Bei uns in Hamburg

Category: Улицы Гамбурга

  • Топонимика Гамбурга – в честь семьи Зивекинг

    Есть в Гамбурге такие фамилии, которые широко известны в городе на Эльбе еще с 18 века. К ним относятся Зивекинги (Sieveking). Среди них были коммерсанты, юристы, адвокаты, политики, ученые, меценаты и сенаторы. Некоторые из них вошли в историю Гамбурга. Их именами названы улицы и площади.

    Начнем с одной из самых красивых площадей – Sievekingplatz, являющейся выдающимся архитектурным ансамблем Гамбурга. Эта площадь находится рядом со станцией U-2 Messenhallen.

    Sievekingplatz образуют три монументальных здания, стоящих буквой «П». В них размещаются органы юстиции Гамбурга. В середине находится здание Ганзейского земельного суда – Gebäude des Hanseatischen Oberlandgerichts,

    построенное фирмой Lundt & Kallmorgen в 1907-12 гг. Справа, если смотреть со стороны площади Johannes-Brahms-Platz, располагается здание уголовного суда – Strafjustizgebäude,

    возведенное в 1879-82 годах по проекту архитектора Циммермана. Слева – Гражданский суд – Ziviljustizgebäude ( годы постройки – 1898-1903).

    Площадь названа так в память Эрнста Фридриха Зивекинга (1836-1909), сенатора и президента Ганзейского земельного суда. Сегодня в стенах этого суда находится не только мраморный бюст Эрнста Зивекинга, но и большое художественное панно, на котором он изображен вместе со своими коллегами. Более того, на доме № 34 по улице Große Theaterstraße можно видеть бронзовую памятную плиту с изображением Фридриха Зивекинга. На этом месте до 1943 года стоял Stadthaus.

    Еще две улицы в Гамбурге связаны с этой фамилией – Sievekingsallee и Sievekingdamm. Первая является одной из главных магистралей района Hamm-Nord. Так она была названа в 1910 году. Под углом к ней идет улица Sievekingdamm, которая дважды меняла свое имя. В 1889-1936 годах это была Hinter den Höfen, в 1936 году нацисты переименовали ее в Horst-Wessel-Strasse, в 1945 году она стала Sievekingdamm.

    Эти улицы названы в честь Карла Зивекинга (1787-1847), юриста и политика. Родился он в семье коммерсанта и общественного деятеля, читал лекции в Геттингенском университете. В 1813 – 14 годах принимал участие в сопротивлении французским войскам, занявшим Гамбург. С 1830 года и до конца своей жизни с успехом представлял интересы Гамбурга в Германском союзном сейме во Франкфурте-на-Майне.

    Видной личностью в истории Гамбурга был и отец Карла Зивекинга – Георг Генрих Зивекинг (1751-1799). Он относился к той части гамбургского общества, которая была проникнута идеями Просвещения, приветствовала Французскую революцию. В 1790 году он в своем имении открыто отметил первую годовщину штурма Бастилии. Естественно, что не всем в Гамбурге это понравилось. Зивекинга обвинили в якобинстве, и ему пришлось в доказательство своей лояльности заявить в печати, что он осуждает казнь Людовика XVI. Однако, он всегда оставался верным идеям Просвещения. Когда в Гамбурге появляется Патриотическое общество, он становится его членом. Это общество существует и сегодня, находится оно у Trostbrücke. Интересно, что эмблемой этого общества является улей с пчелами, разносящими знания. Кстати, такую же эмблему имело и Вольно-экономическое общество в Петербурге, созданное по инициативе Екатерины II.

    Завершая рассказ о Зивекингах, упомянем и об Амалии Зивекинг (1794-1859), еще одной яркой представительнице этой гамбургской фамилии. После ранней смерти родителей она осталась на попечении Фонда для дочерей сенаторов Гамбурга и некоторое время занималась воспитанием маленьких девочек в семье своего родственника Фридриха Готтлиба Клопштока. Помыслы юной Амалии обратились к Богу, и служение ему она видела в оказании помощи больным и неимущим. В 1831 году Гамбург поразила страшная болезнь того времени – холера. Зивекинг стала работать санитаркой в госпиталях. Уже в 1832 году она основывает Женское общество для оказания посильной помощи бедным и больным людям. Появляется приют для бедных, который получил название „Amalien-Stift“. Сам приют, а точнее, здание его, существует до сих пор. Оно охраняется государством и находится на Stiftstraße, совсем рядом с Berliner Tor.

