Category: Гамбург

Альтонский фонтан с фигурами кентавров не менее величественен и экспрессивен, чем знаменитый фонтан Нептуна на площади Alexanderplatz в Берлине.

Фонтан, что встречается нечасто, носит имя человека, пожертвовавшего деньги на его создание. Гюнтер Людвиг Штульманн (1797-1872) был известным предпринимателем в принадлежавшей тогда Пруссии Альтоне. В 1854 году он основал в городе компанию по снабжению газом и водой. На принадлежавших ему участках на берегу Эльбы он построил газонапорную станцию. На его водоочистительном заводе вода из Эльбы очищалась через песочные фильтры по технологии, привезенной из Лондона. Альтона могла гордиться тем, что использовала самые совершенные в Германии способы очистки воды.

Когда в 1892 г. в Гамбурге вспыхнула эпидемия холеры, власти Альтоны срочно вызвали из Берлина Роберта Коха, который дал сенату Гамбурга рекомендации по борьбе с эпидемией.

В том числе и такой элементарный на современный взгляд совет, как не пить некипяченую воду. В Альтоне же случаи заболевания холерой были единичными. А уже на следующий год в штат водоочистительной станции Baursberg был принят эпидемиолог, который каждый день брал пробы воды.

За три года до своей смерти Штульманн подписал завещание, по которому его родной город получал 75 тыс. марок. На эти деньги должен был быть, наконец, сооружен шпиль у церкви Св. Христиана, построен городской морг, разбит парк и установлен фонтан. Штульманн даже выбрал место для фонтана – между железнодорожным вокзалом и берегом Эльбы.

Но только через 25 лет после смерти жертвователя городские власти объявили конкурс на проект фонтана. На конкурс было подано 58 проектов, а победил в нем берлинский скульптор Пауль Тюрпе (1859-1944), ученик известного Фрица Шапера. У Шапера были личные связи с Гамбургом – на площади Gansemarkt установлен памятник Лессингу его работы. Скульптуры для фонтана отливал в Берлине мастер Отто Боммер.

На праздник Вознесения, 1 июня 1990 г., фонтан был торжественно открыт на Кайзерплац, перед красивым зданием Альтонского вокзала.

В середине гранитного бассейна стоит скульптурная группа высотой 7,5 метра. На скале кентавры ожесточенно борются за попавшую в сети большую рыбу. В напряжении их фигур видно, что один одерживает верх. Из пасти рыбы бьет высокая струя воды. Кентавров окружают персонажи морского мира, наблюдающие за битвой. Бронзовая саламандра, лягушка, тритон и прекрасная нереида, которая трубит в раковину, провозглашая скорую победу одного из борющихся.

Пауль Тюрпе назвал эту композицию «Борьба». И уже вскоре борющиеся кентавры рассматривались всеми как аллегория многолетней конкуренции между Гамбургом и Альтоной, хотя сам скульптор вряд ли думал об этом. В то время Альтона была признанным лидером в ловле и переработке рыбы, но Гамбург быстро наращивал темпы. Так что, может быть, это было и пожелание сената, хотевшего, чтобы победа осталась за Альтоной. Вот только кто победил в этой борьбе? – Как видно, верх взял все же Гамбург, спустя несколько десятилетий присоединивший к себе соперницу.

Фонтан с борющимися кентаврами стал украшением центра Альтоны. И называли его с благодарностью по имени жертвователя – фонтан Штульманна.

Через много лет, когда старый альтонский вокзал давно был закрыт, а железнодорожные пути вели уже к новому вокзалу, фонтан перенесли на другое место. Оно было явно не выигрышным для такого великолепного памятника. А вскоре стало ясно, что скульптуры сильно пострадали от воздействия осадков, состарились. Полые фигуры сделаны из медного листа толщиной всего 2 мм и были сильно повреждены во время неудачной реставрации в 50-е годы. Внутренние железные каркасы разъела коррозия. Огромные и тяжелые фигуры грозили просто рухнуть и нуждались в срочной реставрации.

Но городские власти Гамбурга не могли найти деньги на ремонт. Судьба кентавров оказалась в руках местных властей Альтоны и ее жителей. И в этот раз спонсорами выступили владельцы местных предприятий. При поддержке сената Альтоны и Ведомства по охране памятников архитектуры деньги на реставрацию были собраны. Фонтан для сохранности обшили досками, и он отправился в путешествие через Эльбу в цеха Deutsche Affinerie, где его удачно восстановили.

