Bei uns in Hamburg

Category: Музеи Гамбурга

  • Музеи Гамбурга – Музей эмиграции BallinStadt

    Музеи Гамбурга – Музей эмиграции BallinStadt

    Текст: Андрей Нелидов
    Фото: Интернет, Auswanderermuseum BallinStadt Hamburg
    В Музее эмиграции BallinStadt развернута выставка, посвященная известному гамбургскому предпринимателю Альберту Баллину (Albert Ballin, 1857–1918) и приуроченная к 100-летию со дня его кончины.IMG_0657
    Став генеральным директором судовладельческой компании HAPAG (Hamburg-Amerikanische Packetfahrt-Actien-Gesellschaft), Баллин превратил ее в мирового лидера в сфере пассажирских перевозок. Уроженец Гамбурга заново открыл для европейцев Америку, куда они с его помощью уезжали в поисках лучшей доли.

    Колумб с берегов Альстера
    Германия не всегда была объектом притяжения для иммигрантов из других стран. История ее собственной массовой эмиграции насчитывает уже несколько столетий, начинаясь во времена колонизации Америки. На этом фоне кажутся мгновением те двенадцать лет правления нацистов, что вызвали последнюю волну лавинообразного исхода немцев. Но даже сегодня относительно благополучную Германию ежегодно покидают более ста тысяч человек – в надежде на лучшее будущее в Канаде, США, Австралии, Новой Зеландии и других странах за пределами Европы.
    IMG_0654В конце ХIХ и начале ХХ века гамбургский предприниматель Альберт Баллин вместе с компанией HAPAG уменьшил население Германии на несколько миллионов человек, построив свой бизнес на их мечтах о счастье за океаном. Но это не мешает сегодняшним поколениям гамбуржцев относиться к нему с уважением. Его имя носит одна из набережных внутреннего Альстера – Ballindamm, на которой расположен центральный офис HAPAG (с 1970 года – HAPAG-Lloyd).
    На стыке XIX и XX веков более пяти миллионов человек из многих стран Европы покинуло наш континент, устремляясь отсюда в Америку, Канаду или Австралию. Местом их прощания со Старым Светом гамбургский порт стал не случайно – отсюда регулярно отправлялись пароходы компаний, тарифы которых позволяли купить билеты даже не очень состоятельным эмигрантам. Да и сам Баллин сделал многое для того, чтобы расценки для бедняков были не слишком велики.
    Именно он предложил использовать для перевозки таких пассажиров твиндек – междупалубное пространство с минимумом комфорта, что позволяло брать на борт гораздо больше эмигрантов, из-за своей бедности не претендующих на каюты. Место в твиндеке обходилось в 82 марки, однако благотворительностью это не было – компания просто зарабатывала на обороте, поскольку желающих покинуть Европу даже в таких спартанских условиях всегда хватало с лихвой. Сам Баллин позже признавался: «Без этих пассажиров я через несколько недель был бы уже банкротом».

    По стопам отца
    Альберт Баллин родился в 1857 году в Гамбурге. Он был тринадцатым ребенком в еврейской семье выходцев из Дании. Отец его, Самуэль Баллин (Samuel Joseph Ballin), торговал сукном, но, как и многие другие предприниматели в городе, лишился средств после пожара 1842 года. Тогда он взялся продавать билеты на суда, идущие за океан, потом благодаря полученному женой скромному наследству стал совладельцем небольшого агентства Morris & Co, утрясавшего необходимые формальности для отъезжающих эмигрантов.
    Его младший сын получил сносное по тем временам школьное образование, хотя особыми успехами не блистал. Зато с удивительной для мальчишки прозорливостью Альберт налегал на изучение английского языка. Служебную карьеру ему пришлось начать уже в 17 лет после смерти отца – в 1874 году он стал сотрудником агентства, а через пару лет возглавил фирму.
    Возросший к тому времени поток желающих уехать за океан приносил ему стабильный доход. Благодаря постоянным контактам с британскими и американскими коммерсантами молодой человек совершенствовал не только свой английский язык, но и навыки бизнесмена и менеджера. Будучи подданным Германии, он до конца своей жизни останется англофилом.