    С 1978 года весь комплекс зданий и окружающая территория носят название «Amalie-Sieveking-Stiftung», о чем говорит соответствующая табличка. В честь Амалии Зивекинг в ФРГ в 1955 году была выпущена почтовая марка.

    К этому семейству относится и Курт Зивекинг (1897-1986). Он был в 1953–57 годах Первым бургмистром Гамбурга. Он вошел в историю ганзейского города как политик, установивший партнерские отношения с Санкт-Петербургом, которым в 2007 году будет 50 лет.

    Текст: Виктор Мешкунов

  • Топонимика Гамбурга – улица Репсольда

    Увлечениe гамбургского брандмейстера
    И было у главного гамбургского пожарника одно увлечение… Все свое свободное время он посвящал созданию различных механизмов и оптических приборов.

    Иоганн Георг Репсольд родился в 1770 году в городе Времене (Wremen) на реке Везер, недалеко от Бремерхафена. И, конечно, никто не мог тогда предположить, что ребенок прославит свою семью на весь мир и увековечит ее имя среди астрономов всех времен и народов. В 27-летнем возрасте Иоганн Репсольд переехал в Гамбург, где сначала служил городским землемером, а затем в 1799 году стал начальником пожарной охраны Свободного ганзейского города. Знакомство с местным астрономом Хорнером изменило его интересы, и астрономия стала главным делом его жизни. Прямо в здании пожарной охраны на улице Herrengraben Репсольд устроил мастерскую для изготовления астрономических приборов. А в 1802 году он основал и оснастил необходимыми приборами первую гамбургскую обсерваторию. Она находилась на городском бастионе (Bastion Henrucus) около улицы Zeughausmarkt, рядом с сегодняшней станцией метро Landungsbrücken.

    Надо отметить, что сам Репсольд был яркой и незаурядной личностью. Он поддерживал научные и дружеские связи со многими виднейшими астрономами и учеными. Его близким другом был математик Карл Фридрих Гаусс.

    В качестве начальника пожарной охраны Репсольд принимал непосредственное участие в тушении пожаров. Трагедия произошла 14 января 1830 года. Спасая людей, он был на смерть задавлен упавшей горящей балкой. В память об этом подвиге И.Г.Репсольда и его вкладе в развитие астрономической техники была изготовлена памятная медаль. А в 1833 году рядом с его обсерваторией по инициативе Патриотического общества появился памятник с бюстом Репсольда работы скульптора О.С.Рунге. Памятник был изготовлен по проекту архитектора де Шатонёфа и позднее перенесен в парк Planten und Blomen рядом с Музеем истории Гамбурга.

    Однако, вероятно, высшей оценкой деятельности Иоганна Георга Репсольда является то, что его именем был назван один из лунных кратеров, когда в середине XIX века известный немецкий астроном Меллер составил подробную карту поверхности Луны.

    Интересна дальнейшая история репсольдовской обсерватории. В 1833 году городские власти выкупили ее у наследников. А в начале XX века в Бергедорфе для этой обсерватории было построено новое здание, которое охраняется сегодня как памятник архитектуры и до сих пор используется по назначению.

    Что касается мастерской Репсольда, то она продолжала оставаться во владении его сыновей – Георга и Адольфа, дважды меняла название и просуществовала до 1920 года. Адольф Репсольд пошёл по стопам своего отца и тоже стал брандмейстером Гамбурга. Именно он руководил тушением грандиозного пожара 1842 года. В память об Адольфе Репсольде позднее было построено небольшое судно для тушения пожаров на воде под названием «Oberspritzenmeister Repsold». И его и поныне можно увидеть на Эльбе.

