Bei uns in Hamburg

Category: Улицы Гамбурга

  • Топонимика Гамбурга – улица им. Берты фон Зуттнер

    Каждый год в октябре-ноябре происходит присуждение Нобелевских премий. Сами премии вручаются в Осло 10 декабря, в день смерти Альфреда Нобеля. Идея учреждения премии мира принадлежит Берте фон Зуттнер, в последствии ставшей и ее лауреатом.

    В 1950 году на плане Альтоны появилось новое наименование улицы – Suttnerstrasse. Так стала называться бывшая Wielandstrasse в честь Берты фон Зуттнер, австрийской писательницы, пацифистки, первой женщины, удостоенной Нобелевской премии мира и второй после Марии Кюри в общем списке лауреатов нобелевских премий.

    Героиня нашего рассказа родилась 9 июня 1843 года в Праге, в известной аристократической семье австрийского фельдмаршала графа Франца Михаэля Кински (Franz Michael Graf Kinsky von Wchinitz und Tettau). Ее мать София Вильгельмина была родственницей немецкого писателя Карла Теодора Кёрнера (1791-1813), известного своими патриотическими и антифранцузскими песнями.

    Казалось, что будущее у такой девочки должно быть прекрасным, но ее отец умер еще до ее рождения, а мать спустила все состояние на курортах и в казино Европы. Но молодая Берта освоила основные европейские языки, побывала во многих городах Европы, жила в Париже. Однако к 30 годам ей пришлось самой решать свои финансовые проблемы. Была попытка стать профессиональной певицей, но она не увенчалась успехом. Пришлось искать работу. Так, в 1873 году она стала гувернанткой и учительницей музыки у малолетних дочек барона Зуттнера в Вене.

    Однако не роль гувернантки была ей предопределена. В молодую привлекательную образованную женщину влюбился Артур – брат девочек. Берта ответила ему взаимностью.Однако браку воспротивилась мать молодого барона. Протест вызвала не столько разница в возрасте (Берта была старше её сына на 7 лет), сколько бедность невесты. Мать же надеялась финансовые проблемы cвоей семьи решить с помощью женитьбы сына. Непреклонная баронесса указала несостоявшейся невестке на дверь.

    В 1876 году Берта уехала в Париж. Здесь она нашла работу экономки и секретаря Альфреда Нобеля, учредителя самых престижных в мире премий. Но проработала она очень недолго. Пришло письмо Артура Зуттнера, в котором он просил ее вернуться в Вену, и Берта поехала обратно. Уже 12 июня 1876 года они поженились, но против воли родителей Артура.

    С этого момента им пришлось самим заботиться о себе. К счастью, грузинская княгиня Екатерина Дадиани пригласила их на Кавказ, в Тифлис. Артур работал инженером и писал небольшие путевые заметки о Кавказе в венские газеты. Берта преподавала музыку и иностранные языки.
    В 1877 году между Россией и Турцией началась война, изменившая мировоззрение молодой четы Зуттнеров – они увидели весь трагизм войны, о котором вместе писали во многие австрийские и немецкие газеты. Тогда-то Берта сама стала писать рассказы, эссе и даже в соавторстве с мужем – романы.

    В 1885 году Зуттнеры вернулись в Вену. В это время Артур стал активным противником антисемитизма. Это повлияло и на Берту Зуттнер. Известно ее произведение «Daniela Dormes», осуждающее антисемитизм. Следующие два года Берта и Артур провели в Париже. Здесь баронесса Зуттнер вновь встретилась с Альфредом Нобелем, который за то короткое время, что Берта была его секретарем, сумел оценить способности молодой женщины и проникся к ней глубоким уважением.

    В Париже Зуттнеры познакомились с активными сторонниками пацифизма. Этому движению в дальнейшем Берта посвятила всю свою жизнь.

