Category: Гамбург

Текст: Андрей Нелидов

Между востоком и западом
Месяц назад во Франкфурте-на-Майне известному немецкому барду и поэту Вольфу Бирману (Karl Wolf Biermann) вручили престижную литературную премию Овидия. Новоиспеченный лауреат принял награду лишь для того, чтобы передать ее одному из лидеров белорусской оппозиции Марии Колесниковой, которую режим Лукашенко приговорил к одиннадцати годам заключения.
Премию Овидия каждые два года присуждает PEN-центр немецкоязычных писателей за рубежом, первым руководителем которого стал в 1934 году Генрих Манн (Heinrich Mann). Решение, что очередную награду получит Бирман, было принято еще в 2020 году, но ее вручение задержалось из-за пандемии.
Немецкий бард заранее объявил, что передаст премию Колесниковой, которую международная правозащитная организация Amnesty International признала узником совести. В интервью Deutsche Welle Вольф охарактеризовал Марию как «вдохновляющую икону сопротивления диктатору» и объяснил намерение ее поддержать: «Защищая ее, я защищаю и всех тех из нас, кто верит в свободную демократическую Европу». Премия передана адвокату оппозиционного политика Людмиле Казак.
Для тех, кто знает Вольфа Бирмана, его решение не стало сюрпризом. Ведь у самого барда большой диссидентский опыт, так что он хорошо понимает, каково это – быть противником диктаторского режима. С детства воспитанный в левых традициях, он довольно рано стал незаурядной и независимой творческой личностью, всегда выступающей за справедливость, как он ее понимает. Сейчас, накануне 85-летия выдающегося уроженца Гамбурга, которое он отметит 15 ноября, самое время напомнить нашим читателям неординарную биографию поэта и музыканта. Однако начнем, пожалуй, не с рождения, а с одного литературно-музыкального события, произошедшего весной 2008 года.

Бирман и Высоцкий
В тот вечер мы, русскоязычные гамбуржцы, смогли по-настоящему познакомиться не только с творчеством Вольфа Бирмана, но и с ним самим. Произошло это во многом благодаря Институту славистики Гамбургского университета, а точнее – Ирине Бургман-Шмид. Это главным образом ее заслуга, что крайне редко выступающий в последние годы бард согласился в качестве почетного гостя приехать в наш университет, где слависты организовали тогда вечер «Язык родины». Его имя привлекло в вузовскую аудиторию и русскоязычную, и немецкую публику, которой выпал уникальный случай услышать несомненного лидера бардовского движения Германии.
Впрочем, сольного концерта организаторы не планировали – Вольф хотя и был главным блюдом на «языковом пиршестве», но подавали это блюдо с гарниром… из самого же Бирмана. Хорошо известный «нашим» гамбуржцам бард Александр Соломонов исполнял песни Вольфа, переведенные на русский язык победителями специального конкурса литературных переводов. Его организовал все тот же Институт славистики в сотрудничестве с редакциями русскоязычных журналов «Гамбург и мы» и «Слово» и с гамбургским Союзом преподавателей русского языка. В итоге авторы лучших переводов получили в качестве призов диски песен Вольфа Бирмана с его автографом.
Атмосферу того вечера как нельзя лучше отражает призыв Булата Окуджавы «Давайте понимать друг друга с полуслова». Тем более что Вольф тогда исполнял песни (на немецком, естественно) как раз Окуджавы, а еще – Высоцкого, с которым Бирмана роднит ярко выраженный бунтарский характер творчества.
Вольф ценит Владимира Семеновича за то, что тот возвысил свой гражданский голос до крика в те времена, когда большинство предпочитало шептаться на кухне. А некоторые его песни о войне Бирман считает просто гениальными. Сам Вольф на два года старше Высоцкого, но в годы Второй мировой оба они были детьми. Тем не менее, война оставила заметный след в их творчестве, хотя больнее задела, пожалуй, Бирмана, который родился и вырос в пострадавшем от бомбардировок Гамбурге.

