Category: О Северной Германии

ЗАЧАРОВАННЫЙ ОСТРОВ

 

Таинственный  остров Kaltehofe находится не на море-океане, а на Эльбе-реке, рядом с известным районом Rothenburgsort.  Много  лет пребывавший в забвении, он сейчас заново открывается горожанам.

 

 

Трудовое прошлое

Жарким летом 1892 года в Гамбурге началась эпидемия холеры. Для  консультаций из Берлина был вызван директор Института гигиены Роберт Кох. Побывав в трущобах, где жила городская беднота, он ужаснулся царившей там антисанитарии: «Господа, видя это, я забываю, что нахожусь в Европе!».  Город надо было спасать. Поскольку в соседней Альтоне заболеваний холерой практически не было, причину эпидемии установили достаточно быстро: сильно загрязненная нечистотами вода Эльбы. В  Альтоне, находящейся вниз по течению от Гамбурга,  уже тридцать лет очищали воду из реки. Водозабор Гамбурга хоть и находился в трех километрах выше города по течению, но и там речная вода из-за сильных приливов перемешивалась  со стоками  из канализации. И только  в 1890 году сенат и парламент города решили, наконец, построить центральную фильтровальную станцию.

На  искусственно созданном острове Kaltehofe неспешно начались работы  по сооружению очистительных установок… Но тут грянула эпидемия…  Работы были ускорены, и уже  через год, в 1893 г., фильтровальная станция вступила в строй. Сначала были задействованы 18 бассейнов-отстойников, где очищалась вода из Эльбы,  потом их  число выросло до 22.

Стоящие у бассейнов технические здания с затворами (Schieberhäuschen) были построены в виде башен из красного кирпича с островерхими крышами. В большой вилле поместилась не только лаборатория, где тщательно проверялось качество воды,  но и три квартиры: «для двух холостых ассистентов и одного женатого слуги». В конце XIX века  район Кальтехофе лежал далеко за городской чертой, и добираться сюда было достаточно сложно.

Однако фильтрация воды из Эльбы не всегда давала желаемые результаты: летом вода цвела, зимой замерзали трубы, по которым она поступала из реки, в водопровод попадали водоросли, устрицы и даже рыба. Необходимую техническую реконструкцию задержали две мировые войны. Только в 60-х годах  ХХ века водозабор был радикально улучшен: установили мощные угольные фильтры и,  главное,   перешли  на грунтовую воду. Для этого на соседнем острове    Billwerder и в районе  Moorfleet пробурили 50  артезианских скважин. Почти сто лет фильтровальная станция Kaltehofe была важнейшей частью системы водоснабжения города.

   Время забвения

В 1990 году комплекс завершил свою «трудовую деятельность».  И на 20 лет погрузился в сон, даже вход на остров для горожан был закрыт. За время покоя и уединения права на заповедный остров предъявила сама Природа. Здесь во множестве поселилась разная водоплавающая  птица, да и прочая пернатая мелочь.   Биологи насчитывают около 44 видов птиц. В бассейнах, заполненных чистой водой, завелись тритоны, улитки, лягушки. В сумерках  над  сказочными башенками-затворами  летают 7 видов летучих мышей. Не менее богато – почти триста видов –  представлен и растительный мир.  Весь остров Kaltehofe занимает площадь 60 га и по-прежнему принадлежит службам водоснабжения города (HamburgerWasserwerke).

 

   Живое  настоящее

Теперь  зачарованный остров возродился к новой жизни. В сентябре 2011 г.  открыли музей в старой вилле, где когда-то исследовали пробы воды. Здесь знакомят с историей очистного комплекса,  с работой лаборатории. В этом же здании – сувенирный магазин и кафе. А с башни можно охватить взглядом всю территорию.

«Книга отзывов» полна восторженных и благодарных слов. Люди радуются, что для комплекса нашли новое предназначение, что не снесли старую виллу. Кто-то  сообщает, что обнаружил фотографию отца, работавшего когда-то на этих сооружениях.