31 мая 2000г., точно к столетию его открытия, фонтан занял нынешнее место в парке на площади Республики. Это недалеко от белоснежной ратуши Альтоны, которая разместилась в здании старого железнодорожного вокзала. По-прежнему высоко в небо бьет главная струя фонтана. А в вечернее время он подсвечивается, что тоже было оговорено Штульманном в его завещании. Правда, еще одна его мечта – разместить на фонтане герб Альтоны – так и не исполнилась. Но, может быть, и для этого вскоре тоже найдутся спонсоры.

Текст: Татьяна Борисова

Накануне 9 мая корреспондент нашего журнала посетила мемориальный комплекс на месте бывшего концентрационного лагеря Neuengamme.

Нас встречают длинные кирпичные бараки. Между ними гравием выложены абрисы фундаментов девяти уже не существующих строений – сгоревших деревянных бараков и «столовой», где заключенных кормили бурдой. Через этот лагерь на окраине Гамбурга во время войны прошло около 100 000 человек, из которых почти половине не удалось дожить до освобождения. Они работали на кирпичном заводе и на оборонных предприятиях – в том числе на заводе по производству пистолетов «Вальтер» и на «Немецких заводах», принадлежавших войскам СС. Многие из тех промышленных построек сохранились, и сегодня в них размещены тематические выставки, посвященные, в частности, судебным процессам над военными преступниками.

Среди заключенных была своя иерархия, одну из последних ступенек которой занимали славяне. В 1942-43 годах больше всего здесь было граждан СССР, а в 1944-45 – евреев из разных стран. Нойенгамме не был лагерем уничтожения, а скорее трудовой колонией, призванной удовлетворять потребность в кирпиче для крупных гамбургских строек вроде канала Dove – Elbe. От скудной кормежки заключенные часто болели, постоянно подвергались насилию и издевательствам со стороны администрации и охраны. Но были здесь и свои особенности.

Например, в лагере содержались ученые, часто вместе с семьями. Они жили в отдельном бараке, но питались так же, как и все остальные. Чтобы «облагородить» территорию со стороны улицы, там разбили садик, где в клетке жила маленькая обезьянка. Ради «повышения производительности труда» для привилегированных заключенных в Нойенгамме даже открыли бордель, где работали 12 женщин, которых через полгода обещали отпустить на свободу. Однако на самом деле их потом просто отправляли в другие лагеря.

Удивительно, но в концлагере была и библиотека, иногда заключенные имели возможность рисовать, заниматься резьбой по дереву, петь и декламировать стихи. В Нойенгамме оказался и брат писателя Владимира Набокова – Сергей, которого арестовали за его гомосексуальную ориентацию. По свидетельствам очевидцев, он проявлял подлинный героизм – делал все возможное, чтобы помочь слабым, делился последней одеждой и пайком. Племянник братьев Набоковых Иван впоследствии рассказывал, что после войны многие бывшие заключенные отыскивали родственников Сергея по телефонному справочнику, чтобы с благодарностью рассказать о нем.

В результате огромной исследовательской работы удалось установить множество деталей повседневной жизни лагеря. Известно, где находился плац для общих построений и переклички, а также газовая камера, где погибло несколько сот советских военнопленных. Их сначала хоронили на кладбище Ohlsdorf, администрация которого требовала сопроводительные документы умерших. Благодаря этому впоследствии удалось установить многие имена. Но погребение на кладбище стоило 25 марок, поэтому вскоре в лагере был построен собственный крематорий.

После войны в Нойенгамме устроили городскую тюрьму. В 1970 году рядом с ней, на месте бывшего глиняного карьера, построили еще одну – для несовершеннолетних преступников. Места лишения свободы были выведены с территории мемориального комплекса после ожесточенных дебатов и протестов бывших узников концлагеря. Это случилось только накануне 60-летия Победы. А мемориал создавался постепенно: в 1953 году появилась скромная стела, в 1965-м – бронзовая скульптура «Павший узник» и 18 плит с названиями стран, откуда происходили жертвы нацизма. Их имена мы можем увидеть в Доме памяти (Haus des Gedenkens).