На восток
Первоначальные политические убеждения Вольфа сформировались под влиянием его отца. Убежденному коммунисту, да к тому же с еврейскими корнями, в нацистской Германии была уготована трагическая судьба. Работая на судоверфях, Дагоберт Бирман входил в движение Сопротивления и во время строительства или ремонта военных кораблей участвовал в актах саботажа.
В итоге он был арестован и в 1943 году погиб в концлагере Аушвиц. А а его жена и сын летом того же года чудом остались живы после страшного налета союзной авиации – та бомбардировка Гамбурга вошла в историю войны как операция «Гоморра». В центре города бушевали сплошные пожары, и Эмма Бирман вместе с шестилетним Вольфом спаслись от подступающей стены огня, лишь прыгнув в воду одного из ближайших каналов.
Отцовская коммунистическая закваска бродила в Бирмане все его молодые годы. В 1950 году он вступил в организацию пионеров-тельмановцев и представлял Западную Германию на состоявшейся в ГДР первой общегерманской встрече молодежи. Учился он тогда в Heinrich-Hertz-Gymnasium в Винтерхуде.
Интересно, что школьным товарищем Вольфа был Клаус-Михаэль Кюне (Klaus-Michael Kühne) – нынешний миллиардер, один из самых богатых людей Германии, совладелец известной международной логистической компании Kühne + Nagel. Но по своему мировоззрению Бирман душой был на стороне пролетариата и все чаще обращал взоры на первое немецкое государство рабочих и крестьян.
В шестнадцатилетнем возрасте при содействии западногерманской компартии Бирман переехал в Восточную Германию, при этом его мать осталась в ФРГ. Поговаривали, что в устройстве судьбы Вольфа помогала и будущая первая леди ГДР Маргот Хонеккер (Margot Honecker), которая тогда руководила пионерской организацией имени Э. Тельмана.
Юный активист с Запада оказался в ГДР буквально накануне народного восстания 17 июня 1953 года, и в его социалистическом мировоззрении обозначились первые нестыковки, которые впоследствии обернулись трещинами диссидентства. Следует признать, что Бирман был не единственным коммунистом-романтиком, попавшим в идеологическую ловушку реального социализма.

Пути расходятся
До 1955 года Вольф жил в интернате под Шверином. Потом изучал политэкономию, философию и математику в Берлинском университете, тогда же начал сочинять стихи и песни. Работал ассистентом режиссера в театре Berliner Ensemble, а в 1961 году организовал театр для рабочих и студентов. Впрочем, поставленную Бирманом пьесу, где шла речь о строительстве Берлинской стены, запретили еще до премьеры, театр закрыли, а самому Вольфу на полгода запретили выступать на публике.
Позднее он успешно защитил свою дипломную работу по философии, однако в дипломе об окончании философского факультета ему отказали (забегая вперед, отметим, что 45 лет спустя ректор университета вручит ему этот документ вместе с удостоверением почетного доктора вуза).
С того времени пути Бирмана и правящей верхушки ГДР расходятся. Критический взгляд начинающего поэта и барда на окружающую действительность не приходится ко двору, а сам он постепенно избавляется от прежних коммунистических идеалов. Будучи уже кандидатом в члены партии, Вольф всячески открещивается от вступления в СЕПГ. Перемена собственных политических взглядов его, впрочем, ничуть не смущает: «Только тот, кто меняется, остается верным себе».
В 1964 году состоялось первое выступление Вольфа в Западной Германии, в 1965-м там впервые выходят его пластинка и книга стихов. После этого в ГДР сразу запрещают все его концерты, записи и публикации. А в ФРГ деятели КПД, ставшей нелегальной к тому времени, оказывают давление на мать Бирмана, чтобы она дистанцировалась от сына. В ту пору его песни расходятся по всей стране в магнитофонных перезаписях, все больше раздражая партийное руководство.
Это приводит в тому, что в 1976 году во время очередной поездки Вольфа в ФРГ политбюро СЕПГ лишает его гражданства ГДР, и он вынужденно остается на Западе. В знак протеста больше ста писателей и деятелей искусства ГДР и ФРГ подписали открытое письмо к руководству СЕПГ. Оно вызвало волну репрессий в отношении подписавших его деятелей ГДР, так что многие из них тоже вынуждены были покинуть страну. Таким образом в ФРГ оказались, например, любимый зрителями актер Манфред Круг и бывшая гражданская жена Бирмана Эва-Мария Хаген с дочерью Катариной – будущей известной певицей Ниной Хаген.

