Текст: Андрей Нелидов
Точка отсчета
Недавняя выставка в Ратуше рассказала посетителям об истории гамбургских электрических сетей, созданных в далеком 1894 году.
Рождение любой компании – процесс прежде всего юридический. 15 марта 1894 года у канцелярии нотариуса Германа Штокфлета на Große Bäckerstraße собралась группа солидно одетых мужчин. Это были представители нескольких банков, а также энергетических, судовладельческих и торговых компаний. Подписав у нотариуса соответствующие документы, они стали учредителями нового предприятия, в котором тогда остро нуждался весь город, – Hamburgische Electricitäts-Werke AG (HEW). Акционерное общество объединило местные электрические сети. Стартовый капитал компании составил шесть миллионов марок.
Главой наблюдательного совета HEW был избран гамбургский банкир и аристократ, барон Конрад Хинрих фон Доннер. Ведущим инженером, ответственным за техническую часть проекта, стал специалист из Баварии Макс Руппрехт. Кадровый состав нового предприятия был немногочисленным: к примеру, коммерческий отдел, располагавшийся в то время на Gänsemarkt, в доме № 22, насчитывал всего 11 сотрудников. Клиентская сеть тоже была не так уж велика – примерно 3 000 подключений, в том числе сотни две так называемых «недельных потребителей» – клиентов с краткосрочными договорами.
Век спустя HEW из небольшой фирмы превратился в мощное предприятие, загадочная штаб-квартира которого привлекала внимание всякого, кто ехал в направлении аэропорта по Sengelmannstraße. Построено здание по проекту выдающегося датского архитектора Арне Якобсена. Уступы огромных плоских коробок с черным стеклянным фасадом и полным отсутствием каких-либо «опознавательных знаков» производят впечатление жутко засекреченного стратегического объекта. Однако ничего тайного в них нет: теперь здесь расположено европейское управление шведского энергетического концерна Vattenfall АВ, частью которого HEW стал двенадцать лет назад.
К сегодняшнему дню гамбургских электрических сетей мы еще вернемся чуть позже, потому что сначала нужно рассказать читателям, когда и как электричество пришло к нам. Иначе у них может сложиться впечатление, что это произошло как раз 120 лет назад, когда появилась на свет компания HEW. Нет, история городской энергетики начиналась еще лет на 20 раньше.
Первым в Гамбурге стал использовать электричество аффинажный завод Norddeutsche Affinerie, который применил новый метод очистки благородных металлов от примесей – электролизный. В 1873 году на предприятии установили первую динамо-машину – электрический генератор постоянного тока. Через 15 лет, 18 декабря 1888 года, начала вырабатывать ток Центральная электростанция в помещении бывшей водяной мельницы на Poststraße. Поскольку потребность в электричестве была еще не слишком велика, его подавали в город лишь с 13 до 23 часов – по большей части для освещения домов в темное время суток. А в праздничные дни (например, в Рождество) генераторы вообще не включали.
Понемногу росло использование тока в промышленности и портовом хозяйстве. 7 декабря 1891 года на гамбургском причале Petersenkai заработал первый в мире портальный кран с электроприводом. Правда, мощность его была по нынешним понятиям смехотворной – он мог поднимать грузы весом не более полутора тонн. Вероятно, поэтому через несколько месяцев к нему добавился второй кран. Тем самым были исчерпаны возможности слабенькой электростанции на этом причале. Еще через год электрические краны были переведены на Kirchenpauerkai, а компания Hapag, арендовавшая Petersenkai, все еще предпочитала краны с паровым приводом.
Многие фирмы уловили новую тенденцию развития техники и вплотную занялись разработкой электромоторов для портового оборудования. Компании Siemens & Halske, Gutehoffnungshüte, AEG и Nagel & Kaemp даже образовали с этой целью специальный консорциум. Стремительный рост числа новых разработок требовал более мощных электростанций и более разветвленных электросетей. С 1893 года за обеспечение Гамбурга электричеством отвечала нюрнбергская компания Schuckert & Co (впоследствии – Nürnberger Elektrizitäts-Aktiengesellschaft), 120 лет назад ставшая одним из соучредителей HEW.