Об истории мемориального комплекса посетителям обычно рассказывают добровольцы из рабочей группы Kirchliche Gedenkstättenarbeit. По воскресеньям в 12 часов и в 14.30 пенсионеры проводят бесплатные экскурсии. Они начинаются от небольшого панельного дома (Plattenhaus), поблизости от кирпичного завода и автобусной остановки KZ-Gedenkstätte, Mahnmal.

Один из энтузиастов, Дитрих Далльмайер (Dietrich Dallmeier, на снимке), рассказал, что его интересует история Второй мировой, поскольку ему было уже 11 лет, когда закончилась война, у него есть свои воспоминания о ней, и он считает себя «непрямым очевидцем».

Однако в Нойенгамме можно отправиться и самому, без провожатых. На его огромной территории повсюду можно встретить подробные пояснительные тексты, в том числе и на русском языке. На русском также издана специальная брошюра «След времени». Посетителей мемориала сердечно встречает Эльвира Дайнес. Бывшая воспитательница и методист детского сада приехала в Гамбург из Казахстана и гордится своей новой работой. Вашему корреспонденту она сказала:
– Я никогда не думала, что мне придется рассказывать самим немцам об этом страшном прошлом, чтобы оно никогда больше не повторилось!

До мемориального комплекса KZ-Gedenkstätte Neuengamme (Jean-Dolidier-Weg 75) можно добраться на автобусах № 227 и 327 от станции S-Bahn Bergedorf или машиной по автобану A25 в направлении на Geesthacht. Вход на территорию – свободный.

Праздник с сединою на висках
В первые майские дни, накануне Дня Победы, в Нойенгамме со всего мира собрались бывшие узники и их дети. Они почтили память погибших, возложили цветы и приняли участие в дискуссии, которая состоялась в исследовательском центре (Studienzentrum). На траурной церемонии с речью выступил первый бургомистр Гамбурга Оле фон Бойст.

Программа мероприятий KZ-Gedenkstätte Neuengamme, посвященная 65-летию Победы над нацизмом, рассчитана на весь юбилейный год. Например, экскурсии по кладбищу Ohlsdorf расскажут об искусстве 1933–1945 годов. Они состоятся 6 июня и 5 сентября, встреча в 10 утра у вокзала Ohlsdorf (выход на Fuhlsbüttler Straße). На 9 мая и 26 сентября назначены велосипедные туры.

«Альтернативная» экскурсия на пароходике по Альстеру и каналам на тему «Гамбург во времена национал-социализма» (Alternative Alsterkanalfahrt «Hamburg im Nationalsozialismus») состоится 6 июня в 15 часов. Отправление от причала Jungfernstieg. Запись по телефону: 040/428 131 527.
С подробной программой юбилейных мероприятий, которые пройдут и в других памятных местах города (Fuhlsbüttel, Bullenhuser Damm, Poppenbüttel) можно ознакомиться в Интернете (www.kz-gedenkstaette-neuengamme.de).

Текст + фото: Екатерина Филиппова

От капусты до «Кока-колы»
«Наша деревня» – по-свойски называют Брамфельд старожилы. Хотя усмотреть в нем черты былой сельской идиллии жителю Гамбурга, лишь бегло знакомому с этим районом, довольно непросто.

Жилые постройки разных десятилетий – от старых крестьянских домиков до современных «экологических» зданий – по обе стороны оживленной магистрали Bramfelder Chaussee. Вот, пожалуй, образ современного Брамфельда, одного из самых многонаселенных гамбургских районов, насчитывающего сейчас 56 тысяч жителей. Его название происходит от нижненемецкого Bra(a)m – дрок, низкорослый кустарник, который был широко распространен в этих местах. Неудивительно, что именно его веточки украшают герб района.

Первое упоминание в хрониках о деревушке Брамфельд датируется 1271 годом. В XV веке она состояла всего из десяти крестьянских подворий. Управлял деревней староста (Bauernvogt), обладавший рядом привилегий – в том числе варить пиво и рыбачить на озере Bramfelder See. Четыре века – с 1460 по 1864 год – Брамфельд принадлежал датской короне и долгое время был основным поставщиком овощей для расположенного по соседству Гамбурга. Кроме того, через деревню проходил важный торговый путь, соединявший город на Эльбе с Любеком.