    Однако вернемся к мастерской Репсольдов. В 1836 году в ней был изготовлен меридианный круг с пассажным иструментом для Николаевской обсерватории (Пулковская обсерватория в Санкт-Петербурге). С этого времени начались постоянные контакты с Россией. Репсольдовские астрономические приборы появились в обсерваториях Москвы, Казани, Юрьева, Харькова, Одессы, Баку. Потомки усердно продолжали семейное дело. И в мастерской был построен самый большой в мире рефрактор – телескоп, установленный в 1885 году в Николаевской обсерватории. За эту работу фирма «A.Repsold & Söhne» была награждена большой золотой медалью с надписью «Praemia digno». Научное и техническое сотрудничество Репсольдов с Россией успешно продолжалось. Известный российский астроном Оскар Баклунд занимался изучением кометы Энке. Ему потребовался аппарат для фотографирования звездного неба. Но такого прибора в Николаевской обсерватории не было. На помощь пришел племянник Альфреда Нобеля, учредителя нобелевских премий, Эммануил Людвигович Нобель. Он заказал необходимый прибор у братьев Репсольд, оплатил его стоимость в размере 1.300 германских марок и передал аппарат в дар Императорской Академии наук в С.-Петербурге. После этого внук основателя династии – математик Ганс Репсольд был избран членом-корреспондентом Императорской Академии наук в Санкт-Петербурге.

    Заслуги Ганса Репсольда в области астрономии были отмечены правительственными наградами не только в Германии, но и в Швециии, и в России, где он получил орден Святого Станислава 2-й степени. Ганс Репсольд прослыл разносторонним человеком. Он был избран членом Кайзеровской Каролинской немецкой академии естествоиспытателей, интересовался архитектурой, музицировал и был известен своими литературными произведениями. Возможно, все это можно обьяснить тем, что по материнской линии он находился в родстве с самим Иоганном Вольфгангом Гёте – был праправнуком кузины поэта – Корнелии Гёте. 1 сентября 1919 года Ганс Репсольд умер от тяжелой болезни и был похоронен на гамбургском кладбище Ohlsdorf. Через месяц умер его брат Оскар. Мастерская прекратила существование. И вместе с ней завершилась более чем 100-летняя история замечательных гамбургских механиков.

    На кладбище Ohlsdorf сохранилась только одна могила – с памятником Оскару Репсольду. Более ранние захоронения, вероятно, были разрушены во время Второй мировой войны. Но намять о Репсольдах сохраняется в истории мировой астрономии. Более того, приборы, созданные их фирмой, продолжают работать и сегодня в современной России.

    В Гамбурге улица Repsoldstrasse, названная в 1843 году в честь И.Г.Репсольда, родоначальника династии гамбургских механиков-оптиков, находится недалеко от главного вокзала. И, на первый взгляд, она ничем не примечательна. Застроенная современными зданиями, она спускается вниз и упирается в насыпь железной дороги. Но если пройти немного влево, через железнодорожный мост, то можно оказаться как бы в старом довоенном Гамбурге – на площади Münzplatz. Эта площадь, окруженная кирпичными домами позапрошлого столетия, названа так потому, что когда-то там размещался городской монетный двор. А Repsoldstrasse продолжается чуть дальше и заканчивается старинным конторским зданием с позолоченной надписью: «REPSOLDHAUS».

    Текст: Виктор Мешкунов

  • Топонимика Гамбурга – оборонительные сооружения Иогана ван Валькенбурга

    ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ СПАС ГАМБУРГ

    Johan van Valckenbourgh – нидерландский инженер-фортификатор построил в Гамбурге надежнейшие оборонительные сооружения.

    В 1618 г. в Европе началась война. В тот год никто еще не знал, что продлится она долгие 30 лет, что втянутыми в нее окажутся многие европейские страны, что будет она необычайно жестокой и кровавой. В некоторых регионах Германии погибло тогда до 70 процентов населения, города восстановили численность жителей только к XIX веку. А вот Гамбург спокойно пережил Тридцатилетнюю войну, он никогда не подвергался осаде или штурму.