Зеркало истории
В 2011 году в фойе гамбургской Ратуши открыли фотовыставку, посвященную 75-летию Вольфа Бирмана. Ее название звучало несколько тяжеловесно и, пожалуй, излишне пафосно – «Будничные впечатления из ГДР той поры, когда народ еще не упразднил это государство» (Alltagsimpressionen aus der DDR bevor das Volk diesen Staat abschaffte). Но прекрасные снимки Томаса Хёпкера (Thomas Höpker), первого из аккредитованных тогда в ГДР западногерманских фоторепортеров, говорили сами за себя.
Они объективно отражали всю суть происходившего в «государстве рабочих и крестьян» и роль Вольфа Бирмана как одного из ниспровергателей немецкого социализма. «Гамбург может считать себя счастливым, что среди его жителей есть такие люди, как он, – сказала при открытии выставки тогдашний сенатор по культуре Барбара Киселер (Barbara Kisseler). – В его биографии, как в зеркале, отразилась немецкая история».
Сейчас Вольф Бирман – живой классик немецкой поэзии и бардовской песни, лауреат многих престижных премий. Он родился и живет в нашем городе, но с 2007 года – почетный житель Берлина. «А почему не Гамбурга?», – резонно спросите вы. Да потому, наверное, что столичный Сенат вовремя подсуетился, а медлительные ганзейцы попросту опоздали. Ситуацию, конечно, можно было исправить, ведь нигде не написано, что человек может быть почетным жителем только одного города. Но нет – все осталось по-прежнему.
Более того, уже в этом году творческий архив Бирмана (больше сотни картонных коробок с его дневниками, письмами, рукописями, нотами, снимками, аудио- и видеозаписями) переехал в государственную библиотеку не Гамбурга, а опять-таки Берлина. Почему? Никто не задается этим вопросом в родном городе Вольфа. Самому барду ответить на него еще труднее, и он может лишь предполагать: «Я благодарен моему родному Гамбургу больше, чем он мне». Видимо, так оно и есть. Увы…

Новая Крепость старого города – Die Neue Burg
Археологические открытия: факты, документы, мнения

В большинстве книг по ранней истории наш город описывается, как основательно укрепленная средневековая крепость. Однако так ли это было на самом деле? Сколько было крепостей? Как выглядел древний Гамбург?
Результаты работы археологов в историческом центре города за 2015-2016 годы и последующих научных исследований дают основание не то чтобы переписать, а скорее уточнить некоторые важные события гамбургской истории.

Пожалуй, всем жителям так или иначе знакомо слово Хаммабург – Hammaburg – первое крепостное сооружение, строительство которого примерно в VIII веке стало началом развития нашего города и дало ему имя.
Археологические раскопки 2005-2006 в годах на площади Domplatz принесли уникальные результаты. Было доказано, что здесь, в этом месте города на самом деле находился Хаммабург! Кстати, напомним интересный факт, что самый первый «артефакт» – каменный нож – нашел школьник, пришедший туда с классом на экскурсию.