В новой пристройке – белом кубе, фасад которого имитирует струящуюся воду (архитектор  AndreasHeller),  – экспозиция, представляющая собой мастерскую скульптора, работающего над созданием скульптур для фонтанов Гамбурга.  Здесь можно ознакомиться со всеми городскими фонтанами и  водонапорными башнями. Они стояли во всех районах города, и каждая была по-своему красива (особенно известна башня в городском парке, переоборудованная под  планетарий).  Музей предлагает разнообразную программу: экскурсии, курсы, занятия для детей. А студенты, обучающиеся   по специальности «Менеджмент культуры», могут получить здесь  место практики (см.сайтwww.wasserkunst-hamburg.de).

 

Весь комплекс,  включая нарядные башни, где установлены затворы, объявлен памятником  промышленной архитектуры. Назначение пяти бассейнов изменили: три из них стали природными заповедниками, один используется для запуска моделей судов.  А еще в одном демонстрируют, как происходила в прошлом очистка воды. Со всем богатством флоры и фауны посетителей знакомят информационные щиты на  созданной музейными работниками «экологической тропе».

Выходной день, проведенный здесь,  отлично дополнится посещением кафе на первом этаже старой виллы и на открытой террасе.  Кстати, чудесное место для празднования дня рождения.

Три составляющих музейного комплека – природный парк-заповедник, индустриальный памятник и музей – открыты каждый день с 10 до 18 часов. Поверьте, это отличное место для прогулки – спокойной и познавательной.

 

   Как добраться

Всего 20 минут пешком от станции S-Bahn Rothenburgsort  – улицы Billhorner Deich, а затем  Ausschläger Elbdeich  выведут прямо к мосту со шлюзовыми затворами. Перейдете через приток Эльбы и окажетесь на этом тихом зеленом острове.

На машине можно подъехать прямо  к  зданию музея, здесь есть парковка.

 

 

 

 

 

 

 

 

Строительство фильтровальной станции.  Фото с сайта /www.wasserkunstinsel.de

Текст: Татьяна Борисова 

Мало найдется в мире городов, о которых мы слышали с самого раннего детства больше, чем о Гамельне.  И мало какая древняя легенда до сих пор будоражит умы человечества сильней, чем рассказ о гамельнском Крысолове. Да и легенда ли это вообще? Ведь есть масса свидетельств реальности событий, развернувшихся в городе в XIII  веке, о чем и пойдет речь. Но не только об этом, ведь Гамельн – это еще и ганзейский город!

Вряд ли стоит в подробностях пересказывать всем известную сказку о Крысолове. Поэтому ее сюжет напомню лишь вкратце.

Подвергся некогда Гамельн нашествию крыс, вскоре до того обнаглевших, что нападали на кошек и собак и даже кусали младенцев в люльках. Отчаявшийся магистрат объявил о награде всякому, кто избавит город от голохвостых тварей. И появился флейтист в пестром одеянии. Условившись с магистратом, что за дератизацию Гамельна ему выплатят столько золота, сколько он сможет унести, он достал из кармана флейту, под звуки которой вывел всех крыс за городские стены, утопив их в водах Везера. Когде же магистрат отказался с ним расплатиться, он звуками той же флейты выманил из домов всю гамельнскую детвору и увел ее в туманную даль, где ребятня и сгинула бесследно.

 
События те имели место быть 26 июня 1284 года, о чем свидетельствуют не только надпись на балке старинного здания в историческом центре Гамельна – Альтштадте (оно так и называется: Rattenfängerhaus – дом Крысолова), – но и древняя хроника. Смущает только, что хроника, в которой впервые упоминается инцидент с Крысоловом, датирована 1450 годом, а здание возведено так и вообще в 1603-м. Поэтому лично я убежден, что вся эта мутная история – не более чем плод фантазии средневековых гамельнцев, желавших любым способом привлечь к своему городу внимание европейской общественности.