    Город всегда был хорошо укреплен. Так, в XVI веке в Гамбурге построили еще одни городские оборонительные сооружения, так называемый Новый вал (Neuer Wall). Правда, оказалось, что он очень жестко ограничивал рост города, да и технически устарел уже к моменту завершения. Ведь вооружение постоянно совершенствовалось, и подобный вал уже не спас бы город от разрушительной канонады. Постоянные конфликты с Данией заставляли думать о более современных средствах защиты. И когда в 1616 г. датский король Христиан IV заложил военную гавань Глюкштадт, чаша терпения гамбургского сената переполнилась. Было решено срочно начать строительство новых укреплений, превратить Гамбург в город-крепость. Поручено это было известному нидерландскому инженеру-фортификатору Валькенбургу. Для севера Германии устройство армии и фортификационные постройки в Нидерландах уже давно были образцом для подражания.

    Иоган ван Валькенбург родился в 1575 году. Он состоял на службе у нидерландского принца Морица Оранского, участвовал в сооружении укреплений в разных городах Нидерландов. Его охотно приглашали и в Германию, где его первой самостоятельной работой стало строительство укреплений в Люнебурге. А всего в разных немецких городах он построил 10 оборонительных сооружений. На севере он работал в Бремене, Любеке, Ростоке, Эмдене. Благодаря его инженерным талантам уцелели в лихолетье Тридцатилетней войны Эмден и Бремен (здесь остатки городских валов охраняются как памятник истории).

    В 1616 г. Валькенбург начал работать над самой значительной, самой мощной укрепительной системой для богатого ганзейского Гамбурга. Чтобы дать возможность городу разрастаться, было решено увеличить на треть территорию, защищаемую валом.

    Валькенбург поставил циркуль на карту города в том месте, где находилась церковь Св. Николая, и провел четкий полукруг – по этой линии и началось строительство нового защитного вала. На юге, в районе острова Броок, его прокладывали на месте старых укреплений.

    Работы велись по новейшим принципам фортификационного искусства того времени. Были вырыты глубокие рвы, затем насыпаны валы 6-9 метров высотой. Оборонительная линия состояла из 22 больших пятиугольных бастионов, острыми углами выступавших вперед, что давало возможность вести перекрестный огонь по противнику. Бастионы получили названия по именам бургомистра и сенаторов города. В наполненный водой ров между бастионами были вынесены вперед треугольные равелины (форверки). Острые колья, воткнутые в валы, препятствовали использованию штурмовых лестниц. Наклонная насыпь (Glacis) облегчала обстрел местности перед валами. Бастионы и равелины были оснащены 300 пушками, количество солдат на них доходило до 3 тысяч. Для въезда в город были предусмотрены шесть ворот, открытых только в дневное время.

    Постройки Валькенбурга, как ничто другое изменили вид Гамбурга. Земляной вал, насыпанный между бастионами Дидерикус и Давид, разделил огромный мельничный пруд, которым тогда был Альстер, на две части. С тех пор в Гамбурге появились два Альстера: Внутренний (т.е. внутри вала) и большой Внешний Альстер.

    Все население Гамбурга было обязано принимать участие в стройке, с лопатами и тачками помогать отсыпать валы. Долгие девять лет на строительство уходила четверть всех доходов городской казны. Но – вот он, купеческий расчет – эти расходы оправдали себя с лихвой. В годы Тридцатилетней войны ни одной из враждующих сторон и в голову не пришло тратить время и силы на штурм этой твердыни. Гамбург оказался одним из немногих немецких городов, уцелевших от разорения. Его благосостояние за эти годы только увеличилось, торговля шла полным ходом, беженцы из других мест увеличивали число горожан. Так под защитой крепостных валов Гамбург в течение XVII и XVIII веков превратился в один из самых значительных в Европе торговых центров.