Но сегодня речь пойдет о Новой Крепости – Neue Burg. Историю ее строительства и факты, связанные с ее сооружением, пришлось совсем недавно пересмотреть по причине новых археологических открытий.
Новая Крепость находилась между Эльбой и Альстером, была окружена спасавшим от наводнений земляным валом с крепостной стеной на нем. Внутри крепости была епископская церковь, большие здания, принадлежавшие герцогской династии Биллунгов, и дома их подданных. Через крепость проходила выложенная камнем дорога.
На основании письменных источников раньше считалось, что Новая Крепость построена в 1061 году по велению и хотению герцога династии Биллунгов Ордульфа Саксонского. И что эти самые Биллунги имели в Гамбурге еще крепость Альстербург – Alsterburg – построенную несколькими годами раньше. Кроме письменных источников, никаких следов обеих крепостей никто никогда не находил. Столько всего строилось в последующие сотни лет на этом месте! Но не прошло и тысячи лет, как раскрылся обман.
Археологи и историки сегодня едины в своем мнении, что крепость Neue Burg построена в 1021-1023 годах, и ее основателем следует считать Бернхарда II Саксонского, отца «фантазера» Ордульфа.
Итак, герцог Ордульф (сын) ничего не строил, но, по всей видимости, просто повлиял на средства массовой информации в лице клерика и церковного хроника Адама из Бремена. И тот приписал сыну подвиги отца и подтасовал факты строительства, а заодно придумал и Альстербург, которого никогда и не было.
В оправдание сына можно лишь предположить, что Новая Крепость была на самом деле настолько величественна и красива, что Ордульф (сын) совершил этот проступок просто от восхищения. Не будем его осуждать.

Зачем нам в 21 веке нужны все эти тайны и интриги династии Биллунгов? Хотя бы затем, чтобы знать, кому – папе или сыну Биллунгу – мы обязаны сказать спасибо за замечательный герб нашего города, ведь на нем изображена именно Новая Крепость.
В связи с новыми открытиями меняются и другие представления об истории нашего города. Так, доселе считалось, что гамбургский порт берет начало от строительства причалов на канале Nikolaifleet неподалеку от моста Trostbrücke примерно в 1190 году.
Однако находки 2015 года на участке между церковью St. Nikolai и зданием Laeiszhof показывают, что порт появился в городе гораздо раньше. Именно на этом месте была восточная стена Новой Крепости. При раскопках найдены древние деревянные ворота, которые вели прямо к каналу Alsterfleet.

Руководитель археологической компании Кай-Петер Сухова (Kay-Peter Suchowa) утверждает, что единственной причиной строительства ворот с выходом из крепости на воду могли быть регулярные грузоперевозки по воде, а значит, и наличие действующего порта. И если крепость построена в 1023 году, то в 2023 году, по всей вероятности, мы будем праздновать не 834-й день рождения гамбургского порта, а его тысячелетие. Вот это будет праздник!
Да, вспомним о старых воротах, или, вернее сказать, вратах! Это не просто вход-выход. Найденное сооружение было огромных размеров – 180 метров в диаметре – и имело по всей вероятности (если судить по длине свай в подземной части) достаточно большую высоту. Поскольку традиционно над такими вратами возводились дозорные башни, можно предположить, что находка археологов в 21 веке могла быть прототипом герба Гамбурга.
Обратите внимание на старейший из сохранившихся оттиск гербовой печати Гамбурга 1241 года. Среднее здание – шпиль епископской церкви – по высоте (без креста) несколько ниже, чем башни крепости. Да оно и понятно – ко входящему в город дозорные башни (по краям герба) находятся ближе, а сама церковь в центре крепости – в отдалении и оптически выглядит несколько ниже.
Предположений у ученых очень много. Но уже сегодня нет сомнений, что возраст найденной конструкции – ровно 1000 лет!
Дерево прекрасно сохранилось во влажном грунте. Почти без потерь удалось извлечь все фрагменты. Дубовые и ольховые бревна подверглись специальной процедуре постепенного контролируемого высушивания в печи деревообрабатывающего предприятия «Max Cropp Edelholzhandel» в Харбурге. Мощности реставрационных мастерских Археологического музея для такого количества дерева были слишком малы.