Объединение производителей электричества в единую городскую сеть было важным этапом в развитии местной энергетики и придало ему мощный толчок. Всего два года спустя стало возможным снизить цену за освещение с 80 до 60 пфеннигов за киловатт-час. Население быстро отвыкало от керосиновых ламп, а мощностей Центральной городской электростанции уже не хватало.
Руководство HEW это предвидело: в 1896 году на территории бывшего филиала Таможенного союза на Karolinenstraße построили вторую электростанцию мощностью 800 киловатт, еще через два года к ней присоединили третью – в Бармбеке. Ее местоположение было выгодно тем, что совсем рядом находился Osterbekkanal, и уголь для производства электроэнергии сюда можно было доставлять водным путем, не перегружая на сухопутный транспорт.
К началу XX века HEW превратился в крупное и успешное предприятие с чистой прибылью в полтора миллиона марок. Он стал фактически монополистом, снабжая электроэнергией всю территорию Гамбурга. В 1914 году его акции были перераспределены, после чего у компании осталось только два крупных владельца – город и фирма Schuckert & Co, каждый из которых владел примерно половиной капитала.
За последующее столетие HEW разросся в крупный промышленный концерн, в структуру которого входили электросети, теплоэлектростанции (где для выработки тока и тепла использовались различные виды топлива – уголь, газ) и атомные (сегодня из четырех АЭС остался в эксплуатации только Брокдорф), а также установки для сжигания мусора и шлама очистных сооружений.
В 1997 году город начал постепенно распродавать свои акции в HEW, и уже через пять лет владельцем контрольного пакета предприятия оказалась немецкая «дочка» шведского энергетического концерна Vattenfall АВ. В 2006 году бренд HEW прекратил свое существование, а история гамбургских электросетей продолжается теперь уже под названием Vattenfall.
Для бюджета города электросети долгие десятилетия оставались важным источником постоянного дохода, поэтому сейчас приватизация компании многими воспринимается как стратегическая ошибка Сената. В ходе городского референдума в прошлом году большинство жителей высказалось за возвращение энергетических сетей в муниципальную собственность. Сейчас городу принадлежит лишь чуть более четверти (25,1%) всех акций. Инициатива «Наш Гамбург – наша сеть» утверждает: этого явно недостаточно, чтобы городские власти могли оказывать существенное влияние на развитие сетей. Выкупив их, город мог бы зарабатывать гораздо больше средств. Сенат и законодательное собрание Гамбурга были против этого, но теперь они обязаны действовать в соответствии с итогами народного волеизъявления.
Гамбург – крупный мегаполис Германии – тоже создал себе героическое прошлое. Возник город якобы по распоряжению Карла Великого, а его основателем стал апостол севера Святой Ансгар. Когда нашли фундамент башни на Domplatz, его посчитали остатками первого каменного строения на севере Германии. Исключительные привилегии Гамбурга записаны в Freibrief‘е, который подписал сам кайзер Фридрих Барбаросса.
Сведения об основании Гамбурга были почерпнуты из биографии Ансгара «Vita sancti Anscharii», которую написал Римберт (Rimbert) – его ученик и преемник на должности епископа Бремена и Гамбурга. Ансгар был назначен в 831 году епископом с дислокацией в Hammaburg‘e (так назывался поселок, находившийся на месте нынешней Domplatz в центре Гамбурга). Он основал здесь полноценный религиозно-культурный центр с монастырем, школой и церковью Мариенкирхе. Были построены также графский дом, службы и жилые дома. Снаружи Hammaburg был окружен валом из земли и бревен. Здесь же находился небольшой порт, причалы которого выходили на один из рукавов Альстера (засыпанный в 1866 году Reichenstraßenfleet). Расцвет Гамбурга-Хаммабурга длился недолго, каких-то полтора десятка лет. В 845 году викинги разграбили и сожгли город. Ансгар перебрался в Бремен и больше в Гамбурге не появлялся.
Чтобы как-то выйти из тупика, нужна была новая идея. И она появилась. Толчком для нее послужили новые данные о возрасте валов, ранее отнесенных к VI–VII векам. С помощью новых более точных методов анализа удалось доказать, что валы значительно моложе – они были построены непосредственно во времена Ансгара или перед его приездом.
