Blog

Текст: Андрей Нелидов

Фото: Интернет

Полезно знать

На политическом небосклоне Германии редко появляются общественные организации, популярность которых росла бы столь стремительно, как в случае с Pegida. Это движение раскололо и даже слегка напугало страну, однако у нас в Гамбурге, похоже, не прижилось. 

Первая демонстрация его сторонников, состоявшаяся в Дрездене 20 октября прошлого года, собрала всего 350 человек. Но каждую неделю число участников росло и уже через неполных три месяца, 12 января, достигло своего пика – 25 000. При этом Pegida лишь 19 декабря стала e. V. – официально зарегистрированным обществом.

Какая же идея смогла так быстро объединить тысячи людей сначала в столице Саксонии, а потом и во многих других городах Германии? Ответ мы без труда находим в названии организации, которое скрывается за аббревиатурой Pegida: Patriotische Europäer gegen die Islamisierung des Abendlandes («Патриотические европейцы против исламизации Запада»).

Здесь, вроде бы, все ясно, только вот «исламизация» вызывает вопросы. Что конкретно имеется в виду? Движение выступает против исламизма или против ислама? Ведь это, как минимум, не одно и то же: нельзя ставить знак равенства между радикальными исламистами и обычными мусульманами, большинство которых уважает европейские ценности. Если все же речь идет об исламизме, то как лидеры движения его трактуют? Одно дело – строительство мечети, и совсем другое – террористическая деятельность «от имени» ислама.

Никакая дискуссия не может быть плодотворной, если ее участники не договорились об одинаковом понимании основных терминов. Возможность расширительного толкования понятий рано или поздно приводит к заблуждениям. Вот и лидеры Pegida теперь вынуждены оправдываться и уточнять свою позицию, потому что к их движению присоединилось немало правых радикалов вплоть до неонацистов и других ярых ксенофобов, которые вообще против всех чужаков.

Впрочем, сами руководители Pegida, как выясняется, тоже не ангелы. 21 января вынужден был уйти со своего поста председатель правления Лутц Бахманн. На счету ранее судимого активиста – нанесение телесных повреждений, кражи со взломом, хранение наркотиков, неуплата алиментов и прочие подобные «мелочи». Удивительно, как человек с таким «послужным» списком вообще отважился влезть в политику. А ушел он в отставку потому, что прокуратура Дрездена начала против него расследование в связи с расистскими высказываниями в социальных сетях и… позированием в образе Адольфа Гитлера. Ясно, куда могут привести своих сторонников лидеры с такими взглядами.

Не случайно федеральный канцлер Ангела Меркель еще в своем новогоднем обращении призвала жителей Германии не идти на поводу у Pegida. Но Гамбург, похоже, к тому времени уже четко определил свою позицию в этом вопросе. Он стал единственным крупным городом Германии, где сторонникам движения не удалось провести ни одной демонстрации. Более того, гамбуржцы ответили им собственной акцией, которую назвали Tegida (Toleranten Europäer gegen die Idiotisierung des Abendlandes) – перевод, я думаю, не обязателен.

5 января у вокзала собралось порядка 5 000 человек с плакатами в поддержку гостеприимства и толерантности: «In Hamburg sagt man moin!» или «Bunt statt braun». Многие участники демонстрации выражали мысль, что расизм и ксенофобия не должны иметь почвы в городе, столь открытом для мира, как наш. Мы тоже его полноправные жители, но не будем забывать вот о чем: нас бы здесь не было, если бы политику государства определяли сторонники Pegida.

Многие наши читатели знают замечательного художника Николая Эстиса, мы не раз писали о нем, его работах и выставках. В конце 90-х годов он перебрался в Гамбург, но продолжает поддерживать тесную связь с  Москвой и Россией.

Долгая творческая жизнь художника Эстиса необычайно богата встречами с интересными людьми и неординарными событиями и историями. Вот одна из них, опубликованная в  «Независимой газете» от  10 июля 2013 года (в это время Ходорковский еще отбывал срок в лагере),  которую мы здесь приводим с разрешения автора с небольшими сокращениями.

Ходорковский и два холста

   Произошло это в конце 80-х или в начале 90-х годов. Тогда вы, Михаил, приобретали работы художников то ли для коллекции вашего банка, то ли для какой-то выставки в США.
    Кто-то из искусствоведов (к сожалению, не помню, кто именно) привел вас ко мне в мастерскую, которая находилась рядом с Домом  кино в Москве, на Васильевской улице.
После просмотра вы отобрали несколько работ. Тут же были оформлены все необходимые документы, и работы увезли.

   Среди увезенных оказались два холста, висевшие на стене в мастерской. Холстов этого же «помета» было 10, я написал их в доме творчества Союза художников «Сенеж» осенью 1984 года. На освободившуюся стену я тут же после вашего отъезда повесил два холста из этого же «семейства». Замена почти не ощущалась. Однако несколько следующих дней я чувствовал себя в мастерской неуютно – было беспокойно и не работалось.
   Вечером третьего дня, уходя из мастерской и взглянув на стену, я понял причину тревоги – мне не хватало тех самых двух холстов. Они покинули меня, я их продал.
Рано утром следующего дня я позвонил вам, и, извинившись, сказал: «Понимаю, что прав на эти работы у меня уже нет, что поступаю не по-деловому и не по правилам.… Но я очень прошу вернуть мне два холста из купленных вами, потому что не могу без них жить».

