Текст: Константин Раздорский
В феврале все СМИ говорили и писали о Карле Лагерфельде, скончавшемся от рака в Париже. Мы тоже не можем пройти мимо этого печального события – уже потому, что выдающийся модельер был уроженцем Гамбурга.
Вы знали его, даже если никогда не интересовались высокой модой. Не запомнить столь колоритную личность просто невозможно, увидев хотя бы однажды в видеоряде теленовостей. Худощавая фигура, белые волосы, собранные сзади в лошадиный хвост, перчатки без пальцев в любую погоду и, конечно, темные очки в пол-лица. Немолодой, но прекрасно сохранившийся джентльмен, постоянно обрамленный ожерельем из юных женщин.
Немец по месту рождения и крови, он жил преимущественно в Париже, имел квартиры в Монте-Карло, Риме и Нью-Йорке, работал во многих странах, свободно говорил на четырех языках и чувствовал себя гражданином мира – каковым, собственно, и являлся. При том, что слово «родина» казалось ему излишне пафосным, Гамбург никогда не покидал его сердца: «Портовые гудки – это звуки из моего детства».
Свою виллу Jako в Бланкенезе он продал в 1998-м, но именно в честь нее назвал один из своих парфюмов. Юбилей деятельности в качестве креативного директора дома Chanel – 30-летие – Лагерфельд отметил прогулкой по Эльбе на антикварном пароходике Schaarhörn. А когда в 2017 году Карл устроил грандиозное шоу в Elbphilharmonie, он еще не знал, что это его прощание с родным городом. И на девятом десятке жизни по-прежнему говорил о себе: «Я все тот же глупый гамбургский мальчишка».
От Гамбурга до Парижа
Карл Отто Лагерфельд (Karl Otto Lagerfeld) родился в обеспеченной гамбургской семье, глава которой был владельцем компании по производству сгущенного молока. Кстати, отец будущего модельера до Первой мировой войны несколько лет вел бизнес во Владивостоке. В 1934 году родители Карла – Отто и Элизабет Лагерфельды –купили поместье площадью почтив 500 гектаров в Бад-Брамштедте. В 1939 году семья вернулась в Гамбург, но после бомбардировок 1943 года предпочла снова уехать в Бад-Брамштедт. Здесь, на чердаке дома, мальчишка нашел старый номер журнала Vogue, который во многом определил его будущее. В 1949 году семья опять перебралась в Гамбург, где Лагерфельд-младший окончил Bismarckschule.
В 1953 году мать увезла юношу из Германии в Париж и тем самым подтолкнула Карла к главному делу его жизни. Потом были частная школа, лицей «Монтень» и первые шаги в мире моды – сначала в качестве иллюстратора, а затем и автора дизайнерских работ. Уже в 1954 году Лагерфельд получил премию на конкурсе Международного секретариата шерсти IWS. Молодой человек представил на суд опытных кутюрье шерстяное пальто, которое так понравилось члену жюри Пьеру Бальмену (Pierre Balmain), что тот взял Карла на работу своим ассистентом, а его пальто запустил в производство.
В 1958 году Лагерфельд получает должность арт-директора дома Jean Patou. Через пять лет его неуемной энергии хватает уже на то, чтобы работать сразу с четырьмя домами моды – Chloe, Krizia, Charles Jourdan и Fendi, причем для каждого из них он создает совершенно особую коллекцию. К середине 70-х Карл созревает для того, чтобы основать собственную линию одежды. В 1979 году он становится профессором Венской высшей школы прикладного искусства.
В 1983 году Лагерфельду предложили место креативного директора парижского дома Chanel. К тому времени легендарная торговая марка слегка отдавала нафталином, поставляя одежду для пожилых женщин. Сама Коко Шанель умерла еще в 1971 году, и больше десяти лет владельцы бренда не могли подобрать достойную кандидатуру на должность творческого руководителя. И никто даже не предполагал, что Лагерфельд окажется на этом посту долгожителем. «Мне тогда сказали: если я смогу чем-то помочь, то будет здорово, если же нет – дом продадут. И все-таки мы смогли вернуть марке авторитет, потому что мне дали полную свободу».
В новых моделях одежды Лагерфельду удалось сохранить женственный стиль Коко Шанель. Современная интерпретация классики пришлась по душе и владельцам бренда, и состоятельным клиенткам. Правда, сам-то модельер считал, что в своей работе довольно далеко ушел от основополагающих принципов основательницы дома: «Уверен, что Коко пришла бы в ярость, увидев, что я делаю».
