Blog

Текст: Елена Строяковская
Фото: Simcha Studio

В последние дни уходившего 2018 года я побывала в гостях у известного советского и российского поэта, выдающегося барда и ученого-геофизика Александра Моисеевича Городницкого.
Мы беседуем в его небольшой квартире в старинном доме гамбургского района Eppendorf. На столе непременный чай со сладостями. И красное вино. Как ни отказывалась – ведь я на службе, мне предстоит вести и записывать наш разговор – гостеприимный хозяин все-таки настоял на символическом бокале. Надо же проводить 2018 год…

В этом уютном доме я уже не первый раз. Обычно здесь много людей, близких ему по жизни и творчеству, но сегодня так получилось, что Городницкий был один. Внутренне собран, сосредоточен, и даже возникает ощущение, что мой визит отрывает его от главного дела – творчества. Хотя меня частично извиняет уже то, что я пришла поговорить с ним именно об этом.
Александр Моисеевич, сопровождая пояснениями, показывает свои новинки – фотографии, картины, музыкальные диски и книги, написанные им за последнее время. Я листаю свеженький сборник «Ступени Эрмитажа» – по своему обыкновению – с конца. И сразу натыкаюсь на заключительное стихотворение «Если мною назовут пароход…». Какие пронзительные строчки! И каждая из них словно задает тон предстоящему интервью.

Мне не страшен будет времени ход
На последнем для меня вираже,
Если мною назовут пароход
В дни, когда меня не будет уже.
Вспоминается ясней, что ни год,
Отдаленных побережий туман,
Если мною назовут пароход,
Снова я могу пойти в океан…

Если мною назовут пароход,
То в далеком зарубежном порту
Удивляться будет праздный народ,
Эту надпись прочитав на борту.
Если мною назовут пароход,
Попаду я на спасательный круг,
Пусть плывет он от полярных широт
До экватора и дальше на юг.
Чтобы топливо он бережно жег,
Увозящий экипаж от семьи,
Чтобы в сутки там, хотя бы разок,
Снова песенки звучали мои.
Чтоб никто, ни на свету, ни во мгле,
Не испытывал тоску или страх,
И забывшие меня на земле
Вспоминали обо мне на морях.

Чтобы шел он через шторм и грозу,
Не старел и не ржавел много лет.
Чтобы там на переборке внизу
Мой нестарый красовался портрет.
И в соленую попав синеву,
В беспределе атлантических вод
С вами вместе я еще поживу,
Если мною назовут пароход.

Александр Моисеевич Городницкий (род. 20 марта 1933 года в Ленинграде) – советский и российский поэт, один из основоположников жанра авторской песни в СССР, заслуженный деятель искусств Российской Федерации, первый лауреат Государственной литературной премии имени Булата Окуджавы, член Союза писателей России, член международного ПЕН-клуба. Геофизик, доктор геолого-минералогических наук, профессор, академик РАЕН (1993), заслуженный деятель науки РФ.

«Если мною назовут пароход…»

