Текст: Андрей Нелидов
Нынешний Международный женский день в Германии явно останется в тени другого праздника – 8 марта исполнится 300 лет со дня рождения выдающегося немецкого композитора Карла Филиппа Эмануэля Баха (Carl Philipp Emanuel Bach). И наш город в его биографии занимает особое место.
Масштабные юбилейные торжества пройдут во всех шести городах, имеющих отношение к судьбе Баха-младшего, – Веймаре, Лейпциге, Франкфурте-на-Одере, Берлине, Потсдаме и Гамбурге. Хронологически и географически именно так сложился жизненный путь композитора, очень популярного в XVIII веке, затем почти забытого и лишь недавно опять вышедшего из тени своего великого отца.
Н
аша первая остановка – в Веймаре. Это город, где 8 марта 1714 года в семье придворного органиста Иоганна Себастьяна Баха и его супруги Марии Барбары родился второй сын, которого назвали Карлом Филиппом Эмануэлем. Крестным отцом мальчика стал друг Баха-старшего, известный композитор эпохи барокко Георг Филипп Телеманн (Georg Philipp Telemann). Не исключено, что второе имя малыша – это дань уважения семьи Бахов человеку, с которым пути крестника много лет спустя пересекутся в Гамбурге.
Иоганн Себастьян и Мария Барбара стали родителями семерых детей, трое из них умерли в раннем детстве. Еще 13 появились на свет во втором браке Баха – с певицей Анной Магдаленой Вильке, – причем большинство детей не выжило, что для того времени было явлением обычным. Любопытно, что по двое сыновей от каждого брака стали впоследствии известными композиторами. Это Вильгельм Фридеман – старший брат Карла Филиппа Эмануэля – и их младшие единокровные братья Иоганн Кристоф Фридрих и Иоганн Кристиан.
В 1723 году их отец получил в Лейпциге должность кантора в хоре церкви Святого Фомы (Thomaskirche). Одновременно ему приходилось исполнять и обязанности учителя музыки в церковной школе (сейчас Thomasschule считается старейшей общедоступной школой Германии). Именно в ней с десятилетнего возраста обучался и Карл Филипп Эмануэль.
Отец был для него единственным учителем музыки, который, кстати, отнюдь не считал, что его второй сын должен стать профессиональным музыкантом, поскольку тот играл только на клавишных инструментах и к тому же был левшой. В этом смысле Бах больше рассчитывал на своего первенца Вильгельма Фридемана, у которого были все данные, чтобы стать преемником Иоганна Себастьяна на исполнительском и композиторском поприще.
Поэтому нет ничего удивительного, что после окончания школы Карл Филипп Эмануэль сначала избрал для себя далекую от музыки стезю, изучая право в университете Лейпцига. Через год учебы он решил подать заявку на место органиста в одной из церквей Наумбурга, но его туда не приняли. Тогда юноша продолжил образование в университете Франкфурта-на-Одере.
К этому времени на его композиторском счету было уже немало сочинений, среди них – пять сонат и два концерта для клавира. Впрочем, к своим ранним произведениям Карл Филипп Эмануэль относился довольно критически. Во Франкфурте он стал членом музыкального общества «Collegium musicum», где исполнял не только свои вещи, но и сочинения отца.
Студенческая жизнь постоянно требовала денег, так что молодому человеку частенько приходилось подрабатывать, обучая желающих игре на клавишных инструментах. В отличие от Баха-старшего, он уже видел себя профессиональным исполнителем и композитором, но, не желая перечить отцу, благополучно завершил юридическое образование.
Однако затем Карл Филипп Эмануэль сделал свой окончательный выбор, навсегда забросив юриспруденцию и полностью посвятив себя музыке. В 1738 году его приняли в капеллу прусского кронпринца – будущего короля Фридриха II. Когда тот взошел на трон, Бах как исполнитель и композитор получил постоянное место при дворе. К этому времени он стал одним из самых известных в Европе музыкантов, играющих на клавире.
