Это здание – горький символ трагедии еврейского народа. Ballinhaus, построенный архитекторами-евреями и названный в честь предпринимателя-еврея, стал источником смерти для миллионов их соплеменников.
Десятиэтажное здание, расположенное рядом с Chilehaus, теперь больше известно как Meßberghof. Первоначальное название конторского комплекса исчезло с карты Гамбурга в 1938 году по приказу гауляйтера города Карла Кауфмана – нацисты избавлялись от всего, что напоминало о евреях. И можно только удивляться, как прежнее название здания смогло в тех условиях продержаться пять лет – со времени прихода Гитлера к власти. Оно, кстати, официально не восстановлено до сих пор. Правда, в 1997 году тогдашний владелец здания, предприятие концерна Deutsche Bank, заявлял о своем намерении вернуть комплексу старое имя, но пока все остается по-прежнему.
После эпидемии холеры 1892 года район ветхих домов, располагавшийся южнее современного Главного железнодорожного вокзала, снесли по санитарным соображениям. На этом месте десятилетия спустя запланировали целый квартал железобетонных конторских зданий с облицовкой из клинкерного кирпича. Каждое сооружение должно было иметь индивидуальный характер, поэтому проектировали их разные специалисты. Ballinhaus строили в 1922-1924 годах по чертежам Ханса и Оскара Герзонов – архитекторов еврейского происхождения.
В 1907 году они основали в Альтоне архитектурное бюро Gebr. Gerson и до начала Первой мировой войны разработали проекты около двадцати частных домов и загородных вилл по заказам гамбургских купцов и финансистов. Успешная работа приносила им постоянный доход, что со временем позволило братьям стать известными в городе меценатами и коллекционерами произведений искусства. В 1920 году в состав их бюро вошел и младший брат Эрнст, возвратившийся к тому времени из русского плена.
Gebr. Gerson специализировалось на клинкерных фасадах, и нет ничего удивительного, что этой фирме доверили проектировать один из наиболее крупных объектов в будущем квартале конторских домов. Здание на улице Meßberg 1 строили по заказу акционерного общества Aktiengesellschaft für In- und Auslandsunternehmungen. Здесь планировалось разместить множество офисов различных компаний. Конторским домам по уже сложившейся традиции давали имена, и этот новый комплекс назвали Ballinhaus – в честь ушедшего из жизни в 1918 году Альберта Баллина, генерального директора судовладельческой компании HAPAG (Hamburg-Amerikanische Packetfahrt Aktiengesellschaft).
В конце XIX и начале XX веков эмиграция из Европы в Новый Свет представляла собой целую индустрию, в которой Баллин играл одну из ведущих ролей. И когда век спустя в Гамбурге создали своеобразный музей эмиграции, он не случайно получил название Ballinstadt. Альберт сам был сыном иммигранта – датского еврея, который так и не научился писать по-немецки. Служебную карьеру Баллину-младшему пришлось начинать в 17 лет после смерти рано умершего отца. Став самостоятельным коммерсантом, 22-летний гамбуржец убедил судовладельца Эдварда Карра выделить два грузовых парохода целиком под перевозку эмигрантов. До этого пассажиры были на таких судах чем-то вроде дополнения к остальному грузу: основным бизнесом пароходных компаний была все же доставка товаров.
С годами клиентами гамбургских судовладельцев, занимавшихся перевозками в Америку, становилось все больше подданных Российской империи. Убийство в 1881 году царя Александра II привело к участившимся еврейским погромам, потенциальные жертвы которых вынуждены были искать спасения за океаном. Поток пассажиров все возрастал, требовалось все больше судов. Альберт Баллин, ставший руководителем HAPAG, сделал ставку на быстроходные суда с двумя гребными винтами, когда это считалось еще довольно рискованным делом.
В 1898 году HAPAG уже был крупнейшей в мире судовладельческой компанией, имеющей 58 собственных пароходов и 113 зафрахтованных судов. Именно Баллин сделал самостоятельным направлением бизнеса морские круизы, главная цель которых – уже не переезд морем из одной страны в другую, а сам отдых на борту судна в южных широтах. В общем, это был человек, вполне достойный, чтобы его именем назвали офисный комплекс в родном городе. Но с точки зрения нацистов у покойного предпринимателя был один крупный недостаток – его неарийское происхождение. Поэтому в 1938 году Ballinhaus превратился в Meßberghof.
Примерно в это же время Оскару Герзону удалось эмигрировать в Калифорнию, а Эрнст еще раньше перебрался в Новую Зеландию. Их старший брат Ханс, умерший в 1931 году, не дожил до того позорного дня, когда его родственников исключили из Союза немецких архитекторов только потому, что они евреи. Но пережившему нацизм автору проекта Ballinhaus было особенно больно узнать, что его детище сыграло печальную роль в мировой истории, невольно став средоточием зла и символом смерти – в особенности для евреев.
В 1928 году среди многочисленных арендаторов помещений в здании Ballinhaus появилась фирма Tesch & Stabenow, специализировавшаяся на производстве и применении средств дезинфекции и дезинсекции. В Гамбурге она являлась фактически монополистом по химической обработке холодильников, складских помещений и судовых трюмов. Одним из наиболее популярных инсектицидов был разработанный в 20-е годы препарат Zyklon B, выделявший пары синильной кислоты. Им, в частности, обрабатывали одежду солдат вермахта для борьбы со вшами.
Однако синильная кислота смертельна не только для насекомых, но и для человека. И очень скоро Zyklon B стали применять в газовых камерах для уничтожения людей – впервые это произошло в конце 1941 года в концлагере Аушвиц (Освенцим). С точки зрения командования СС препарат был очень эффективен: четырех его килограммов хватало для убийства тысячи заключенных. Поэтому Tesch & Stabenow поставляла Zyklon B во многие концлагеря уничтожения во все возрастающих объемах.
В 1946 году в Гамбурге владелец фирмы Бруно Теш и его заместитель Карл Вайнбахер были приговорены британским военным судом к смерти на виселице. На их совести – сотни тысяч (если не миллионы) заключенных самых разных национальностей, но больше всего – евреев. Для всего цивилизованного мира Zyklon B на долгие годы стал символом безысходности и смерти. И это отношение люди переносят на гамбургский Meßberghof, в котором за будничной конторской работой стояли массовые убийства невинных людей.
Но символично и другое: в этом же здании сейчас расположен германский офис международного благотворительного фонда «Эбен-Эцер» (Ebenezer Hilfsfonds Deutschland e. V.). Он служит примирению между народами, оказывает гуманитарную помощь жертвам Холокоста и вообще евреям, а также способствует их возвращению на историческую родину — в Израиль.
27 января по решению ООН 2005 года во всем мире отмечается день поминовения жертв Холокоста. Дата выбрана не случайно: в этот день в 1945 году советские солдаты освободили оставшихся в живых узников концлагеря Аушвиц-Биркенау. В Германии 27 января стали отмечать в 1996 году по предложению федерального президента Романа Херцога. Каждый год мы отдаем дань памяти всем, кто погиб от рук нацистов – евреям и цыганам, противникам режима и военнопленным, инакомыслящим и угнанным на принудительные работы.
Текст: Андрей Нелидов
Фото: Е. С.
Стереотип, что балалайка предназначена только для исполнения русских народных мелодий, опровергает игра музыканта Александра Паперного. Недавно в Киле прошел его концерт в дуэте с пианисткой Евгенией Подолич. Я осталась под большим впечатлением и не могу не поделиться с вами им.