Category: Архитектура Гамбурга

Текст: Константин Раздорский

Лицо города
От связи – к науке
Президент Гамбургского университета Дитер Ленцен (Dieter Lenzen) и сенатор по вопросам высшего образования и науки Катарина Фегебанк (Katharina Fegebank) провели совместную пресс-конференцию, на которой рассказали о дальнейшей судьбе одного из интереснейших архитектурных объектов города.
Речь шла о здании бывшей Центральной телефонной станции на Schlüterstraße 51. Что мы знаем о нем? Для большинства жителей района Ротербаум это прежде всего почтамт. Но не только – у внушительного вида строения, больше похожего на дворец или замок, гораздо более интересная биография, о которой мы и хотим вам сегодня рассказать.

Новостройка в Гринделе
В 1901 году для строительства в Гамбурге крупного коммутационного центра телефонной связи управление Имперской почты купило земельный участок площадью 11 430 кв. м, заплатив за него 857 000 марок. То есть, цена квадратного метра составляла 75 марок. А поскольку марка тогда была обеспечена золотом, по паритету покупательной способности можно определить примерную нынешнюю стоимость квадратного метра (523 евро) и общую сумму сделки – порядка 6 млн евро.
Участок находился на углу Schlüterstraße и Binderstraße. В самом начале ХХ века экономическая ситуация в городе была довольно благоприятной, так что и в районе Ротербаум велось активное строительство. Примерно в то же время рядом, на Rothenbaumchaussee, возводили Этнографический музей (нынешний MARKK). А чуть позади будущей телефонной станции обретала свои строгие черты синагога на Bornplatz, разрушенная впоследствии нацистами.
Напомним, что именно в это время, то есть в самом начале ХХ века, были построены Главный железнодорожный вокзал (1906), музей Kunsthalle (1909), увенчанное куполом здание (1911) напротив вокзала Dammtor, ставшее позже главным корпусом университета.
Место для новой телефонной станции было выбрано с таким расчетом, чтобы она находилась в центре круга радиусом пять километров, захватывающего не только близлежащие районы самого города, но и соседние Альтону, Вандсбек и Шиффбек (Billstedt). Они тогда еще не входили в состав Гамбурга, но уже составляли с ним экономическую агломерацию.
Такой выбор места для телефонного узла позволял Гамбургу обеспечить себя и ближайших соседей оперативной и относительно надежной телефонной связью современного уровня. Работы на новом объекте начались в 1902 году, а проектировал его архитектор, который специализировался на планировании зданий для почтово-телеграфного ведомства.

Почтовый зодчий
Автора проекта звали Пауль Шуппан (Paul Otto Richard Schuppan, 1852–1929). Родился он в Берлине, там же учился строительству и архитектуре, а потом начал свою инженерную карьеру в управлении Имперской почты и телеграфа. Позднее перевелся в Гамбург, где продолжил работу по тому же ведомству. Советник по делам строительства (Baurat), он имел отношение практически ко всем крупнейшим городским проектам почтово-телеграфного назначения.
Впрочем, начинал Шуппан с разработки плана и руководства строительством нового почтамта на острове Гельголанд, который по договору с Великобританией в 1890 году перешел к Германии и стал административной единицей Пруссии. Примерно в то же время (1894–1896) у Шуппана было чем заняться и в Гамбурге, где он параллельно с объектом на Гельголанде руководил созданием телефонного узла на улице Alter Wall. Кстати, с 1900 года отсюда можно было звонить в Париж, а с Берлином связь установили еще в 1887 году.
На стыке XIX и XX веков (1898–1901) Пауль Шуппан возглавлял работы по модернизации и расширению здания на Gorch-Fock-Wall, известного сейчас как Старая почтовая дирекция. Теперь там находятся различные университетские структуры гуманитарного направления.
С 1902-го по 1906 год советник Шуппан руководил работами на очень важном для города объекте – строительстве Главного почтамта на Hühnerposten, в бывшем здании которого с 2004 года находится наша Центральная библиотека. Но венцом его архитектурной карьеры стало строительство в квартале Гриндель современной Центральной телефонной станции, которая должна была прийти на смену быстро устаревшему и к тому же тесному для новых задач телефонному узлу на Старом валу. Работу над этим крупным проектом Шуппан вел вместе со своим коллегой Вилли Зуксдорфом (Willy Sucksdorf).