Среди прочего Карл Филипп Эмануэль написал два цикла сонат, посвятив их Фридриху II и юному герцогу Вюртембергскому, которого учил музыке. Этот явно дипломатический ход помог ему укрепить свои позиции при дворе. К тому же композитор часто аккомпанировал на клавесине королю Фридриху, очень любившему играть на флейте.
Основные творческие усилия Баха концентрировались на произведениях для клавира, для которого он сочинил около 200 сонат и других вещей. Но он получил широкое признание и как педагог и теоретик игры на этом инструменте. Его труд «Versuch über die wahre Art das Clavier zu spielen» («Опыт правильной игры на клавире») вышел в нескольких изданиях.
Однако в последние годы обстановка при дворе стала тяготить Баха. Потсдаму и Берлину композитор отдал в общей сложности 28 лет жизни, поэтому его часто называют «берлинским Бахом», чтобы не путать с братьями. Правда, есть у него и второе прозвище, имеющее прямое отношение к нашему городу – «гамбургский Бах». Карл Филипп Эмануэль провел на берегах Эльбы и Альстера 20 лет вплоть до своей кончины. Весной 1768 года он стал преемником своего крестного отца Георга Филиппа Телеманна на посту музыкального директора пяти основных городских церквей. По совместительству он был еще и кантором в Johanneum – старейшей гимназии нашего мегаполиса.
Круг его обязанностей очень напоминал работу отца в Лейпциге. Естественным образом Бах стал уделять больше внимания церковной музыке. Он фактически руководил всей концертной жизнью Гамбурга, курировал исполнение собственных сочинений, в том числе хоровых. Именно здесь Карл Филипп Эмануэль добился полного признания, которого ему не хватало в Берлине и Потсдаме. Говорят, что при жизни он был даже более известен, чем его отец.
Главную заслугу «гамбургского Баха» современники видели прежде всего в создании «выразительного» или «чувствительного» стиля клавирной музыки. Его опусы полны изобретательности и непредсказуемости, насыщены широким спектром эмоций. За более чем полвека своей творческой жизни Карл Филипп Эмануэль создал более тысячи произведений и стал одним из наиболее значительных композиторов в музыкальном спектре от барокко до венской классики. Его творчество оказало влияние на Йозефа Гайдна, а также на Людвига ван Бетховена, который выражал ему «искреннее восхищение и уважение».
В одном из писем своему музыкальному издателю Готтфриду Хертелю Бетховен сообщает: «Из фортепианных сочинений Баха у меня есть лишь несколько вещей, и все же некоторые из них несомненно должны служить каждому истинному художнику не только для высокого наслаждения, но и для изучения». Известна чеканная формулировка Моцарта по поводу роли Карла Филиппа Эмануэля в музыке: «Он – отец, мы – дети. И если кто-то из нас что-то может, этому мы научились у него».
Он ушел из жизни в декабре 1788 года и похоронен в открытой для посещений крипте гамбургского собора St. Michaelis. При случае каждый наш читатель может поклониться его праху, а для человека, считающего себя музыкантом, это просто профессиональный долг. Глядя на могилу Баха, поневоле вспомнишь: вот лежит достойный сын своего отца. И лишний раз подивишься тому, что на детях гения природе отдохнуть не удалось.
С перечнем гамбургских мероприятий, посвященных 300-летию Карла Филиппа Эмануэля Баха, вы можете ознакомиться на специальной странице в Интернете (http://www.cpebach.de/2014/hamburg).
«Дефлорация» затянулась
Но не будем излишне пристрастными: хотя «ботаники» в цитадели анархизма и не водятся, формально Rote Flora является все же районным культурным центром, где царит андерграунд: здесь проводятся художественные акции, концерты групп различных музыкальных направлений, праздники районного масштаба, дискуссии на политические темы и тому подобное. И как бы ни раздражал нас жуткий внешний вид бывшего театра, следует признать, что Rote Flora действительно представляет собой часть современной субкультуры, которая нам, возможно, и не близка, но все же имеет право на существование.