   Вы сказали, что акты оформлены на общее количество и уже ушли на оплату, что трудно что-либо изменить. Тем не менее, не прошло и часа, как вы были у меня в мастерской с этими двумя холстами. По моим представлениям о ценностях, это – Поступок, проявление высокого благородства и признания за художником каких-то других – может быть, не формулируемых – прав, помимо права собственности.
   В моей мастерской с тех пор побывали сотни и сотни замечательных людей из разных городов и стран. И всякий раз, когда доходит очередь до показа тех самых работ, я говорю: «А вот – холсты Ходорковского». И в ответ на вопросы рассказываю (извините, без вашего разрешения) эту историю. Думаю, что для многих она оборачивается нетривиальным нравственным примером.
   Холсты эти, Михаил, ждут вас в моей московской мастерской. Они ваши. Можете ими распоряжаться хоть сейчас. И еще. Вы всегда можете рассчитывать на надежное и комфортное творческое убежище в моей гамбургской мастерской.
 
 С благодарностью, восхищением и надеждой, Николай Эстис

 По случаю и к счастью эти работы выставлялись осенью 2014 года  на Арт-Салоне в Монтрё (Montreux Art Gallery Contemporary Art Salon). Таким образом у Николая Эстиса появилась возможность встретиться в Швейцарии с Михаилом Ходорковским и вручить ему две свои картины. Так завершилась история, которая началась почти четверть века назад  в Москве.

nikolai@estis.de
http://nikolai.estis.de

Текст: Юрий Одессер

   Перед гамбуржцами время от времени вставала  необходимость доказывать законность своих прав и свобод. При отсутствии нужного документа они добывали его, используя всю свою купеческую изворотливость. Если же подходящей грамоты найти не удавалось,  изготавливалась подделка.

Средневековый Гамбург еще в начале XIII века обладал важнейшими привилегиями, составлявшими основу его благосостояния. Проезжие  купцы платили городу таможенные пошлины, кроме того, ряд товаров по договору Stapelrecht должен был доставляться исключительно в Гамбург. Конечно, соседние властители время от времени пытались наложить лапу на такие соблазнительные источники доходов. Хорошо известны истории с Альтоной и Глюкштадтом, созданными как конкуренты нашему городу, который боролся с такими попытками всеми средствами, включая военную силу. Однако деловые ганзеаты предпочитали мирные средства: чтобы добыть необходимые документы, часто фальшивые, они пускали в ход дипломатию и деньги. Мы расскажем о двух самых ранних случаях такого рода.

Freibrief

После объединения в 1216 году епископской и графской частей города в Гамбурге, освобожденном от власти датчан и опеки графов, настала пора процветания. Однако завистливые соседи не спали. В 1264 году епископ Бремена, энергичный Гильденбольд фон Вунсторф, предпринял против города на Альстере две акции. Епископ хотел восстановить свои права на гамбургскую Домскую церковь, которая вышла из подчинения епископата после объединения города. Но главное, он наделил подвластный ему город Штаде исключительным правом взимать таможенную пошлину с проходящих по Эльбе судов, включая гамбургские, а товары выставлять на продажу (упомянутый уже Stapelrecht).

Гамбург оказался в критическом положении. В случае успеха этих мероприятий его ждала судьба заштатного городишки. Руководители города пошли на экстраординарные меры. Они нашли в администрации императора Фридриха II высокопоставленного чиновника, который изготовил для них нужную бумагу – знаменитый Freibrief. Под «документом» стояла подпись Фридриха 1 Барбароссы и дата – 7 мая 1189 года. Цена фальшивки была огромной, по современным деньгам 2 млн евро, но выигрыш стоил потраченных денег. Бременский епископ дело проиграл.

В 1619 году суд вскрыл обман и утвердил Stapelrecht для Штаде, но Гамбург просто проигнорировал это решение.  В XIX веке ученые окончательно доказали, что Барбаросса во время подписания документа находился вовсе не в Нойенбурге, как указано в Freibreif’e, а совсем в другом месте – в Регенсбургe. Печать была настоящая, императора Фридриха, но не первого, а второго – внука Барбароссы. В течение веков этого надувательства никто не замечал, и императоры подтверждали привилегии Гамбурга, что придавало документу видимость законности. Поэтому ежегодное празднование дня рождения нашего порта 7 мая можно считать как-то обоснованным.

Сражение картографов

Середина XVI века. Гамбург переживает очередной мощный экономический подъем. Усиление соседа не могло понравиться близлежащим городам  – Харбургу, Люнебургу, Штаде и Бухстехуде. Властительные аристократы этих городов – герцоги Харбурга и Брауншвейга-Люнебурга – подали в императорский суд – Reichskammergericht. Они хотели лишить Гамбург его привилегий, а Stapelrecht’ом и правом на таможенные сборы наделить другой город. Но не Штаде, как в свое время пытался сделать бременский епископ, а Харбург.

