Tag: Достопримечательности Гамбурга

  • Музеи Гамбурга – Музей кофе Kaffeemuseum

    Отнюдь не пиво, а этот ароматный бодрящий напиток – самый любимый в Германии. Три-четыре чашки в день или 146 литров кофе в год выпивает среднестатистический немец.

    «Три четверти всего кофе, потребляемого в Германии, так или иначе проходит через Гамбург», – отмечает Хольгер Прайбиш (Holger Preibisch), коммерческий директор Немецкого объединения кофейной промышленности.

    Многие уже не представляют свое утро без этого напитка. Первая кофейня в нашем городе появилась еще в 1687 году, а спустя 200 лет в складском комплексе Шпайхерштадт открылась кофейная биржа. Торговле пряностями и кофе Гамбург в немалой степени обязан своим процветанием. Сегодня наш город – признанный центр европейского рынка «коричневого золота», а Шпайхерштадт – кофейное сердце города, где «прописаны» многочисленные фирмы-поставщики, кофеобжарочные фабрики и кофейни. Именно отсюда берут начало ставшие всемирно известными концерны Tchibo и Darboven, диктующие «кофейный вкус» миллионам.

    Но один очень важный объект находится в Вильгельмсбурге. По адресу Hohe-Schaar-Kamp 3 расположен самый современный в мире центр по обработке и хранению кофейных зерен. Его владелец – холдинг Neumann Kaffee Gruppe – один из крупнейших оптовых торговцев кофе с головным офисом в Гамбурге. В центре зерна промывают, тщательно проверяют, расфасовывают и хранят. Отсюда, упакованные в стандартные мешки по 60 кг, они отправляются на обжарку и продажу, чтобы в итоге превратиться в чашечку бодрящего эспрессо или кружку ароматного капучино с аппетитной молочной пенкой.

    Еще в 60-е годы ХХ века в Гамбурге насчитывалось около 300 маленьких кофеобжарочных фабрик-магазинов. Они были практически в каждом районе. Утренний поход за кофе был таким же ритуалом, как покупка булочек к завтраку. Но в результате конкурентной борьбы крупных концернов и перехода на коммерческий (барабанный) способ обжарки кофе число традиционных кофеобжарочных фабрик значительно сократилось. Сегодня их остались буквально единицы.

    «Кофе, обжаренный на жаровне, сродни приготовленному в домашних условиях джему», – убежден владелец одной из таких фабрик Йенс Бург (Jens Burg), специалист в четвертом поколении. Уже 86 лет по адресу Eppendorfer Weg 25 покупателям предлагают зерна, обжаренные традиционным способом. Здесь можно приобрести ароматизированные сорта кофе и чая – результат многолетних экспериментов самого Бурга. Когда-то, много лет назад, он насыпал покупателю чай в банку, где раньше были ванильные стручки. Этот чай с ванильным вкусом пришелся по вкусу многим, на него возник спрос. Так Бург начал создавать собственные сорта чая и кофе.

    Ретро-атмосфера его фабрики-магазина переносит посетителя на полвека назад: старые рекламные таблички из жести, всевозможные баночки для хранения чая и кофе придают заведению неповторимый стиль и ностальгический шарм.

    В 70-е годы прошлого века, когда маленькие кофеобжарочные фабрики активно вытеснялись крупными, их владельцы выставляли ставшие ненужными жаровни на улицу. А вот Йенс Бург не только не спешил избавиться от инвентаря, но еще и собирал то, что выбрасывали другие, пополняя свою коллекцию в полной уверенности, что все это когда-нибудь пригодится. Сегодня старинная кофейная утварь – часть бизнеса дальновидного предпринимателя: его антикварные жаровни и кофемолки украшают многочисленные кафе города. Основная же часть собранной Бургом коллекции составила фонд единственного в Германии Музея кофе (Kaffeemuseum Burg, Münsterstraße 23-25), где на площади 300 кв. м размещено около 9 000 всевозможных экспонатов, связанных с кофе – от кукольного кофейного сервиза до огромных весов. Здесь собрана, пожалуй, одна из богатейших коллекций механических кофемолок: их в музее около тысячи.

    «Обжаривать кофе – это настоящее искусство, – утверждает Тимо Древс (Thimo Drews), владелец другой кофеобжарочной фабрики, что расположена по соседству с известным музеем Hamburg Dungeon. – Наша задача – максимально раскрыть вкус и аромат зерна. Ведь в кофе содержится более тысячи ароматических составляющих – больше, чем в красном вине». Причем каждый сорт требует своего подхода: например, индийский Malabar не переносит высоких температур, а зерна ароматного гавайского сорта Arabica нужно вынимать из жаровни еще до первого потрескивания (first crack).

    Посетители могут увидеть процесс превращения зерен в «коричневое золото», попробовать и купить редкие сорта кофе,

    которые не встретишь в обычном супермаркете. Например, самый дорогой в мире сорт Toraja, выращенный на индонезийском острове Сулавеси. Тимо Древс, уже 17 лет занимающийся кофе, ездит по всему миру в поисках лучших зерен, и в числе его клиентов – эксклюзивные обжарочные фабрики не только Германии, но и Европы.