– Дорогой Александр Моисеевич! Я рада, что у меня есть очередная счастливая возможность поговорить с вами. В марте 2018 года вы отметили 85-летие, так что в первую очередь хочу от имени всех наших читателей поздравить вас с этим событием хотя бы постфактум. А во вторую я попросила бы подвести личные и творческие итоги юбилейного для вас года. Начнем с простого: где и как отмечали свое 85-летие?
– Отмечал там, где прошла вся моя жизнь, – в Ленинграде (для меня это название ближе) и в Москве, но 90-летие обещаю отпраздновать в Гамбурге. Было много творческих встреч – как выяснилось, народ меня помнит и любит. Юбилейные встречи продолжались две недели. Поздравления были из многих стран мира – как личные, так и от клубов авторской песни. От гамбургского клуба «Причал» – в том числе.
Но самым большим подарком в мой день рождения, 20 марта, было рождение одиннадцатого правнука в Израиле. На юбилейной встрече в московском клубе «Гнездо глухаря» передали по электронной почте фото новорожденного (ребенку было четыре часа) и показали на большом экране. Но к концу года правнуков у меня оказалось уже 13!
Правнуки в качестве подарков – это замечательно!
– А российские деятели культуры вас поздравили? Были поздравления от правительства?
– Да, много телеграмм официальных – от правительства, Дмитрия Медведева, но… после поздравления Путина, ждали его…
– Александр Моисеевич, Путин же питерский, должен знать ваши песни?
– Я слышал даже, что он когда-то в стройотряде пел мою песню «На материк ушел последний караван».
– Не уходим пока из Питера. Еще одна памятная дата в 2018 году – 75-летие снятия блокады Ленинграда…
– Очень важная для меня дата, я ведь блокадник, меня вывезли в апреле 1942-го в Сибирь, потому что мой дом сгорел, я это хорошо помню. Эвакуация спасла мне жизнь. Сейчас у меня практически готов диск «Блокадный метроном», связанный с этими событиями. Кроме того, в 2018 году вышла моя новая книга стихов «Ступени Эрмитажа», которую ты держишь в руках. А почему она так называется, я сейчас расскажу.
20 мая 2018 года на ступеньках Эрмитажа я читал свои стихи, и мы пели мои песни с детским хором, а вокруг стояли люди. Мне долго не разрешали эту акцию, а собралось пять тысяч человек. Белая ночь, и все поют «Атланты держат небо»! Наступил мой звездный час!
Через несколько дней после этого события поступило предложение директора музея Михаила Борисовича Пиотровского считать песню официальным гимном Эрмитажа, и мы подписали соответствующие документы по безвозмездной передаче этой песни музею. Было много прессы, радио и телевидение, и мне было лестно стать как бы частью архитектуры моего любимого города. И теперь каждый год 20 мая будет проводиться такой концерт.
– Знаковое событие! Я думаю, что, если была бы такая возможность, многие из наших читателей тоже пришли бы в сумерках к ступеням Эрмитажа и спели бы эти строчки вместе с вами.
Как мне стало известно, в 2018 году вышел ваш фильм «Царскосельская тетрадь». Царское Село – это тоже памятное для вас место?
– Находясь в Гамбурге, я все время работаю, занимаюсь литературной деятельностью, могу писать, читать, пока бог дает такую возможность. Именно здесь мы с замечательным кинодокументалистом и режиссером Натальей Касперович смонтировали фильм, посвященный Царскому Селу. О том, что я помню, что считаю важным, что отражает историю России и связано с моими песнями. Была презентация этого фильма в Царском Селе месяц назад, и я надеюсь, что здесь, в Гамбурге, мы его тоже покажем всем интересующимся.