Но это – мое мнение. Версий же тех, кто отстаивает подлинность события 26 июня 1284 года – уйма. Одни ссылаются на Детский крестовый поход (народное движение начала XIII века, в котором действительно насчитывалось около 25 тысяч детей и подростков, и к которому якобы примкнули ребятишки Гамельна). Другие – на возможное их пленение победителями в битве при Зедемунде. Третьи – на смерть от чумы, поразившей Европу в Средневековье. Есть и «цыганская» версия – дескать, пестро одетые цыгане, заворожив детей своими песнями и плясками, увели их из города. А еще рассказывают, что они стали жертвами маньяка и даже инопланетян.

Но довольно о версиях, поговорим о самом Гамельне.

Году то ли в 802-м, то ли в 812-м (за ветхостью дошедшего до наших дней манускрипта точную дату не разобрать) на месте будущего города саксонский граф Бернхард и его супруга Кристина заложили первый камень в фундамент здешней церкви (на кой она им понадобилась в этой глуши – о том история умалчивает). В 826 году граф с графиней скончались, не оставив наследников, а церковь перешла во владение аббатства в Фульде, что километрах в 200 по прямой.

Однако монахов не смутило расстояние, которое всадник на хорошем коне может преодолеть как минимум за два дня, а на лодке и за три не добраться. Ведь недаром говорят, что свято место пусто не бывает. Церковь-то находилась на берегу полноводного Везера, причем в таком его месте, где сам Бог велел навести переправу. Вот и застолбили монахи за собой эти земли. А в 851 году основали при церкви бенедектинский монастырь, назвав возникшее здесь вскоре поселение на латинский лад – Хамела. К 1054 году оно стало крупным перевалочным пунктом на торговом пути из центральной и южной Германии к Северному морю. А в 1209 году оно уже под именем Гамельн впервые упоминается в перечне городов Германии.

События последующих двух с лишним веков представляют собой сплошную чехарду со сменой власти в Гамельне. От аббатства в Фульде он перешел к графам Эверштайнским, от них – к епископу Минденскому, который, в свою очередь, уступил его (не добровольно – под нажимом) герцогу Альбрехту I Брауншвайгскому. Герцог на радостях возвратил городу все его былые привилегии, которыми тот обладал во времена графов Эверштайнских – в частности, право самоуправления. Что и позволило Гамельну вступить в 1426 году в Ганзейский союз.

За время членства в Ганзе выросло благосостояние города и его жителей, разбогатевших на торговле зерном. Пик расцвета пришелся на XVI век, когда здесь один за другим стали возводить роскошные каменные здания в стиле, получившем название «везерский Ренессанс» (отличительный его признак – многообразие декоративных элементов, украшающих фронтоны фасадов: завитки, колонны, затейливая резьба по камню, необычной формы эркеры и т.п.). Великолепные образчики этого стиля и сегодня можно видеть в городах на пространстве от Ганн. Мюндена (Hann. Münden) до Ольденбурга и от Геттингена до Бремена. Но нигде, кроме как в Гамельне, нет такого единства и полноты застройки целого средневекового города!

 

 

Краса и гордость Гамельна – исторический центр Альтштадт, с его восхитительными 4-5-этажными (это в шестнадцатом-то веке!) зданиями в стиле везерского Ренессанса. Это и «Дом Крысолова» с фронтоном, достойным дворца Сан-Суси. Это и дом богатого зерноторговца Герда Ляйста (Leist-Haus, 1585–1589 г.г.), и Дом церковных иерархов (Stiftsherrenhaus, 1558 г.), и дом бургомистра Тобиаса фон Демптера (Dempter-Haus, 1607 г.), и десятки других. Чтобы воочию убедиться в этом, достаточно пройтись по Osterstrasse (с давних пор она носит это название в память ушедших за Крысоловом детей, которых он, по легенде, увел именно в восточном направлении).

Отдельная песня – Новый город с его улицами Ostertorwall, Bäckerstrasse и  Hermannstrasse, застроенными многоэтажными зданиями и особняками середины XIX века в стиле барокко и Jugendstil.

В ходе Второй мировой войны Гамельн подвергся всего одной бомбардировке, не нанесшей городу серьезного ущерба. Потому все его памятники архитектуры сохранилась до наших дней в первозданном виде (их тщательно реставрировали с 1969 по 1993 год).