    В тот год, когда работы над укреплениями в Гамбурге были закончены, военный инженер Валькенбург вернулся в родные Нидерланды. Здесь после нескольких лет перемирия вновь вспыхнула освободительная война против испанцев. В том же 1625 году Иоган ван Валькенбург погиб во время сражения около Фоорбурга под Гаагой. Портрет его, видимо, не сохранился.

    В 1820 году – уже после наполеоновских войн и присоединения к Немецкому союзу – городские валы в Гамбурге были срыты. Но след их и сейчас хорошо заметен на карте города: от порта, от Landungsbruecke по линии бывших укреплений идет зеленая полоса парков и скверов (Wallanlagen, Planten un Blomen). От Dammtor до главного вокзала по валам пролегли железнодорожные пути. Об укрепления напоминают названия улиц и площадей (Holstenwall, Klostertor, Deichtorplatz, Glacischaussee).

    До сегодняшнего дня сохранились следы только одного из бастионов – Рудольфуса. В парке Planten un Blomen между зданием оранжереи и улицей Gorch-Fock-Wall хорошо просматривается зигзагообразная линия бывших укреплений. Пешеходный мостик переброшен через спокойное озерцо Г-образной формы.

    Это то, что осталось от бывших глубоких рвов, озеро так и называется Wallgraben. Здесь же Патриотическим обществом установлена мемориальная доска в честь Иогана ван Валькенбурга,

    человека, построившего столь важные для Гамбурга укрепления. Мост через озеро и одна из улиц в городе носят его имя. А главная память о Валькенбурге – это успешный рост и процветание Гамбурга.

    Текст: Татьяна Борисова

  • Топонимика Гамбурга – в честь Лео Липпманна

    Выбор Лео Липпманна
    В мае 2007 года в Гамбурге торжественно открыли очередной «камень преткновения» – небольшую мемориальную табличку из бронзы, вмонтированную на этот раз в тротуар у здания финансового ведомства на Gänsemarkt.

    Среди почетных гостей на церемонии присутствовали сенатор по вопросам финансов Михаэль Фрайтаг и глава еврейской общины Гамбурга Андреас Ванкум. На бронзовой табличке стояло имя Лео Липпманна, о котором сегодня наш рассказ.

    В Гамбурге о нем напоминает не только улица Lippmannstraße, расположенная между Schulterblatt и Stresemannstraße. В доме № 36 на Gänsemarkt, где находится городское финансовое ведомство, есть зал, названный его именем – Leo-Lippmann-Saal. В этом здании он проработал больше десятилетия и вынужден был покинуть его 75 лет назад – 14 марта 1933 года. Распоряжением первого бургомистра Гамбурга Карла Винцента Крогманна, который симпатизировал нацистам, государственный советник Лео Липпманн был отстранен от работы, а позднее уволен со своего поста – только потому, что был евреем.

    Он родился 26 мая 1881 года в Гамбурге, окончил гимназию Johanneum, потом изучал юриспруденцию в Мюнхене, Берлине, Киле и Йене. В 1903 году Лео Липпманн вернулся в родной город, а еще через три года по ходатайству тогдашнего бургомистра Йоханна Георга Мёнкеберга получил место в постоянной комиссии по финансовым вопросам. До начала Первой мировой молодой юрист занимался прежде всего отчуждением земельных участков под строительство городской подземки. Во время войны Липпманна определили в ведомство военного снабжения, которое координировало обеспечение всего города продовольствием. Лео добился того, что в военное время ситуация с продуктами питания в Гамбурге была заметно лучше, чем в других крупных городах Германии.

    В 1919 году Липпман был назначен старшим правительственным советником, а еще через год избран секретарем Сената и стал членом правительства Гамбурга. Еврей, не перешедший в христианство, на такой должности до сих пор остается исключением: Лео Липпманн – это первый и единственный пример такого рода. В июне 1920 года он стал государственным советником городского финансового ведомства и вплоть до прихода к власти нацистов проработал на этом посту. Во время мирового экономического кризиса во многом благодаря его усилиям Гамбург смог избежать катастрофических финансовых потерь.