    Путь в HAPAG
    В начале 80-х годов ХIХ века уезжавшие в Америку сначала садились в Гамбурге на небольшие суда, следовавшие в Англию, где и пересаживались на океанские пароходы. Альберт Баллин мечтал о прямых перевозках из Гамбурга в Нью-Йорк. И вот однажды молодой коммерсант уговорил владельца пароходной компании Carr-Linie Эдварда Карра (Edward Carr) выделить два парохода целиком под перевозку эмигрантов. До этого пассажиры были на таких судах лишь дополнением к остальному грузу, ведь основным бизнесом транспортных компаний была перевозка товаров. Использование пароходов без особых удобств для пассажиров позволяло снизить цены на билеты и гарантировало распродажу всех имеющихся мест с неплохой прибылью.
    IMG_06557 июня 1881 года из Гамбурга вышло первое судно с 580 эмигрантами на борту. А через два года компания Карра, с которой работал Баллин, имела уже пять пароходов и перевозила в год 16 500 пассажиров. В 1882 году агентство Morris & Co оформляло 17% всех пасажиров, уезжавших в США. Так начиналась конкурентная борьба Карра и Баллина с компанией HAPAG, которой в результате пришлось снизить цены со ста двадцати марок за место до восьмидесяти.
    Поток пассажиров возрастал, в том числе за счет эмигрантов из России, где после убийства царя Александра II участились еврейские погромы, потенциальные жертвы которых вынуждены были искать спасения за океаном. Для их перевозки требовалось все больше судов, рынок активно развивался. В результате слияния судовладельческих компаний Баллин оказался в одной упряжке со своим недавним конкурентом HAPAG. Благодаря незаурядным способностям, проявленным на посту главы пассажирской службы этой компании, он через несколько лет входит в правление предприятия, а в 1899 году становится его генеральным директором.

    Круизы – его идея
    Баллин не был совладельцем компании, а только ее служащим. Но он был весьма эффективным менджером, говоря сегодняшним языком. Незаурядный стратегический талант к управлению бизнесом помогал ему шаг за шагом продвигать свою компанию в мировую элиту пассажирских перевозок. Было у него и техническое предвидение – он сделал ставку на быстроходные суда с двумя гребными винтами, когда это считалось еще сомнительным и рискованным решением.
    Именно Баллин сделал самостоятельным направлением бизнеса морские круизы, главной целью которых является не переезд морем из одного порта в другой, а сам отдых на борту судна в южных широтах, совмещенный с заходами в порты с чисто экскурсионными целями. Это по его предложению HAPAG в январе 1891 года впервые отправил в круиз по Средиземному морю один из крупнейших в то время немецких лайнеров Augusta Victoria, и места на судне были раскуплены все до единого.
    В начале ХХ века HAPAG во главе с Баллином был уже крупнейшей в мире судовладельческой компанией, имеющей 58 собственных пароходов и еще 113 зафрахтованных. Несмотря на все свои успехи, Баллин так и не стал своим для консервативных местных предпринимателей. Свою роль сыграли здесь как его нестандартные бизнес-идеи вроде активного использования рекламы, так и незнатное происхождение. К религии он был равнодушен, но отказался менять веру и на контакты особо не напрашивался, предпочитая держать дистанцию по отношению к коллегам, не был даже членом Торговой палаты Гамбурга. При этом к нему благоволил император Вильгельм II, не раз посещавший его дом на Feldbrunnenstraße.
    Первая мировая война стала для Альберта Баллина трагедией. Дело его жизни оказалось под угрозой: Великобритания блокировала морские коммуникации, часть судов HAPAG была конфискована французами и англичанами в зарубежных портах. Компании, не связанные с вооружениями или снабжением войск, терпели убытки и разорялись. Германия была на грани революции.
    Баллин постепенно упускал нити управления HAPAG, его попытки использовать свои связи в США и Великобритании для переговоров с немцами были обречены на неудачу. Он понимал, что после войны ему будет уже не под силу поднять компанию на прежний уровень, его постоянным спутником стала депрессия. 9 ноября 1918 года – в день отречения кайзера от престола – Альберт Баллин покончил с собой.

    Музей эмиграции
    В 1901 году по инициативе Баллина на портовом острове Veddel началось строительство корпусов для эмигрантов, которым порой приходилось долгое время ожидать отправления судов. На берегу Эльбы вырос городок, рассчитанный на пять тысяч человек и названный в честь его основателя – BallinStadt. Он состоял из трех десятков зданий, где, кроме жилых помещений, были столовые, больница, баня, церковь и синагога. Проживание было включено в цену билета.

    Abendstimmung Ballinstadt
    Спустя много лет на этом месте по решению гамбургских властей был создан Музей эмиграции. Именно там открыта сейчас выставка «Человек действия. Альберт Баллин» (Tatmensch. Albert Ballin), которая продолжится до 15 августа. Музей находится рядом со станцией Veddel (S3, S31) по адресу: Veddeler Bogen 2, 20539 Hamburg. Он работает без выходных, с апреля по октябрь открыт с 10 до 18 часов. Вход – 13 евро, льготный билет – 11, детский – 7 евро. Более подробная информация – на сайте музея (www.ballinstadt.de).

