Category: Обсуждения

Вы знали, что за порчу живых деревьев в конституции Германии предусмотрена отдельная статья? Некоторое время назад немецкие новостные сайты поместили на своих порталах историю под условным названием «бой за деревья в Уленхорсте». Жительница этого района нашего города обратилась к полиции и городским властям с просьбой найти и наказать людей, которые нанесли непоправимый вред двум белым кленам (в России более известен как явор), произраставшим на ее частном участке двести лет с лишком. Фотографии испиленных корней двух гигантов и вырезанных посередине стволов пластов коры прилагались и вызвали возмущенную реакцию читателей.
Буквально неделю назад появилась информация, что след преступников ведет в садовое товарищество из Киля – полиция располагает данными с камер видеонаблюдения. Видимо, данных недостаточно для предъявления обвинения, а потому в деле пока лишь Гамбургская финансовая касса, с нетерпением ждущая реакции на свои многочисленные письма с просьбами прояснить ситуацию. Никто, впрочем, пролить свет на эту темную историю не спешит, хотя дело, в принципе, криминальное – понятно, что просто так двухсотлетний явор никто пилить не будет.
А мы плавно подходим к следующему предупреждению для нашего читателя. Первого августа в силу вступает принятый Городским собранием закон, согласно которому караться будет не только проникновение в частные владения и последующая порча имущества (к таковому относится все, включая газон, кусты и грибы-поганки), но и, к примеру, вырезанная ножиком на коре дуба в парке «Planten un Blоmen» надпись «Ваня любит Машу». И даже если у себя во дворе вы отломите ветку с дерева, и это увидит любопытный сосед, любящий доносить в полицию, вас ожидают огромные неприятности и совершенно нереальные штрафы. По последним данным, в законопроекте прописан «бусгельд» в размере до 700 евро. Причем выплатить штраф по частям не дадут – предложат лишь альтернативу в виде тюремного заключения.
«Я снимаю шляпу перед теми, кто вплотную занялся этим вопросом и хочет добиться справедливости. Мы, как городские власти, обязаны были поддержать инициативу небезразличных к защите живой природы граждан. Никаких «перегибов» нет. Нельзя игнорировать мелкие проступки – именно с них всегда начинаются большие проблемы. С новым законом любителей «вырезания по дереву» поубавится», – Мартина Мангельс, сенатор от «зеленых», в выражениях не стесняется.
Итак, с первого августа сего года будьте осторожны и детей предупредите, что сломанная ветка сирени под окном может стать поводом для опустошения кошелька.