В результате земельной реформы XVIII века Брамфельд переживает экономический подъем. Наряду с сельским хозяйством здесь появляются новые сферы деятельности, крестьяне осваивают кузнечное и столярное дело, открывают пекарни и мастерские по пошиву одежды и обуви, быстрыми темпами развивается садоводство. Деревушка растет и преображается.

После Первой мировой войны здесь находилась крупная овощная плантация – по величине вторая в стране. Простирающиеся вдоль Bramfelder Chaussee поля капусты и ревеня многие десятилетия были отличительным признаком Брамфельда. Но к концу 30-х годов прошлого века он становится поселком преимущественно рабочих и служащих, его население превышает 7 000 жителей. Местное руководство уже с трудом справляется с застройкой и распределением земли, развитием транспорта и прочими коммунальными проблемами.

Постепенно границы Гамбурга и Брамфельда вплотную подходят к друг другу, и происходит неминуемое: после административной реформы 1937 года бывшая деревушка превращается в новый район ганзейского города и… теряет свой сельский шарм. Зеленые насаждения все чаще уступают место новым кварталам, исчезают импозантные дома с соломенными крышами, пруд засыпают землей, а главную магистраль Bramfelder Chaussee расширяют до четырех полос движения.

Парадоксально, но факт: включенный в состав города более 70 лет назад Брамфельд до сих пор не охвачен системой скоростного транспорта – мы не найдем здесь станций метро и S-Bahn. Наверное, этот факт был учтен властями при планировании первого трамвайного маршрута. Спустя много лет этот вид транспорта снова появится у нас в городе и для начала свяжет Брамфельд с центром Гамбурга и Альтоной.

Чем примечателен этот район? В числе архитектурных жемчужин Брамфельда можно назвать церковь Пасхи (Osterkirche), построенную в 1914 году по проекту Вильгельма Фойгта (Wilhelm Voigt) – с кирпичным фасадом и пирамидальной крышей.

В плане церковь представляет собой восьмиугольник со срезанными углами – октогон. Первые годы она была безымянной – традиция называть деревенские храмы появилась позже. Вот что сообщает нам хроника: «В первый день Пасхи 1938 года наша церковь получила большой колокол весом 1 350 кг. Мы освятили его и дали нашей церкви название Osterkirche».

Историческую ценность представляет здание старой школы, построенное в 1889 году, а также бывшая ратуша (1912), в которой сегодня ресторан.

В Брамфельде находится головной офис всемирно известного концерна посылочной торговли Otto, крупный завод по разливу напитков Сoca-Cola, а также филиал Vattenfall Europe – пятого по величине европейского энергетического концерна.

В далеком 1879 году плотник Иоганн Якоб Генрих Бар (Johann Jacob Heinrich Bahr) открыл в Брамфельде мастерскую по изготовлению колес и кузовов для повозок. Со временем предприятие расширилось и превратилось в крупную фирму по продаже стройматериалов и хозяйственных товаров, а фамилия того плотника стала известным брендом. Наверное, вы уже догадались, что речь идет о компании Max Bahr. Сегодня в Брамфельде находится один из крупнейших ее филиалов.

Культурная жизнь района сосредоточена в центре под названием Brakula (Bramfelder Kulturladen), где организуют всевозможные курсы, проводят концерты, выставки и праздники. Работа с детьми и молодежью – одно из важных направлений деятельности центра. В это же здание год назад переехал районный архив. А любителям поп-музыки будет интересно узнать, что студия известной группы Scooter долгое время находилась именно в Брамфельде, где и создано большинство их композиций.

Вот уже много лет Германия чтит память жертв нацистского режима особым образом: в тротуары монтируются медные таблички с именами жителей, которые погибли только потому, что имели «не ту» национальность, веру или убеждения. Такие памятные знаки есть и в Брамфельде. Например, табличка перед домом № 274 по улице Fabriciusstraße напоминает, что здесь жил предприниматель Пауль Арон Гольдшмидт (Paul Aron Goldschmidt). В 1943 году он депортирован в концентрационный лагерь Терезиенштадт, откуда ему уже не суждено было возвратиться.

На границе Брамфельда и Штайльсхопа находится живописное озеро Bramfelder See. Местные жители давно облюбовали «Brami» для отдыха и занятий спортом.