    Именно Берте фон Зуттнер принадлежала идея Нобелевской премии мира. Встречи и переписка Нобеля с Бертой привели к тому, что Альфред Нобель еще в 1893 году задумался об учреждении премий мира. В одном из писем к Зуттнер он писал: «Мне хотелось бы пожертвовать часть моего состояния на создание фонда мира». Нобель реализовал эту идею в своем завещании.

    В 1889 году вышла книга Берты фон Зуттнер «Долой оружие» („Waffen nieder“), где рассказывается о трагедии матери, жизнь которой была искалечена войной. Этот роман привлек всеобщее внимание и заставил говорить об авторе, как о выдающемся борце за мир. Переведеный на многие европейские языки – в том числе и на русский – еще до революции 1917 года, этот роман был достаточно известен в России. Его читал Лев Толстой.

    А спустя 40 лет в фашистской Германии роман «Долой оружие» попал в список книг, предназначенных для сожжения.

    Популярность романа дала возможность писательнице установить контакты с европейскими борцами за мир и самой стать виднейшей фигурой в этом движении. В 1891 году она основала Австрийское общество мира, стала членом-учредителем Бернского бюро мира (лауреат Нобелевской премии мира 1910 года как общественная организация) и его вице-президентом. Принимала активное участие в международных конгрессах мира, в том числе и в Гамбурге в 1897 г.

    После смерти мужа в 1902 году Берта совершила турне по США, встречалась с президентом США Теодором Рузвельтом, лауреатом Нобелевской премии мира 1906 года.

    А Берта фон Зуттнер получила Нобелевскую премию мира в 1905 году. В своей нобелевской речи Зуттнер говорила о необходимости создания международного арбитража для сохранения мира на земле. Отметим, что сегодня эти идеи реализуются в определенной мере в деятельности ООН.

    В последние годы жизни Берта фон Зуттнер была удостоена звания почетного президента Международного бюро мира в Берне, избрана членом консультативного совета мира Карнеги в США. Умерла она 21 июня 1914 года от рака за полтора месяца до начала Первой мировой войны.

    В память о Берте фон Зуттнер в Австрии в 2006 г. отчеканены две монеты номиналом 1 и 2 евро,

    которые ходят по всему миру. В свою очередь в Германии в 2005 г. выпущена ограниченным тиражом памятная серебряная монета номиналом 10 евро с изображением Берты фон Зуттнер.

    Текст: Виктор Мешкунов
    Фото: wikipedia

  • Топонимика Гамбурга – квартал мыслителей

    В Айльбеке несколько рядом расположенных улиц названы в честь выдающихся немецких философов. И самое значимое из этих имен – Иммануил Кант (Immanuel Kant).

    Есть две причины начать этот материал с рассказа о нем. Во-первых, он считается основоположником немецкой классической философии. Во-вторых, в апреле 2009 года исполняется 285 лет со дня его рождения. Эта дата нам хорошо знакома – правда, в другом контексте: Иммануил Кант появился на свет в Кенигсберге в один день с Владимиром Ульяновым, но на 146 лет раньше – 22 апреля 1724 года. В семье он был четвертым из девятерых детей. Отец, Иоганн Георг, был простым шорником; мать, Анна Регина, школы не окончила, но обладала природным умом и способствовала интеллектуальному развитию будущего мыслителя.

    Она умерла, когда Иммануилу было всего 13. Еще через 9 лет он остался без отца и без средств к существованию. Молодой человек был вынужден покинуть университет, где изучал философию, математику и естественные науки. Ему пришлось давать частные уроки и помогать младшим братьям и сестрам.

