Blog

Текст: Наталия Зельбер

Жилые дома на Реепербане, у автозаправочной станции Esso, давно уже  в центре общественного внимания. В последнее время обстановка там накалилась до предела и в связке с другими событиями по соседству привела к эскалации насилия в районах St. Pauli и Sternschanze.

В ночь на 15 декабря от жителей этих домов стали поступать в полицию тревожные звонки. Обитатели разных квартир дружно утверждали, что у них вдруг заходили ходуном и грозят обрушиться стены! Случилось то, чего все давно опасались, и 50-летняя история изрядно обветшавших Esso-Häuser подошла к своему логическому концу — жильцов пришлось срочно выселять. Эксперты предполагают, что последней каплей для «рукотворного землетрясения» могла послужить запредельная «децибельность» музыки из соседних ресторанов и баров.

Примечательны в этой истории не только сами дома, но и их расположение: в районе St. Pauli, на Реепербане, в самом сердце Гамбурга, «где каждый камень историей дышит». Площадь Spielbudenplatz находится между «Танцующими башнями» и полицейским участком Davidwache. Tам, у городских ворот Millerntor с 1795 года селились представители свободных профессий. В 1813 году их деревянные дома, как и постройки тогдашних пригородов Eimsbüttel, Rotherbaum и Hamm, были дотла сожжены войсками Наполеона.

В XIX веке на их месте возвели многочисленные каменные здания с импозантными фасадами – увеселительные заведения и театры. Во время Второй мировой войны многие из них были разрушены и уже не восстанавливались. Уцелевшие объекты объявлены памятниками архитектуры и находятся под охраной государства. Среди них – Davidwache, St. Pauli Theater и Schmidts Tivoli, фасад St. Pauli Bades (Spielbudenplatz 26) и остатки одного из первых кинотеатров Германии – открытого еще в 1906 году синематографа Knophs.

В 1942 году под Spielbudenplatz оборудовали двухэтажный подземный бункер на 10 000 мест, где жители Гамбурга спасались от налетов союзной авиации. После войны бомбоубежище переделали в подземный гараж на 430 парковочных мест. В 1949 году над ним построили автозаправочную станцию, потом перенесенную на Taubenstraße (№ 24), а поставщиком  была фирма Esso.

Эта Kieztanke постепенно стала культовым объектом, была одновременно и местом встреч, и пивной, и супермаркетом с самой длинной в городе витриной прохладительных напитков. Не забыли при этом и обычный автозаправочный сервис — самый коммерчески успешный в Германии.

По выражению старожилов,  это место стало своеобразной «деревенской площадью» Реепербана,  куда непрерывным потоком стекаются и местные жители, и туристы со всего мира. Самую знаменитую заправку Германии не раз рисовали современные художники. Фигурировала она и в телефильмах. Ей был посвящен даже мюзикл — «Nacht Tankstelle» (кстати, его сейчас можно снова посмотреть в St. Pauli Theater).

Так называемые Esso-Häuser получили свой название от этой АЗС. Два восьмиэтажных жилых блока со 110 квартирами возведены в 1958-1961 годах на принадлежащей заправке территории. Эти образцы послевоенной массовой застройки, конечно, не стали памятниками архитектуры, охраняемыми государством. Больше всего они похожи на наши «хрущевки», когда-то призванные разрешить жилищные проблемы СССР.

За полвека эксплуатации здания с квартирами ограниченного комфорта устарели и морально, и физически. В 2009 году собственник земельного участка и  хозяин заправки Юрген Шютце (Jürgen Schütze) продал свои владения концерну Bayerische Bau- und Immobilien Gruppe. Получив землю,  баварцы запланировали на 2014 год снос автозаправки и жилых домов,  что вызвало ожесточенные дебаты в гамбургских СМИ и отчаянное сопротивление самих жильцов, чувствующих себя обманутыми и брошенными в беде.

В их защиту выступили видные представители культуры, подписавшие знаменательный манифест, в котором, в частности, говорится: «Речь идет не просто о ветхих зданиях, а о классической архитектуре 60-х, которая неразрывно связана с образом жизни и мышления их обитателей». В этих словах слышен призыв сохранить genius loci (гений места, дух-покровитель), которого никакой коммерческой выгодой не измеришь.