Сегодня мало кто помнит, что Гамельн – родина немецкого автопрома. Но это именно так. В 1907 году фабрикант Ганс Хартман основал здесь «Северогерманский автомобильный завод» (Norddeutschen Automobilwerke, сокр. N.A.W.). И уже в 1908 году из его цехов вышел первый легковой автомобиль «Colibri». А в 1911-м к нему добавилась модель «Sperber» («Ястреб-перепелятник»), с успехом экспортировавшаяся в Австрию, Прибалтику, Скандинавию, Великобританию, Россию, Южную Африку и даже в Новую Зеландию.

Все изменилось с началом Первой мировой войны. В мире стало не до легковушек. И хотя завод перешел на выпуск грузовиков для нужд кайзеровской армии, объемы производства не шли ни в какое сравнение с довоенными годами. Добил N.A.W. запуск во времена Третьего рейха гигантского автозавода в Вольфсбурге: его «народные автомобили» KdF («Жуки») были в три раза дешевле моделей N.A.W. И на этом гамельнский автопром приказал долго жить. Сегодня о нем напоминает лишь памятник там, где когда-то стояли заводские цеха.

В наши дни Гамельн  – настоящая туристическая Мекка. В любой день и в любую погоду здесь множество экскурсантов, восхищающихся красотами города. И каждый увозит отсюда не только незабываемые впечатления, но и непременный сувенир, так или иначе связанный с древней легендой (или былью?) о Крысолове.

Текст: Сергей Люшин

Фото: Е. С.

 

Остатки древнего поселения времен римского владычества, золотые украшения  и  другие  интересные вещи обнаружены в ходе работ по прокладке газопровода  Nordeuropäische Erdgasleitung (NEL). Это ответвление длиной в 440 километров –  продолжение нового, проложенного по дну Балтийского моря. По нему природный газ из Ямало-Ненецкого автономного округа в Западной Сибири через Балтику  поступает на приемный терминал в городке Любмине (Мекленбург-Передняя Померания), откуда его транспортируют дальше – в страны Европы, в том числе и к нам на северо-запад Германии.

Сейчас идет прокладка газовых труб в  районах Lüneburg, Rotenburg, Verden, Diepholz и Harburg. Однако прежде  чем к делу приступают экскаваторы, участки, где пройдет топливная артерия, на короткий срок предоставляются в распоряжение археологов.

В руки ученых попал клад из 117 золотых украшений бронзового века, который обнаружили поблизости от городка Дипхольц. К особенно ценным находкам относится кольцо, украшенное древними египетскими жемчужинами второго столетия, а также женская фигурка из камня, созданная в IX тысячелетии до н. э., найденная на берегу реки Везер.

Раскопки ведутся в 130 различных местах. Удивительно, что обнаруженные экспонаты и захоронения разных времен отнюдь не пострадали от интенсивного сельского хозяйства. Отчасти это объясняется тем, что торфяные почвы, распространенные в Нижней Саксонии, – естественный консервант и надолго сохраняют те сокровища, которые в далекие времена угодили в болотную топь.  И если  археологи нередко добывают лишь жалкие черепки, то теперь исследователи получили целое поселение, в котором узнаваем фундамент складского помещения и валуны,  служившие ограждением колодца неподалеку от того места, где было кострище. На смену открытому огню спустя тысячелетия в эти места пришел российский газ –  к особой радости археологов. Иначе как бы им досталось такое обширное поле деятельности?

Текст: Екатерина Филиппова

В самом начале марта коренные жители архипелага отмечают знаменательную дату: ровно 60 лет назад Великобритания вернула Германии их родину.

История Гельголанда, пожалуй, гораздо интереснее, чем он сам – этот крохотный клочок суши, затерявшийся в Северном море. Остров, расположенный примерно в полусотне километров от устья Эльбы, столетиями был родным домом для рыбаков и прибежищем для пиратов. В XIV веке здесь укрывались дружки знаменитого главаря морских разбойников Клауса Штёртебекера (Klaus Störtebeker).

