бравой выправкой и залихватскими манерами. У горожан жалкий вид «ментов» был предметом постоянных насмешек. На них рисовали карикатуры и сочиняли про них анекдоты. Вот один из них.
В кнайпе сидят приятели – один из Бремена, а другой из Гамбурга – и обсуждают вечную тему, чей город лучше и почему. На сей раз речь зашла о городских солдатах. Бременец с горячностью доказывает, что их гвардейцы, натурально, самые лучшие. Они так здорово стреляют, что один может уложить пятерых неприятелей! В ответ гамбуржец спокойно замечает, что его приятель, конечно, преувеличивает. А вот гамбуржцам привирать нет необходимости, достаточно говорить просто правду. Например, когда враги приближаются к городским валам и воротам и видят там милиционеров из Bürgerwache, то они от хохота поголовно валятся с ног и бьются в судорогах. Тут милиционеры выходят, грузят их тепленькими на повозки и везут на остров Grasbrook, где в свое время казнили Штертебекера и других пиратов (а позже, добавим мы, чуть было не устроили Олимпиаду).
Ганзеатская гражданская гвардия
В1628 году, по окончании строительства мощных оборонительных укреплений, в городе был расквартирован постоянный гарнизон. Его солдаты, проживавшие в казармах, в случае неожиданной опасности должны были незамедлительно занять свои места на оборонительных укреплениях города. Этакие «войска быстрого реагирования». Находясь под контролем Совета, эти военные части играли определенную роль в силовом балансе Гамбурга. Однако офицерский корпус гарнизона состоял из профессиональных военных – дворян, «людей без местных корней», попадавших на службу к ганзеатам из самых разных частей Германии. Это лишало гарнизон доверия городских верхов, тем более, что дворяне вообще не пользовались уважением среди жителей.
После перипетий французской революции и войны с наполеоновскими оккупантами Гамбург ожидали новые грозные события – непростое объединение Германии. В этой обстановке торговая элита города создала новые, надежные и верные ей воинские формирования – так называемую «Ганзеатскую гражданскую гвардию», «Hanseatische Bürgergarde» или иначе «Гамбургские гражданские войска» –«Hamburger Bürgermilitär».
Гвардию сформировали после ухода французов в 1813 году, как добровольные части, призванные защищать город. По окончании войны они фактически заменили Bürgerwache. Они тоже была “парамилицейским” образованием – ночевали гвардейцы дома и всю амуницию приобретали за свой счет. Однако положение их было совершенно другим, нежели у распущенной Охраны. Офицеры в Ганзеатскую гвардию набирались, главным образом, из привилегированного торгового сословия, и на них Сенат мог положиться. Гвардия была недорогой, но при этом достаточно хорошо организованной и надежной военной силой. Ее бойцы достойно проявили себя во время знаменитого гамбургского пожара 1842 года. Тогда офицеры гвардии оказались фактически единственной в городе силой, способной действовать.
Наиболее ярко свою приверженность господствующей элите гвардия продемонстрировала во время революции 1848–49 годов. Она выступала на стороне правительства в его борьбе с большинством населения города, которое требовало гражданских прав и участия в управлении городом. Революционное брожение коснулось и воинских частей – явочным порядком там был принят новый принцип – теперь офицеры и унтер-офицеры не назначались Сенатом, а избирались самими гвардейцами. Лишенные было власти «старые» офицеры гвардии с помощью прусских частей подавили волнения нижних чинов. Военная реформа 1854 года еще усилила социальную ангажированность гвардии. Например, в случае разорения офицера разжаловали в простые гвардейцы.
При всем при том репутация гвардии в городе была весьма высокой. Для респектабельного гражданина было почетно стать ее офицером. В народе считалось, что гвардия защищает славу и гражданские свободы города. Особенно выигрышно выглядели гвардейцы в сравнении с гарнизонными солдатами появившегося в городе бундесконтингента (Bundeskontingent), которые жили в казармах в недостойных условиях и выглядели как бы продолжателями старой, несостоятельной, Гражданской охраны.