Лозунг «Sanieren statt kassieren» имеет под собой не только духовную, но и материальную подоплеку. Для многих гамбуржцев Esso-Häuser стали символом в борьбе с дороговизной жилья и растущей квартплатой. Новый владелец планирует возвести на этом месте здания класса «люкс» с тремя сотнями новых квартир. Обитатели старых домов не без оснований опасаются, что им не найдется места в этом шикарном проекте. Обещаниям сделать 100 новых квартир социальными мало кто верит. Увы, опыт показывает, что прагматики почти всегда побеждают романтиков…

Такова предыстория, а сегодняшний день жильцов Esso-Häuser не очень оптимистичен. Выходить на балконы им запретили с февраля 2013 года, а чтобы стабилизировать весь комплекс, в подземном гараже смонтировали 1600 стальных опор. После «землетрясения» на стенах зданий повсюду появились трещины, так что эвакуированным жильцам запретили возвращаться в квартиры. Каждому было предоставлено лишь 30 минут, чтобы забрать самое необходимое и проститься с родным кровом. Кроме домов, были срочно закрыты окружающие рестораны и бары, среди них — знаменитый «Молотов». Квартал погрузился во тьму, там царит мрачная атмосфера — под стать настроению людей. Беда жителей Esso-Häuser, в одночасье потерявших крышу над головой, еще отчетливее проступила на фоне всеобщей рождественской эйфории и предновогоднего веселья.

Но люди не собирались сдаваться.  21 декабря прошла мощная демонстрация протеста, в которой приняло участие не менее 6 000 человек. Правда, «повестка дня» представляла собой гремучую смесь: к защитникам предназначенных к сносу домов присоединились левые «автономы», намеренные отстоять свой культурный центр Rote Flora от попыток полиции выселить его обитателей. Главным лозунгом стал такой: «Die Stadt gehört allen! Refugees, Esso-Häuser und Rote Flora bleiben!».

Как это нередко бывает, в демонстрации приняли активное участие любители  подраться с полицией со всех концов Германии. В итоге протестная акция вылилась в настоящее побоище, в котором пострадало порядка 120 полицейских и около 500 демонстрантов. Гамбургские власти до сих пор выясняют, кто начал первым, но уже ясно одно: сотрясение стен в двух старых домах обернулось самыми массовыми за минувший год общественными потрясениями городского масштаба.

Текст: Андрей Нелидов

На вопрос, где живет самый популярный в Германии композитор, певец и продюсер Дитер Болен, многие отвечают не задумываясь: под Гамбургом. И это дает нам право считать его своим, хотя поселок Тетензен (Tötensen), в котором находится вилла поп-звезды, относится уже к Нижней Саксонии.

Чтобы говорить о Дитере именно в февральском выпуске журнала, нужен был серьезный повод. Искать его не пришлось: как раз в этом месяце звезда немецкой поп-музыки отмечает 60-летие. Ровесникам Болена этот факт лишний раз напоминает о быстротечности времени: кажется, только что мы дружно отплясывали под Modern Talking, а ведь по российским меркам пора уже пенсию оформлять. Многое изменилось в нашей жизни и в нас самих, только вот Дитер все так же Болен, все так же востребован и успешен. Такие «долгожители» не могут не раздражать, но объективность заставляет снимать перед ними шляпу: в том, что Дитер заслужил свой успех и свои миллионы, сомнений нет ни у кого.

Согласно древней легенде, фригийский царь Мидас превращал в золото все, к чему прикасался. То же самое можно сказать и о Болене, который к тому же более универсален в выборе драгоценных металлов: по числу продаж его пластинок в разных странах мира за ним числятся 3 серебряных, 66 золотых и 47 платиновых дисков. И в отличие от вышеупомянутого властителя Фригии, он обязан своими золотоносными талантами певца, композитора и продюсера не мифологическому  Дионису, а лишь самому себе. Высшее образование у Дитера – экономическое: консерваториями в его биографии и не пахнет. Как вокалист и композитор он в большой степени самоучка – музыку начал сочинять еще в школе.

И поскольку мы сейчас переместились почти в начало его жизненного пути, то заодно пройдем чуть дальше – до самого рождения. Дитер Болен (Dieter Günther Bohlen) появился на свет 7 февраля 1954 года в нижнесаксонском Берне под Бременом. Часть детских лет провел с родителями на крайнем северо-западе страны, в Восточной Фризии, потом семья переехала в Ольденбург. Особенно любопытен тот факт, что в юности будущий миллионер входил в молодежную организацию Sozialistische Deutsche Arbeiterjugend (SDAJ), а после этого немецкого «комсомола» некоторое время был членом Коммунистической партии Германии. Правда, позднее одумался и отошел от политики.

Уступая желанию родителей, Дитер окончил в 1978 году  университет Геттингена, став дипломированным коммерсантом. Хотя экономические знания ему впоследствии все же пригодились, он уже знал, что  делом всей жизни для него будет музыка. С конца 70-х годов Болен писал шлягеры для гамбургского музыкального издательства Intersong и одновременно продюсировал таких же молодых исполнителей, как он сам. Попробовал себя в вокале, став членом берлинской группы Sunday, выступал в дуэте Monza, в составе которого записал на диск свой первый сингл «Hallo Taxi Nummer 10». Правда, эта пластинка осталась практически незамеченной.

