Author: Maria Stroiakovskaya

«Союз налогоплательщиков как зеркало немецкой демократии»

Одна из главных целей демократии  – ограничение произвола и злоупотребления властью, контроль деятельности власть имущих. В демократическом государстве Германия есть множество организаций, работа которых направлена на эту цель, и одна из них – «Союз налогоплательщиков» (Bund der Steuerzahler e.V.).

Офис независимого гамбургского филиала  этого объединения  расположен в центре города, на улице Ferdinandstrasse, недалеко от набережной  Ballindamm. Главному редактору журнала «У нас в Гамбурге» Елене Строяковской представилась возможность побеседовать с  членом правления «Союза налогоплательщиков» города Гамбурга господином Юргеном Нильсеном (Jürgen Nielsen), задать вопросы и получить ответы, которые могут заинтересовать не только наших соотечественников, имеющих фирмы, но и всех, кто регулярно платит налоги.

   Е.С.:  Господин Нильсен, я думаю, что немногим нашим читателям известно об организации, которую Вы представляете. В первую очередь расскажите, пожалуйста, для какой цели создан союз налогоплательщиков?

Ю.Н.: У нас две основные цели. Первая из них, как записано в нашем уставе,  – борьба за справедливое налогообложение во всех землях Германии, включая Гамбург, и  во всех отраслях экономики и финансовой политики. Это касается   и предприятий, и частных лиц.  Мы боремся за уменьшение налогового груза, лежащего на плечах отдельных лиц и фирм, оказываем влияние на политику в стране и пытаемся таким образом отстаивать права людей, чьи деньги  уплачены в качестве налогов государству.

Наша вторая цель –  борьба против нерационального или бесполезного использования налоговых денег. Средства, уплаченные как подоходный налог, принадлежат не отдельным политикам и не отдельным органам власти. Они принадлежат народу. Поэтому каждый человек имеет право знать, куда идут деньги,  участвовать в их распределении  и оспаривать их бессмысленное расходование. Это – наши с вами деньги! Если они  потрачены  на бесполезные на наш взгляд вещи, мы вправе выразить несогласие, внести свои коррективы  в ход событий и повлиять на принятие важных решений политиками страны. Самый яркий пример «разбазаривания» денег –  филармония на Эльбе. Ошибки политиков, их недостаточно серьезный подход к  строительству «символа города» будут стоить огромных сумм, которые предстоит выплатить городу, а значит – и нам с вами, за престижный, но спорный по использованию  обьект.

Если мы с вами уклоняемся от уплаты налогов и пытаемся обмануть таким образом государство, то мы платим штрафы или  даже получаем тюремные сроки. Так почему же те, кто разбазаривает наши деньги, должны оставаться безнаказанными? МЫ не считаем это справедливым! Чиновники должны знать, что есть такая организация, как «Союз налогоплательщиков», которая наблюдает за их действиями и контролирует их, препятствуя бесполезным тратам народных денег.

   Е.С.: А как давно была основана ваша организация и как много членов она объединяет?

Ю.Н.: Мы существуем уже  60 лет. Подобные общества  есть во многих европейских странах, все они контактируют друг с другом. Есть и европейское бюро «Союза налогоплательщиков», объединяющее  все общества Старого Света. Оно находится в Брюсселе и осуществляет контакты непосредственно с управленческой структурой Евросоюза.

«Союз налогоплательщиков» – один из крупнейших  в стране с количеством членов, превышающим 380 000. Только в Гамбурге их около 5 000  в различных отраслях экономики. В основном это предприятия, но есть и частные лица. По количеству членов «Союз» стоит на одном уровне с CDU и SPD. Представительство «Союза» в Гамбурге работает в тесном контакте с командой Олафа Шольца и Сенатом, которые прислушиваются к нашей критике в вопросах закона, а также открыты для конкретных предложений. При таком количестве единомышленников мы действительно можем не только помогать разобраться в проблемах, но и влиять на ход событий в стране.

   Е.С.: Озвученные Вами  цифры говорят о многом,  об успешной работе и о реальной политической силе. Нашим читателям было бы также интересно узнать на какие средства существует «Союз», и как можно стать его членом?

Ю.Н.: «Союз налогоплательщиков» «живет» за счет членских взносов и пожертвований. Членом нашего общества может стать каждый, достаточно лишь заполнить формуляр. Членский взнос для физических лиц – 72 евро в год, для фирм эта сумма чуть больше – 96 евро.

   Е.С.: А какие преимущества получает предприниматель или обычный налогоплательщик при вступлении  в «Союз»?