– А в Интернете можно найти ваши фильмы?
В прошлом году у меня заработал сайт gorodnitsky.сом, будем постепенно выкладывать туда и фильмы. В 2018 году создан фонд Александра Городницкого, его президент – энергичная Наталья Касперович, не мне же в мои 85 лет его возглавлять. Это некоммерческий фонд, задача его – поддержка авторской песни и современной российской поэзии. В этом году под его эгидой состоялся всемирный конкурс детского творчества «Все начинается с детства» на темы моих песен. Очень много детей и школ принимали участие. В Русском музее Питера состоялся концерт, участники были из разных стран – из США, Канады, Австралии, Германии…
– Это удивительно, ведь современные дети мало читают, а уж поэзию тем более…
– Но когда они поют вместе с родителями, то приобщаются, учат русский язык, и он остается в семье. Вообще клубы авторской песни действуют во всем мире. Например, в Штатах летом было два фестиваля песни, посвященных моему юбилею – недалеко от Нью-Йорка и в Сан-Франциско.
– Вот так мы и узнали, что вы отметили свой юбилей и на американском континенте. А вот на столе я вижу диск «Октава». Заглавие музыкальное – новые стихи и песни?
– На старости лет я стал заниматься музыкой. У нас здесь есть очень близкий наш друг Наталья Погуляева, совершенно уникальный и очень скромный человек. Преподаватель музыки по призванию, она окончила Ленинградскую консерваторию. В Гамбурге живет уже 25 лет, и многие ее ученики стали музыкальными звездами. И вот меня решили отдать ей на обучение в приказном порядке.
Сейчас учу ноты, играю простенькие пьесы по учебникам для детей. Кстати, когда мы в Москве покупали учебник по сольфеджио, продавец в нотном магазине спросила, сколько лет ребенку, ей сказали – 85. Она чуть в обморок не упала. Но вот уже маленький успех – позавчера я впервые записал собственную песню нотами. А на диске «Октава» собраны только новые песни и стихи, все они разные – есть грустные, есть немножко хулиганские вроде «Sexual harassment». Но первые три «музыкальные»: «Октава», «Пианино» (стихи) и «Бах».
– Успехов вам в обучении! Знаем, что многие ученики Натальи Погуляевой участвуют в различных конкурсах, и желаем вам так подготовиться, чтобы принять в них участие.
А теперь перейдем к другой сфере вашей деятельности. Следующие вопросы я адресую Городницкому-ученому. 2018 год был самым теплым в Германии с начала метеорологических наблюдений в 1881 году. Это следствие глобального потепления?
– Как ученый, я не устаю повторять, что глобальное потепление – это физический процесс, который был уже не раз за миллионы лет. Он связан с двумя параметрами – с расстоянием от Земли до Солнца и с солнечной активностью. Все попытки привязать к этому антропогенную деятельность и промышленность – не более чем афера, которая принесла ее «авторам» миллиарды долларов.
Сегодня это еще и политический вопрос, потому что в 2017 году Трамп вышел из Парижского соглашения по климату о противодействии глобальному потеплению. Летом в Бостоне на химическом факультете местного университета я хотел сделать доклад на эту тему и получил, мягко говоря, отказ. Они решили, что я агент Трампа.
