Blog

Текст: Константин Раздорский
Фото: Интернет

В этом году мы с женой и друзьями с общежитских времен отметим 20-летие своей жизни в Германии. На рекорд не претендуем: кто-то из наших читателей приехал гораздо раньше, кто-то намного позже, но для каждого из нас год приезда – это начало нового этапа биографии, о котором в советские времена мы даже и подумать не могли.
В солидном возрасте есть и свои редкие преимущества. Мы помним время, когда не было компьютеров, Интернета, навигаторов и мобильных телефонов. А некоторые еще застали домашние вечера без телевизоров, а в школе – перьевые ручки и чернильницы-непроливайки. Мы были пионерами и детьми «железного занавеса», который вместе с легендарным пограничником Никитой Карацупой и его верной собакой Индусом охранял нас от происков империалистов.
Происки действительно имели место – для нашего поколения U-2 – это не ирландская рок-группа, а высотный самолет-разведчик, который советская ПВО сбила в 1960 году под Свердловском. Так что свою функцию «железный занавес» худо-бедно выполнял. Тот же Карацупа за 20 лет службы задержал 338 нарушителей границы, хотя в частных беседах Никита Федорович признавался, что никто почему-то не писал о том, в какую сторону те направлялись. Это сейчас в Сети полно рассказов о сенсационных побегах из СССР, а тогда дыры в «железном занавесе» не особенно рекламировали.

Но 30 лет назад произошло событие, скрыть которое не удалось бы при всем желании. 28 мая 1987 года немецкий парень Матиас Руст, получивший лицензию пилота в гамбургском аэроклубе, посадил легкомоторную «Сессну» у стен Кремля, «поздравив» советских пограничников с профессиональным праздником. Оставим в стороне конспирологические споры об истинных мотивах авантюрного полета. После этого схему организации ПВО изменили, а «железный занавес» слегка приподняли. Жители СССР получили больше возможностей выехать из страны – в том числе и на постоянное жительство.
И вот 30 спустя показательный пример из Берлина. В перерыве футбольного матча на Кубок Германии между дортмундской «Боруссией» и франкфуртским «Айнтрахтом» переполненный стадион слушает выступление самой яркой немецкой поп-звезды – Хелене Фишер. Не всем болельщикам подходит ее репертуар, но и организаторов понять можно: масштаб такого спортивного события требует гостя соответствующего уровня. А выше Фишер сейчас нет никого.
Не всем футбольным фанатам есть дело до ее биографии, но я думаю о девочке из Красноярска, которую в возрасте трех с половиной лет родители привезли из Сибири на историческую родину. Не знаю, чего добилась бы «Елена Петровна» в России, но в Германии она поднялась на вершину исполнительского мастерства. Обладательница многочисленных музыкальных и телевизионных наград, рекордсменка по количеству премий ECHO Pop (16) и Goldene Henne (7), она сейчас по праву считается королевой немецких шлягеров. Ее альбом 2017 года, который так и называется – Helene Fischer, занимает первые места в поп-чартах Германии, Австрии и Швейцарии. Скажу проще: сегодня это самая известная в стране русская немка. И своим успехом она обязана не только собственному таланту и работоспособности, но и тому, что «железный занавес» приоткрылся для нее очень вовремя.
Я рад за нее, за ее семью и за всех, кто многого добился в Германии. За нас и за наших детей, которые, возможно, и не хватают звезд с небес, но приносят этой стране пользу. Вспомним об этом еще раз, когда будем отмечать годовщину своего выезда за «железный занавес». А в таких случаях, как любит повторять один мой друг с тех самых общежитских времен, «не вижу повода не выпить».

Текст: Светлана Василишина
Фото: Bundesregierung, Guido Bergmann

Впервые в Германии состоялось присуждение национальной премии «Интеграционный приз бундесканцлера» (NATIONALER INTEGRATIONSPREIS DER BUNDESKANZLERIN)

Одним из главных номинантов стал Tanzbrücke Hamburg. Номинация на приз федерального канцлера за вклад в интеграцию мигрантов увенчала «Культурно-спортивный год» – проект Академии, открывший важное направление работы – объединение занятий различными видами спорта с многопрофильным образованием.