Ю.Н.: Каждый член нашего общества регулярно получает сведения о происходящих изменениях закона. Всем гражданам очень важно быть в курсе последних правовых изменений, а предприятия  сталкиваются с этим практически ежедневно. Мы  постоянно информируем наших членов о возможностях экономии на налогах и успешного ведения дел, начиная от Steuererklärung и вплоть до помощи при основании собственного дела.

Мы даем советы,  обращаем внимание на различные факторы, которых человек может не знать, рекомендуем хороших специалистов. Мы сопровождаем и помогаем советом каждому нашему члену на всем его жизненном пути, будь то женитьба, рождение детей, основание фирмы или же ее распад.

Я хотел бы подчеркнуть, что мы не предоставляем услуг по составлению Steuererklärung, например. Но многие члены нашего общества работают в качестве Steuerberater, и поэтому мы можем посоветовать, к кому лучше обратиться с той или иной проблемой.

Став членом нашего общества, вы обретете поддержку в очень важных жизненных вопросах, касающихся финансов, станете более грамотным в вопросах налогообложения. Вы сможете сами косвенно влиять на принятие решений в государстве и в городе, внося вместе с другими членами «Союза» посильный вклад в оптимизацию финансовой политики страны.

   Е.С.: Благодарю Вас, господин Нильсен, за интересную и содержательную беседу.

Беседу записала Наталья Науменко 

Говоря о погоде в нашем городе, бессмертную фразу Остапа Ибрагимовича может повторить буквально каждый житель – если, конечно, вообще знаком с творчеством Ильфа и Петрова. Начало отпускного сезона в Германии омрачено дождями и сильными наводнениями. Почему угроза затопления миновала Гамбург, и каким будет нынешнее лето – эти вопросы задают себе многие наши читатели. 

Начнем с того, что в климатическом смысле наш город вполне заслуживает скептической оценки О. Бендера. Гамбург совсем не похож на Рио-де-Жанейро,  ведь в течение года мы довольствуемся лишь 27 по-настоящему летними днями с температурой не ниже 25 градусов. А бразильский мегаполис радуется лету целых 334 дня, так что сравнение (как торг у тех же писателей) здесь попросту неуместно.

Мы не можем состязаться даже с более умеренным климатом Нью-Йорка, где ежегодно бывает 112 истинно теплых дней. Вот с Мюнхеном Гамбург еще мог бы потягаться, но по результатам длительных наблюдений пока проигрывает – южанам выпадает в году 32 летних дня. Тоже не слишком много, но все же больше, чем у нас на севере. Вообще лето в Германии порой столь малозаметно и скоротечно, что очень близка к реальности разошедшаяся по Сети шуточная фраза кого-то из современных немецких писателей: «Лето – моя любимая неделя в году».

Видно, быть потопу?

В мае-июне ситуация в верховьях Эльбы складывалась катастрофическая. В средствах массовой информации то и дело мелькали ссылки на 2002 год, когда река сотнями брала в плен малые деревни и крупные города. У меня в домашнем архиве хранится купленная в Дрездене открытка: на снимке, сделанном с высоты птичьего полета, видны покрытые водой площадь перед театром Semperoper и территория дворцового комплекса Zwinger. И хотя в нынешнем году до этого не дошло, положение было угрожающим: набережные снова затопило, и считанные сантиметры оставались до того, чтобы река выплеснулась к подножиям местных архитектурных шедевров.

Саксонии опять досталось, но кое-какие уроки из наводнения 11-летней давности население извлекло. В городке Гримма разрушенный паводком          мост Pöppelmannsbrücke восстановили так, что он стал выше, чем старый, и это  позволило ему пропускать под собой гораздо большие массы воды. Специалисты утверждают, что только за счет этого фактора удалось добиться снижения уровня нынешнего паводка на 70 см. Местные спасатели, их добровольные помощники, да и вообще все население были готовы к наводнению в гораздо большей степени, чем в 2002 году. «Мы чемпионы Германии по наведению порядка после паводка», – не без гордости утверждает обер-бургомистр Гриммы Маттиас Бергер (Matthias Berger). У него для этого есть все основания: уже через пять дней после спада воды город был полностью очищен от мусора, которого здесь собрали в общей сложности 35 000 кубометров.

В окрестностях населенного пункта Фишбек (Саксония-Ангальт) прорвало дамбу, что само по себе не было таким уж редким событием во время нынешнего паводка. Довольно необычным был способ, которым устранили 20-метровый прорыв: на пути воды вплотную к дамбе посадили на мель три баржи, а щели между ними закидали с вертолета мешками с песком. Причем это простое, но эффективное решение отнюдь не было импровизацией: местные власти купили старые баржи специально для такой цели уже во время наводнения.