Считаю, что в будущем, лет через 15-20, нас ждет похолодание. Такие периоды уже были в истории Европы, и они приводили к политическим последствиям – в результате победила голландская революция. Смотрите картины Брейгеля, читайте «Тиля Уленшпигеля». Еще интереснее было на Руси в 1601 году: Москва-река замерзла на Яблочный Спас (19 августа). А потом и в следующем году, и в 1603-м. Как следствие – неурожай, голод, началось Смутное время. Надеюсь, что нам ничто подобное не грозит.
– Вы много лет занимались поисками Атлантиды. Какие-нибудь новые обстоятельства или открытия есть?
– Я старый человек, мне 85 лет, но я хочу верить в сказки. У меня есть фильм, созданный вместе с Натальей Касперович – «Легенды и мифы Александра Городницкого». Первая серия посвящена Атлантиде. В поисках этой легендарной земли я опускался много раз в батискафе в разные моря и океаны. Недалеко от Гибралтара, на вершине подводной горы Ампер, мы нашли следы странных сооружений. Атлантида? Возможно.
Во второй серии я попытался обосновать с позиций науки о земле реальность библейских мифов. Исход евреев из Египта, цунами, погубившее войско фараона, что подтверждается учеными, нашедшими на дне Красного моря остатки египетских колесниц, доспехов и т. д. Есть доказательства реальности Всемирного потопа и гибели Содома и Гоморры из-за взрыва метана.
А в третьей серии я рассказываю о мифах, в которые не верю, и один из них – это глобальное потепление.
– Что ж, с 2018-м разобрались. А ближайшие планы на 2019-й?
– Вместе с Натальей Касперович я начал работу над фильмом об авторской песне «Струна и Слово», будем записывать его в Гамбурге. Это история о том, где и как авторская песня появилась, ее сегодняшний день и перспективы, ее кризис – это очень большая работа. Хочу закончить также две книги стихов. Первая – «Океан времени», посвященная истории человечества и России. Вторая – «Мою маму зовут Рахиль» – о моем еврействе.
Чем старше становится человек, тем больше у него проявляются национальные черты, и мне хочется успеть об этом написать. Для меня это еще и память о моих бабушках и дедушках, погибших в Холокосте, память о родителях. Одна из главных задач моей жизни – определить свое место в этом мире. Названием книги стало название песни, которая переведена на многие языки.
9 февраля состоится моя творческая встреча (Ev.-Reformierte Kirche) и презентация нового диска. Буду показывать то, что я написал в последнее время, и обязательно будет разговор со зрителями. В этой встрече примет участие мой друг, замечательный автор и исполнитель бардовской песни Александр Соломонов.
– Можно ли сказать, что Гамбург за минувший год стал вам ближе?
– Я ленинградец, я привык к тому, что идет дождик и что в городе есть каналы. Привык к тому, что на стенах домов могут быть отметки от катастроф наводнений. Я объездил весь земной шар, видел много городов, но более близких между собой, чем Гамбург и Ленинград, – не только по погоде, но и по общему настрою жителей, по их толерантности – я не знаю. Нравится мне этот город потому, что я вижу в нем многие черты своего детства.
В любимой мною пьесе Оскара Уайльда «Веер леди Уиндермир» героиня говорит: «Мужчины глупы, им все время хочется быть первой любовью. Мы, женщины, гораздо умнее, нам важно стать последней любовью». Я надеюсь, что это относится не только к людям, но и к городам.
– Мы полностью разделяем вашу любовь к Гамбургу. Спасибо за интервью, Александр Моисеевич! Еще раз поздравляем вас с Новым годом, а пожеланий у нас немного: здоровья и творческого долголетия. Кстати, мы ловим вас на слове – ваше 90-летие будем вместе отмечать в нашем прекрасном городе!