  • Музеи Гамбурга – Музей порта – барк Peking

    Текст: Андрей Нелидов

    К родным берегам
    Наш город постепенно обустраивает Музей порта, главным экспонатом и символом которого должен стать четырехмачтовый барк Peking, построенный в Гамбурге более ста лет назад. В июне парусник прибудет из Нью-Йорка на берега Эльбы.
    С началом весны многие жители нашего города на выходные частенько выбираются поближе к морю. А ближе всего к нам Балтийское побережье – до Травемюнде от силы час езды на машине, да и поездом не намного дольше. Тут и свежий морской воздух, и широкий променад для неспешных прогулок, и летнее раздолье песчаного пляжа, чего нам в городе особенно не хватает. Но есть еще один предмет белой зависти – там, в устье реки Траве, стоит на приколе красавец-парусник, который отлично смотрелся бы у нас на Эльбе. И самое обидное, что этот четырехмачтовый барк Passat является частью именно гамбургской истории, поскольку построен был на гамбургской верфи для гамбургской судовладельческой компании.
    Однако заявлять свои права на него мы не можем: в 1959 году у города была возможность оставить Passat себе, когда его списали и готовили к утилизации. Тогда любекские власти проявили больше здравомыслия и выкупили судно за 315 000 марок, чтобы отремонтировать и сделать из него плавучий музей. Теперь парусник по праву является символом Травемюнде. Так что все по-честному – гамбуржцы не могут винить в случившемся никого, кроме самих себя.
    Но мысль о том, чтобы пополнить наш Музей порта достойным экспонатом в виде крупного парусного судна с интересной биографией, не давала покоя многим местным энтузиастам. В 2003 году во время очередного выхода в море под парусом гамбургский яхтсмен Хеннинг Шварцкопф (Henning Schwarzkopf) познакомился с американским коллегой по хобби. По счастливой случайности тот оказался членом общественного совета нью-йоркского музея South Street Seaport, экспозиция которого развернута на южной оконечности Манхэттена, рядом с Бруклинским мостом. Именно этому музею с 1974 года принадлежал четырехмачтовый барк Peking – судно, которое гамбуржцы с давних пор держали в поле зрения.
    За долгие десятилетия парусник, пришвартованный у пирса № 16 на Ист-Ривер, стал неотъемлемой частью нью-йоркского городского ландшафта. Но для немцев он дорог по-особенному: во-первых, на его корме белым по черному обозначен прежний порт приписки – Hamburg; во-вторых, Peking – это близнец любекского барка Passat. Оба они были построены в 1911 году по одним и тем же чертежам гамбургской верфью Blohm & Voss. Хеннинг Шварцкопф и его единомышленники стали активно прощупывать почву для возвращения парусника на родину.

    Летучие гамбуржцы
    А теперь обратимся еще дальше в прошлое, чтобы рассказать о старой гамбургской судовладельческой компании F. Laeisz (FL), созданной в 1824 году. Ее основателем и первым владельцем стал 23-летний предприниматель Фердинанд Лайс. Впоследствии он передал процветающую фирму в руки своего сына Карла (Carl Laeisz), который смог приумножить состояние отца. Но даже в начале ХХ века, когда возможности торгового флота полностью определялись паровыми двигателями, компания наряду с пароходами активно использовала на трансатлантических рейсах крупные парусники, сделав ставку на их высокую скорость и надежность. До конца 20-х годов FL занималась доставкой в Европу чилийской селитры, и ее надежные суда успешно огибали на пути опасный для мореплавателей мыс Горн. Из-за фирменной аббревиатуры британские моряки дали быстроходным лайнерам негласное обозначение «FLying P-Liner», то есть «летучие, летящие».
    А центральное «Р» здесь напоминает о введенной Карлом Лайсом традиции называть построенные по его заказу корабли именами или словами, начинающимися на букву «П». Из общей численности корпоративного флота (86 судов) таковых оказалось 66. Началось все в 1857 году с деревянного барка Pudel – так К. Лайс в шутку называл свою кудрявую жену Софи (похоже, с чувством юмора у супругов все было в порядке). Но самый известный нам Flying P-Liner – последний, построенный по заказу FL в 1926 году как Padua. И мы все хорошо его знаем – это базирующийся в Калининграде российский учебный парусник «Крузенштерн», единственное судно той гамбургской флотилии, до сих пор бороздящее просторы мирового океана.
    Говорят, когда немцы после войны по репарациям передавали Советскому Союзу будущие учебные суда «Крузенштерн» и «Седов», представитель Германии в отчаянии воскликнул: «Господи, что же вы с ними делать-то будете?». Он знал, что в мире к тому времени осталось довольно мало специалистов по работе с парусами на больших судах, и тем более не предполагал, что они найдутся в СССР. Но по иронии судьбы российские «Крузенштерн» и «Седов» до сих пор находятся в строю действующих.