Однако, роль Ансгара в судьбе Гамбурга неоспорима. На севере Германии и в Скандинавии епископа и сейчас почитают и верят, что их крестил апостол севера Святой Ансгар из Гамбурга. Да, Ансгар в Гамбурге-Хаммабурге бывал нечасто, а после разорения в 845 году вообще там не появлялся. Однако порядок был таков, что если город был освящен как епископский, то он им и оставался, независимо от того, бывал там епископ или нет. Гамбург считался епископским городом, и это была одна из причин, почему после полных разорений варягами и славянами он не прекращал своего существования, а снова возрождался. Он заселялся, отстраивался и позже все-таки стал действующим церковным епископским центром.
Текст: Д. Николаев
Нынешний Международный женский день в Германии явно останется в тени другого праздника – 8 марта исполнится 300 лет со дня рождения выдающегося немецкого композитора Карла Филиппа Эмануэля Баха (Carl Philipp Emanuel Bach). И наш город в его биографии занимает особое место. 
аша первая остановка – в Веймаре. Это город, где 8 марта 1714 года в семье придворного органиста Иоганна Себастьяна Баха и его супруги Марии Барбары родился второй сын, которого назвали Карлом Филиппом Эмануэлем. Крестным отцом мальчика стал друг Баха-старшего, известный композитор эпохи барокко Георг Филипп Телеманн (Georg Philipp Telemann). Не исключено, что второе имя малыша – это дань уважения семьи Бахов человеку, с которым пути крестника много лет спустя пересекутся в Гамбурге.
Студенческая жизнь постоянно требовала денег, так что молодому человеку частенько приходилось подрабатывать, обучая желающих игре на клавишных инструментах. В отличие от Баха-старшего, он уже видел себя профессиональным исполнителем и композитором, но, не желая перечить отцу, благополучно завершил юридическое образование.
В одном из писем своему музыкальному издателю Готтфриду Хертелю Бетховен сообщает: «Из фортепианных сочинений Баха у меня есть лишь несколько вещей, и все же некоторые из них несомненно должны служить каждому истинному художнику не только для высокого наслаждения, но и для изучения». Известна чеканная формулировка Моцарта по поводу роли Карла Филиппа Эмануэля в музыке: «Он – отец, мы – дети. И если кто-то из нас что-то может, этому мы научились у него».
Экспозиция охватывала все периоды и направления работы Красного Креста в мегаполисе на Эльбе. Эта организация не была первой в мире, однако историки – и, в частности, Андреа Бринкманн (Andrea Brinckmann) – утверждают, что кое в чем гамбуржцы все же стали пионерами – именно они впервые надели нарукавные повязки с красным крестом. Это было своеобразной «охранной грамотой» для безоружных добровольцев, оказывавших помощь раненым на поле боя.
У Вихерна и его помощников были рекомендательные письма от «Комитета по уходу за ранеными и пострадавшими», позволявшие им, гражданским лицам, находиться на поле боя, перевязывать военных и доставлять их в безопасное место. Внешним отличительным признаком добровольцев служили белые нарукавные повязки с красным крестом, ставшие с тех пор международным символом гуманизма и военного нейтралитета.
Еще одной резолюцией учредительной конференции предусматривалось введение опознавательного и охранного знака в форме белой нарукавной повязки с красным крестом. Фактически эта эмблема представляет собой «вывернутый» швейцарский флаг, на котором крест и основное поле поменялись цветами. Как нам теперь известно, первыми такие нарукавные повязки стали носить именно гамбуржцы. Были у них и технические ноу-хау – для транспортировки раненых они уже тогда наряду с носилками использовали специальные тележки с колесами.
И последнее: в мартовском выпуске нашего журнала нельзя умолчать о той выдающейся роли, которую сыграли в немецком гуманитарном движении и уходе за ранеными женщины. Когда в 1859 году Анри Дюнан еще только писал свою книгу о Сольферино, великая герцогиня Баденская Луиза учредила женское общество, впоследствии влившееся в структуру Красного Креста и сменившее название на «Rotkreuz-Schwesternschaft».