После многомесячного высушивания дерево, особенно дубовые бревна, стали настолько прочными, что сгодились бы для нового использования в качестве строительного материала. Дендрохронологическая экспертиза, основанная на исследовании годичных колец древесины, достоверно показала, что строительство этих ворот началось осенью 1021 года, то есть ровно 1000 лет назад.
Гамбург не был бы вольным ганзейским городом, если бы у его жителей не было предпринимательской жилки. Найденного дерева оказалось так много, что решили выпустить серию подарочных ножей и ручек для письма с отделкой из тысячелетней древесины. Ведь дерево по качеству стало даже лучше, чем века назад. Сувениры скоро поступят в продажу. Розничная цена на день выхода журнала нам неизвестна.
В заключение отметим, что археологические раскопки в центре города будут продолжены. Есть планы по реконструкции здания Commerzbank около старой биржи Alte Börse. Первыми на стройку придут археологи, а может, им помогут и гамбургские школьники – по традиции. Мы ждем новых открытий.

Футбольный клуб HSV также присоединяется к модели 2G. Снова полные трибуны Volksparkstadion на домашних матчах? – На это надеются многие болельщики HSV. На северной трибуне будут вновь разрешены стоячие места и отменена дистанция, поскольку теперь по правилу 2G, на стадион будут допускаться только привитые и выздоровевшие зрители.

Сегодня, 1 октября, на стадионе Volksparkstadion пройдет и вторая акция вакцинации против «Короны». С 17 и до 23 часов в VIP-зоне арены будут предложены одноразовые прививки вакциной Johnson&Johnson, что позволит получить допуск уже на следующий домашний матч HSV против “Фортуны Дюссельдорф” (16 октября). Также успевают на матч и те, кто вакцинировался месяц назад BioNTech – сегодня они получат вторую дозу.

Первичная вакцинация BioNTech тоже будет, как и дополнительные льготы: участие в бесплатных экскурсиях по стадиону и 20% скидка на товары в фан-магазине HSV (скидка будет действовать сегодня) Elbphilharmonie.

Акция перенесена со 2 на 4 октября. Самое крутое место вакцинации будет открыто с 14 до 22 часов, Уколы поставят в гримерных артистов на 12 этаже , а требуемое время для отдыха, можно будет провести на сцене Большого зала. Какие вакцины? Первая и вторая вакцинация Biontech или однократная вакцинация Johnson&Johnson. Предварительная регистрация не требуется.

Текст: Константин Раздорский

Транспорт
Ухабы на рельсах
На авиацию приходится 2,8% мировых выбросов углекислого газа. Тем не менее, защитники окружающей среды продолжают гнуть свою линию, призывая нас путешествовать не на самолетах, а на более экологичных поездах. Но главный вопрос заключается в том, готова ли наша железнодорожная сеть к наплыву большого количества новых пассажиров.
Мы обещали нашим читателям разговор о проблемах рельсового транспорта, где подавляющая доля рынка принадлежит концерну Deutsche Bahn (DB), пока еще очень недалеко ушедшему от статуса монополиста. Сегодня «У нас в Гамбурге» начинает публиковать обзор основных претензий к железнодорожной отрасли, большая часть которых базируется на нашем личном опыте «общения» с нею. Уверен, что у каждого пассажира накопился свой собственный счет к перевозчику, и касается он практически всех сфер деятельности DB – от технического состояния подвижного состава до организации движения и обслуживания клиентов.