Текст: Наталия Зельбер
Фото: интернет
Прекрасный подарок к Новому году получили жители мегаполиса на Эльбе. Принято окончательное решение о «финансировании федеральной программы реставрации гамбургских культурных и социальных объектов большого общественного значения в размере 50 миллионов». Такую же сумму должен вложить и город.
Этот воистину «золотой дождь» пролился на ганзейский мегаполис во многом благодаря Йоханнесу Карсу (Johannes Kahrs), SPD. Политик из района Hamburg-Mitte вот уже много лет успешно лоббирует интересы Гамбурга в финансовом комитете Бундестага. За это время он способствовал привлечению в город многомиллионных инвестиций. Причем каждый раз одно условие остается неизменным. Городской сенат обязан вложить «от себя» в финансирование инфраструктуры такую же сумму, какую он получил от государства.
Федеральные средства будут выплачиваться постепенно, отдельными траншами до 2025 года. Огромная сумма 100 миллионов не покроет расходов полностью. Остальные средства придется где-то изыскивать. В основном все объекты, получившие финансовую «инъекцию», расположены в восточной части города. Многие из них начиная с 50-60-х годов только использовались, время от времени там делали косметический ремонт. Теперь настало, наконец, время генеральной реконструкции. Все эти объекты нам с вами прекрасно знакомы, любимы и составляют неотъемлемую часть городской жизни.
Altonaer Museum, oснованный в 1863 году, долгое время был на положении «золушки» среди своих собратьев. А ведь это – один из самых больших региональных музеев с богатейшей коллекцией произведений искусства Северной Германии. После пожара 1980 года он так и не был отреставрирован в полном объеме. В 2010 году Сенат даже собирался его закрыть. Но теперь – с 39-миллионной дотацией – стало возможным осуществление намеченных дирекцией планов. Будет построена новая часть здания, и коллекции разместятся, наконец, достойно, по последнему слову музейной техники.
Всеми нами любимый музей Kunsthalle сможет на полученные 22 миллиона реконструировать экспозиции современного искусства, собрание гравюр, библиотеку и архив.
Alsterschwimmhalle в районе Hohenfelde за свою специфическую архитектуру получил в городском фольклоре прозвище «Schwimmoper». Любимый горожанами бассейн используется и спортсменами-профессионалами для национальных и международных соревнований. В последний раз он реконструировался за один миллион евро в 2007 году. Теперь, получив 10 миллионов, можно будет «замахнуться» и на генеральную санацию.
Ojendorfer Park – «зеленые легкие» востока города, любимое место отдыха горожан, находится под охраной государства. Его собственная площадь составляет 140 га, а вместе с окрестными садоводствами и пустырями – до 400 га. После превращения строительного карьера в озеро и ландшафтных работ 1958-–68 годов парк постепенно обрел современные черты. По замыслу властей, этот объект за 30 миллионов превратится в Stadtpark des Ostens. Другие парки на востоке города должны быть приведены в соответствие с современными экологическими стандартами.
Ансамбль Kraftwerk Bille в районе Hammerbrook – образец фабричной архитектуры начала 20 века. Все его восемь зданий охраняются государством. Ценность Kraftwerk Bille заключается в том, что он – не только единственный из промышленных объектов востока города, избежавший бомбардировок во время войны, но и самый старый Kraftwerk Гамбурга, свидетель и символ истории развития промышленности города. С помощью полученных семи миллионов собираются вдохнуть новую жизнь в памятник архитектуры и сделать его символом района Hammerbrook.
Evangelische Stiftung Alsterdorf существует с 1850 года как одно из самых старых в Германии стационарных заведений такого профиля для людей с ограниченными возможностями. До сего времени весь комплекс активно использовался для проживания, лечения, реабилитации и работы инвалидов всех возрастов. За 15 миллионов St.-Nikolaus-Quartier – комплекс из семи зданий, находящийся под охраной государства, – будет основательно отреставрирован. При этом специально «обнажат» все архитектурные слои, как исторические этапы развития района, чтобы показать, как изменялось отношение немецкого общества к людям с ограниченными возможностями. Весь проект носит название «Straße der Inklusion» и в связи с особой общественной значимостью находится под усиленным контролем.
Примерно 3,5 миллиона евро получат церковь St. Georg, ледокол «Stettin» и Privattheatertage. Всем известная церковь недалеко от Центрального вокзала используется для проведения культурных мероприятий и давно нуждается в обновлении внутреннего убранства.
Самый большой в мире действующий ледокол «на угле» «Stettin» функционирует как музей и имеет множество поклонников. С помощью дотаций станет возможным помочь и его «возрастным немощам».
Privattheatertage – театральный фестиваль, который с 2012 года проводится ежегодно в июне. В богатейшей палитре городских культурных мероприятий – неотъемлемая яркая краска. И этому начинанию финансовые вливания жизненно необходимы. Жюри конкурса ездит на просмотры в другие регионы и отбирает из нескольких сотен (!) постановок частных театров 12 самых достойных спектаклей для показа в Гамбурге.
Многие городские объекты десятилетиями дожидались своей очереди на финансирование, и вот наконец их час настал. Все-таки некоторые мечты сбываются, пусть не все и не всегда…

