Blog

Макс Брауэр – имя этого выдающегося гамбургского политика широко известно и за пределами ганзейского города. Он вошел в историю как обер-бургомистр Альтоны, первый бургомистр послевоенного Гамбурга и депутат Бундестага. 3 сентября социал-демократическая партия торжественно отмечает 120-летие со дня рождения верного члена СДПГ.

Макс Юлиус Фридрих Брауэр родился в рабочей семье, в гамбургском квартале Оттензен, и был восьмым из тринадцати детей. Его политическая карьера началась в 1902 году, когда он выучился профессии стеклодува, вступил в профсоюз, а потом и в социал-демократическую партию. Вскоре из-за своей активной политической деятельности он попал в «черные списки», был вынужден оставить профессиию и в 1909 году начал работать в одном из объединений гамбургских рабочих.

Брауэр участвовал в Первой мировой войне, был ранен и в 1915 г. возвратился в родную Альтону. Затем он получил руководящий пост на одном из мясоперерабатывающих предприятий и женился на дочери профсоюзного лидера. В 1919 году Макс Брауэр стал вторым бургомистром, а в 1924 – городским главой Альтоны. После прихода к власти нацистов Макс Брауэр был арестован и в 1933 году вынужден покинуть страну. Он эмигрировал в США, где помогал беженцам и состоял в Ассоциации свободных немцев, критиковавшей гитлеровский режим. Его публицистическая статья «После падения Гитлера», опубликованная в 1942 году, вызвала широкий резонанс и стала предметом многочисленных дискуссий. В 1946 году Макс Брауэр посетил Гамбург и во время митинга СДПГ в саду «Planten un Blomen» сообщил воодушевленной публике, что не намерен возвращаться в Америку, поскольку понял, что нужен своей стране. В течение последующих 16 лет он был бургомистром города, а с 1961 по 1965 год – депутатом Бундестага. Макс Брауэр скончался 2 февраля 1973 года. И сегодня его образ жив в сознании жителей города на Эльбе, где о нем напоминают и улица, и школа, носящие его имя. Они находятся в его родной Альтоне.

Улица Max-Brauer-Allee проходит вдоль ратуши, где он работал, мимо знаменитого фонтана с фигурами кентавров к железнодорожному вокзалу «Altona», где она становится более оживленной и устремляется в направлении Holstenstrasse и района Sternschanze.

Оживленным можно назвать и учебный процесс в школе имени Макса Брауэра, которая не уместилась в одном помещении. Старшие классы учатся в здании на Daimlerstraße 40, а младшие – на Bei der Paul-Gerhardt-Kirche 1– 3. С 1993 года фонд «Alfred Töpfer Stiftung» каждый год учреждает премию имени Макса Брауэра – «Max-Brauer-Preis» – в размере 15 000 евро, которой удостаиваются общественные организации или частные лица, которые вносят весомый вклад в гамбургскую научную, культурную и общественную жизнь. За это время лауреатами премии стали Общество по оказанию помощи детям-жертвам сексуального насилия, журнал безработных «Hinz&Kunzt», Академия художеств «Freie Akademie der Künste», основатель культурного центра «Fabrik» Хорст Дитрих, дирижер Инго Метцмахер и другие. А школьные классы ежегодно могут рассчитывать на стипендии в размере 4000 евро, которые от имени Макса Бауэра выдаются на путешествия за границу.

Tекст: Гоша Северный

Недавно мы побывали в необычном шуточном «Музее банана». Бывший дизайнер Бернхард Штелльмахер разместил свою частную коллекцию в подвале собственного дома в курортной деревне Зирксдорф на берегу Балтийского моря. Он иронично называет свое собрание сокровищницей нации, поскольку многие экспонаты являются свидетелями интересных историй. И Бернхард охотно их рассказывает, прибавляя различные прибаутки:
– Собирательство – это мания, в моем случае – бананомания. Поэтому я коллекционирую также различные эпитеты, данные банану. Его называют фруктом евнуха, адамовой или райской фигой, фруктом империализма, желтым огурцом, символом свободы и плодородия. Импульсом, который 30 лет назад навел меня на мысль собирать бананы, стала улыбка Моны Лизы, которую в банановом коллаже изобразил мой знакомый художник Юрген Блуменберг. Для меня самое лучшее определение банана – «улыбка природы».