Вручение Nationaler Integrationspreis der Bundeskanzlerin прошло впервые 17 мая в Берлине. 33 организации, представляющие основные направления интеграционной деятельности, выбрали своих кандидатов, отличившихся особенными успехами в поддержке мигрантов, и представили их проекты на суд компетентного жюри. Это были Die Bundesarbeitsgemeinschaft der Freien Wohlfahrtspflege e. V., в состав которого включены среди других Deutscher Caritasverband, Deutsches Rotes Kreuz и Diakonie Deutschland; общества, поддерживающие мигрантов в предпринимательской сфере и области культуры, образования и политики, Seniorenorganisationen, различные молодежные объединения. И, конечно же, Deutscher Olympische Sportbund (DOSB).
В состав DOSB входят 98 организаций (более 27 млн. членов) по всей стране, а также Tanzbrücke Hamburg, который и оказался на почетном месте номинанта от всегерманской организации, победив на отборочном туре среди представителей 16 федеральных земель в декабре 2016 года.

Премьера вручения премии проходила при личном участии федерального канцлера Германии Ангелы Меркель. Как отметила одна из членов жюри – профессор Найка Фороутан (Naika Foroutan), заместитель директора Берлинского исследовательского института интеграции и миграции: «Нужно было в первую очередь определить, что подразумевается под словом «интеграция». После длительной дискуссии мы пришли к выводу, что в этом процессе должны принимать участие все члены общества, тем более, что у многих немецких граждан миграционные корни. Поэтому мы рассматривали все проекты именно с этой точки зрения».

Уже в названии Академии Tanzbrücke Hamburg отражен главный принцип ее деятельности – через танец и спорт наводить мосты между разными культурами. Елена Дергачева, как Botschafterin des Sports, на базе Академии реализует программу Гамбургской спортивной ассоциации «Интеграция через спорт». В работе участвуют все члены команды: спортсмены, филологи, математики и художники. Так и родился комплексный проект под названием «Культурно-спортивный год».
Особенно интересна его концепция для членов многонационального коллектива Tanzbrücke. Дети вместе с педагогами изучают, например, во время каникул, особенности отдельной страны (Германии, Бразилии, Франции, России и т.д.): культурные традиции, физическую культуру, подвижные игры. На практических занятиях пробуют себя в традиционных играх, слушают музыку и знакомятся с художественными шедеврами этих народов. По окончании проектов участники делятся впечатлениями, обмениваются идеями и опытом. Таким образом они не только развиваются физически, но и становятся более открытыми, толерантными и, что немаловажно, компетентными в общении с представителями других культур, учатся уважительно друг с другом обращаться, грамотно решать конфликты и преодолевать языковые барьеры.

Занятия спортом особенно эффективны для вхождения человека в новую среду. В Tanzbrücke Hamburg это направление очень многопланово: наряду с курсами самообороны и таких экзотических видов спорта, как самбо, ниппон кемпо, тай чи, проводятся занятия фитнесом и оздоровительной гимнастикой. Важно, что здесь объединили спорт и разностороннее образование. Культурно-спортивные недели во время школьных каникул – настоящая инновация в Германии. Этот восьмилетний опыт вполне может быть использован другими культурно-образовательными учреждениями для организации подобных недель или тематических выходных, экскурсий или семейных спортивных праздников.

Педагогический коллектив Tanzbrücke Hamburg провел колоссальную работу, проанализировав результаты годового проекта, и подготовил материалы, которыми коллеги из других регионов могут воспользоваться в различных вариантах – в классных комнатах и спортивных залах, реализовать проект помесячно или комбинировать его с собственными программами.
Главное, что в основе должны лежать радость и удовольствие, которые дети получают от движения вместе с другими, и физические нагрузки, необходимые для здоровья юного поколения.

Ангела Меркель подчеркнула, что все тридцать три кандидата заслуживают чествования в одинаковой мере, хотя приз получает один. Но такова природа соревнования. В этом году приз ушел в город Альтена в земле Северный Рейн – Вестфалия за проект «Из беженца – в граждане Альтены» («Vom Flüchtling zum Altenaer Mitbürger»).

Госпожа канцлер от всего сердца поблагодарила всех, кто стоит за интеграционными инициативами, отобранными на конкурс. Она убеждена, что интеграция происходит успешнее там, где люди идут навстречу друг другу. Одни лишь требования к новоприбывшим при отсутствии интереса тех, кто в этом обществе уже живет не один год, не работают. Необходимы личные контакты и инициативы. И она прекрасно понимает, что все кандидаты, представленные сегодня, прошли нелегкий путь и приложили немало усилий. Но они сделали большое дело для своей страны. Они показали, как делается интеграция, а главное, что она делается. Образцовые проекты не должны замалчиваться – они должны стать примером для остальных!