    Восемь сестер
    Компания FL много экспериментировала с составом грузовых парусников. Одно время руководство делало ставку на огромные пятимачтовые суда, но те в конечном счете не оправдали себя экономически, хотя могли перевозить до 8 000 тонн груза. К тому же на их счету есть рекорд скорости – в 1904 году барк Potosi затратил на путь из Чили в Англию 57 дней, что тогда считалось большим достижением. Более выгодными для перевозки селитры оказались четырехмачтовые барки, хотя они принимали на борт примерно вдвое меньше груза. Именно такие суда с длиной корпуса около 100 метров компания заказывала в последние годы. Всего их было восемь.
    Корабли одного проекта моряки обычно называют систершипами, то есть «кораблями-сестрами» (от английского «sister ship»; то же и в немецком языке – Schwesterschiff). Почему не «братьями»? Потому, что в английском и немецком языках судно по традиции женского рода – но не видовое понятие (das Schiff), а конкретный экземпляр. Поэтому судно по-немецки die Passat, хотя сам ветер, как и модель машины марки Volkswagen – der Passat.
    «Великолепную восьмерку» компании FL тоже принято называть «сестрами», но формально они систершипами не являются. Шесть судов из восьми сошли со стапелей гамбургской верфи Blohm & Voss, тогда как Pangani и Padua строились в Геестемюнде (Бремерхафен), причем с разницей в 23 года – Pangani в 1903-м, а Padua в 1926-м. За такой большой срок необходимых изменений в проекте не избежать. Это справедливо и в отношении разделенных временем гамбургских барков – например, Petschili (1903) и Priwall (1917). Настоящими систершипами можно считать лишь две пары близнецов – построенные в 1911 году Passat и Peking, а также барк Pola (1916) и его «погодок» Priwall.
    Членом «восьмерки» был еще Pamir (1905), но он в 1957 году затонул во время жестокого урагана. К настоящему моменту из парусной флотилии FL уцелели в борьбе со временем только три судна, причем в Германии находится лишь одно из них – Passat. С учетом этого интерес гамбуржцев к барку Peking вполне объясним.

    Возвращение на родину
    Осенью 2012 года над восточным побережьем США пронесся ураган «Сэнди», который среди прочего нанес большой ущерб экспозиции нью-йоркского музея South Street Seaport. Пострадал в том числе и Peking, на ремонт которого у руководства уже не хватало средств. Поэтому оно сообщило, что готово передать судно заинтересованным организациям Гамбурга на безвозмездной основе. Правда, на условиях самовывоза. Без дополнительного укрепления корпуса барк, находящийся не в лучшем состоянии, вряд ли выдержит долгий морской путь из Америки к берегам Эльбы. Подготовка судна к перевозке через океан и сама транспортировка стоят больших денег, поэтому фонд Stiftung Hamburg Maritim начал искать возможности для финансирования проекта.
    Коренной перелом произошел в 2015 году, когда гамбургские депутаты Бундестага сумели убедить своих берлинских коллег выделить на развитие Музея порта 120 млн евро, из которых 26 млн предназначались для доставки в Германию и ремонта барка Peking. Тем самым проект обрел конкретные очертания. В сентябре прошлого года судно отбуксировали с Ист-Ривер на соседний остров Стэйтен-Айленд, где на верфи Caddell специалисты занялись укреплением его корпуса.
    Из-за того, что в Атлантике нередки зимние штормы, транспортировку барка перенесли на конец мая. Пересекать океан самостоятельно Peking не может, поэтому перевозить его будет один из кораблей-доков бременской компании Combi Lift. Целых пять фирм заявили о своем желании заняться восстановлением будущего судна-музея. Кому именно достанется этот почетный заказ, станет известно позднее. О том, как в Гамбурге готовятся к приему парусника, мы расскажем в последующих номерах журнала.