Текст: Константин Раздорский

Ворота станут шире
В гамбургской прессе почти одновременно появились сообщения о планах модернизации Главного железнодорожного вокзала и аэропорта имени Гельмута Шмидта. Такая синхронность свидетельствует о давно назревшей проблеме – как рельсовые, так и воздушные ворота города нуждаются в расширении.

Франтоват, но тесноват
Hamburg-Hauptbahnhof был построен в самом начале ХХ века и принял первые поезда в декабре 1906 года. Для города он стал по-своему «революционным», поскольку заменил собой сразу четыре старых вокзала, находившихся по соседству друг с другом. К тому же в отличие от них, тупиковых по своему устройству (то есть, с возможностью выезда лишь в одну сторону), Главный железнодорожный вокзал спроектирован по так называемому седловому принципу – его здание расположено над железнодорожными путями, как бы перекрывая их сверху. Отсутствие тупиков придало движению более свободный проточный характер – поезда могли проходить станцию как с юга на север, так и в обратном направлении. Благодаря этому новый вокзал сразу же превратился в один из важнейших транспортных узлов северной Германии.
Сейчас предприятие – неотъемлемая часть Гамбургского транспортного союза (Hamburger Verkehrsverbund) и объединяет в себе три разных вида рельсового транспорта – железную дорогу, S-Bahn и метро. По мировым меркам вокзал не очень большой – здесь всего 14 путей, из которых восемь находятся в распоряжении поездов регионального сообщения и дальнего следования, а четыре предназначены для S-Bahn. Еще два пути не имеют перронов, поскольку выделены для грузовых составов, которые обычно проходят станцию без остановки. Кроме того, ниже уровня железнодорожных путей под вокзалом находятся две станции метро – Hauptbahnhof Süd и Hauptbahnhof Nord.
Сейчас Главный обслуживает полмиллиона человек в день, работает на грани своих пространственных возможностей и уже давно нуждается в расширении. Но до сих пор все ограничивалось полумерами – в свое время парламент Гамбурга поддержал заявку фракции SPD и «зеленых» на строительство еще одного перрона, чтобы девятый путь, предназначенный для грузовых поездов, использовался и для перевозки пассажиров. Это не более чем капля воды на раскаленный камень – вокзалу нужны по-настоящему масштабные изменения.

Вагончик тронулся?
И вот недавно наш первый бургомистр решил взять эту проблему под свой личный контроль. Петер Ченчер (Peter Tschentscher) выбрал время пройтись по вокзалу вместе с членом правления Deutsche Bahn по вопросам инфраструктуры Рональдом Пофаллой (Ronald Pofalla) и договориться с железнодорожниками о начале подготовительных работ по модернизации и расширению объекта. В наступившем году будет объявлен международный конкурс на лучший проект развития вокзала, итоги подведут еще через год. Точного плана работ, естественно, пока еще нет, однако известно, что они должны быть завершены к 2030 году.
Правда, кое-что г-н Пофалла обещает сделать уже вскоре, не прибегая к большим затратам. Чтобы максимально освободить всегда заполненный людьми перрон между путями дальнего следования 13 и 14, отсюда уже в этом году уберут все станционные постройки, киоски и торговые автоматы. В дальнейшем внутренние помещения вокзала увеличат за счет его расширения в южную сторону. С этой целью часть Steintorbrücke уйдет под крышу, тут появятся два новых входа в здание, а также спуски к перронам с южной стороны. Проезд по Steintordamm будет открыт только для автобусов и такси.
Стоящее по соседству серебристое административное здание Deutsche Bahn, метко прозванное в народе «банкой для печенья» (Keksdose), будет снесено, хотя оно гораздо моложе вокзала. Это строение с самого начала не сочеталось с ним по архитектурному стилю, но предстоящие изменения в районе Hachmannplatz больше связаны с тем, что здесь появится примыкающий к вокзалу крытый пассаж. Все свободное пространство с северной стороны вплоть до Ernst-Merck-Brücke тоже перекроют.
Таким образом, вокзал будет расширен с трех сторон – за исключением западной, выходящей на Glockengießerwall. Рассматривается также вариант, при котором все открытое пространство над путями между Steintorbrücke и Altmannbrücke перекроют, за счет чего на территории между Музеем искусств и ремесел и торговым центром Saturn возникнет парковая зона (см. фото). Любопытное решение – разбавить эти каменные джунгли пятачком зелени.
Но о конкретных деталях проекта можно будет говорить лишь после завершения международного конкурса. По этой же причине пока остается неизвестной общая стоимость работ, хотя экспертам уже ясно, что речь пойдет о сотнях миллионов евро. Эти расходы будут распределены между городом, концерном Deutsche Bahn и федеральным центром, но о точных пропорциях говорить пока рано.
Представители оппозиционных партий в принципе поддерживают планы правящей коалиции, которая наконец-то обратила внимание на проблему вокзала, но в то же время критикуют ее за былое промедление. Следует признать, что заказанное Сенатом еще в 2016 году экспертное исследование транспортных и пассажиропотоков в этом районе все еще не готово, а ведь именно оно должно быть законным основанием для начала работ. Одно радует – дело вроде бы сдвинулось с мертвой точки.