Текст: Андрей Нелидов

В районе Хаммерброк планируется инновационный центр Digital Space, который должен способствовать превращению Гамбурга в фабрику цифровых технологий. Будущий научный городок уже окрестили на американский манер – Hammerbrooklyn.

При чем здесь Бруклин? Да похоже, что ни при чем. За этим словесным гибридом не стоит ничего, кроме частичного совпадения названий двух районов – гамбургского и нью-йоркского. Американская часть намекает на то, что за океаном находится Мекка цифровых технологий, но ассоциируется она прежде всего с калифорнийской столицей мирового технического прогресса – Кремниевой долиной.
Хотя в Бруклине расположен технопарк и политехнический институт Нью-Йоркского университета, он такой связи не вызывает – это не Кремниевая долина и даже не Массачусетский технологический институт. Так что лежащую на поверхности игру топонимов следует признать не совсем оправданной, придуманной лишь ради красного словца. Не исключено, впрочем, что название со временем все-таки приживется, как это бывает даже с самыми странными словообразованиями. Так что давайте отвлечемся от этимологии и всмотримся в суть дела: что же такое проект Digital Space и что он может дать нашему городу?
Инициатива его разработки принадлежит руководству Гамбургского института мировой экономики (HWWI) и многопрофильного креативного агентства Interpol Studios, к известному нам Интерполу отношения не имеющего. Партнеры надеются создать в Хаммерброке на основе цифровых технологий зародыш города завтрашнего дня. Как утверждает управляющий Interpol Studios Матиас Мюллер-Узинг (Mathias Müller-Using), массовая дигитализация рабочих и творческих процессов вызовет всестороннюю трансформацию нашей жизни.
Проект со всеохватывающим названием Digital Space, что можно перевести как «Цифровая Вселенная», позволит нам заглянуть в будущее. «Это единственная в своем роде программа действий, так как переменами будут затронуты не только предприятия и целые отрасли деятельности, но и работа городских служб и процесс развития Гамбурга, – считает глава HWWI Хеннинг Фёпель (Henning Vöpel). – Сам город, его экономика и наука получат в свое распоряжение суперсовременную лабораторию для поиска решений актуальных проблем. Мы уже сможем работать над конкретными проектами, а не только говорить об этом».