Нижнесаксонский Хитцакер регулярно страдает от наводнений, поэтому после весны 2011 года, когда вода поднялась на 7,7 м, терпение местных властей лопнуло: на защиту города они потратили более 30 млн евро, в том числе  заказали мобильные противопаводковые стены почти 9-метровой высоты. Новинка себя полностью оправдала: хотя вода поднялась выше 8 метров,  историческая часть города осталась сухой. Правда, в других местах спасателям пришлось изрядно потрудиться, чтобы защитить от паводка жилища и население.

В соседнем с Гамбургом округе Херцогтум Лауэнбург (Шлезвиг-Гольштейн) вода достигла уровня 9,63 м при норме 5 м. Пришлось эвакуировать тысячи людей, нанесенный паводком материальный урон исчисляется миллионами евро. Ущерб сельскому хозяйству Германии в целом федеральный министр Ильзе Айгнер (Ilse Aigner) предварительно оценила в сумму, превышающую 320 млн евро. Федеральный центр и земельные правительства достигли принципиальной договоренности о создании совместного специального фонда помощи, из которого будут выплачиваться компенсации пострадавшим. На возмещение ущерба и восстановление объектов выделено 8 млрд евро.

Сухой Гамбург

Идет процесс очередного глобального изменения климата –  и точно неизвестно, насколько это обусловлено деятельностью человека.  Возможно, ученые несколько преувеличивают степень нашего влияния на атмосферу Земли, а изменения носят природный циклический характер. Так или иначе, количество осадков на планете в последние годы увеличилось – например, в Германии отмечен рост на 2%. Но где больше дождей, там учащаются и наводнения. Осадки, выпавшие на юго-востоке Германии, стали причиной и нынешнего паводка.

За четыре дня в самом начале календарного лета на землю пролились многие миллионы литров дождевой воды. Они доставили немало неприятностей жителям  населенных пунктов вдоль Эльбы, которая интересует нас прежде всего. Но если в верховьях ситуация накалилась до критической, то Гамбург наводнения практически не заметил: отмечено лишь незначительное повышение уровня реки. А ведь в соседнем с нами округе Шлезвиг-Гольштейна она поднималась до 9-метровой отметки. В чем дело?

Масштаб любого наводнения зависит не только от объемов воды, но и от геометрии речного русла. Если узкая река зажата в тесных объятиях набережных, то прохождение больших водных масс увеличивает скорость потока и повышает его уровень. Ближе к устью русло обычно становится шире, а река – спокойней. Уже в пределах Гамбурга Эльба разделяется на Южную и Северную, а потом еще и на множество протоков. Вода, наделавшая столько бед в верховьях, равномерно распределяется по многочисленным каналам города и обширной акватории порта. Наводнение фактически сходит на нет.

Стоп, скажете вы. Что это тут плетет автор? Ведь были же и в Гамбурге наводнения – да еще какие! Достаточно вспомнить катастрофу 1962 года.

Вы правы, дорогой читатель. Только опасность обычно грозит нашему городу совсем с другой стороны – со стороны устья. В основе гамбургских паводков –   не столько дождь, сколько сильный ветер с моря, «тормозящий» речную воду в устье, которая в свою очередь становится препятствием для воды, текущей с верховьев. Остановиться она не может, поэтому накапливается и при первой возможности разливается по берегам. Если к тому же идут сильные дожди, получаем наводнение катастрофических масштабов.

Что нам сулит лето?

Пока ясно одно: большие площади затопленных сельхозугодий при летних температурах создают отличные условия для размножения комаров. Так что хлопать себя по щекам жителям прибрежных городов и весей нынешним летом придется чаще обычного. Надеюсь, гамбуржцев по уже названным причинам это коснется в меньшей степени – как и разного рода инфекции. А каким будет наше северное лето, доподлинно не знает никто. Очень хотелось бы, конечно, чтобы Гамбург по числу солнечных дней двигался в сторону Рио-де-Жанейро и для начала обошел по этому показателю хотя бы Мюнхен.

Текст: Андрей Нелидов

С августа 2013 года в мегаполисе на Эльбе учителя с иностранными дипломами смогут получить признание своего образования на практике в школах. Им уже не нужно будет поступать в университет и посещать лекции.

Подготовка  преподавателей строится аналогично программе «рефендариата» для молодых педагогов. Учителя будут вести уроки не менее шести месяцев по 12-14 часов в неделю, набираясь опыта. Помощь им окажет преподаватель-методист, что позволит хорошо подготовиться к самостоятельной работе. Кроме того, педагоги смогут принять участие в специализированных семинарах и лекциях. По окончании  этой программы и при успешной сдаче экзамена они  смогут работать в школах Гамбурга. Но уже во время программы они будут получать ежемесячную заработную плату  от 1100 евро в месяц.