  • Музеи Гамбурга – Hamburger Kunsthalle

    Под девизом «Die Kunst ist zurück» открылся после масштабной реконструкции Hamburger Kunsthalle. Этот поистине гигантский проект по переоборудованию и модернизации всего музейного комплекса реализован благодаря финансовой поддержке предпринимателя и мецената Александра Отто в размере 15 миллионов евро, а также 7 миллионам евро, выделенным нашим Сенатом из городской казны. Все работы проведены в срок и в рамках бюджета.

    Hamburger Kunsthalle – музей с типично гамбургской судьбой. С момента основания до сегодняшнего дня в развитии и становлении музея – и самих зданий, и собраний – самое непосредственное и активное участие принимают горожане: деятели искусства, политики, меценаты. Сама идея создания постоянно действующей экспозиции родилась в кулуарах общества любителей изобразительного искусства Kunstverein in Hamburg. Его членами были художники, скульпторы, архитекторы, коммерсанты, врачи, историки, дипломаты – люди самых разных профессий, которых объединяла любовь к искусству и к Гамбургу.

    В декабре 1865 года заложили фундамент нового музея на выделенном городскими властями участке, и в августе 1869-го двери нового музея открылись для посетителей. Строительство было профинансировано типично по-гамбургски: две трети из пожертвований горожан и только одна – из городской казны. Тем не менее этот музей, один их немногих в Германии, до сих пор платит за аренду зданий городу, причем в полном объеме.

    Hamburger Kunsthalle состоит из трех соединенных между собой построек: Altbau (старое здание), Neubau (новое здание) и Galerie der Gegenwart (галерея современности).
    Altbau (1863-1869). Первое здание построено по проекту берлинских архитекторов Георга Теодора Ширрмахера и Германа фон дер Худе. Фасад сделан из красного кирпича в стиле итальянского Ренессанса с мнимыми арками, обрамляющими барельефы известных художников. По краям главного и угловых порталов – 36 медальонов с портретами выдающихся деятелей изобразительного искусства. В верхней части здания – статуи мастеров XVIII-XIX веков различных жанров: живописи, скульптуры, архитектуры и графики, представленных в экспозиции музея. В нижней части, в небольших нишах боковых порталов, – фигуры Микеланжело и Рафаэля, как дань гениям прошлого. Возникновение всех этих скульптур стало возможным исключительно благодаря инициативе и благотворительности горожан.
    Как и многие другие музеи, старое здание Hamburger Kunsthalle оснащено стеклянными потолками. В прошлом это позволяло обходиться без вредных для картин газовых ламп или свечей. Дневной свет, падающий через стеклянный купол и потолок из молочного стекла, проникал в выставочные залы и был почти идеальным для осмотра картин. Но роскошь созерцания шедевров была возможна только в светлое время суток. Кроме того, отопление в принципе было большой проблемой из-за образования конденсата на стеклянных поверхностях.

    Neubau (1909-1919). 
    Для расширения собраний музея возвели новое здание по проекту архитектора Фрица Шумахера. Выставочные площади увеличились на 6 тысяч квадратных метров. В противовес пафосному старому зданию новое строение кажется демонстративно простым, даже несколько безвкусным. Но светлые фассады из ракушечного известняка и своеобразный запоминающийся купол надолго стали визитной карточкой музея, главный вход в который перенесли в сторону центрального вокзала.
    В небольшом строении, соединяющем Altbau и Neubau, с 1923 года проводились доклады, концерты, спектакли и заседания общества «Freunde der Kunsthalle». В 2004 году на пожертвования предпринимателя и мецената Хуберта Вальда это помещение было переоборудовано в выставочный павильон Hubertus-Wald-Forum, в котором проходят, как правило, тематические экспозиции и показы произведений искусства из других музеев.
    Galerie der Gegenwart (1985-1997). О втором значительном расширении музейного комплекса долго спорили деятели культуры, политики и общественность. Провели открытый конкурс, который выиграл архитектор из Кельна Освальд Матиас Унгерс. Из нужных 104 миллионов марок город предоставил 74 миллиона, а остальные средства собрали горожане, меценаты и различные благотворительные фонды. Здание галереи современности состоит из двух частей – четырехэтажный куб из белого песчаника расположился, как на пьедестале, на красном гранитном цоколе, по цвету похожем на первое здание музея – Altbau.