Поэтому у входа в музей расположено зеркало контроля серотонина – гормона счастья. И тем, кому его хватает, следует улыбнуться. Самый главный экспонат и гордость владельца – прибор для измерения углов наклона – ватерпас в банановом корпусе, при помощи которого Бернхард доказывает невозможное.

– Многое зависит от отношения к жизни. Банан, он, конечно, сам по себе кривой, но и при помощи него можно проверить прямизну и горизонтальность. Все дело в точке отсчета. Для нас это – юмор. Это – зонтик для сирот, или спасательный круг. Потому что юмор – это средство выживания, так же, как и банан, который служит продуктом питания.

Коллекция насчитывает 10387 экспонатов. Из них к самым значимым относится автомат–бананомат, приобретенный на аукционе.

– Мой «бананомат» – единственный в своем роде. Одно время подобные агрегаты существовали в Дании. Особенность этого состот в том, что если бросить в отверстие банан, то из другого выскочат 2 марки.

Больше всего Бернхард любит острить по поводу отсутствия южных фруктов в бывшей ГДР.

– При социализме банан клеймили фруктом империализма. Был создан его отрицательный имидж. После воссоединения Германии фрукт стал доступным каждому. И таким образом он превратился в символ единой страны. А то, что бананы были предметом дефицита, тоже немало послужило крушению коммунизма.

От Бернхарда не укрылось, что желтый – банановый – есть и среди цветов государственного флага. Это вдохновило его на создание такого коллажа – черные угольные брикеты символизируют энергию, красные свиные отбивные – жизнь. А венчает их желтая банановая улыбка природы. Бернхард обладает особенным юмором. И порой возникает ощущение, что его плавно несет по волнам собственных шуток. Он проводит и специальные экскурсии для слепых.

– Те, кто не могут насладиться цветом, сходят с ума от формы, – похохатывает хозяин музея, – с посетителями мы всегда много смеемся.

Он разрешает прикасаться ко многим банановым сокровищам, среди которых сумки, мочалки, тарелки, стаканы, зажигалки, точилки, фонарики, свечки,

столовые приборы, солонки. В отделе косметики – мыло и лосьоны. Зубная щетка с ручкой в виде банана. Банан с надписью: «Я – иностранец». Презервативы с банановым вкусом. Банан является и эротическим символом. Может быть, именно поэтому чаще мужчин в музей приходят женщины.

– Они гораздо более любознательные и открытые, и не боятся, что их обананят,- считает коллекционер. Многие экспонаты его музея рассказывают о выдающихся представительницах «слабого» пола. Среди них – канадская художница Анна Банана и – чернокожая танцовщица, певица и «пионерка стриптиза» 30-х годов Жозефина Беккер. Мы встречаем здесь и благославляющую Мать Терезу и немецкую социал-демократку Хайди Симонис с бананом. В музее положено задавать коронный вопрос: «Почему банан кривой?». И у Бернхарда имеется достаточно ответов:
– Потому, что никто не пошел в джунгли его выпрямлять. Или потому, что 30 лет ему пришлось огибать территорию ГДР. Или – банан стал кривым от смеха, когда узнал рыночную цену во время инфляции. Ответить на этот вопрос однозначно было бы скучно. Изогнутое всегда болеее интересно, чем прямое…

Внимания достоин и переносной прибор для сгибания бананов, угол изгиба которых должен составлять не менее 17,5 градуса. А объект под названием «Встреча» представляет собой стульчак туалета, обкленный с разных сторон банановыми евро и долларами. Полезной может оказаться «бананодержалка», наподобие штатива, в которую банан вставляется так, чтобы было удобно кусать. Этот южный фрукт ассоциируется с пальмами, отпуском, праздником, счастьем.
Гордость коллекционера – банановый диван, который для участия в одной из выставок в рекламных целях заказала фирма «Sigikid», производитель плюшевых игрушек.
Те, кто не торопятся, могут послушать старинные латиноамериканские песни из банановой колонки. Собрание постоянно пополняется подарками и поделками, которые присылают со всего света. Сейчас сотрудники музея – дети и супруга собирателя – готовятся к новой выставке, посвященной банану и обезьяне. Гвоздем экспозиции станет зеркало в клетке, в которое сможет посмотреться каждый.