    Из-за этого он поздно начал заниматься научной деятельностью – в университет Кант вернулся лишь в 31 год. В таком возрасте известные философы, как правило, уже формулировали свои основополагающие идеи. Он же пришел к этому на два десятилетия позже. Приват-доцентом (младшим преподавателем) работал целых 15 лет, дважды получив отказ в притязаниях на должность профессора. В его холостяцкой жизни не оставалось места ничему, кроме науки и упорного труда.
    Спектр профессиональных интересов Канта был весьма широк: читая лекции главным образом по математике и физике, он писал также трактаты, посвященные антропологии и астрономии, вулканам и землетрясениям, военному искусству и природе ветров, возрасту Земли и фейерверкам. Ему принадлежит не утратившая актуальности до сих пор космогоническая гипотеза происхождения Солнечной системы из первоначальной туманности. В течение 30 лет его лекции по физической географии привлекали толпы людей, не имевших отношения к университету. Кант блестяще рассказывал о дальних морях и континентах, хотя за всю свою жизнь ни разу не выезжал из Кенигсберга дальше его предместий (и даже могила философа находится в нынешнем Калининграде).

    В 46 лет он наконец получил должность профессора логики и метафизики. После этого его жизненные привычки приобрели окончательную незыблемость. Он так и остался холостяком, хотя дважды был близок к тому, чтобы жениться. Однако философ не спешил с важными решениями, и одна из его невест успела выйти замуж за другого, а вторая – навсегда уехать из Кенигсберга. Но Кант, похоже, не очень об этом жалел: теперь ничто не отвлекало его от науки.

    Размеренность жизни чудаковатого профессора вошла в легенды. Он все делал в одно и то же время, и, когда выходил на прогулку, жители города проверяли по нему часы. Говорят, что лишь однажды его не увидели на улице в половине четвертого: он забыл о своем железобетонном распорядке дня, увлекшись чтением «Эмиля» Жана-Жака Руссо. Наряду с Ньютоном, Лейбницем и Юмом французский мыслитель оказал наибольшее влияние на мировоззрение Канта.

    В 1781 году профессор опубликовал первый из своих капитальных трудов – «Критику чистого разума». Язык его трактатов был скучен и сух, что в сочетании со сложностью философских тем делало их трудными для восприятия даже специалистами. Говорят, что один из друзей вернул Канту его «Критику» недочитанной, опасаясь за своей рассудок. Стиль письменных трудов ученого представлял собой разительный контраст с его же лекциями, во время которых профессор блистал эрудицией и остроумием. Слушателям было трудно поверить, что этот лектор является автором зубодробительной «Критики».

    Тем не менее, содержание книги Канта было по достоинству оценено теми, кто в философии разбирался. Через семь лет последовала «Критика практического разума» (1788), а затем и «Критика способности суждения» (1790). Это были фундаментальные работы, которые обеспечили ученому репутацию одного из выдающихся мыслителей XVIII века и оказали огромное влияние на развитие мировой философской мысли.

    Кроме Kantstraße, «философский квартал» в Айльбеке представлен улицами Leibnizstraße, Fichtestraße и Schellingstraße. Лейбниц был предшественником Канта, а Фихте и Шеллинг – его последователями. Уроженец Саксонии Готтфрид Вильгельм Лейбниц (Gottfried Wilhelm von Leibniz) был не только философом, но и математиком, юристом, дипломатом. Он создал основы математического анализа, изобрел собственную конструкцию арифмометра, который мог умножать, делить и извлекать корни. Лейбниц обосновал необходимость регулярно мерить у больных температуру тела и задолго до Фрейда доказал существование подсознания. Его можно считать автором двоичной системы счисления, которая является сегодня математическим фундаментом компьютерной техники.

    Иоганн Готтлиб Фихте (Johann Gottlieb Fichte) на основе философии Канта создал систему субъективного идеализма. В этических воззрениях он исходил из необходимости добровольного ограничения свободы каждого человека ради совместного существования множества людей. Большую роль в возникновении германского освободительного движения начала XIX столетия сыграли речи «К немецкому народу», прочитанные Фихте в берлинской Академии в 1807-8 годах, когда Германия была занята войсками Наполеона.

    Фридрих Вильгельм Йозеф фон Шеллинг (Friedrich Wilhelm Joseph von Schelling) был выдающимся представителем идеализма в новой философии. Отталкиваясь от идей Фихте, он развил принципы диалектики природы как живого организма. Его взгляды во многом повлияли на европейскую философию XIX-XX веков, в том числе на русскую.