3 декабря 1567 года на заседании Высого суда тяжущиеся стороны представили в виде главных аргументов географические карты. На небольшой карте герцогов было отчетливо видно, что основным потоком после разветвления Эльбы был именно южный, на котором располагался Харбург. В то же время северный рукав, на который выходил Гамбург, выглядел совсем небольшим ответвлением от основного течения.

Цветная карта, представленная Гамбургом, была огромной. При ширине 1 метр ее длина достигала 12 метров. Там была изображена Эльба от Geesthacht’a до Северного моря и прилегающие к ней берега. С мельчайшими подробностями было показано все: и незначительные изгибы реки, и населенные пункты, и бакеныс бочками и указателями на воде. Кстати, последние демонстрировали проводимую Гамбургом серъезную работу по организации удобного и безопасного движения судов по реке.

Но главное: на карте северный поток с Гамбургом выглядел гораздо шире, чем южный с Харбургом. (Сейчас на фотографии со спутника видно: оба потока приблизительно одинаковы). Гамбургский Совет не поскупился и заплатил своему картографу Мельхиору Лорихсу гораздо большую сумму, нежели скаредные герцоги – своему. Суд вынес решение в пользу северного потока. Гамбург преодолел очередной кризис – бескровно, но с немалыми денежными затратами.

Теперь оригинал карты находится в архиве Гамбурга (Staatsarchiv, Kattunbleiche 19), и его можно увидеть во вторую среду каждого месяца, с 15 до 16 часов.

Кроме случаев изготовления фальшивых документов, о которых мы рассказали, в истории нашего мегаполиса было достаточно и других подобных прецедентов. Однако  интересно было бы посмотреть, как он выглядел в сравнении с другими городами и странами. Вот пара наиболее ярких примеров из общеевропейской истории.

                                                                  Лже-папы                            

В средние века римский папа был не только моральным и религиозным авторитетом. Считалось, что он – глава всех христиан и стоит на вершине не только церковной, но и светской  властной вертикали. То есть его положение было выше, чем у епископов и императоров с королями. Кто придал папству такой высокий статус?

Все претензии римских пап на высшую церковную и светскую власть основывались на так называемом Константиновом даре (лат. Donatio Constantini). Император Восточной Римской империи Константин Великий якобы передал этот документ римскому папе Сильвестру в 315/317 гг.  В нем римский епископ-папа объявлялся «князем всех епископов», включая глав церквей в Константинополе и в Иерусалиме. Папа также наделялся светской властью над всеми странами Европы, то есть ему подчинялись и императоры, и короли. Сам император Константин отбыл в восточную часть империи, оставив западную – Европу – под властью папы.

На самом деле дарственный документ изготовлен приблизительно в середине IX века (то есть более, чем через 400 лет после смерти Константина). Фальшивка была, очевидно, частью сделки, заключенной в 751 году между папским двором и франкским полководцем Пипином III Коротким. В результате военачальник Пипин получил титул короля франков, а папа стал верховным властителем в Европе. Эта подделка стала причиной многих важнейших событий европейской истории, основанием многовековой борьбы папства с немецкими императорами и одним из поводов раскола Западной и Восточной церквей. Ссылаясь на нее, папы получили собственное государство в Италии. Ложность документа была доказана еще в XV веке, но хранилась в тайне – вплоть до эпохи Протестантизма. (Кстати, отец Пипина Короткого, Карл Мартелл, остановил в 732 году арабское завоевание Европы, а сыном Пипина был знаменитый Карл Великий)

Габсбурги

Эти герцоги  возвысились над другими герцогами так же, как римские епископы-папы вознесли себя над другими епископами – через фальшивку. В 1356 году германский император Карл IV выпустил сборник законов «Золотая булла», в котором был список курфюрстов, имевших право избирать императоров. Австрийского герцога в списке не оказалось. В качестве ответной меры на понижение своего статуса австрийский  двор объявил о находке документа «Privilegium Maius». В нем утверждалось, что еще в 1156 году, то есть за 300 лет до того, император Фридрих Барбаросса ввел титул ерцгерцога, по правам подобный титулу курфюрста. Этим титулом наделялись австрийские герцоги. Австрия выходила из подчинения императору.

Фактически жульническая операция легла в основу усиления Австрии. Габсбурги превратились в «гегемонов ренессансной Европы», стали самой могущественной династией на континенте. С 1438 по 1806 годы  они были императорами Священной Римской империи. Еще Франческо Петрарка одним из первых высказал свои сомнения в подлинности документа, но позже он был признан. Разоблачение произошло в 1852 году. В 1919-м власть Габсбургов была сокрушена вместе с Австро-Венгерской империей, а титулы ликвидированы.

Итак, мы увидели, что неблаговидная практика изготовления поддельных документов была в Европе довольно распространенным явлением, и в этом отношении Гамбург не был исключением.