Однако именно конкретной информации пока очень мало – преобладают общие слова. Нам в очередной раз обещают что-то вроде Кремниевой долины с видом на Эльбу, что поневоле заставляет относиться к этому с некоторым скепсисом. Буквально год назад в Финкенвердере столь же пафосно открывали инновационный комплекс ZAL TechCenter. Судя по всему, его работа в области авиационных технологий потихоньку движется, и хотя громких новостей оттуда пока не слышно, там по крайней мере есть конкретика. А Digital Space вообще находится лишь на стадии планирования, так что неизвестно, чем в действительности дело обернется – Кремниевой долиной или гамбургским Сколково.
Новый комплекс объединит под одной крышей ученых и управленцев, обеспечив благодатную почву для взращивания стартапов. HWWI намерен сам переехать сюда, чтобы отслеживать новые идеи и концепции. Для этого институт создаст дочернюю структуру под названием ideas@hwwi. Характерной особенностью технологического центра будет его постоянная открытость для обычных посетителей, которые получат возможность оценивать конкретные проекты и принимать участие в тестировании находящихся в разработке программ.
Hammerbrooklyn будет частично оправдан тем, что основным зданием нового технопарка станет бывший павильон США на Всемирной выставке 2015 года в Милане. Его планируется доставить к нам и смонтировать до конца этого года. Еще одно здание должны построить в 2018 году. Общая инфраструктура комплекса будет дополнена променадом и велодорожкой по берегу Эльбы, а также кафе и другими предприятиями общественного питания и торговли. По плану сумма инвестиций в Digital Space составляет двузначную цифру в миллионном исчислении.
По словам инициаторов проекта, к сотрудничеству с ними уже проявили интерес транспортные службы города в лице Hochbahn, а также Haspa, Siemens и управление порта Hamburg Port Authority. Сенат рассматривает потенциал Digital Space как важный фактор повышения конкурентоспособности Гамбурга в технологическом соревновании с Мюнхеном и Берлином. Вкладом города в этот проект стало выделение земельного участка недалеко от Главного вокзала возле Deichtorhallen. Местные власти обещают также всестороннюю поддержку в получении разного рода разрешений в процессе строительства.
О важности «оцифровки» экономики и других отраслей деятельности говорят на всех уровнях. Достаточно упомянуть недавно состоявшуюся в Гамбурге X морскую конференцию, в которой приняли участие федеральные министры Бригитте Циприс (Brigitte Zypries) и Александер Добриндт (Alexander Dobrindt), ответственные за экономику и транспорт. По их мнению, дигитализация судостроения, судоходства, логистики, ветроэнергетики и портовых служб – обязательный шаг для сохранения конкурентоспособности на международном уровне.
«Сегодня лишь технические ноу-хау позволяют сохранять лидирующие позиции», – сказала Бригитте Циприс. Министр транспорта Александер Добриндт непосредственно отвечает в нашей стране за развитие цифровой инфраструктуры и не далее как в прошлом году поддержал создание у нас в Гамбурге исследовательского центра судостроения и морской техники DMZ (Deutsches Maritime Zentrum). Насколько все эти структуры будут дублировать или же дополнять друг друга, во многом зависит от степени координации их деятельности.
Гораздо определеннее выглядит ситуация в области фундаментальных наук. Быстрыми темпами развивается научный городок в Баренфельде, где находится электронный синхротрон Desy, а также ускорители Petra III и FLASH. Потребность в них столь высока, что эксперименты расписаны на годы вперед, а комплекс постоянно расширяется за счет научных лабораторий и офисов.
Недавно началось строительство пятиэтажного корпуса Photon Science, который должен быть готов в 2019 году. Один этаж будет лабораторным, а на остальных расположатся кабинеты сотрудников. Сюда переедут не только физики из самого Баренфельда, но также часть сотрудников центра Гельмгольца в Геестахте и лаборатории Рупрехта Хензеля Кильского университета. Они получат возможность работать в непосредственной близости от ускорителей и более оперативно обрабатывать результаты исследований фотонов и других частиц.
Сотрудничество развивается и на международном уровне. Солидный научный имидж Баренфельда привлекает сюда ученых со всего мира – и не только физиков. Только что введен в строй корпус CSSB – Центра структурных биологических систем для борьбы с наиболее распространенными заболеваниями. В сотрудничестве с обществом Макса Планка планируется строительство нового исследовательского института, уже в этом году начнут возводить инновационный центр.
Научная общественность с нетерпением ожидает запланированного на осень пуска рентгеновского лазера XFEL стоимостью в миллиард евро. Скажем честно: если бы все гамбургские проекты обладали такой конкретикой и перспективами, как Баренфельд, за будущее нашей науки можно было бы не беспокоиться.

Текст: Юрий Одессер

До сих пор гамбуржцы используют выражения и словечки, оставшиеся от старых добрых времен.
Такие языковые гамбургензии (Hamburgensie – то, что родилось в Гамбурге), гуляют не только в городском языке. Многие из них стали общенемецкими.
Tschüs – «чус»
«Чус» – это едва ли не первое, что усваивают иностранцы из немецкой разговорной речи. Этим коротким и выразительным словечком при прощании пользуются во всей Германии. Оно (вместе с «чао») в значительной степени вытеснило ортодоксальное «Auf Wiedersehen», которым в настоящее время пользуются (статистика знает все!) менее чем в 50% случаев, а при прощании с друзьями – менее, чем в 15%.
«Прообразы» этого полужаргонного словечка кроются в религиозной латыни. В XVI-XVII веках в Гамбург, в район Нойштат, а также в соседнюю Альтону переселилось много беженцев из Франции (гугеноты) и из испанских Нидерландов (протестанты и евреи-сефарды). В нашем городе стало модным прощаться по-французски – adieu (с Богом), а в валлонском варианте – adjuus, или по-испански – adiós, а в нидерландском варианте – atjüs. В гамбургском говоре эти слова отшлифовались до atschüs – «ачус». Так и прощались здесь вплоть до II мировой войны, когда первый звук «а» наконец исчез, и вылупилось знакомое нам «ЧУС!».
Произносится оно в зависимости от контекста: кратко (пишется Tschüss) или протяжно (пишется Tschüs). Однако это словечко в своей классической форме употребляется отнюдь не везде. На Рейне, например, говорят «чё» (tschö), а в Шлезвиг-Гольштейне – «тююз» (tüüs). «Чус» слышен почти всюду и распространяется в еще не занятые им области Германии. Уже в 1980-е годы он завоевывает швабское языковое пространство, где звучит в местом варианте как «чуссле» (Tschüssle) или «чиссле». В немецкой Швейцарии «чус» употребляется наряду с «чао» (диалектизм от итальянского schiavo [sˈkjaːvo], которое, как и Servus, означает «слуга» или «раб» («Sklave»). В Прибалтийских районах говорят «чуссинг» (Tschüssing – этакий кивок в сторону англичан). А отсюда уже и рукой подать до русского «ЧУСИК».