Однако более важным для мнения обычных горожан было другое обстоятельство – в ряде случаев, например, во время волнений 1830 года, гвардейцы вели себя по отношению к бунтовщикам-либералам более гуманно, чем солдаты гарнизона. В народе это помнили долго. Не забыли об этом и отцы города. После вступления Гамбурга в 1866 году в Северо-Германский союз решением Сената Ганзеатская гвардия была распущена, несмотря на протесты, под которыми подписались 14 тысяч жителей.
Мы поговорили о вооруженных формированиях Старого Гамбурга, об их социальной направленности (классовом характере, как говорили раньше,). А в заключение расскажем, как Bürgerwache, предмет насмешек современников, оказался в представлениях потомков парадоксальным образом связанным с высоким искусством.
«Гамбургская капитанская музыка»
Боевые заслуги Bürgerwache были невелики, но память о ней дошла до наших дней совершенно неожиданным образом. Как и другие гамбургские объединения, городская охрана ежегодно устраивала свой профессиональный праздник с большим банкетом. На нем исполнялась музыка духовного и светского характера – каждый год новые произведения. Сочинять их должен был специальный композитор, находившийся на постоянной службе у города, так называемый музыкальный директор (Director Musices).
Мы уже писали, что в начале XVIII века им был знаменитый Георг Филипп Телеман (Georg Philipp Telemann), за 18 лет написавший 36 таких произведений. Телеман их использовал для экспериментов, они демонстрировали разные стороны его универсального творчества и стали как бы витриной его искусства. Офицеры Bürgerwache имели чин капитана, поэтому произведения, им посвященные, и назывались «Гамбургская капитанская музыка» (Hamburgische Kapitänsmusik). Из них сохранилось только девять, они живут и поныне – исполняются в концертах, записаны на дисках.
Чтобы посмотреть на этих больших и толстокожих добродушных животных,
Еще один милый слон живет в двух метрах над землёй, на фасаде здания DAG Haus
Даже если вы не очень любите кинотеатры и предпочитаете смотреть фильмы в
Die Pequod – спрятанный корабль квартал Othmarschen стал частью нашего мегаполиса в 1937 году, после того как был принят «Закон о большом Гамбурге», определивший новые границы города. Находясь прямо на берегу Эльбы, этот квартал богат уютными ресторанами и кафе, а также красивыми частными домами и большим песочным пляжем. Многие горожане знают это место и часто гуляют по извилистым переулкам, рассматривая утопающие в зелени виллы. Среди всей этой роскоши прячется небольшой «объект» – китобойное судно «Пекод», известное читателям из романа Германа Мелвилла «Моби Дик». Городской паром, отчаливающий со станций Landungsbrücken, Altona Fischmarkt или Dockland Fischereihafen, доставит вас до станции Neumühlen. Сойдя по трапу, поднимитесь на деревянный мостик, поверните налево и смело идите вперед. Вы скорее всего сразу захотите присесть в одном из ресторанчиков по бокам улицы, но не забывайте о вашей главной цели! Следите за извилистой дорогой и наслаждайтесь природой и архитектурой роскошных домов. Если вы будете внимательны, то слева, между зелеными садами и потайными калитками, вдруг увидите гребной винт, а за ним корпус корабля.
Если вы не боитесь темноты и не страдаете клаустрофобией, мы советуем вам посмотреть одну удивительную конструкцию, которая стоит на Altonaer Balkon, неподалеку от Музея Альтоны. От дверей музея пройдите 500 метров по направлению к Эльбе и вы попадете на поляну, с которой откроется вид на большую черную коробку. Это и есть «Камера обскура» – простейшее из устройств, позволяющих получать оптическое изображение объектов. «Камера» представляет собой светонепроницаемый ящик с отверстием в одной из стенок и экраном на противоположной стороне.
Любители длинных прогулок вдоль Эльбы могут навестить «Старого шведа». Это вовсе не одинокий добрый старичок, а гигантский валун, найденный в ходе работ по углублению дна Эльбы между Övelgönne и Бланкенезе в 1999 году. Камень лежал на глубине 15 м и считается самым древним иммигрантом Гамбурга. Анализ химического состава валуна показал, что он скорее всего попал к нам из Скандинавии в ледниковый период и все эти годы спокойно дремал на дне Эльбы.