Программу ввели по предложению Николая Гауфлера, депутата Законодательного Собрания Гамбурга. Почти два года прошло с начала ее обсуждения  в парламенте до  введения в действие. «У наших учителей  – хорошая  подготовка, и по уровню знаний  они не уступают своим немецким коллегам, а часто и превосходят их. Я представляю интересы педагогов с «не местными» дипломами в парламенте и хочу, чтобы их знания и  способности были по достоинству оценены в Германии. Если у вас возникнут вопросы по этой теме, можете получить  у меня исчерпывающую информацию», – сказал Николай Гауфлер.

Начало подготовки – два раза в год, 1 августа и 1 февраля. Сдача документов на февраль – до 15 сентября.

Чтобы принять участие в программе, нужно получить аттестат (Gleichwertigkeit) в школьном ведомстве и предоставить сертификаты или дипломы, подтверждающие свободное владение немецким языком.

«Уже в первом наборе мы получили 41 заявку от учителей с иностранными дипломами. Из них 13 – почти треть – из стран бывшего СССР! Это в очередной раз подтверждает огромный потенциал наших земляков, на который государство, к сожалению, не обращало внимания так много лет», – добавил депутат. Он привел статистические данные, которые показывают, что практически все кандидаты на программу  работают в совершенно других, далеких от педагогики, областях.  Теперь они смогут реализовать себя в своей профессии. В добрый путь!

Текст: С. Шмидт

Такая формулировка может принадлежать, наверное, только немцу. Она ему и принадлежит – человеку, который уже  30 лет командует не дивизией, как можно было бы подумать, а знаменитым французским домом моды Chanel. Его имя – Карл Лагерфельд, и он уроженец Гамбурга.

Вы знаете его, даже если никогда не интересовались высокой модой. Не запомнить столь колоритную личность просто невозможно, увидев хотя бы однажды в видеонарезке новостей. Худощавая фигура, абсолютно белые волосы, собранные сзади в лошадиный хвост, перчатки без пальцев в любую погоду и, конечно, темные очки в пол-лица. Прекрасно сохранившийся джентльмен, постоянно обрамленный «ожерельем» молодых женщин.

Немец по рождению, он живет в Париже, имеет квартиры в Монте-Карло, Риме и Нью-Йорке, работает в разных странах, свободно говорит на четырех языках и чувствует себя гражданином мира – каковым, собственно, и является. Виллу в гамбургском Бланкенезе он продал, но, к счастью, никогда не забывает родной город. Юбилеев Лагерфельд не любит, но свое 30-летие в качестве креативного директора дома Chanel недавно отметил прогулкой по Эльбе на антикварном пароходике «Schaarhörn» вместе с 60 гостями и представителями журнала Vogue. Гамбург никогда не покидал его сердца: «Портовые гудки – это звуки из моего детства».

Ему уже 77, но он живет настоящим и особенно будущим, испытывая невероятное, почти детское любопытство к тому, что ждет впереди. «Я словно поглощаю дух времени. У меня каждый день на счету, и каждый день надо открывать что-то новое». У него прекрасная память, но Карл не испытывает ностальгии по прошлому и не собирается писать мемуары. Возможно, это влияние профессии: «Каждый сезон надо уметь забывать все, над чем работал, и начинать сначала. У меня что-то вроде болезни Альцгеймера, которая распространяется на мое предшествующее творчество. Думаю, что это хорошее «заболевание», ведь для художника огромная тяжесть – носить с собой весь багаж воспоминаний о том, что он уже сделал».

Относясь ко всему минувшему как минимум снисходительно, Карл не прочь слегка подразнить общественность, «забывая» истинную дату своего рождения – 10 сентября то ли 1938-го, то ли 1935-го. Так в разных «википедиях» и стоят оба варианта, при этом сам Лагерфельд отдает предпочтение более позднему. Правда, в 2008 году, когда друзья и коллеги поздравляли его с 70-летием, газета Bild am Sonntag опубликовала выдержки из церковного регистра с данными о крещении Карла, а также фрагменты беседы с его учительницей и одним из одноклассников. По ним выходило, что год его рождения – вообще 1933-й. А ведь в таком случае у кутюрье в этом сентябре еще один юбилей. Все же любят творческие люди иногда подпустить туману в самых неожиданных местах…

Карл Отто Лагерфельд (Karl Otto Lagerfeld) родился в довольно богатой семье предпринимателя, владельца фирмы по производству концентрированного молока. В 1934 году его родители Отто и Элизабет Лагерфельдт (последняя буква в фамилии кутюрье «отвалилась» позже) купили в Бад-Брамштедте поместье площадью почти 500 гектаров. В 1939-м семья вернулась в Гамбург, но после жестоких бомбежек 1944 года предпочла уехать в Бад-Брамштедт, и лишь в 1949-м родители перевезли детей опять в Гамбург, где Карл два года ходил в Bismarckschule.