В мире вне моды
Относясь ко всему минувшему снисходительно («Терпеть не могу дни рождения – я не праздную прошлое, мне больше нравится настоящее и будущее»), Лагерфельд был не прочь слегка подразнить общественность, «забывая» год своего рождения – 10 сентября то ли 1938-го, то ли 1935-го. Правда, в 2008 году, когда друзья и коллеги поздравляли его якобы с 70-летием, газета Bild am Sonntag опубликовала выдержки из церковного регистра с данными о крещении Карла и фрагменты бесед с его учительницей и одним из одноклассников. По всему выходило, что год его рождения – вообще 1933-й, и теперь это признано официально. Все же любят творческие люди иногда подпустить туману в самых неожиданных местах…
Лагерфельд редко выходил за границы мира моды, но иногда откликался на события, о которых не мог промолчать. В 2017 году в приложении к газете Frankfurter Allgemeine Zeitung опубликовали его карикатуру на Ангелу Меркель (Angela Merkel). На рисунке Карл изобразил Гитлера, который говорит ей: «Большое спасибо, что помогла моим последователям попасть в парламент». Это была реакция кутюрье на решение канцлера принять беженцев, которое проложило партии «Альтернатива для Германии» (AfD) дорогу в Бундестаг.
Отметим, что в данном случае в полной мере проявилась позиция Лагерфельда. С одной стороны, он терпеть не мог неонацистов. С другой, не жаловал и мусульманских беженцев, называя их «наихудшими врагами евреев». В общем, «чума на оба ваши дома». В 2018 году модельер заявил французскому журналу Le Point, что ненавидит Меркель за ее политику в отношении мигрантов и пригрозил, что, если так пойдет и дальше, он может отказаться от немецкого гражданства. Вот такие расхождения между двумя уроженцами Гамбурга.
В ногу со временем
Лагерфельд был многогранно талантлив, причем все его увлечения так или иначе были связаны с миром моды и искусством. Он создавал одежду и духи, был успешным фотографом, преподавал, руководил издательством, владел бутиками и магазинами. Созданные им костюмы можно увидеть не только на подиуме, но и на театральных подмостках, и в кинофильмах. У него была своя художественная галерея и большая книжная коллекция из 300 000 томов. «У меня больше книг, чем полок для них. Я – как Шварценеггер, только качаю не мышцы, а мозги. Я – мозгобилдер».
Эти факты и слова полностью противоречат некоторым эпатирующим высказываниям Карла («Ненавижу интеллектуальные разговоры, меня интересует только мое собственное мнение»). Но он был из тех, кто не прочь иногда разворошить муравейник общественного мейнстрима и посмотреть, что будет. Лагерфельд часто плыл против течения и не чурался некоторого цинизма («Красота не требует жертв – красота требует денег»). Но, пожалуй, самой характерной для него была способность постоянно идти в ногу со временем. Он говорил: «Забудьте о прошлом – если вы ностальгируете, то ваше время закончилось. Мы должны сами подстраиваться под настоящее, раз уж оно не подстраивается под нас».
За свою жизнь Лагерфельд многое сделал для женщин, но представительницам прекрасного пола важно знать одну цитату кутюрье: «Женщина, лишенная хорошего вкуса, даже в стильном платье будет безвкусной». Он ценил их красоту, и в этом смысле его однажды удивила Россия: «Я потрясен: всего два дня в Москве, а такого числа красивых женщин и уродливых мужчин в жизни не видел. Если бы я был русской женщиной, то стал бы, наверное, лесбиянкой». После таких слов он вряд ли приобрел симпатии русских мужчин, но кое-какие его советы годятся и им: «Никогда не используйте слово «дешевый». Сегодня кто угодно может выглядеть хорошо даже в недорогих вещах, ведь богатые их тоже покупают. Хороший дизайн сейчас есть в любом ценовом диапазоне. Ты можешь быть самым элегантным в мире просто в футболке и джинсах – все зависит только от тебя самого».
О главном
И все же одежда – не главное в жизни. Главной для мультимиллионера и трудоголика была возможность заниматься любимым делом, которое к тому же позволяет хорошо зарабатывать. Ограничительные рамки не смущали человека, который утверждал, что счастье – это вопрос порядка и дисциплины. Так формулировать мог бы, наверное, немецкий генерал, командующий бронетанковой дивизией. А вот поди ж ты – говорил это штатский человек, весьма далекий от всего брутального, всю сознательную жизнь проживший в Париже и много лет руководивший большими творческими коллективами. Видимо, все же не зря его звали Кайзером.
Главное в нем – не то, какой он был сексуальной ориентации, и не то, сколько денег оставил своей любимой кошке. Главное, пожалуй, в этих словах: «Ты должен заниматься тем, что делает тебя счастливым. Забудь о деньгах и других ловушках, которые принято считать успехом. Если ты счастлив, работая в деревенском магазине, – работай. Помни, что у тебя всего одна жизнь». Жаль только, что жизнь самого Лагерфельда уже закончилась, и мы вынуждены говорить о нем в прошедшем времени. Что ж – спасибо, что ты был, Карл…