    В начале коллекция Hamburger Kunsthalle пополнялась за счет подаренных частными лицами произведений искусства, отвечающих вкусам своего времени. Лишь благодаря первому директору музея Альфреду Лихтварку, вступившему в должность в 1886 г., музейный фонд обрел системность. В нем появился отдел средневекового искусства, представленного Бертрамом, Франке и Хинриком Фунхофом. 
    Однако особое внимание уделялось искусству XIX века. Были приобретены произведения Макса Либермана, с которым дружил Лихтварк, Ловиса Коринта, Андерса Цорна, Эдуара Вюйара, Пьера Боннара и других художников, писавших виды Гамбурга. Теодор Хаген представлен несколькими пейзажами гамбургского порта. Альфред Лихтварк ознакомил широкую общественность с творчеством Каспара Давида Фридриха и Филиппа Отто Рунге. Полотна импрессионистов появились в собрании благодаря влиянию Макса Либерманна.
    Коллекции голландских мастеров и Гравюрного кабинета (Kupferstichkabinett) возникли из частных собраний, завещанных музею, и были расширены благодаря активной закупочной политике Лихтварка на художественных аукционах Парижа и Лондона. При этом директоре было также приобретено 2499 монет и медалей, часть которых представлена в Монетном кабинете.

    Преемник Лихтварка Густав Паули, возглавлявший до этого художественный музей в Бремене, реализовал научный подход к формированию фондов Гравюрного кабинета. В коллекции появились работы известных художников-экспрессионистов Оскара Кокошки и Франца Марка. В 1933 году Паули был освобожден от занимаемой должности за распространение художественных произведений модерна.
    С 1933 по 1946 год руководство музея менялось несколько раз. Один директор раздарил 900 картин для украшения офисов чиновников, другой выполнял обязанности директора временно. В рамках акции национал-социалистов «Entartete Kunst» (дегенеративное искусство) в 1937 году из музея были изъяты 72 картины, среди которых – работы Кокошки, Марка, Пикассо, Нольде и Кирхнера, около 300 акварелей и рисунков, чуть меньше тысячи литографий, офортов и эстампов. Некоторые были проданы за границу, но большая часть просто уничтожена.
    Сегодня музей обладает коллекциями произведений искусства восьми столетий. В собрание Alte Meister входит северо-германская живопись XV-XIX веков, работы голландских мастеров XVII века, итальянской (XIV-XIX вв.) и французской (XVI-XVIII вв.) художественных школ. В галерее XIX века – полотна немецких художников от классицизма до импрессионизма и французская живопись второй половины XIX века.

    Собрание немецкой живописи Klassische Moderne, после многих потерь во времена фашизма, в последние годы пополнено подаренными и приобретенными ценными экспонатами. Галерея современности – это не только выставки признанных мастеров сегодняшнего дня, но и площадка для экспериментов в разных стилях и формах для еще не ставших «классиками» молодых художников.
    Помимо обширной постоянной экспозиции, в Hamburger Kunsthalle проходят тематические выставки произведений из музеев и частных коллекций всего мира.
    Роскошь фасадов и интерьеров, шедевры в экспозиционных залах, интерактивные музейно-педагогические проекты, новейшее высокотехнологичное оснащение всех помещений – от гардероба до ресторана – таков сегодня исторический и в то же время современный Храм искусства – Hamburger Kunsthalle – музей, созданный гамбуржцами нескольких поколений для поколений сегодняшних и будущих.
    (www.hamburger-kunsthalle.de)

    Цифры и факты реконструкции:

    – 24 942 кв. м. покрашенных стен и потолков
    – 4 100 кв. м. передвижных стен для запасного фонда
    – 3 293 кв. м. нового паркета
    – 1 200 кв. м. акустических потолков
    – 1.151 кв. м. отреставрированного исторического мозаичного пола
    – 140 новых дверей 
    – 37 отреставрированных исторических дверей
    – 3 лифта для посетителей
    – 2 подъемные грузовые платформы 
    – новые системы освещения, отопления, электрообеспечения, очистки воздуха, сигнализации и противопожарной безопасности.

  • Музеи Гамбурга – Музей школы

    Текст: Максим Науменко

    «Мальчишки и девчонки, а также их родители… Увидеть не хотите ли?»

    image

    Привет, уважаемый читатель! Задумывался ли ты когда-нибудь, как много еще у нас в Гамбурге неизвестных тебе интересных мест? Я вот до сих пор удивляюсь, но с тем большим интересом открываю для себя все новые и новые страницы огромной «книги»  нашего мегаполиса на Эльбе.

    Побывал я на днях в одном очень интересном заведении. Честно скажу, еще недавно вообще не подозревал о его существовании, а потом коллеги рассказали, за что им огромное спасибо! Так вот, в нескольких десятках метров от самой оживленной и экстравагантной улицы нашего города под названием Репербан находится Музей школы. Целенаправленно заявившись туда, понял, что проходил мимо не раз, но вот не удосужился обратить внимание на эту табличку.