Понятно, что это изменение правил игры возмутило демонстрантов. Но и у полиции имелись причины для недовольства: в голове колонны находились парни из так называемого «черного блока» – боевого подразделения автономов. Их лица были закрыты платками и шарфами, что в принципе запрещено. Одно это могло стать поводом для прекращения демонстрации. Но через несколько минут после начала движения полиция жестко остановила колонну уже по другому поводу: отцы-командиры посчитали, что демонстранты отправились в путь раньше оговоренного времени. «Черный блок» тут же ринулся отстаивать их правоту, столкновение стало явью, и через полчаса полиция разогнала колонну. Итог – сотни пострадавших с обеих сторон.
При этом театр балует зрителей не только сценическими «лакомствами», но и кулинарными. Фойе с семью барами на трех уровнях, а также ресторан с уникальной панорамой центра города, которая открывается перед сидящими за столиками, способны удовлетворить самые взыскательные вкусы. Неудивительно, что уже более 9 млн зрителей посмотрело представление в гавани.
Жилые дома на Реепербане, у автозаправочной станции Esso, давно уже в центре общественного внимания. В последнее время обстановка там накалилась до предела и в связке с другими событиями по соседству привела к эскалации насилия в районах St. Pauli и Sternschanze.
Такова предыстория, а сегодняшний день жильцов Esso-Häuser не очень оптимистичен. Выходить на балконы им запретили с февраля 2013 года, а чтобы стабилизировать весь комплекс, в подземном гараже смонтировали 1600 стальных опор. После «землетрясения» на стенах зданий повсюду появились трещины, так что эвакуированным жильцам запретили возвращаться в квартиры. Каждому было предоставлено лишь 30 минут, чтобы забрать самое необходимое и проститься с родным кровом. Кроме домов, были срочно закрыты окружающие рестораны и бары, среди них — знаменитый «Молотов». Квартал погрузился во тьму, там царит мрачная атмосфера — под стать настроению людей. Беда жителей Esso-Häuser, в одночасье потерявших крышу над головой, еще отчетливее проступила на фоне всеобщей рождественской эйфории и предновогоднего веселья.
Текст: Татьяна Штарк
То, что показали зрителям на этот раз, было пронизано трепетной любовью к Санкт-Петербургу. Мы вместе с артистами совершили двухчасовой «экскурс» в архитектуру, историю и культуру первой столицы России, «Петра великого творенья». Нам показали все самое дорогое сердцу русского человека – Летний сад, помнящий прогуливающегося Александра Сергеевича, и Исаакий, творение великого Монферрана, держащийся только за счет тяжести своих колонн, Эрмитаж и «Спас на крови», который несколько раз порывались взорвать после революции, да так, слава Богу, и не взорвали!
В какой-то момент я случайно посмотрела на женщину, сидящую рядом со мной, увидела слезы в глазах пожилой немки и подумала : «Как же это удается большим и маленьким участникам «Tanzbrücke» прочувствовать не только душой, но и всем телом время и переживания людей, о которых они нам рассказывают языком танца? Как можно научить современных подростков, слушающих рэп и не читавших «Войну и мир», кружиться в вальсе, как кружилась Наташа Ростова?».
За прошедшие с первого показа «Города царей» десять лет ансамбль из танцевального стал театрально-хореографическим. Ребята на сцене не только танцуют — они еще и поют – под аккомпанемент и а капелла, соло и хором. Они показывают сценки, акробатические номера и живые картины, декламируют стихи. Невероятно вырос уровень мастерства и сложность хореографии ансамбля. Поэтому спектакль 22 января, хотя и юбилейный, не был просто повторением первого. Это была настоящая премьера – с новыми номерами, новыми музыкальными аранжировками, ну и конечно, с новыми участниками. Ведь исполнители первого спектакля давно выросли и уже сами были в числе зрителей. А на сцене творили другие дети и подростки, но все – такие же увлеченные, талантливые, влюбленные в танец, музыку и ритм.