    Пионером кофейного бизнеса в Гамбурге можно назвать фирму J. J. Darboven. Ее основал в 1866 году Иоганн Йоахим Дарбовен (Johann Joachim Darboven), у которого возникла идея рассылать свежеобжаренный кофе по почте. И вот уже более 140 лет успешно существует это семейное предприятие, где опыт бережно передается из поколения в поколение. Без малого полвека его возглавляет Альберт Дарбовен (Albert Darboven), девиз которого – «Традиция через инновацию». Сегодня J. J. Darboven – крупный международный концерн с одиннадцатью дочерними компаниями, производящими кофе марок Idee, Eilles, Moevenpick и Alberto.

    Все производственные процессы давно автоматизированы. Но есть один ритуал, который за долгую историю существования J. J. Darboven не изменился – утренняя дегустация. Ровно в 9.30 утра Альберт Дарбовен входит в помещение, где на столе дымятся чашки произведенного накануне напитка и поочередно пробует его, оценивая вкусовые качества и аромат образцов. Благодаря многолетнему опыту дегустатора эта процедура занимает не более полуминуты.

    В 1949 году предприниматели из Гамбурга Макс Херц (Max Herz) и Карл Чиллинг-Хириян (Carl Tchilling-Hiryan) тоже начали свой кофейный бизнес с рассылки свежеобжаренного кофе по почте. Название своей фирмы они составили из первых букв фамилии Tchilling и слова Bohnen (зёрна). Так было положено начало компании Tchibo, одному из лидирующих сегодня производителей кофе в Европе.

    13 октября 1955 года в нашем городе открылся первый филиал Tchibo, где покупатели имели возможность попробовать кофе перед тем, как его купить. Фирма росла, постепенно появлялись филиалы и в других городах Западной Германии. Большое внимание уделялось упаковке, ведь в середине прошлого столетия кофе считался товаром эксклюзивным. Поначалу зёрна насыпали и завязывали в кухонные полотенца, позже фирменной упаковкой Tchibo стали оранжевые жестяные и пластиковые банки. Когда кофе заканчивался, практичные домохозяйки использовали яркие баночки для хранения муки, сахара и других сыпучих продуктов.

    Иногда в качестве подарка к кофе прилагалась книга рецептов или другая нужная в хозяйстве мелочь. Однако в 1973 году Федеральный суд решил, что компания не имеет права продавать кофе с «нагрузкой», и банки для кофе стали отдельным продуктом. Сегодня Tchibo предлагает покупателям еженедельно обновляющуюся линейку непищевых товаров – кухонные принадлежности, аксессуары для дома, украшения, электронику, товары для детей и даже льготные железнодорожные билеты.

    Не все в истории концерна было гладко. В начале этого года немало шума наделала совместная рекламная кампания Tchibo и сети заправочных станций Esso. На плакатах, рекламирующих кофе, стояла надпись: «Jedem den Seinen» («Каждому свой»). Этот слоган практически повторял печально известный нацистский лозунг «Jedem das Seine» («Каждому свое»), отображенный, в частности, на решетке ворот концлагеря Бухенвальд. Хотя это выражение было известно еще в Древнем Риме, в сознании многих оно имеет теперь негативный оттенок. Представитель Tchibo по связям с прессой Ангелика Шольц (Angelika Scholz) признала слоган действительно неудачным, и объяснила, что концерн не имел умысла оскорбить чьи-то чувства. Рекламная кампания была свернута. Неизвестно, повлияла ли эта история на продажи кофе с маркой Tchibo, но ясно, что ароматный бодрящий напиток никогда не исчезнет с нашего стола.

     

    Текст: Ирина Бурмайстер

  • Памятники в Гамбурге – Площадь Beatles

    Недавно у нас в городе появилась новая достопримечательность — первая в мире площадь, названная в честь легендарной ливерпульской четверки. Beatles-Platz находится на том месте, где улица Große Freiheit упирается в Reeperbahn. Оригинальный культурно-топонимический проект снискал уже и аплодисменты, и критику.

    Аплодисменты понятны – как говорил Чебурашка, «строили мы, строили и, наконец, построили». Впрочем, само строительство как раз не заняло много времени – всего лишь чуть больше трех месяцев. А вот от рождения идеи до ее реализации в граните и металле прошло долгих семь лет борьбы, ожидания и накопления средств. Проблемы с финансированием приводили к тому, что график планирования и строительства постоянно изменялся, а торжественное открытие долгожданного объекта переносилось на все более поздние сроки.

    Один из тех, кому мы должны быть благодарны за то, что новая городская достопримечательность наконец-то появилась, – глава радиостанции Oldie 95 Штефан Хеллер (Stephan Heller). Он организовал сбор денег, и в итоге примерно половину стоимости проекта (а он обошелся организаторам в 550 000 евро) составили частные пожертвования тех, для кого песни «Битлз» – частичка юности. Недостающую часть средств предоставил город.