В те времена остров часто переходил из рук в руки: в XVII веке был захвачен датчанами, а в 1807 году стал владением британской короны. К тому времени он был уже архипелагом: в 1721 году сильные штормы разрушили естественную дамбу, связывавшую основной скалистый Гельголанд с его низменной песчаной частью. Так на картах появился второй остров, получивший название Дюна.

В 1826 году здесь устроили курорт, а еще через восемь лет открылось постоянное морское сообщение с Гамбургом. Именно здесь, на тогда еще британском Гельголанде, известный немецкий поэт и филолог Август Генрих Гофман фон Фаллерслебен (August Heinrich Hoffmann von Fallersleben) в 1841 году написал текст песни, ставшей впоследствии национальным гимном Германии. В ней говорилось о давней мечте раздробленных на княжества и герцогства немцев – о едином Отечестве, которое было для них превыше всего: «Deutschland, Deutschland über alles!».

В 1890 году Великобритания передала острова Германии в обмен на Занзибар и некоторые колониальные территории и права в Африке. Немецким Гельголанд оставался вплоть до конца Второй мировой. В то время архипелаг был местом базирования немецких подводных лодок. 18 апреля 1945 года британская авиация подвергла его массированной бомбардировке, однако разрушенными оказались только дома местных жителей: вырубленные в скалах ангары для субмарин почти не пострадали. Заняв архипелаг, англичане сделали из него полигон для военно-морской авиации, на семь лет объявив зоной, закрытой для гражданского населения. 2 500 жителей выселили на материк, а руины их домов стали целями для молодых летчиков, обучавшихся бомбометанию.

На островах буквально не осталось живого места: не случайно англичане называли архипелаг Hell-go-land – то есть, «земля, идущая в ад». В апреле 1947 года их командование приказало подорвать обнаруженный здесь огромный запас боеприпасов с общим весом взрывчатки 6 700 тонн – 4 000 торпедных зарядов, около 9 000 глубинных бомб и более 90 000 гранат, с которыми нужно было что-то делать. Заодно британские военные решили покончить с подземными бункерами, которыми был пронизан скалистый Гельголанд.

«Big Bang» («Большой бум»), как неофициально называли англичане эту операцию, стал самым мощным на то время неядерным взрывом в истории человечества. Облако дыма и пыли поднялось на высоту 9 км. Был риск, что  архипелаг вообще уйдет под воду, но острова устояли. Хотя от базы подлодок в южной части Гельголанда остался лишь гигантский кратер, часть бункеров с гражданскими бомбоубежищами почти не пострадала – здесь, кстати, можно побывать и сегодня. Из-за этого колоссального взрыва архипелаг попал в поле зрения мировой общественности. Его бывшие жители, разбросанные по северу Германии, усмотрели знак судьбы в стойкости многострадального Гельголанда и начали борьбу за его возвращение.

20 декабря 1950 года студент-теолог университета Гейдельберга Рене Лёйдесдорф (René Leudesdorff) вместе со своим приятелем Георгом фон Хатцфельдом (Georg von Hatzfeld) провел первую в послевоенной Германии серьезную акцию гражданского неповиновения союзническим оккупационным властям. С помощью рыбаков молодые люди высадились на Гельголанд, после чего англичане были вынуждены временно прекратить бомбометания на полигоне. Парни подняли там флаги Германии, «Европейского движения»  и самого архипелага. Укрывшись в бывшей зенитной башне, продержались в запретной для гражданских лиц зоне две ледяные ночи, став героями в глазах немцев. Для всей страны они стали «спасителями Гельголанда», выразив таким образом протест против бомбардировок архипелага и высылки его жителей.

На некоторое время студенты даже оказались во главе движения бывших островитян, которые, впрочем, тоже даром времени не теряли. Они издавали газету «Гельголанд», слали телеграммы протеста федеральному канцлеру Конраду Аденауэру (Konrad Adenauer), в британский парламент, командованию королевских военно-воздушных сил, даже папе римскому. В январе 1951 года Бундестаг единогласно принял решение потребовать от Великобритании возврата островов, затем по этому вопросу была проведена специальная конференция в Киле, на которой и наметился прорыв. Через несколько дней Великобритания заявила о возможности передачи островов Германии, что и произошло спустя год – 1 марта 1952 года. Но еще вплоть до 21 февраля на Гельголанд падали бомбы.