Его берега утопают в густой зелени, и иногда, в теплое время года, здесь можно наблюдать серых цапель. Они обосновались на одном из островов, охраняемых государством как заповедные территории.

Текст: Ирина Бурмайстер

Бизнесмен с душой эколога
Он родился и умер в нашем городе. Между датами его рождения и смерти –почти сто лет. Успешный предприниматель, Альфред Тёпфер (Alfred Toepfer, 1894–1993) был покровителем искусств и любителем природы.

Свою первую сделку молодой предприниматель заключил в 1919 году – сначала купил, а затем продал сто центнеров соломы, заложив тем самым первый камень в фундамент своей будущей «зерновой империи». Сегодня главный офис компании Alfred C. Toepfer International GmbH, имеющей филиалы в 40 странах мира, находится в самом центре Гамбурга – на Ferdinandstraße. Как и прежде, предприятие занимается продажей и доставкой сельскохозяйственной продукции, семян и удобрений. В 20-е годы прошлого века Тёпфер снабжал хлебом и Россию – и, говорят, именно так сколотил свой первый капитал. Поэтому вполне вероятно, что идея поддерживать русскую литературу родилась у него позднее из чувства благодарности.

Знаменитую Пушкинскую премию Тёпфера присуждали с 1989 по 2005 год. Ею отмечали не отдельные произведения писателей, а совокупность литературных заслуг творческих личностей. Лауреатами премии, финансовая составляющая которой в последние годы равнялась 15 тысячам евро, становились классики современной российской литературы – Андрей Битов, Людмила Петрушевская, Фазиль Искандер, Белла Ахмадулина, Владимир Маканин, Евгений Рейн и другие мастера поэзии и прозы.
Награда для российских литераторов была далеко не единственным проектом фонда FVS, основанного Альфредом Тёпфером еще в 1931 году (адрес офиса –Georgsplatz 10). Организация чрезвычайно активна и поныне: она поддерживает студентов, деятелей искусства и экологические образовательные проекты. Одна из самых престижных премий с бюджетом 75 000 евро – Kairos-Preis – с 2007 года присуждается европейским деятелям литературы и искусства, которые придают культуре новые и значимые творческие импульсы. Недавно этой награды удостоен исландский писатель Андри Снайр Магнасон. Автор бестселлера «Страна мечты», он прославился также выступлениями против продажи угодий в родной Исландии концернам, производящим алюминий. Торжественное вручение премии состоится 28 февраля в гамбургском театре Deutsches Schauspielhaus.

Среди ежегодных студенческих стипендий фонда есть одна особенная. Ее цель – содействовать контактам со странами Восточной Европы, сохранению культурных традиций европейских народов в условиях их экономической и политической интеграции. От 30 до 50 студентов и аспирантов Германии и восточноевропейских стран получают на последнем курсе 920 евро ежемесячно, чтобы продолжить учебу в одном из зарубежных вузов. Спектр специальностей широк: культурология, психология, философия, театральное искусство, архитектура, лесное хозяйство и многое другое.

Лесоводство и охрана природы особенно поощряются фондом, основателя которого называют «пионером» в деле создания немецких природных парков. После войны Альфред Тёпфер занимался восстановлением разрушенного сельского хозяйства Германии. Спустя 15 лет он всерьез заинтересовался охраной природы и постепенно сделал поддержку экологических программ одним из основных видов деятельности своего фонда. В 50-е годы, будучи членом правления заповедника «Люнебургская пустошь» (Lüneburger Heide), Тёпфер выступил с идеей создать сеть природоохранных зон, получившей в обществе широкий отклик. Уже вскоре в Германии появилось около 30 заповедников.

Альфред Тёпфер стремился создать оптимальные условия общения человека с природой и познания ее красоты. Надо отметить, что охрана окружающей среды и развитие туризма были для него абсолютно равнозначны. Открывая – в первую очередь жителям городов – путь к природе, Тёпфер предлагал сохранять и защищать ее на деньги, получаемые от туризма. Сегодня для многих регионов природные парки стали важным экономическим фактором. Они обеспечивают население работой, способствуют модернизации инфраструктуры, помогают сохранять уникальные ландшафты и историко-культурные памятники.