Но на этом переезды не закончились. В 1953 году мать увезла юношу из Германии в Париж и тем самым фактически подтолкнула Карла к главному делу его жизни. Частная школа, потом лицей «Монтень», первые шаги в мире моды – работа иллюстратора и, наконец, собственные дизайнерские работы. В 1955 году   Лагерфельд получил премию на конкурсе Международного секретариата шерсти IWS (сегодня это – компания Woolmark). Молодой дизайнер представил на суд опытных кутюрье шерстяное пальто, которое так понравилось члену жюри Пьеру Бальмену (Pierre Balmain), что он взял Карла к себе на работу, а пальто запустил в  производство.

В 1958 году Лагерфельд получает должность арт-директора дома Jean Patou. Через пять лет его неуемной энергии уже хватает на то, чтобы работать сразу с четырьмя домами моды – Chloe, Krizia, Charles Jourdan и Fendi, причем для каждого из них он создает совершенно особую коллекцию. К середине 70-х Карл созревает для  разработки собственной линии одежды. В 1979 году он уже профессор Венской высшей школы прикладного искусства.

30 лет назад, в 1983 году, Лагерфельду предложили занять место креативного директора дома Chanel. Правда, к тому времени легендарная торговая марка слегка отдавала нафталином, поставляя модели для пожилых женщин. Коко Шанель умерла в 1971 году, и больше десяти лет владельцы бренда не могли подобрать достойную кандидатуру на должность творческого руководителя. Никто и не предполагал, что Лагерфельд окажется долгожителем на этом посту. «Мне тогда сказали: если я смогу чем-то помочь – будет здорово, если же нет – дом продадут. И все-таки мы смогли вернуть марке авторитет, потому что мне дали полную свободу».

В новых моделях одежды Лагерфельду удалось сохранить женственный стиль самой Коко Шанель. Современная интерпретация классики пришлась по душе и владельцам бренда, и состоятельным клиенткам. Тем не менее, Лагерфельд считает, что в своей работе он довольно далеко ушел от основополагающих принципов основательницы дома: «Уверен, что Коко пришла бы в ярость, увидев, что я делаю».

В этом году торговой марке Chanel исполняется ровно 100 лет – в 1913 году в Довиле открылся ее первый бутик. В честь юбилея Лагерфельд снял черно-белый короткометражный фильм о жизни Коко Шанель. Ее роль, кстати, сыграла известная британская актриса Кира Найтли. Представили картину во время показа новой круизной коллекции Chanel. Эта премьера еще раз напомнила о многогранности таланта Лагерфельда.

Все его увлечения так или иначе связаны с миром моды и искусства. Он создает не только одежду, но и духи, успешно работает фотографом, занимается преподавательской деятельностью, руководит издательством, владеет бутиками и магазинами. Созданные им костюмы можно увидеть на театральных подмостках и в кинофильмах. У него собственная художественная галерея и большая книжная коллекция, насчитывающая около 300 000 томов. «У меня больше книг, чем полок для них. Я – как Шварценеггер, только качаю не мышцы, а мозги. Я – мозгобилдер». Но, пожалуй, самая характерная способность Лагерфельда – постоянно идти в ногу со временем: «Забудьте о прошлом: если вы ностальгируете, то ваше время закончилось. Мы должны сами подстраиваться под настоящее, раз уж оно не подстраивается под нас».

За свою жизнь кутюрье многое сделал для женщин. Он ценит их красоту, и в этом смысле его однажды приятно удивила Россия: «Я потрясен: всего два дня в Москве, а такого количества красивых женщин и уродливых мужчин в жизни не видел. Если бы я был русской женщиной, то стал бы, наверное, лесбиянкой». Впрочем, представительницам прекрасного пола гораздо важнее знать другую цитату Лагерфельда: «Женщина, лишенная хорошего вкуса, даже в стильном платье будет безвкусной».

Но есть у него и кое-что для мужчин: «Ты должен заниматься тем, что делает тебя счастливым. Забудь о деньгах или других ловушках, которые принято считать успехом. Если ты счастлив, работая в деревенском магазине, – работай. Помни, что у тебя всего одна жизнь».

И прибавить к этому нечего.

Текст: Константин Раздорский