    Впрочем, оправданием вашему покорному слуге может служить то обстоятельство, что проходил он там исключительно в вечернее время при не очень хорошем освещении 🙂

    Ну так вот, заявился я туда чуть позже открытия (музей работает с 10 до 16 часов), рассчитывая в спокойной обстановке обойти все этажи, рассмотреть и оценить все в подробностях. Парадный вход я миновал без происшествий, но за дверью меня поджидал этот милый дядечка – наверняка именно так выглядели школьные смотрители сто лет назад. И сразу стало понятно, что внутрь просто так не проберешься.

    А о спокойствии пришлось забыть сразу же после внесения входной пошлины в триевро – в музее уже было несколько групп младшеклассников под предводительством симпатичных учительниц. Конечно же, дети вели себя очень эмоционально, хотя относительный порядок, надо сказать, соблюдался – учительницы оказались довольно строгими 🙂

    И я видел, что школьникам действительно интересно. Да и вряд ли может быть скучно, когда экскурсовод показывает тебе, восьмилетнему, парту двадцатых годов прошлого века или гусиное перо и баночку чернил – «предков» современных навороченных ручек и карандашей. А еще причудливая школьная форма, приборы восемнадцатого века, использовавшиеся на уроках химии и биологии во времена царствования императора Вильгельма… Впрочем, что-то я заговорился. Не буду в подробностях описывать все музейные коллекции – сами все увидите, лучше  поговорим об истории самого музея.

    Официальный день его основания – 21 октября 1991 года. Но предыстория началась примерно за три года до этой знаменательной даты. Тогда прошла ревизия складов и архивов гамбургских школ, в ходе которой было найдено более десяти тысяч интересных с точки зрения истории школьного обучения экспонатов. Инициатором  отбора выступил профессор Гамбургского университета доктор Райнер Лебергер (Prof. Dr. Reiner Lehberger), который в своем исследовании «Гамбург во времена национал-социализма» пришел к выводу, что в школах все больше и больше исторически ценных предметов утилизируется, а то и вовсе уничтожается.

    imageТогда и  решили собрать все найденные экспонаты и документы в одном музее и  таким образом спасти их. И вот  при поддержке тогдашнего главы земельного школьного совета Вольфганга Некеля (Wolfgang Neckel) и председателя общеобразовательного профсоюза Гамбурга (GEW) Ханса-Петера де Лорена (Hans-Peter de Lorent ) создали музейное сообщество,  а местом для музея выбрали Rudolf-Roß-Schule в районе Нойштадт.

    Музей школы задуман для того, чтобы хранить историю городской школы, а также для изучения этой истории в сотрудничестве с Гамбургским университетом. Обе задумки реализованы с блеском, и сейчас это – одно из самых посещаемых культурных мест нашего города. Каждый день сюда приходят юные из всех уголков Гамбурга. Впрочем, экспонаты музея можно увидеть в определенные дни и в Ратуше,   и в городской и университетской библиотеках, и в Hamburger Kunsthalle.

    В общем, дома музей не сидит и даже выезжает в другие города – выставки уже проводились в Любеке, Берлине и Рендсбурге. Своебразным венцом выставочной деятельности музея стала в 2002 году совместная с Локи Шмидт, ныне покойной супругой бывшего федерального канцлера Германии Гельмута Шмидта, работа под названием «Früchte der Reformpädagogik».

    Вот такой краткий экскурс в историю. В  2000 году музей в силу различных причин был вынужден переехать на новое место жительства, коим и стала бывшая Realschule Sankt Pauli. Хотя с переездом вроде бы не прогадали – шикарное место, можно сказать, самое сердце Гамбурга!

    Так что, уважаемые, дерзайте! Музей открыт каждый день, кроме выходных, с десяти утра до четырех часов дня. Если у вас есть детки школьного возраста, то обязательно берите их с собой, им будет там очень интересно. Фотоаппараты не приветствуются 🙂

    Если хотите в деталях узнать о предстоящих выставках или постановках, добро пожаловать на сайт музея www.hamburger-schulmuseum.de.

    Засим позвольте мне откланяться и отправиться на поиски новых мест в нашем городе, о которых еще не знает широкая публика. До следующей встречи!

     

  • Музеи- Европейский музей Ганзы – Любек

    Текст + фото: Константин Раздорский

    Главный ганзейский

    27 мая в Любеке федеральный канцлер Германии Ангела Меркель в присутствии многочисленных гостей торжественно откроет культурный объект континентального значения – Европейский музей Ганзы.