С 1954 года меценат возглавлял основанную им Северогерманскую академию защиты природы, переименованную после его смерти в Alfred Toepfer Akademie für Naturschutz. Она расположена в самом сердце Люнебургской пустоши, в крестьянской усадьбе Hof Möhr, окруженной старинными дубами-великанами и многочисленными садами, открытыми для посещения с мая по октябрь. А лекции для педагогов, биологов и всех, кто интересуется охраной природы, проходят круглый год. Из Гамбурга туда можно добраться по автобану А7 или по железной дороге. Летом от станции Schneverdingen до Академии ходит бесплатный автобус под названием Heideshuttle, в остальные времена года приходится уповать на такси, велосипед или повозку, запряженную парой гнедых.

В смутное время
В 90-е годы один швейцарский историк обвинил фонд Альфреда Тёпфера в финансировании культурной политики фашизма и назвал его «пятой колонной» послевоенной эпохи. В ответ на это в 1997 году по инициативе FVS была создана независимая комиссия ученых, которая пришла к выводу, что Тёпфер никогда не разделял идеологии национал-социализма. В особенности ему был чужд антисемитизм: когда в 1933 году запретили избирать евреев в правление общества зерноторговцев, он выступил против и тем самым привлек к себе внимание гестапо.
После прихода к власти нацистов Тёпфер целый год провел в заключении. Причиной стала его дружба с радикальным социалистом и участником движения Сопротивления Эрнстом Никишем (Ernst Niekisch). Кроме того, его фонд всегда покровительствовал свободному искусству и провозглашал своей целью содействие взаимопониманию между народами, что в третьем рейхе не особенно приветствовалось. Несмотря на это, Альфред Тёпфер, которому пришлось пройти и через службу в армии, относительно благополучно пережил времена нацизма.

Текст: Екатерина Филиппова

Аймсбютель – модный «рабочий» квартал
Улицы Аймсбютеля застройки конца позапрошлого века чем-то напоминают питерские кварталы доходных домов. Только они – гораздо более зеленые и обихоженные.

А семьсот лет назад этот гамбургский район, который теперь становится все более модным, состоял всего из трех крестьянских дворов, которые составляли деревеньку Eimsbüttel. В 1339 году граф Гольштейна, Штормарна и Шойенбурга Адольф VII продал поселение и окрестные земли монахиням монастыря „Herwardeshude“. Может быть, поэтому в современном Аймсбютеле так много церквей – Apostelkirche, Christuskirche, Jerusalem-Kirche, Kreuzkirche, St. Bonifatius, St. Stephanus-Kirche и мечеть Fazle-Omar-Moschee. Именно в Аймсбютеле на улице Hohe Weide находится гамбургская синагога, а на Hagenbeckstraße10 – православный храм святого Прокопия Устюжского. Святой преподобный Прокопий был немцем католического вероисповедания, любекским купцом, который в конце 13 века торговал в Новгороде и пленился красотой православного богослужения. Он роздал свое имущество и как юродивый разгуливал по улицам Устюга с тремя кочергами. Когда кочерги были опущены вниз, это предвещало беду, а если подняты – благополучие. Таким он и изображен на иконе, которую можно увидеть в церкви, носящей его имя и освященной в 1965 году.

Историю Аймсбютеля можно назвать беспокойной. В нем стояли лагерем воинственные датчане, штурмовавшие Гамбург в 1686 году. А в 1814 его почти дотла сожгли французы, оборонявшие ганзейский город от наступавших русских. Во время второй мировой войны, в июле 1943 года, в ходе операции «Гоморра», союзные войска разбомбили почти половину жилых домов, в которых жил рабочий люд.

Так называемые рабочие кварталы возникли во второй половине 19 века, когда из-за дефицита жилья маклеры начали скупать пригородные сады и строить жилье для пролетариата – «террасы». Они состояли из нескольких домов, построенных в форме буквы «п» или квадрата, и заканчивались тупиком. Таким образом на малой площади удавалось разместить большее количество квартир.
На одной такой террасе, состоящей из четырех домов, в двух-трехкомнатных апартаментах проживало до 40 семей, в каждой было в среднем по шестеро детей. И многим, чтобы покрывать расходы, приходилось сдавать комнаты внаём. Террасы служили приютом для семей столяров, портных, пекарей, горшечников и мастеров, которые сворачивали сигары. Последние обитали в подвалах и на чердаках одного из домов на Stellinger Weg, который поэтому назывался «бразильским двором». Условия жизни в этом забытым Богом углу были удручающими, о чём свидетельствует заключение специального протокола того времени: «В помещениях, где крутят сигары, устроены жилые ниши, где спят грудные младенцы, вдыхающие вредные пары табака». Поэтому становится понятно, почему первое гамбургское движение протеста рабочих Альтоны – забастовка 1868 года, в которой участвовали 2000 человек, – нашла отклик именно в Аймсбютеле. Поскольку сборища в Гамбурге были запрещены, забастовщики устремились за город, где к ним охотно присоединились местные жители.