Неудача не остудила творческого пыла молодого музыканта: энтузиазма у Болена было хоть отбавляй. В 1980 году он стал продюсером берлинской фирмы грамзаписи Hansa и попытался начать сольную карьеру под своим первым  псевдонимом Стив Бенсон (Steve Benson), которых потом будет еще много. Увы, этот проект тоже не увенчался успехом: ни один из трех его синглов не смог пробиться даже в сотню лучших песен немецких чартов.
Первого относительного успеха Дитеру пришлось ждать до 1983 года, когда на немецком отборе к конкурсу «Евровидения» Бернд Клювер (Bernd Clüver) занял  третье место с написанной Боленом песней «Mit 17». Дальше дело пошло чуть поживее, хотя творческий союз с вокалистом Томасом Андерсом (Thomas Anders) поначалу тоже ничего хорошего не сулил. Шесть синглов Дитера с немецкими текстами в исполнении Андерса успеха не принесли. Тогда Болен кардинально меняет подход к делу и осенью 1984 года создает англоязычный дуэт под названием Modern Talking, в котором выступает сразу в трех ипостасях: продюсера, композитора и исполнителя.

Долгожданный прорыв произошел в январе 1985 года: однажды утром Дитер Болен и Томас Андерс проснулись знаменитыми. За два года песни дуэта пять раз поднимались на первые места в немецких хит-парадах и долгое время удерживали их за собой. Modern Talking рвали европейские, африканские и азиатские чарты, как Тузик грелку. Это был пик мировой популярности поп-группы из Германии, и мы с вами тоже помним, как это было.

Однако уже в 1987 году дуэт распался из-за постоянных ссор его участников. Болен стал выступать соло, создав для себя группу Blue System, а также занялся продюсированием открытой им певицы Каролины Катарины Мюллер (Caroline Catharina Müller). Новый проект получил название C. C. Catch и оказался весьма успешным. Но надолго его опять не хватило: исполнительница и продюсер «не спелись».

Дольше всего – одиннадцать лет – продержался проект Blue System. И то лишь потому, видимо, что Болен со своим непростым характером был там полным хозяином и ему не с кем было особенно ссориться. Но пришел конец и этой группе, успевшей, впрочем, выступить в СССР. Потом неожиданно решил воссоединиться дуэт Modern Talking. Вторая попытка сотрудничества Дитера и Томаса продолжалась дольше, чем первая, но была менее успешной творчески – их старые песни пользовались большей популярностью, чем новые. Через пять лет дуэт распался окончательно.

Тем не менее, можно только поражаться энергии Болена, который ни минуты не сидел без дела. Если у него не было своего долговременного проекта, он сочинял музыку для других исполнителей, в том числе для весьма знаменитых – например, для Бонни Тайлер (Bonnie Tyler) или бывшего солиста группы Smokie Криса Нормана (Chris Norman). С песнями Дитера традиционно выступают участники конкурса «Евровидения» – причем не только от Германии. На его счету более десятка престижных наград, среди которых премия за жизненный вклад в поп-музыку.

Как продюсеру, Болену постоянно приходилось работать с начинающими исполнителями, выискивая среди них молодые таланты. Эта работа вышла на новый уровень в 2002 году с появлением на канале RTL сначала телевизионного музыкального конкурса «Deutschland sucht den Superstar» (DSDS), а потом и шоу «Das Supertalent». Дитер стал бессменным членом их жюри, и это, похоже, было осознанным решением руководства канала. Болен имеет возможность отбирать лучших – с его точки зрения – исполнителей, а затем продюсирует итоговый альбом победителей конкурса. За это он ежегодно получает от RTL более миллиона евро, которые в итоге окупаются сторицей.

Конкурс DSDS в немецкой печати не раз критиковали за излишнюю зависимость от взглядов и музыкальных пристрастий «бессмертного» члена жюри. Дитер Болен ведет себя на съемках, как царь и бог, частенько унижая   исполнителей своими едкими замечаниями и не всегда справедливыми оценками. Его комментарии, не лишенные остроумия, давно стали притчей во языцех: «Ты поешь, как садовый гном, подсевший на экстази», «Чувствуется, что ты любишь музыку, но любовь эта односторонняя», «По статистике 80% немцев не умеют петь, причем 79% приходится на тебя», «В моем организме такие звуки выходят из другого отверстия». На критику в адрес «динозавра» DSDS руководство канала предпочитает не обращать внимания: легкая скандальность шоу лишь повышает  его рейтинги.

Что же касается личной жизни Дитера, то желтая пресса заработала на ней большие деньги: своих жен Болен менял с той же частотой, что и музыкальные проекты. У него пятеро детей, а с таким папой их будущее можно считать вполне обеспеченным.

60 лет – еще далеко не конец жизни, но даже того, что Дитер уже сделал в поп-музыке, любому другому человеку хватило бы для окончательного подведения итогов. Поэтому единственное, чего можно пожелать нашему «почти земляку», – не понижать творческую планку.