Moin – словечко-джокер
В Германии все жестко упорядочено, даже приветствия. Если вы до обеда, здороваясь с соседом, скажете ему «Guten Tag», он вас поправит: «Guten Morgen», а в обеденное время, т.е. с 12 до 14 – «Malzeit» и т. д., и никаких отклонений. Если вы не успели сориентироваться во времени, а сосед уже открыл дверь и его надо приветствовать, то можете в очередной раз попасть впросак. Однако здесь, как из любого затруднительного положения, тоже есть выход.
Конечно, можно воспользоваться иностранным Hello. Но есть свое, родное, кондовое нижненемецкое приветствие-джокер: Moin! или Moinmoin! Это универсальное приветствие можно произносить в любое время дня и ночи. А в некоторых местах оно звучит даже при прощании.
Есть множество версий, объясняющих происхождения этого словечка. Наиболее вероятная: на платт mooin = хорошо, а полное приветствие звучит так: ‘n mooien Dag wünsch ik di, что значит: «я желаю тебе доброго дня (вечера)». Сокращение этого выражения привело к moin Dag или, в итоге, к Moin! Этим старинным словечком приветствуют друг друга «настоящие» гамбуржцы. Оно очень подходит экономным на слова ганзейцам. Иногда Moinmoin звучит как приглашение к задушевной беседе или трепу (Klönschnack – на платт). На немецких военных кораблях можно услышать Moin, Herr… Говорят, что это делает атмосферу более дружественной, что так важно на судне. Моin, кроме Гамбурга, было в ходу еще в местах расселения фризов: в Шлезвиг-Гольштейне, на юге Дании. С семидесятых годов ХХ века Moin! растекается по всей Германии.

Sonnabend – канун праздника
Слово Sonnabend пришло в общенемецкий из Северной (протестантской) Германии, в частности, из Гамбурга, и заменило Samstag. Евангелисты на Эльбе хотели подчеркнуть в новом названии субботы, что для них это вовсе не традиционный еврейский праздник (ивр. sabbat, средневек. нем. Sameztac, Samstag), а вечер перед праздником воскресения Sonntag. Его значение восходит к библейскому определению начала праздника накануне вечером: «от вечера до вечера празднуйте субботу вашу» (Лев. 23, 32). Привычное на севере Германии Sonnabend встречается тем реже, чем южнее, а в Швейцарии и Австрии оно вообще неизвестно. Поэтому приезжающих в Гамбург южан предупреждают, что здесь Samstag называют Sonnabend.