Медленные решения
Думаю, что каждый читатель может назвать хотя бы пару случаев, когда из-за сбоя в работе DB был в шаге от того, чтобы опоздать на самолет, а то и вообще на авиарейс не попадал. Моего приятеля из Шлезвиг-Гольштейна однажды спасла чистая случайность. Он приехал на вокзал в своем городе на полчаса раньше, чем планировал, и сел в более ранний электропоезд на Гамбург. В результате он благополучно добрался до аэропорта и улетел, куда ему надо было. А потом узнал, что ему крупно повезло – электропоезд, на котором он планировал ехать изначально, опоздал на три часа из-за того, что где-то на рельсы вышли то ли овцы, то ли лошади.
Я так и не смог тогда понять, почему на решение этой проблемы потребовалось столько времени. Сразу представляю себе картину где-нибудь на нашей исторической родине – поезд тормозит, помощник машиниста пинками и матами сгоняет домашний скот с полотна и возвращается в кабину. Задержка максимум на 15 минут.
Да, бывает, что даже экстренным торможением предотвратить наезд на безнадзорных животных не удается. К примеру, в январе 2019 года при подобном инциденте получил повреждения локомотив пассажирского поезда Астрахань – Волгоград.
Но даже при столь жестком развитии ситуации и печальных для животных последствиях поезд прибыл на станцию назначения с опозданием на два часа и шесть минут. А здесь даже наезда не было – и целых три часа задержки! Не говоря уже о том, что стоявший все это время на путях электропоезд повлиял на график движения других железнодорожных составов.
Понятно, что руководство DB исходит прежде всего из соображений безопасности пассажиров. Но получается, что в итоге именно они больше всего и страдают. Такое впечатление, что оперативные решения (задержать поезд, а потом разрешить ему следовать дальше) принимаются на самом верху, в берлинской штаб-квартире концерна. Иначе на что требуются три часа разбирательств на пустом месте? Итак, наша первая претензия к DB: если «экономика должна быть экономной», то и оперативные решения должны быть оперативными.

«Везет» и «не везет»
Второй пример. Семейная пара из Любека в начале отпуска едет в аэропорт Fuhlsbüttel с целью вылететь в места, куда самолеты летают не так чтобы часто. Едет с небольшим запасом по времени, но когда электропоезд останавливается в Аренсбурге, по радио вдруг объявляют, что дальше он не пойдет. И не только он – другие тоже. Автобусы-шаттлы везут только до метро и под завязку забиты народом. А пара, естественно, с чемоданами. При этом поезда метро только до Гамбурга-Главного идут не менее 45 минут, не говоря уже об аэропорте. Заказать такси сходу не удается – все машины либо заняты, либо находятся слишком далеко.
После долгого метания по Аренсбургу супругам несказанно повезло – проезжавшее мимо занятое такси высадило пассажира буквально в двух шагах от них. В результате страдальцы прибыли в аэропорт за считанные минуты до окончания регистрации на рейс.
Заплатив за такси больше сорока евро, они сочли, что еще сравнительно дешево отделались. А что же DB? Да ничего – супруги, конечно, помянули концерн добрыми русскими словами, но тяжбу за компенсацию затевать не стали. Поскольку опыта в этом не имели, да и шансы на успех представлялись им туманными. И в этом, видимо, один из секретов безнаказанности железнодорожников.
Но в отпуск мы летаем гораздо реже, чем ездим на работу. А судя по отзывам моих знакомых из соседних земель, трудоустроенных в Гамбурге и вынужденных пять дней в неделю проводить время в электричках, в пригородном сообщении должного порядка нет и пока что не предвидится. За отмену поездов железнодорожники отделываются эквивалентом мимолетного молодежного «сорян!» (это от англ. sorry), а по поводу опозданий, похоже, уже вообще никто не парится.
Пассажиры-«пендлеры» считают, что вовремя попасть на работу или домой не удается примерно в каждом третьем случае. Вот вам и еще одна претензия к DB – непредсказуемость пригородного сообщения, в связи с чем интернет-форумы полны возмущенных комментариев.