    Когда нацисты лишили его возможности заниматься любимым делом, это стало для Липпманна тяжелым ударом. «После долгих лет непрестанной работы и стремления добиться лучшего для моего любимого города и моего отечества я пережил горькое разочарование», писал он позже. Самоотверженному в труде человеку, удостоенному Железного креста за 26 лет беспорочной службы, трудно было смириться с тем, что его демонстративно исключают из общества честных граждан и фактически выбрасывают на улицу. Именно в то время он начал писать воспоминания, которые увидели свет лишь после его смерти – в 1964 году. Их издал Вернер Йохманн – многолетний руководитель Центра исследований истории национал-социализма в Гамбурге.

    С ноября 1935 года Лео входил в правление еврейской общины города, а еще через два года был избран заместителем ее председателя. В 1939 году община была вынуждена перерегистрироваться под новым названием «Еврейский религиозный союз», и Липпманн возглавил его. Он пережил депортацию многих своих соплеменников, пытался им помочь, однако сам категорически отвергал все предложения покинуть Германию. 10 июня 1943 года гестаповцы вновь заняли помещения, в которых работал «Еврейский религиозный союз», и сообщили его председателю, чтобы на следующий день Липпманн был готов к депортации в Терезиенштадт.

    Той же ночью Лео Липпман и его супруга Анна Жозефина покончили с собой. В своем прощальном письме они написали: «Мы приняли решение добровольно расстаться с жизнью, так как никогда не сможем смириться с тем, что творится вокруг».

    «Он умер, как и жил – честно, с достоинством, – говорит о нем Вернер Йохманн. – Этот человек никогда в своей жизни не импровизировал и не стал этого делать даже на пороге смерти». Лео Липпманн был патриотом Германии, он любил свой Гамбург и всегда хотел жить только здесь: «Возможность трудиться на благо родного города и его жителей, отдавать ему все силы в военное или мирное время всегда было для меня наивысшим долгом и честью», писал он.

    Текст: Андрей Нелидов

  • Топонимика Гамбурга – династия Варбургов

    Вдоль берега внешнего Альстера идет улица, примыкающая к мосту Кеннеди. Называется она Warburgstraße, но если задаться вопросом, кому эта улица обязана своим именем, то поневоле зайдешь в тупик. Потому что Варбургов в Гамбурге было много, и почти каждый из них достоин быть увековеченным на карте города.

    История этой большой еврейской семьи уходит корнями в Италию. Из Болоньи ее представители переехали в вестфальский городок Варбург и в XVI столетии сделали его имя своей фамилией. Во второй половине XVIII века семья перебралась на север – в Альтону, где в то время царила относительная свобода вероисповедания – евреям позволяли заниматься торговлей и строить корабли.
    210 лет назад, в 1798 году, братья Моисей-Марк и Герсон Варбурги основали в Гамбурге банк M. M. Warburg & Co. Он успешно работает и сегодня, являясь одним из крупнейших частных финансовых институтов Германии. Большинство потомков его основателей стали банкирами и мало известны широкой публике. Тем, кто избрал другую дорогу, в этом смысле повезло больше. Их объединяет то, что все они – выдающиеся иследователи.

    Аби Варбург (Abraham Moritz Warburg, 1866-1929) был старшим из семерых детей главы банка Морица Варбурга и по традиции должен был стать продолжателем дела отца. Однако финансовая стезя юного бунтаря не интересовала. Его ставший банкиром брат Макс (Max Warburg, 1867-1946) вспоминал:
    «Когда ему было 13 лет, Аби предложил мне купить у него право первородства и полагающееся ему место в фирме отца. Взамен он хотел только одного – чтобы я пообещал покупать ему в будущем все книги, какие он захочет. Мне было 12, и я легкомысленно согласился, рассудив, что если буду банкиром, то всегда смогу купить брату несколько книжек. Теперь я должен признаться, что тогда, не сознавая этого, дал Аби очень большой открытый кредит. Любовь к чтению, к книгам была его страстью с детства».