Продолжение в следующем номере

Текст: Андрей Нелидов

Школьники из семей иммигрантов оказывают существенное влияние на общие учебные показатели гамбургских девятиклассников в сравнении со сверстниками из других земель.
А теперь догадайтесь с трех раз, как именно влияют на общую успеваемость учащиеся с «иммиграционным фоном» – позитивно или негативно? Правильно – они, в большинстве случаев, ухудшают показатели. Но это процесс объективный, поскольку детям из семей приезжих труднее осваивать большинство предметов уже потому, что они знают немецкий язык хуже коренных жителей. Чтобы сделать такой вывод, к гадалке ходить не обязательно. И уж тем более, казалось бы, не стоит тратить деньги и проводить для подтверждения этого факта серьезные исследования.
Но нет – гамбургский Институт образовательного мониторинга и качественного развития (IfBQ) впервые детально проанализировал результаты учебы девятиклассников во всех федеральных землях с учетом «иммиграционного фона» среди школьников. Полученные данные были на эксклюзивной основе предоставлены редакции газеты Hamburger Abendblatt, опубликовавшей их в одном из мартовских номеров.
Но сначала вернемся на пару лет назад. В 2015 году берлинский Институт качественного развития в сфере образования (IQB) протестировал по немецкому и английскому языкам в общей сложности 33 110 девятиклассников из 1 513 школ всех федеральных земель. Когда в октябре 2016 года были опубликованы первые результаты этих тестов, в подготовке гамбургских школьников обнаружилась обнадеживающая тенденция: наши девятиклассники заметно улучшили свои прежние показатели по немецкому языку, а в английском даже поднялись до четвертого места среди шестнадцати земель. Только в правописании они по-прежнему занимали позиции ближе к концу рейтинга, что в последние годы стало, к сожалению, делом привычным.
Позже сотрудники гамбургского IfBQ провели углубленный анализ исследования своих берлинских коллег, и тут выяснилось, что при определенных условиях наши учащиеся могут претендовать и на лидирующие места в рейтинге земель. Одним из таких условий является разделение школьников на «чистых» и «нечистых». Например, если не принимать во внимание показатели девятиклассников из семей иммигрантов, то результаты коренных гамбуржцев заметно улучшаются. Настолько, что позволяют им обойти традиционных лидеров – Саксонию и Баварию, поднявшись с 12-го на общее первое место по чтению и пониманию текстов на немецком и английском языках, а в правописании занять прежде недоступную пятую строчку рейтинга.
Как представитель того самого «иммиграционного фона» должен отметить, что меня, честно говоря, задела эта попытка вывести наших детей за скобки. Как будто нам хотят сказать: «Если бы не приезжие, мы были бы в полном шоколаде». Согласитесь, что от этой формулы слегка попахивает. Впрочем, я, возможно, излишне чувствителен.
Но давайте отбросим сомнения и зададим себе вопрос: имеет ли такой подход к статистике практический смысл? С моей точки зрения – да, имеет, но только ради одной цели: чтобы учебные заведения оказались в более или менее равных для оценки их работы условиях. Не секрет, что доля учащихся иностранного происхождения в федеральных землях в существенной степени различна. И результаты тестов у девятиклассников улучшаются если и не прямо пропорционально снижению доли «иммиграционного фона» в школах, то весьма близко к этому.
Например, в рейтинге по немецкому языку (чтение) лидирующая группа представлена по большей части новыми землями, где доля приезжих в школах традиционно мала. Первое место занимает Саксония, где иммигрантская прослойка составляет 9,2%, на втором – Саксония-Анхальт (6,9%), на третьем – Мекленбург – Передняя Померания (8,5%). Далее идут уже западные земли с более заметной долей приезжих – Саар (16,6%) и Шлезвиг-Гольштейн (17,8%). Теперь сравним показатели первой пятерки с не вошедшими в десятку Гамбургом и Берлином (оба по 42,4%), не говоря уже о замыкающем таблицу Бремене (48,1%).
Очищение результатов от субъективного «иностранного» влияния позволяет более точно оценить конкретный вклад учебных заведений в подготовку школьников. И вот тут выясняется истинное положение дел в образовании. В Саксонии оно всегда было хорошим, поэтому земля находится в лидерах вне зависимости от того, учитывается «иммиграционный фон» или нет: в одном рейтинге она на первом месте, в другом – на втором. И наоборот: проблемный Бремен оказался на последнем месте в обоих случаях.
Тюрингия занимает средние позиции (в одном рейтинге на седьмой строчке, в другом – на восьмой), хотя доля приезжих в ее школах (7,2%) меньше, чем у той же Саксонии. Бранденбург (11-е место) находится лишь на одну ступень выше Гамбурга, тогда как процент учащихся иностранного происхождения у этих земель совершенно разный (9,5% против 42,4%). Вывод тут можно сделать один: образованием надо заниматься всерьез – независимо от наличия или отсутствия приезжих. А их адаптация должна быть важной частью образовательного процесса.
Поэтому я не особенно склонен разделять бурную радость школьного сенатора Тиза Рабе (Ties Rabe) по поводу того, что отделенные от «нечистых» коренные гамбуржцы заняли первые места в отдельных дисциплинах «чистого» рейтинга. В последние годы у наших школьников действительно наблюдается тенденция к улучшению результатов, но с правописанием, к примеру, дела по-прежнему обстоят неважно. Почти 13% учащихся из иммигрантских семей все еще покидают школу без аттестата. Общий уровень знаний школьников оставляет желать лучшего, а математическая подготовка весьма средняя и во многом зависит от социального происхождения учащихся. Так что пока в сфере образования гамбуржцам есть куда расти .