    Чтобы подвести итоги, вновь обратимся к Канту: «Если задать вопрос, живем ли мы теперь в просвещенный век, то ответ будет – нет, но мы живем в век просвещения». Похоже, этот вывод актуален и сегодня

    Текст: Андрей Нелидов
    Фото: Pressearchiv

  • Топонимика Гамбурга – улица Роберта Коха

    Победитель холеры
    В районе Эппендорф есть улица Robert-Koch-Strasse и переулок Robert-Koch-Stieg. В биографии выдающегося немецкого бактериолога было два периода, связанных с нашим городом.

    Рассказ о Роберте Кохе уместнее всего начать во внутреннем дворе гамбургской Ратуши, где внимание туристов привлекает детище скульптора Йозефа фон Крамера – фонтан Hegieia-Brunnen. Увенчанный бронзовой фигурой греческой богини Гигеи (которой мы обязаны происхождением слова «гигиена»), он был установлен в конце XIX века в знак благодарности врачам, победившим эпидемию холеры. Она разразилась в Гамбурге в 1892 году и унесла с собой тысячи жизней. Борьбу с ней возглавил Роберт Кох, принявший на себя общее руководство самоотверженной работой медиков.

    Ученый родился 11 декабря 1843 года в небольшом городке Клаусталь (сейчас это Клаусталь-Целлерфельд в Нижней Саксонии). Отец его, горный инженер Герман Кох, работал в управлении местных шахт. Мать, Юлиана Матильда Генриетта Кох, урожденная Бивенд, была дочерью высокопоставленного чиновника Генриха Андреаса Бивенда, главного инспектора Ганноверского королевства.

    Именно он увидел в любознательном внуке задатки исследователя и обратил на них внимание своего сына Эдуарда Бивенда – доктора философии, художника-медальера, известного тогда в Германии фотографа-дагерротиписта, проживавшего в Гамбурге на улице Schmiedestraße. Эдуард сделал своему племяннику два удивительных по тем временам подарка, которые во многом определили судьбу мальчика, – микроскоп и фотоаппарат. С их помощью Роберт Кох сделал свои важнейшие открытия, они сопровождали ученого во всех его многочисленных научных экспедициях.

    Роберт с блеском окончил гимназию в Клаустале и поступил в университет Геттингена, где изучал медицину. В 1866 году он некоторое время работал в одной из больниц Гамбурга. Затем в качестве врача участвовал во франко-прусской войне 1870 года, где приобрел большой опыт в лечении инфекционных болезней, в том числе холеры и брюшного тифа. С тех пор борьба с подобными заболеваниями стала главным направлением его научной и практической деятельности. Он открыл бациллу сибирской язвы, но своего величайшего триумфа ученый достиг 24 марта 1882 года, когда ему впервые удалось выделить бактерию, вызывающую туберкулез (впоследствии ее стали называть «палочкой Коха»).

    В то время в Германии стали появляться признаки холеры, и власти командировали ученого в Египет и Индию с целью изучения причин этой болезни. Именно тогда, в 1884 году, Кох открыл возбудителя холеры. В следующем году он стал профессором Берлинского университета, в 1891-м – директором Института гигиены в Берлине. К тому времени он уже был признанным авторитетом в области диагностики холеры.

    В 1892 году в Гамбурге разразилась очередная эпидемия. 24 августа Роберт Кох прибыл в город, который поразил его грязными жилищами, настоящими рассадниками инфекции. Приговор ученого был суров: «Господа, я забываю, что нахожусь в Европе».

    Кох пришел к выводу, что источником инфекции является вода из Эльбы. Он предложил населению простые способы борьбы с холерой – например, кипятить воду, предназначенную для приготовления пищи и мытья посуды. Администрация Гамбурга приняла меры для обеспечения жителей кипяченой водой: ее бесплатно развозили по городу в бочках. Все это привело к тому, что эпидемия холеры постепенно сошла на нет.