Текст: Юрий Шалимов

7-8 июля Гамбургу предстоит беспрецедентное испытание на прочность – в нашем городе состоится саммит «Большой двадцатки», который, судя по всему, пройдет в напряженной обстановке.
Гамбуржцы явно не в восторге от предстоящего мероприятия. Мне лично, если честно, это G20 глубоко по барабану, в чем я, надеюсь, не одинок. Но позвольте и вашему покорному слуге внести в дискуссию свои пять копеек.
Копейка № 1. Хорошее дело, как известно, G не назовут. Каждая страна «двадцатки» однажды обязана принять саммит, что на этот раз должна была сделать Германия. Так что ничего личного – это международное политическое обязательство. Вы спросите: почему именно Гамбург? А вспомните референдум по поводу Олимпиады. Наивно было думать, что отказ от нее останется без симметричного ответа из центра.
Думаю, что эта шахматная «вилка» была расставлена заранее, тем более что по вопросу G20 никакого голосования не проводилось. Более того, это решение стало сюрпризом для «зеленых» – партнеров SPD по правящей коалиции. Отказавшись от Олимпиады, гамбуржцы автоматически навлекли на себя встречу в верхах.
Копейка № 2. Имеет ли смысл протестовать? Против самого саммита – по меньшей мере глупо, его не отменят. О таких вещах раньше надо было думать, а теперь «поздно пить боржоми – нашу печень продали на органы». Протестующие из-за того, что G20 – слишком дорогое удовольствие (а так оно и есть), должны сознавать, что увеличение протестных акций приводит к повышению расходов на проведение саммита уже за счет того, что привлекаются дополнительные силы полиции. Кроме того, в итоге снижается уровень безопасности, ведь массовые мероприятия – раздолье для обычных хулиганов и прекрасная цель для террористов.
Копейка № 3. Многие протестующие – не против саммита, но хотят донести до глав государств и правительств свою точку зрения на современную ситуацию. Большинство демонстрантов составляют левые, жалующиеся на засилье мирового капитала. В чем проблема, ребята? Есть еще в мире островки истинного социализма – КНДР, Венесуэла, Куба, наконец. В добрый путь: чемодан, вокзал, Пхеньян! Только никто из леваков туда почему-то не спешит.
Кто-то протестует адресно – против политики Эрдогана или Трампа, например. Имеет полное право. Но протестовать есть смысл, когда речь идет о конкретных действиях и решениях этих политиков, а не о самом факте их избрания. Если мы считаем себя демократами, давайте уважать волеизъявление турок и американцев – каждый народ имеет то руководство, которого заслуживает. Какими бы плохими ни были Эрдоган и Трамп, пусть с ними разбираются сами турки и американцы. Но не на улицах, а на избирательных участках. С моей точки зрения, лучшая форма протеста – это опущенный в урну бюллетень с соответствующим крестиком.
Копейка № 4. Мог ли Гамбург избежать саммита? Наверное, мог. Если бы в земельное законодательство заранее внесли положение, что столь масштабные мероприятия могут проводиться лишь с согласия жителей города после референдума. Не исключено, что кто-то из депутатов и выступит с такой инициативой. Но вообще-то следовало бы отказаться от проведения подобных саммитов в крупных городах. Ведь есть возможность организовать их на небольших островах с соответствующей инфраструктурой или в удаленных от мегаполисов дворцовых комплексах. Это позитивно сказалось бы на уровне безопасности таких встреч.
Копейка № 5. Что делать нам, не собирающимся участвовать в протестах? Воспринимать G20 как непогоду. Лучше по возможности покинуть Гамбург и провести уик-энд где-нибудь у моря. Не случайно многие школы решили освободить учеников от занятий в конце этой недели. Можно запастись продуктами и остаться дома, не выезжая в центр. Можно даже извлечь из саммита пользу: некоторые любители собираются фотографировать в аэропорту редкие типы самолетов. В общем, как в старой шутке – если встреча в верхах неизбежна, расслабьтесь и получите удовольствие.

Текст: Юрий Шалимов

Послесловие

Текст моего коллеги Максима Науменко логически завершил целую серию материалов, посвященных главной европейской теме ушедшего года – проблеме беженцев. Мне кажется, что журналистами и читателями – авторами писем – были затронуты практически все ее аспекты, и представлены основные точки зрения. Это совсем не значит, что теперь мы о беженцах забудем. Просто в конце нелегкого для всех нас года хочется подвести нечто вроде промежуточных итогов дискуссии, которая, как мне представляется, получилась достаточно плодотворной.

Итак, М. Науменко напомнил, что наше общество буквально раскололось на две части из-за вопроса об отношении к беженцам: «Помочь им во имя обычной человечности, принять их или стать на сторону тех, кто утверждает, что это приведет к полной исламизации Германии?». У каждой из сторон своя правда, однако истина, как всегда, где-то посередине.

То, что Европа вообще и Германия в частности к наплыву беженцев оказались не готовы, это неоспоримый факт. Не поспоришь и с тем, что нужна новая государственная концепция приема иммигрантов. Судя по последним событиям, руководство Германии вполне разделяет озабоченность населения страны и уже приняло некоторые меры по сдерживанию неконтролируемого наплыва беженцев. Они должны прибывать к нам легальным путем, заранее регистрируясь перед пересечением границы ЕС. Выявлять среди них потенциальных террористов – не наше дело. Отделять зерна от плевел – это функция спецслужб, полиции и других правоохранительных органов. Надеемся, что они справятся с этой задачей.