В роли жертвы
При всем уважении к борьбе трудящихся за свои права бывают ситуации, когда мы, пассажиры, не являемся сторонниками бастующих профсоюзов. Мало кто проявляет чувство солидарности с ними, когда стачка железнодорожников попадает на время нашей собственной поездки. И это один из тех редких случаев, когда пассажиры и руководство DB оказываются по одну сторону баррикад. Так произошло и со мной, когда я в августе готовился к поездке в Нюрнберг. Билет был куплен заранее, день отправления – 11 августа.
И как раз накануне, 10 августа, профсоюз машинистов GDL внезапно объявил забастовку на пассажирских перевозках уже со следующего дня. Это неожиданное решение застало руководство DB врасплох (на что, видимо, и рассчитывал профсоюз), но одновременно с этим принесло бастующим имиджевые потери.
Так, объединение за права пассажиров Pro Bahn подвергло машинистов критике за слишком короткий срок между официальным объявлением о забастовке и ее началом, не оставляющий времени перерегистрировать билеты. Из-за этого же службы DB не успели внести в расписание движения необходимые для экстренных случаев изменения.
В итоге GDL не только не добился успеха на этом этапе забастовочного противостояния с работодателем, но и вызвал недовольство среди пассажиров, восстановив их против себя. Зато концерн DB вместе со своими клиентами оказался в непривычной для себя роли жертвы, достойной сочувствия. Его руководство в кои-то веки успело оперативно принять решение (значит, все-таки могут, если очень надо?), что билеты на дни забастовки действительны и 10 августа, когда машинисты еще работали.
Пассажиры, сумевшие отреагировать столь же быстро, воспользовались этой возможностью, чтобы отправиться в путь на день раньше. Мне это тоже удалось – во многом благодаря сыну, который удаленно перерегистрировал мой билет в Интернете гораздо быстрее, чем это мог сделать я сам. Благополучно добравшись до Нюрнберга, я великодушно решил, что в тот день у меня не было претензий конкретно к DB. Хотя своевременное решение забастовочных проблем с профсоюзами вообще-то входит в обязанности руководства концерна-работодателя.

Проверка бомбой
Увы, буквально через неделю претензии к DB вновь появились. На этот раз пострадала моя супруга, планировавшая вслед за мной отправиться в Нюрнберг 16 августа. Однако в тот злополучный день специалисты разминировали в Харбурге очередное «эхо войны» в виде неразорвавшейся авиабомбы времен Второй мировой. Днем движение поездов было на несколько часов остановлено. Многие составы дальнего следования с южного направления до гамбургских вокзалов не доехали, и, соответственно, не могли из них отправиться назад, когда вечером движение возобновили. Большинство пассажиров узнало об этом только перед несостоявшимся отправлением, когда им предложили перерегистрировать билеты на другие поезда. Что оказалось не так-то просто.
Отдельных касс для обслуживания «безлошадных» пассажиров не выделили, и они стояли в общих очередях, нетерпеливо дожидаясь, пока какая-нибудь пожилая дама не спеша закажет на месяц вперед сложный маршрут с уймой пересадок. Когда, наконец, подходила очередь, билеты на другие поезда пострадавшим все же выдавали, но без привязки к местам – резервировать их нужно было почему-то в другой кассе или же самим в Интернете.
На помощь опять пришел сын, успевший оформить матери место всего из пяти оставшихся. В результате супруга после изрядной нервотрепки вместо запланированных 23 часов приехала в Нюрнберг почти в пять утра, проведя в пути бессонную ночь и не раз помянув DB вкупе с британской бомбой.
Эти истории показывают, что в условиях чрезвычайной ситуации проблемы в организации движения многократно обостряются. О возможности организовать специальный состав до Ганновера, где остановились не добравшиеся до Гамбурга поезда, даже и говорить не приходится – это недосягаемый для DB высший пилотаж. Малейший сбой в будничной работе железнодорожников оборачивается чуть ли не коллапсом, когда пассажирам почти невозможно получить нужную информацию. Им остается надеяться только на себя – с помощью мобильного приложения DB, которое концерн сподобился все же создать, можно самим рассчитать альтернативные варианты поездки, используя идущие в нужном направлении другие поезда. Но это больше под силу разбирающейся в современных технологиях молодежи. А представителям старшего поколения по-прежнему приходится уповать лишь на то, что сотрудники DB будут готовы прийти им на помощь. Но эти ожидания, увы, не всегда оправдываются.
В следующем номере журнала «У нас в Гамбурге» мы продолжим наш разговор о проблемах железнодорожного транспорта.