    В то время жители Гамбурга еще не были знакомы с элементарными гигиеническими навыками и заплатили за это дорогую цену. На городском кладбище Olsdorf есть памятный знак, на котором выбиты слова: «Холера унесла в 1892 году более 8500 жертв. Большая часть их похоронена здесь». Знак был установлен через сто лет после тех событий – в сентябре 1992 года.

    В 1905 году Роберт Кох поднялся на высшую ступеньку научного пьедестала почета, став лауреатом Нобелевской премии по физиологии и медицине за «исследования и открытия, касающиеся лечения туберкулеза». Он был всегда внимательным к своим коллегам, но случались, конечно, и научные расхождения, и споры – в частности, с Луи Пастером и Ильей Мечниковым.

    Наука занимала в жизни ученого главное место, но он был еще и заядлым шахматистом, а также большим поклонником творчества Гете. Портрет Роберта Коха будет неполным, если не добавить несколько штрихов из его личной жизни. В 1867 году молодой ученый женился на Эмме Адольфине Фрац, у них родилась дочь. Этот брак продолжался более четверти века, но полного счастья супругам не принес. Оказалось, что общих интересов у них никогда не было.

    В 1893 году Берлин был потрясен сенсацией: маститый профессор Кох развелся со своей супругой и женится на молодой актрисе Хедвиге Фрайбург. Наконец-то Роберт вытянул счастливый билет – молодая жена стала жить только интересами ученого, сопровождая его во всех научных экспедициях. В 1910 году Кох с женой поехали отдыхать в Баден-Баден, где 27 мая сердце выдающегося микробиолога остановилось.

    Он был членом многих академий и обществ, в том числе иностранным членом-корреспондентом Императорской Академии наук Санкт-Петербурга и почетным членом Общества опытных наук при Императорском Харьковском университете. Сегодня имя Роберта Коха носят многие научные учреждения, в том числе и Федеральный институт инфекционных заболеваний в Берлине. Он отслеживает возникновение новых инфекций (таких, к примеру, как птичий и свиной грипп) и официально информирует о них общественность.

    Текст: Виктор Мешкунов

  • Топонимика Гамбурга – улица и сад Пуфогеля

    Как и в любом городе, в Гамбурге есть совсем небольшие и неприметные улочки. К таким можно отнести и «Puvogelstrasse», связывающую «Wandsbeker Zollstraße» и «Fenglerstraße». Сохранившееся каменное покрытие проезжей части говорит, что «Puvogelstrasse» – одна из старых улиц Вандcбека. Однако на дорожном указателе с названием этой улочки нет обьяснения ее названия.

    А названа она так в 1950 году в память одного из  бургомистров Вандcбека и почетного гражданина этого города – Фридриха Пуфогеля (1836 – 1907). До этого она была «Von-der-Tann-Strasse». Интересно, что с таким названием есть улица  и в районе Eimsbüttel. Обе улицы получили это имя в 1885 году в честь баварского генерала Людвига фон дер Танна (Ludwig von und zu der Tann-Rathsamhausen), принимавшего активное участие в войне 1848 года против Дании.

    Теперь несколько слов о Фридрихе Пуфогеле. Оказывается, что уже в 1870 году, когда Вандсбек стал городом, Пуфогель вошел в состав городского совета. С 1873 года он – второй бургомистр Вандсбека. В этой должности он пробыл 34 года, до самой смерти. Его могила находится на историческом кладбище Вандcбека рядом с церковью  Сhristuskirche. На надгробном камне, кроме имени и дат жизни бургомистра, есть надпись: «Почетный гражданин города Вандсбека». Фридрих Пуфогель был видным деятелем в органах городского самоуправления. Он очень много сделал для благоустройства города, был инициатором электрификации Вандсбека и устройства городской системы водоснабжения. В 1890 году по его указанию была построена  на улице Holstenhofweg первая водонапорная башня Вандсбека.