    …На этом крошечном пятачке еще недавно была стоянка такси. Теперь здесь – новый «магнит» для туристов. По крайней мере, ваш корреспондент уже на второй день после открытия площади привез сюда своих русскоязычных гостей из Нью-Йорка. И мы нашли здесь массу людей, которые приехали специально, чтобы увидеть новую достопримечательность и сфотографироваться. Первое впечатление – чистенько, но скромненько. Круглая площадка диаметром 29 метров своей черной поверхностью рождает ассоциации со старой доброй виниловой пластинкой. В центре, как и положено, находится «лейбл» с надписями Beatles-Platz и Hamburg, гербом города и схематичным изображением группы. Между черными каменными плитами, уложенными по кругу, вкраплены «звуковые дорожки» узких металлических пластин, на которых стоят названия наиболее популярных песен «The Beatles». Именно эти надписи и дали первый повод для критики нового объекта.

    Знатоки сразу же усмотрели в них элементарные орфографические ошибки: Drive Me Car вместо Drive My Car или Can’t Buy Melove вместо Can’t Buy Me Love. Заметили даже отсутствие апострофа в названии песни «Оркестр клуба одиноких сердец сержанта Пеппера» (Sgt. Peppers Lonely Hearts Club Band), где нужно было написать «Pepper’s». Ошибки гравера, который, судя по всему, не знает ни песен «Битлз», ни английского языка, заметили буквально накануне открытия, когда уже поздно было что-то менять. Хорошо еще, что на церемонию не приехали ни Пол Маккартни, ни Ринго Старр, иначе организаторам оставалось бы только от стыда провалиться сквозь землю. Сейчас эти ошибки уже исправлены, но знатоки не унимаются. Теперь их претензии касаются того, как расположены на площади фигуры самих «битлов».

    Их контуры выполнены в натуральную величину из гнутых металлических полос. Изображения ударника и трех гитаристов весьма условные, и кто есть кто, не очень-то и поймешь. Разве что «леворукого» Пола Маккартни можно узнать по нестандартному расположению гитары. Говорят, что это – памятник гамбургскому составу группы, однако во время своих первых выступлений здесь ливерпульская четверка была пятеркой – вместе с Ленноном, Маккартни и Харрисоном на сцену выходили гитарист Стюарт Сатклифф и ударник Пит Бест. В 1962 году Сатклифф умер в Гамбурге, а в августе того же года место Пита Беста занял Ринго Старр. Кто из них двоих сидит за барабанами на Beatles-Platz, остается неясным.

    Организаторы пытаются выйти из положения, называя фигуру ударника памятником сразу обоим – и Питу, и Ринго. Но фигур на площади четыре, и если резонно предположить, что за контурами гитаристов скрываются Джон, Пол и Джордж, то где же тогда Стью Сатклифф? Тоже «слился» с кем-то? Гораздо проще предположить, что площадь – это все же памятник более позднему, классическому составу ливерпульской четверки.

    Но и тут, говорят, не все гладко – дескать, стоят гитаристы неправильно. Если смотреть на сцену из зала, Пол обычно занимал место слева, поэтому грифы всех гитар были направлены наружу, что видно даже на вышеописанном «лейбле». Это было своего рода фирменным знаком «The Beatles». На площади Пол стоит справа и поэтому грифы гитар смотрят внутрь, с чем никак не могут согласиться истинные фанаты «битлов». Можно было бы возразить, что на раннем этапе своей карьеры музыканты не слишком придерживались жесткого порядка, но это вряд ли утешит знатоков, для которых каждая такая нестыковка есть разрушение легенды.

    Думаю, что для наших читателей все это не слишком важно. Важно другое – город получил новый культурный объект, новый адрес притяжения. Гамбург послужил для «The Beatles» хорошей стартовой площадкой, и память об этом теперь навсегда отражена в его топонимике. Лишь примерно четвертая часть всех улиц и площадей города названа в честь конкретных людей, а если уж вести речь о коллективах, то это, пожалуй, вообще первый случай. Кстати, в Гамбурге есть правило, что увековечить память человека можно не раньше, чем через два года после его смерти. Этому условию, к сожалению, уже соответствуют погибший в 1980 году Джон Леннон и умерший в 2001-м Джордж Харрисон. Несмотря на то, что Пол Маккартни и Ринго Старр еще живы (дай Бог им здоровья и долгих лет), «битлы» как группа, распавшаяся еще в 1970 году, формально тоже отвечают гамбургским требованиям и могут быть увековечены в названии площади.

    Если вы ее еще не видели, то лучше приходите сюда вечером. Днем Beatles-Platz не очень впечатляет, а металлические контуры музыкантов теряются на свету и производят впечатление кича. Так и хочется спросить, на что, собственно, ушло полмиллиона евро. Зато когда включают подсветку, все здесь преображается – фигуры «битлов» становятся если не живыми, то гораздо более выпуклыми и динамичными. И лишь тогда площадь обретает свою настоящую рок-н-рольную душу.
    А что касается ошибок, то на них не стоит зацикливаться. Безусловно правы наиболее мудрые гамбургские фанаты ливерпульской четверки, не забывающие, что keiner ist perfekt (никто не совершенен). «Битлы» тоже были далеки от идеала, когда выступали в St. Pauli.