А наше с вами дело – не озлобляться и не видеть врага в каждом беженце, с пониманием и терпением относиться к новичкам, оказывать посильную помощь тем, кто в ней нуждается, кто приехал в Германию в поисках лучшей доли и готов уважать законы и традиции нашей страны. Другими словами, давайте просто оставаться людьми, если считаем себя таковыми.

 

 

Текст:  Максим Науменко

 Военный конфликт на Ближнем Востоке продолжается,  не иссякает и поток мигрантов в страны Европы. Наряду с опять заявившим о себе терроризмом это – главная головная боль и тема дебатов на телевидении, в газетах и на кухнях. Как относиться к беженцам? Помочь им во имя обычной человечности, принять их или стать на сторону тех, кто утверждает, что это приведет к полной исламизации Германии?

Более того, сегодня в нашем обществе – реальный раскол как раз из-за абсолютной полярности взглядов граждан на эту проблему. Правда, есть одно НО. Среди яростно доказывающих друг другу свою правоту лишь считанные единицы сталкивались с мигрантами, скажем так, лицом к лицу. Большинство из нас черпает информацию из Интернета и новостных программ телевидения – согласитесь, таким образом не узнать всей правды. А главное, даже на сотую долю не прочувствовать, каково на самом деле тем, кто вынужден, спасаясь от разрывающихся бомб, искать мира и спокойствия на чужбине.

Таких людей очень много. Не каждый из них представляет себе, куда он идет, и что его ждет. Вопреки общественному мнению, не все беженцы стремятся попасть именно в Германию — некоторые не имеют такого права, а других направили в скандинавские страны, и они могут только проехать транзитом через нашу страну.

Например, в конце октября через Гамбург в Норвегию проехали двести с лишним мигрантов, выходцев преимущественно из Афганистана. Четыре дня подряд автобусы привозили по 50 человек, которые ночевали у нас, а утром уезжали в следующий пункт следования. Никакой помощи от государства транзитникам не полагалось, только добровольцы и общественные организации спасали людей от ночевки на улице. Для этих двухсот человек стала прибежищем церковь Святой Екатерины в Speicherstadt. Там работает наш соотечественник, он согласился встретиться со мной и поведать, что видел своими глазами.

Он рассказал, что пасторат решил принять этих людей в церкви, предоставить им ночлег, одежду и еду. Затем церковное бюро через электронную почту обратилось к прихожанам  с призывом помочь, кто чем может  – откликнулись очень многие, несли матрацы, одежду, продукты. В церковных помещениях, конечно же, нет кроватей и каких-нибудь «отельных удобств», но весь персонал приложил массу усилий, чтобы создать более или менее комфортные. Беженцам предоставили возможность принять душ, оказали медицинскую помощь, специально пригласили переводчика. И хотя некоторые из прибывших афганцев знали несколько русских слов, ни по-английски, ни тем более по-немецки они  не говорили.

Мой собеседник сказал , что был до глубины души опечален увиденным. «В их глазах я видел в первую очередь безграничную усталость. Замученность, что ли… А еще какую-то апатию. Вот это, наверное, самое страшное. Если вдуматься – холодно, ты в абсолютно чужой стране, ночуешь на матрасе на полу церкви, не знаешь, что тебя ждет завтра. И ты до такой степени устал, что уже все безразлично. Я бы не хотел такой участи для себя и своих детей».

Рассказал о женщине, которая родила ребенка на вокзале в Дортмунде, и вот уже с грудничком ее привезли в Гамбург. Ребенок заболел – двенадцать дней от роду, никаких условий. Срочно отправили в больницу, где сделали все возможное и спасли. Ну а дальше – дальняя дорога, и кто знает, с какими еще трудностями придется столкнуться этому малышу и его матери.