    Пуфогель был еще и владельцем типографии и издателем местной газеты «Der Wandsbecker Bothe», которая выходит и сегодня, превратившись в ежемесячный журнал под названием «Wandsbek informativ. Der Wandsbecker Bothe».

    Наряду с общественной деятельностью Фридрих Пуфогель занимался историей  региона, в который входил Вандсбек. Вот некоторые из его работ: «Мариенталь – часть Вандсбека», «Вандсбек вчера и сегодня», «Вандсбек в первой половине XIX столетия». А книга «Вандсбек между Штормарном, Пруссией и Гамбургом» вызывает интерес и сегодня. Вся эта многогранная деятельность привела к тому, что его считали выдающейся личностью и уже при жизни избрали почетным гражданином Вандсбека.

    В 1906 году, к 70-летию со дня его рождения, в центре Вандсбека, на площади  Wandsbeker Marktplatz, был открыт фонтан «Puvogelbrunnen». В 1960 году он был перенесен в небольшой сад рядом со станцией метро «Wandsbek Markt», перед Сhristuskirche. Но войны и просто время привели к тому, что появилась необходимость  реставрации фонтана.

    11 августа 2006 года в центре Вандсбека горожане увидели после перепланировки новый, теперь названный именем Пуфогеля, сад (Puvogelgarten). Его украшением стал реставрированный фонтан с бронзовой женской фигурой работы  берлинского скульптора Гуно фон  Ухтритц-Штейнбаха (Guno v. Uechtritz-Steinbach).

    По замыслу автора эта скульптура символизирует пробуждение дня (Erwachender Tag) или утро. Она стоит на постаменте, украшенном по четырем сторонам дельфинами с небольшими фонтанчиками. В поднятой вверх руке бронзовая девушка держит стеклянный матовый шар. В вечернее время он, как фонарь, освещает фонтан. Такое необычное сочетание фонтана и осветительного устройства не случайно. Оно символизирует многогранную деятельнось Фридриха Пуфогеля.

    Можно только порадоваться, что в центре Вандсбека вновь появилось уютное место, где можно отдохнуть и еще полюбоваться замечательной скульптурой фонтана «Puvogelbrunnen».

    Текст: Виктор Мешкунов

  • Топонимика Гамбурга – улица Штреземана

    Политический перекрой
    Stresemannstraße появилась на гамбургской карте в 1929 году – вскоре после смерти министра иностранных дел Германии, лауреата Нобелевской премии мира Густава Штреземана.

    Основатель Немецкой народной партии родился в 1878 году в Берлине, в семье преуспевающего владельца гостиницы и ресторана. Единственный сын, он изучал литературу, историю и политэкономию в Берлинском и Дрезденском университетах. Темой его докторской диссертации стал экономический анализ торговли бутылочным пивом в Берлине, в котором он раскрыл механизм наступления «большого» бизнеса на розничную торговлю. Густав Штреземан начал свою карьеру в качестве помощника управляющего Ассоциации германских производителей шоколада, а затем перешёл на работу в отделение Союза промышленников, и с его помощью всего за два года число членов Союза увеличил ось со 180 до тысячи.

    Убежденный в том, что между коммерцией и политикой существует прямая связь, в 1906 году он становится депутатом Дрезденского муниципалитета, а через год – и Рейхстага. До первой мировой войны Штреземан поддерживал германскую авторитарную политику силы и дисциплины. Однако мятежи на флоте, унизительное поражение в войне и отречение кайзера заставили его изменить вере в «сильную власть». Он участвовал в принятии Веймарской Конституции Германской республики, с августа по ноябрь 1923 года был канцлером в коалиционном правительстве, а затем по политическим соображениям занял пост министра иностранных дел, на котором пережил четыре кабинета и прослыл самым искусным немецким дипломатом после Бисмарка. Он запомнился как жесткий политик, который подавил попытку коммунистической революции в Саксонии, восстановил порядок после гитлеровского «пивного путча» в Мюнхене. Штреземан участвовал и в урегулировании Рурского конфликта, когда в 1923 году в ответ на невыполнение Германией её репарационных обязательств французские и бельгийские войска начали оккупацию Рурского угольного бассейна.