GEIMPFT
GENESEN
GETESTET

Хроника пандемии

Федеральные и земельные власти Германии договорились, что с 23 августа в округах с семидневным кумулятивным показателем заболеваемости (Inzidenz) выше 35 действует правило 3G – от слов geimpft, genesen, getestet (привит, переболел, тестирован). Этим условиям мы должны соответствовать, если хотим посещать общественные места и массовые мероприятия. Гамбург пошел еще дальше, одним из первых среди федеральных земель приняв за руководство к действию формулу 2G. Что это значит?
Если коротко, это значит, что власти города усиливают давление на тех, кто еще не сделал прививку от ковида. В конце августа гамбургский Сенат решил, что с 28 числа на общественные мероприятия и в публичные места могут допускать лишь полностью привитых и выздоровевших после ковида граждан с соответствующими документами, подтверждающими их медицинский статус.
Об этом объявил на пресс-конференции первый бургомистр Петер Ченчер (Peter Tschentscher). Кто-то из журналистов остроумно заметил, что решение Сената перевело нашего городского голову из категории «мистер осторожность» в категорию «мистер первопроходец».
Судя по его разъяснениям, правило 2G применяется как дополнение к 3G и действует опосредованно. Организаторы мероприятий, руководство театров, владельцы ресторанов и кафе имеют возможность воспользоваться правом обслуживать только привитых и переболевших, не заморачиваясь разного рода тестами. Другими словами, у них есть выбор – либо зарегистрироваться в качестве 2G-пользователей и применять эту более жесткую формулу, либо продолжать обслуживать клиентов по более мягкой формуле 3G, включающей в себя и посетителей с негативными тестами.
Очевидно, что первый вариант проще, поскольку предполагает меньше хлопот с документами клиентов. Он отсекает всех тех, кто по разным причинам до сих пор не вакцинировался. Но таких людей еще достаточно много, так что при работе по 3G клиентов (посетителей) может быть больше, а вместе с ними – и выручки.
Сенат, принимая свое решение, явно исходил из того, что организаторы мероприятий и владельцы заведений общественного питания скорее предпочтут вариант 2G, но это пока не очевидно. Будет очень интересно посмотреть, как и в какой пропорции обе формулы будут делить между собой посетителей.
Но вернемся к решению Сената. Вариант 2G предполагает исключения для детей до 12 лет, которые будут посещать публичные мероприятия свободно. Подростки до 18 лет тоже могут пользоваться этим правом, но лишь до 2 октября, так что за оставшееся время им придется вакцинироваться либо продолжать жить в обнимку с тестами. Для людей, не прививающихся по медицинским показаниям, исключений не предусмотрено – им придется пользоваться заведениями и мероприятиями, работающими по формуле 3G.
Частные вечеринки или свадьбы тоже могут проводиться по формуле 2G, но регистрация организаторов в данном случае не нужна. Соблюдение дистанции не обязательно, число участников не ограничено, если не планируются танцы. В ином случае – до 150 человек в закрытых помещениях (маски при танцах обязательны) и до 750 человек снаружи. Столы и стулья в ресторанах могут отныне стоять как угодно. Все подробности требований, касающихся модели 2G, изложены на сайте города (www.hamburg.de/verordnung/).
«Ограничения должны соответствовать конкретной ситуации и длиться ровно столько, сколько требуется для преодоления пандемии», – сказал в заключение первый бургомистр. Но самое важное он приберег напоследок – даже если заболеваемость будет расти, городские власти больше не станут вводить всеобщий локдаун. И это уже можно считать значительным позитивным этапом в борьбе с коронавирусом.