текст: Екатерина Филиппова
фото: Юрий Бутерус/ www.fotojura.de

Второго февраля 2009 года приняла первых пациентов самая современная больница Европы. Вы все ее хорошо знаете, потому что находится она у нас в Гамбурге.

Здание новое, адрес старый — Martinistraße 52. Университетская клиника в Эппендорфе (UKE): сразу 17 подразделений, еще недавно разбросанных по ее территории, переехали под одну крышу, образовав единый суперсовременный медицинский комплекс. Хотя при входе сразу не сообразишь, что это больница, а не какой-нибудь торговый центр — бегущие эскалаторы ведут к длинному ряду киосков, магазинчиков и кафетериев.

Хотя по сравнению с российскими, например, медицинскими учреждениями немецкие клиники намного более доступны для посетителей, даже здесь вы вряд ли просто так попадете в операционную. Однако в День открытых дверей возможность увидеть самую сокровенную медицинскую «начинку» 7-этажного здания предоставили всем желающим. Были здесь и русскоязычные гости с немалым врачебным опытом, которые уважительно качали головой и восхищенно цокали языком. Так что глава UKE Йорг Дебатин (Jörg Debatin) вряд ли преувеличивал, когда говорил, что для его клиники начинается новая эра.

Кстати, шеф UKE гордится не только новым комплексом, но и тем, что за пять лет строительства финансирование объекта не вышло за рамки изначально запланированных 188 млн евро. При этом подрядчиком выступал Hochtief — тот самый концерн, с которым город никак не может сойтись в цене при возведении печально знаменитой Elbphilharmonie. Г-н Дебатин готов поделиться с правительством Гамбурга своим богатым опытом деловых отношений со строителями. А еще он надеется, что уже в 2010 году его клиника рассчитается с долгами и начнет получать прибыль, которую будет инвестировать в научные исследования.

Труд врачей и обслуживающего персонала клиники значительно облегчают новые достижения в области логистики. Пневматическая почта, так называемое модульное обеспечение и автоматическая система распределения заказанных товаров и доставки медикаментов позволяют сотрудникам работать быстрее, надежнее и рентабельнее. В итоге у них будет оставаться больше времени для пациентов. Кстати, сокращения штатов в UKE не предвидится: 600 врачей и 1800 сотрудников получили гарантию занятости по крайней мере до 2012 года.

К услугам пациентов около 400 двухместных и четырехместных палат. Каждое отделение насчитывает в среднем 12 палат и 28 коек. Разъемы для подключения медицинской техники скрыты в стенах за специальными задвигающимися панелями.

При проектировании операционных залов, вспомогательных помещений и палат архитекторы специально опрашивали врачей, медсестер, санитаров и пациентов, чтобы постараться угодить всем. 16 операционных залов стоимостью миллион евро каждый имеют специальную систему вентиляции, которая сводит к нулю опасность распространения традиционных «больничных» инфекций. Во всем, что касается внутренней гигиены здания, новый комплекс представляет собой настоящий эталон.

В новом здании разместились, в частности, центральный приемный покой, центры внутренних болезней и трансплантации, отделения анестезии и интенсивной медицины, центр оперативной медицины, отделение родовспоможения и детской медицины, неврологический центр, а также амбулатория и поликлиника. Прямо на крыше здания находится вертолетная площадка, что позволяет быстрее доставлять тяжелых больных в операционные. За счет переезда отделений UKE в новое здание остались не у дел некоторые старые помещения. Для самых крупных из них уже найдены новые владельцы, а вот здания хирургического и гинекологического отделений будут снесены.

При всей своей нынешней суперсовременности UKE имеет 120-летнюю историю — больница в Эппендорфе была открыта в 1889 году. Университетской клиникой она стала в 1934-м. Сейчас она обслуживает не только жителей Гамбурга и не только граждан ФРГ. Клиника ежегодно зарабатывает около 6 млн евро, обслуживая более 600 пациентов из-за границы. Причем большая их часть приезжает из России. Поэтому недавно фирма Consult und Management GmbH, представляющая интересы UKE за рубежом, открыла представительство гамбургской клиники в Москве.