В 1896 году забастовали портовые рабочие, многие из которых проживали в Аймсбютеле. Жизнь их была нелегка и называлась «по записи» – «auf Kreide» – потому, что наличными они могли расплачиваться только в день получки, а в остальное время их долги записывались на грифельных досках мелом. Чтобы избежать бунта и обеспечить рабочих лучшими условиями проживания, в Гамбурге был объявлен конкурс на лучшую концепцию дома для рабочих, и основано общество «Bau und Sparverein zu Hamburg». И в 1898 году на улице Stellinger Weg 36 вырос новый дом под названием «Hamburger Burg»,

со светлыми комнатами, освещенными подъездами, высокими потолками, детской площадкой и внутренними садиками. Архитектурный проект был отмечен серебрянной медалью на Всемирной выставке в Париже и послужил образцом для многих построек, которые вскоре появились в северо-западной части Гамбурга. Сегодня эти живописные дома являются весьма притягательными для любителей жилья старого фонда – обеспеченных гамбуржцев среднего слоя. Как и прежде, район является одним из самых густонаселённых – на площади всего 3,2 квадратных километра проживает 54 875 человек. А одной из самых популярных для вечерних прогулок и посиделок в уютных кафе сегодня стала Ostеrstrasse. В конце 19 века её на всю страну «прославили» фальшивомонетчики – купец Август Тис и литограф Герман Гронемер, которые напечатали пятифунтовые и долларовые купюры на общую сумму в 2 миллиона марок.

Однако Аймсбютель знаменит не только своими криминальными историями. В нем находятся и парки –

Eimsbütteler Park, Unnapark, в которых так приятно погулять. А учиться подрастающее поколение ходит в школу имени Астрид Линдгрен на улице Bundesrtasse 94, открытую в 1900 году. По желанию коллегии учителей имя великой шведской писательницы было присвоено школе в виде исключения еще при жизни автора истории о Малыше и Карлсоне. В делах образования Аймсбютель примечателен еще и тем, что первая школа для бедных была открыта здесь в 1693 году. А новое поколение школяров посещает школу имени Иды Эре, еврейской актрисы и директора гамбургского театра «Hamburger Kammerspiele». С недавнего времени в Аймсбютеле на улице Hellkamp 68 появился и собственный маленький театр на несколько десятков мест под названием «NN», где нередко выступает известная гамбургская русскоговорящая актриса Лотте Ллахт . Неподалеку, на Unnastrasse, находится «штаб-квартира» одного из крупнейших предприятий страны – всемирно известного концерна «Beiersdorf», выпускающего популярный крем «Nivea», клейкую ленту «Tesa» и пластырь «Hansaplast». Основатель фирмы – аптекарь Пауль Байерсдорф – в 1882 году пригласил к сотрудничеству дерматолога профессора Пауля Герзона Унну, с которым они создали первый в мире «чудо-пластырь», под которым заживали раны. Однако Байерсдорф оказался плохим предпринимателем и вскоре продал фабрику, лабораторию и все патенты аптекарю Оскару Тропловицу, который продолжил работу над «волшебным» пластырем и вскоре назвал его лейкопластырем – от греческого слова «leukos» – белый, по цвету клейкой массы. Под этим именем изобретение аймсбютельских аптекарей распространилось по всему свету. В настоящее время в фирме «Beiersdorf» трудятся 17 000 человек, и она является одним из крупнейших гамбургских работодателей.

К сожалению, Аймсбютель находится несколько в стороне от главных туристских троп. А ведь прогулка по этому району может ознакомить с настоящим Гамбургом не только гостей нашего города, но и местных жителей.

Tекст: Екатерина Филиппова