    Сейчас кажется странным, что раньше его не существовало. То есть, история  торгового союза, предвестника Европейского экономического сообщества, была, конечно, представлена в многочисленных экспозициях разных стран, однако ни одна из них не показывала в полной мере его континентального масштаба. Теперь этот масштаб отражен даже в самом названии – Europäisches Hansemuseum. Это самый крупный музей, посвященный Торговому союзу, да и возникнуть он мог, пожалуй, только в одном городе, который давно и по праву носит звание столицы Ганзы, – в Любеке.

    Даже разместился он там, где в общем-то и должен был, – на территории Старого города, хотя свободного места здесь практически нет. Тем более что исторический центр Любека является частью всемирного культурного наследия и как единый архитектурный объект находится под защитой ЮНЕСКО. С высоты птичьего полета Старый город, со всех сторон окруженный водой, напоминает каменный панцирь древней черепахи, расчерченный кварталами и увенчанный шипами семи церковных шпилей. Где-то у левой передней лапы этой гигантской Тортиллы и разместился новый музей, спиной прислонившись к склону холма, а лицом обратившись к портовому причалу, где обычно стоит ганзейское торговое судно «Lisa von Lübeck».

    Раньше на месте музея было общежитие для моряков, а под ним – бункер старого бомбоубежища, с которым пришлось изрядно повозиться строителям, готовившим котлован для новостройки. Места здесь было мало, но движение по улице Untertrave никто и не думал перекрывать, так что здание возводили у всех на глазах. Построили довольно быстро – за неполных два года. Правда, путь от первоначальной идеи до полностью готового музея оказался гораздо длиннее – полтора десятилетия.

    В 2004 году была создана рабочая группа, которая через два года представила первые предложения по оценке предполагаемого расположения объекта и технических возможностей его строительства. В 2007-м началось архитектурное планирование, в 2008-м появилось некоммерческое общество с ограниченной ответственностью, созданное для финансирования музея и управления им. В 2010 году городское  законодательное собрание утвердило проект строительства, а через два года на объекте начались подготовительные работы по демонтажу старого здания и бункера. Они были совмещены с археологическими раскопками – Ведомство по охране памятников всегда настороже, если в Старом городе копают глубже, чем на 30 сантиметров. Исторические находки привели к тому, что начало строительства несколько раз переносилось. Первый камень в фундамент будущего здания заложили 28 июня 2013 года.

    В апреле 2015-го объект был еще не совсем готов, но это не помешало ему стать местом деловой встречи министров иностранных дел стран Большой семерки, готовивших запланированный на лето саммит G7 в Баварии. Честно говоря, я так и не понял, зачем было приглашать дипломатов высшего ранга в недостроенное здание и тем самым излишне напрягать строителей и службы безопасности. Ведь  официальное открытие музея планировали только на конец мая, а в Любеке есть и  другие удобные места для переговоров. Согласитесь, что такой подход больше характерен для нашей с вами родины, чем для Германии. Впрочем, все в жизни меняется, и не всегда в лучшую сторону. После Elbphilharmonie и берлинского аэропорта уже ни в чем нельзя быть уверенным.

    Тем не менее, встреча министров состоялась и теперь навсегда останется в истории музея как первое официальное мероприятие в его стенах. По крайней мере, гамбургское архитектурное бюро Andreas Heller точно не ударило в грязь лицом перед высокими гостями: проект действительно впечатляет. Современное здание в два уровня, облицованное темно-коричневым клинкерным кирпичом, прекрасно вписывается в исторический облик города. Вот с финансированием только знакомая проблема: изначально проект стоил 27 млн евро, теперь цена вопроса выросла до 45 млн.

    Около 10 млн евро выделил Шлезвиг-Гольштейн из Европейского фонда регионального развития. Основную часть суммы взял на себя известный в Любеке фонд Possehl-Stiftung, купивший к тому же земельный участок и оплативший все работы по благоустройству прилегающих улиц. Он же финансирует и расходы по эксплуатации музея, которые не будут покрываться полученной выручкой. Ежегодная нагрузка на городской бюджет Любека составит 400 000 евро, причем 350 000 из них – зарплата сотрудников. Кстати, директором нового предприятия культуры назначена Лиза Козок, до недавнего времени возглавлявшая Музей истории Гамбурга.

    Поскольку до официального открытия музея попасть в него было невозможно, об экспозиции мы расскажем только в следующем номере. Желающие получить предварительную информацию могут зайти на его сайт www.hansemuseum.eu.