    Одной из важнейших дипломатических задач послевоенной Германии было получить послабления в выплате репараций, установленных Версальским договором. В 1924 году на Лондонской конференции Густаву Штреземану удалось добиться выгодного решения о реструктуризации долга. Он стал проводить политику сближения с бывшими врагами. По его инициативе в октябре 1925 года произошла встреча министров иностранных дел Франции и Великобритании, в результате которой были подписаны Локарнские договоры: Франция, Германия и Бельгия договорились о неприкосновенности существующих границ и демилитаризации оккупированной Рурской зоны, которая усугубляла экономический кризис.

    Густав Штреземан был женат на дочери берлинского промышленника Кете Клеефельд. По замечанию одного из биографов, именно благодаря поддержке жены ему удалось сконцентрировать свой интеллект и энергию на одной цели – блистательной политической карьере. Он умер в Берлине 3 октября 1929 года от сердечного удара. И почти сразу в Гамбурге в его честь была названа бывшая Малая Садовая улица. Однако не надолго. Нацисты давали различным её участкам имена генералов и офицеров, которые, к счастью, бесследно исчезли после войны.

    А изначально на этом месте проходила дорога в деревню Bahrenfeld, которая была проложена в конце 17 века, в то время, когда за пределами защитного городского вала было построено пятиконечное земляное оборонительное укрепление – Sternschanze. В 1836 году гамбургские ворота перестали закрываться на ночь, и у рабочих появилась возможность жить вне города, что и определило будущую застройку улицы. Потребность в дешевом жилье очень возросла после пожара 1842 года, а также после расселения квартала Katharinenviertel, который «освободили» от жителей для постройки пакгаузов Шпайхерштадта.

    Гамбург постепенно «сросся» с Альтоной. В 1883 году на смену последней конке пришёл электрический трамвай, и движение транспорта стремительно увеличивалось. Уже в начале 20-х годов прошлого века в этом районе существовали десять различных трамвайных маршрутов. Проезжая часть становилась все шире, исчезали внешние садики и название «Малая Садовая» перестало быть актуальным. Сегодня через перекресток Stresemannstrasse и Max-Brauer-Allee ежедневно проходят 30 тысяч автомобилей. – К чему такие детали? – спросит читатель. И тут начинается печальная часть истории.

    27 августа 1991 года девятилетняя Никола, которая жила у бабушки и дедушки и направлялась навестить маму, погибла на углу Stresemann и Juliustraße. Она переходила улицу на зеленый свет и была сбита грузовиком, 25-летний водитель которого, превысив скорость, ехал на красный. Этот несчастный случай, который произошёл на глазах у соседей и знакомых, вызвал необычайно резкий протест. Очевидцы не разошлись, как обычно, по домам. Люди вышли на улицу и в течение многих недель, в час пик – после 16 часов – блокировали движение. Дежурили посменно. Полицейские отказывались разгонять детей с мамами и папами, которые усаживались на «зебру» пешеходного перехода. «Никола была моей лучшей подругой. Кто будет следующим?» – такие плакаты выставляли в окнах домов. Была создана специальная гражданская инициатива. Жители требовали сокращения числа полос движения и установления максимальной скорости в 30 километров в час. И победили. В сентябре к блокадам стали присоединяться обитатели других оживленных магистралей – Holstenstraße и Lange Reihe. Так в городе произошла «транспортная» революция. Гамбуржцы настаивали на проведении анализа воздуха и уровня шума. На Штреземантрассе появилась постоянная лаборатория, которая давала печальную информацию о загрязнении угарным газом. Экологические аспекты транспорта стали актуальной темой в прессе, а Stresemannstraße прославилась как символ гражданского протеста и за пределами ганзейского города.

    Текст: Екатерина Филиппова