Восстанавливали архипелаг всей страной. Правда, первые здания были построены только спустя год, в мае 1953-го, поскольку территорию сначала надо было разминировать. Саперы обезвредили тогда около 200 000 бомб, гранат и других боеприпасов.

Сорок лет спустя немецкие власти решили, что «спасители Гельголанда» достойны государственных наград. 30 сентября 1993 года президент Германии Рихард фон Вайцзекер (Richard von Weizsäcker) вручил Рене Лёйдесдорфу и Георгу фон Хатцфельду федеральные кресты «За заслуги» I класса. В 2010 году каждому из них было присвоено звание почетного гражданина общины Гельголанд – Георгу, к сожалению, посмертно. Евангелическому пастору Рене Лёйдесдорфу сейчас уже за 80, он живет во Фленсбурге, но на празднование юбилея обещал обязательно приехать.

Сегодня архипелаг  – часть федеральной земли Шлезвиг-Гольштейн, административно относится к округу Пиннеберг, соседу Гамбурга. С материковой энергетической системой Гельголанд соединен подводным кабелем длиной 53 км. Его общая площадь – всего лишь 1,7 кв. км. Были планы увеличить ее вдвое, засыпав грунтом почти километровый пролив между главным островом и Дюной, но с этим проектом местные жители пока решили повременить. Будущее архипелага здесь теперь связывают с обслуживанием ветровых  генераторных установок, расположенных в Северном море неподалеку от Гельголанда.

Текст: Андрей Нелидов

Новым руководителем представительства Торгово-промышленной палаты Гамбурга  на северо-западе России стала госпожа д-р Габриеле Кёчау (Dr. Gabriele Kötschau). Ее предшественник д-р Штефан Штейн возглавит филиал  в Калининграде.

Госпожа Кёчау, юрист по образованию, в 1981 году защитила докторскую диссертацию на тему «Избирательная система в СССР на примере выборов в Верховный Совет СССР». Имеет многолетний опыт дипломатической, политической и управленческой работы.

Несколько лет она  занимала пост генерального директора секретариата Совета государств Балтийского моря (CBSS) в Стокгольме. Почти 10 лет была вице-президентом земельного парламента Шлезвиг-Гольштейна.

Представительство Handelskammer Hamburg в Санкт-Петербурге — важное связующее звено между предпринимателями Гамбурга и города на Неве – курирует Северо-Западный регион России. «В реализации проектов на северо-западе России у наших фирм  – большой потенциал. Для них представляют интерес многие секторы российской экономики, особенно здравоохранение и энергетика. Перспективен этот регион и для предприятий гамбургского порта», – считает г-жа  Кёчау.  В своей деятельности она не будет ограничиваться только фирмами в городе-побратиме Гамбурга, а распространит свою работу и на другие области северо-западного региона России.

Деятельность представительства  в Санкт-Петербурге охватывает,  кроме Ленинградской,  еще и Архангельскую, Мурманскую, Новгородскую, Псковскую и Вологодскую области, а также Карелию, то есть регион с населением 14 млн. чел.  и с  площадью в четыре с половиной раза больше территории Германии.

В планах представительства  –  регулярные консультации в Гамбурге для немецких фирм, заинтересованных в развитии отношений с Россией.  Своей задачей новый представитель Торговой палаты Гамбурга считает  помощь в установлении партнерских отношений между фирмами мегаполиса на Эльбе и Санкт-Петербурга, организацию визитов в город на Неве, поддержку  гамбургских фирм в первые месяцы работы на российской земле.  Уже запланирован семинар для бизнесменов, делающих первые шаги на российском рынке, а также конференции  и рабочие встречи с участием российских политиков и предпринимателей.

Контакт:

Handelskammer Hamburg, Vertretung St.-Petersburg, Dr. Gabriele Kötschau,  телефон: 007-812-3237991, info@spb.hk24.biz.