   «Понимаете, раньше я рассуждал так же, как сейчас большинство, смотрящее телевизор. Как те, кто кушает пропаганду полной ложкой. Можно даже сказать, что был националистом. Россия – для русских, Германия – для немцев и так далее. Сейчас, когда столкнулся с таким кошмаром – понимаю, что все мы люди, и это самое главное…».

Я спросил, как же быть с другой точкой зрения,  и он ответил : «Да, конечно же, я слышал и другие истории. О тех, кто ведет себя здесь не как нуждающийся в помощи, а как завоеватель, которому все что-то должны. Но послушайте, в семье не без урода. Я вполне допускаю, что каждый десятый из прибывающих сюда может быть террористом. Или, как сейчас модно говорить, «потенциально опасным для общества типом». У таких индивидов свои взгляды на религию и отношения между разными народами – само понятие «ислам» извращено до последней  крайности и не имеет абсолютно ничего общего с учением пророка Мохаммеда.

   Они не хотят работать,  уверены в своей исключительности. Вот с такими очень тяжело найти общий язык, даже невозможно, и вот без подобных беженцев наша страна вполне может обойтись. Но я твердо уверен, что большинство этих людей действительно несчастно и бежит от всего того, что уже надоело хуже горькой редьки. Они готовы быть полезными обществу, которое в трудные времена помогло и приютило. Вспомните, сколько уже десятилетий длится война в Афганистане. Сколько лет разруха в Ираке. Теперь к этому списку добавилась Сирия… Все это очень печально. А теми, кого нужно отправлять назад – нет, даже по-другому, депортировать с «белым билетом», должны заниматься соответствующие органы».

 

Мы затронули  и тему возможного превращения Германии в скором времени в  своеобразный Исламабад из-за роста числа беженцев, несовместимости культур и религий. Эти  вопросы очень волнуют немалую часть наших сограждан. Мой собеседник ответил так: «Я думаю, так быстро, как нас с экранов телевизоров пугают, это не произойдет. Да и вообще вряд ли – просто должно пройти некоторое время, чтобы понять – в первую очередь властям – как себя правильно вести. И когда будет найдена верная концепция, они быстро разберутся со всеми проблемами. И вот еще что – нет у большинства этих людей стремления исламизировать Германию или какую-то еще европейскую страну. Такими целями бравируют выродки, которые на самом деле никакого отношения к религии не имеют.

   Когда наш пасторат решил помочь этим двум сотням афганцев, никто не говорил, что наш храм христианский, и как это здесь вдруг будут ночевать мусульмане!? И прибывшие беженцы, знаете ли, не отказывались от какой-то еды и не устраивали скандал из-за того, что наш храм – не мечеть, и над ней нет знака полумесяца. Потому что все мы люди. И перед лицом опасности, болезни, смерти все равны.

 

   Если будет нужно, мы и дальше будем так же помогать. Опыт уже есть. И я хочу сказать всем, кто настроен резко и, может быть, даже радикально – попробуйте сами сделать что-нибудь для тех, кто нуждается в помощи. Проведите рядом с ними несколько минут и посмотрите  им в глаза – тогда вам будет легче разобраться в своих эмоциях».

 

И он прав. Конечно, чего греха таить, каждый из нас боится, что такой наплыв мигрантов может привести к нехорошим последствиям. Естественно, среди беженцев встречаются такие, которых нужно без дальнейших разговоров отправлять назад. Этим должны заниматься  соответствующие инстанции, и заниматься со всей серьезностью. А нам нужно научиться относиться с пониманием к людям, оказавшимся в трудной ситуации, и ни в коем случае не стричь всех под одну гребенку. Ведь никто не знает, что случится завтра. Давайте просто будем человечными.