    Юный Макс вряд ли с такой легкостью согласился бы на сделку с братом, если бы знал, что Аби станет основателем огромной библиотеки по вопросам искусствознания (более 300 000 томов), которая превратится в лондонский институт его имени. Аби не пожелал быть ни раввином, как хотела его бабушка, ни врачом или юристом. Против воли родителей он посвятил себя истории и теории искусства. Благодаря ему стала самостоятельным направлением науки иконология, исследующая сюжеты и изобразительные мотивы в произведениях искусства.

    Сам Аби, проживший несколько лет на родине своих предков, в Италии, характеризовал себя так: «Сердцем я гамбуржец, по рождению – еврей, а духом – флорентиец». Вернувшись в начале ХХ века из Флоренции, он был избран членом правления Этнографического музея, вместе с братом Максом основал Гамбургский научный фонд, многое сделал для организации в Гамбурге университета, а когда в 1919 году ВУЗ был создан, стал его профессором. С 1980 года город награждает премией и стипендией имени Аби Варбурга молодых ученых, работающих в области истории европейской культуры.

    Родившийся в Альтоне Эмиль Варбург (Emil Gabriel Warburg, 1846-1931) стал известным немецким физиком. Его научный авторитет был настолько велик, что он удостоился права предлагать кандидатуры на соискание Нобелевской премии по физике. В числе рекомендованных им – например, Макс Планк и Альберт Эйнштейн.

    Хотя сам Эмиль премии не был удостоен, один Варбург среди нобелевских лауреатов все же имеется. Им стал сын Эмиля – Отто Генрих Варбург (Otto Heinrich Warburg, 1883-1970), биохимик, врач и физиолог, получивший премию по медицине. Правда, прямого отношения к Гамбургу он не имел – в отличие от своего тезки Отто Варбурга (Otto Warburg, 1859-1938), известного ботаника и еще более известного сиониста. Дальние родственники, они не были даже знакомы, но их частенько путали, и порой один получал письма, адресованные другому.

    Гамбургский Отто был специалистом по тропической флоре, и один из видов растений семейства Canellaceae в честь него назвали Warburgia. Он внес большой вклад в развитие сельского хозяйства в немецких колониях, входил в правление многих колониальных компаний. На стыке XIX и XX веков он обратился к сионизму и стал членом Комиссии по исследованию Палестины. Его активная деятельность на этом поприще привела к тому, что в 1911 году он был избран президентом Сионистской организации. По ее поручению Отто Варбург в 1920 году основал в палестинском Реховоте сельскохозяйственную опытную станцию, которая позднее стала частью Института агрокультуры и естественной истории Иерусалимского университета. В том же Реховоте о заслугах Варбурга напоминает и созданное в 1984 году израильско-германское совместное предприятие – центр сельскохозяйственной биотехнологии «Минерва», которому присвоено его имя.

    Представителю более молодого поколения семьи Варбургов недавно отдали дань памяти в Любеке.

    Городское законодательное собрание присвоило новому мосту через реку Траве имя Эрика Варбурга (Eric Moritz Warburg, 1900-1990). Это – сын вышеупомянутого банкира Макса Варбурга и племянник Аби Варбурга. Нацисты лишили его семью имущества и бизнеса, вынудив ее покинуть родину. В 1938 году Эрик основал в Нью-Йорке фирму, которая позднее превратится в мощный концерн Warburg Pincus. В конце Второй мировой офицер армии США Эрик Варбург вернулся в Германию в качестве переводчика. Он участвовал в заседаниях Нюрнбергского процесса и в допросах представителей нацистской верхушки.

    В послевоенные годы Эрик вернул своей семье ее долю в банке M. M. Warburg & Co и посвятил себя налаживанию отношений между Германией и США. В 1952 вместе с графиней Марион Дёнхоф – известной публицисткой, а потом главным редактором и издательницей газеты Die Zeit – он создал общество Atlantik-Brücke, целью которого было «строить мосты взаимопонимания» между двумя странами. С 1988 года общество присуждает премию Эрика Варбурга, лауреатами которой стали Генри Киссинджер, граф Отто Ламбсдорф и Джордж Буш-старший.

    Текст: Андрей Нелидов