Много шума из-за шума
Если о планах расширения вокзала городские власти сообщают общественности разве что не под фанфары, то с аэропортом дела обстоят совсем иначе. Воздушная гавань в последние годы тоже стала тесновата для растущего потока пассажиров, но планы ее расширения руководство предприятия предпочитает не очень афишировать. У него есть сильный противник – гражданская инициатива по защите жителей города от производимого самолетами шума.
Логика ее активистов проста – рост числа полетов отрицательно влияет на психологическое здоровье людей. Поэтому общественная организация принимает в штыки регулярные сообщения об увеличении потока пассажиров в аэропорту, хотя руководство предприятия – да и Гамбурга тоже – рассматривает это как безусловное достижение.
Да, аэропорт в пределах города – это очень удобно, но обратная сторона медали – необходимость считаться с мнением ущемленного в правах меньшинства и, в силу этого, с ограничениями в работе предприятия. Самый радикальный способ решения проблемы – построить аэропорт за пределами города. Но таких планов пока что не предвидится, так что поневоле приходится находить компромисс между развитием предприятия и интересами противоборствующей стороны.
Положение руководства и поддерживающей его городской правящей коалиции осложняется тем, что на стороне гражданской инициативы выступает оппозиция. Она обвиняет социал-демократов и «зеленых» в тайном расширении аэропорта. Сейчас объясню, почему в «тайном».
Все началось еще в прошлом году, когда глава предприятия Михаэль Эггеншвилер (Michael Eggenschwiler) на комиссии городского парламента запросил инвестиций на полмиллиарда евро. А недавно были обнародованы кое-какие детали, взбудоражившие оппозицию. Они касаются строительства специального здания для выхода пассажиров на посадку. Руководство предприятия утверждает, что оно возводится на временной основе в связи с ремонтом в терминалах. Вместе с тем, отвечая на один из депутатских запросов, Сенат сообщил, что здание рассчитывают использовать 15 лет.
Представителям оппозиции и гражданской инициативы этот срок показался не очень соответствующим определению «временный». Они подозревают, что предприятие тайно строит еще один терминал, обвиняют руководство в негласном расширении аэропорта, в неспособности играть с открытыми картами и честно говорить о перспективах его развития. Проще всего было бы присоединиться к этим фактическим обвинениям Эггеншвилера в трусости. Но в таких условиях остается лишь посочувствовать ему – находиться между молотом и наковальней не пожелаешь и врагу. Трудно работать с постоянной оглядкой на то, что тебя одернут, а ведь развивать аэропорт как-то надо?

Что будет нового?
Планируемый корпус для выхода пассажиров на посадку обойдется примерно в 30 млн евро, он должен быть готов в 2020 году. Полноценным терминалом его назвать нельзя – пассажиров сюда планируется доставлять автобусами из аэропорта. Здание расположится рядом со стоянкой самолетов, поэтому нет нужды в телескопических трапах – пассажиры пойдут к своим лайнерам пешком. В помещении не будет ничего, кроме одного кафе и туалетов. А срок его использования полностью зависит от того, сколько предстоит ремонтных работ в терминалах, как долго они будут длиться, и сколько будет пауз между ремонтами. Может, как раз на 15 лет и хватит.
Рядом с терминалом 2 планируется использовать для выходов на посадку тыльную сторону пристройки Pier Süd, где появится новая «парковка» для самолетов. Это крыло будет стоить 160 млн евро. Примерно в ту же сумму обойдется и обращенная к летному полю фронтальная пристройка между терминалами 1 и 2 в районе Airport Plaza. В 2026 году здесь на трех этажах разместятся залы ожидания с магазинами и кафе.
Ремонтные работы с заменой оборудования предстоят в службе авиадиспетчеров и на линии предполетного досмотра пассажиров. Кроме того, смонтируют новую систему по обработке багажа (старой уже 25 лет), на что будет выделено еще 190 млн евро. Все это позволит расширить возможности аэропорта и обеспечить предприятию современный уровень обслуживания пассажиров.