Дворец коммуникаций
Монументальное здание на Schlüterstraße ( № 51), выполненное в неоготическом стиле, стало в городе заметным и впечатляющим архитектурным объектом. В год окончания его строительства Пауль Шуппан поднялся на следующую ступеньку в чиновничьей иерархии, став тайным советником и «его превосходительством». А Гамбург получил в свое распоряжение красивое, просторное и удобное здание, в котором оборудовали крупнейший в мире телефонный узел того времени. Его симметричный 138-метровый главный фасад, выходящий на Schlüterstraße, оказался шире, чем у здания городской Ратуши (111 м).
Новостройку «заселили» через несколько месяцев после завершения строительства – уже в 1908 году. До появления автоматического телефонного коммутатора основную задачу нового телекоммуникационного объекта выполнял, говоря современным языком, операционный зал с рабочими местами для десятков телефонисток, которые отвечали на вызовы и вручную соединяли звонивших друг с другом.
Почему для этой работы привлекали именно «барышень»? Возможно, им можно было платить меньше, чем мужчинам, но главная причина заключалась все же не в финансах. Просто при не слишком высоком тогда качестве телефонной связи более звонкие и высокие по тембру голоса девушек были слышны в трубке лучше, чем низкие мужские тона.
В огромном здании поместились и многие службы и организации, имевшие отношение к почте, телеграфу и телефонной связи. Здесь, в частности, с самого начала находились Гамбургское почтовое управление и почтамт HH13. В 1924 году отсюда начала вещание первая в Северной Германии радиостанция Nordische Rundfunk AG (NORAG). Здесь было не только ее техническое оборудование, но и вещательные студии, и концертный зал. В 1930 году NORAG переехала на Rothenbaumchaussee, в более просторные помещения, где сегодня штаб-квартира NDR.
В 1943 году здание Центральной телефонной станции было частично разрушено бомбардировками и восстановлено уже после войны. Его помещения и технические возможности активно использовали британские оккупационные власти – в том числе для прослушивания телефонных разговоров лиц, считавшихся неблагонадежными. С 1998 года здание находится под охраной государства как памятник архитектуры.

День сегодняшний
В 2003 году Deutsche Telekom, на балансе которого находилось к тому времени здание бывшей Центральной телефонной станции, продал его одному из фондов финансовой структуры Bankhaus Wölbern & Co. Ведь власти Гамбурга не стали платить за объект 60 млн евро, хотя раньше город уже проявлял к нему интерес, предполагая использовать для нужд университета. За минувшие годы власти от этой идеи не отказались, но теперь, похоже, им придется заплатить больше, и к тому же не за право собственности, а всего лишь за аренду, договор о которой город и вуз подписали с нынешним владельцем объекта – риэлторской фирмой Peakside.
Еще в прошлом году стало известно, что Гамбург намерен арендовать здание на 30 лет с 2023 года. До этого срока архитектурным бюро Andreas Heller Architects & Designers будет проведена радикальная реконструкция объекта. Затем в его помещениях разместятся структуры самого университета и некоторые самостоятельные исследовательские организации – такие, как ZBW (Информационный экономический центр имени Лейбница) и GIGA (Германский институт глобальных и региональных исследований).
Общие расходы на аренду составят 440 млн евро, то есть примерно по 15 млн евро в год. Возможно, все гораздо сложнее, и мы чего-то не знаем, однако трудно избавиться от мысли, что прежние 60 млн за право собственности – это всего лишь четыре годовых платежа за аренду. Ничего не поделаешь – скупой платит дважды.
Подготовка к переменам уже началась – в апреле этого года в здании закрылся филиал Deutsche Post, и на этом почтовая эпоха на Schlüterstraße 51 завершилась. Причем ситуация для местных жителей – клиентов DP – продолжает ухудшаться – концерн-гигант неуклонно сокращает число своих представительств в районе. Ближайшие отсюда филиалы находятся на Valentinskamp (до которого почти 2 км) и на Eppendorfer Landstraße (больше 2,5 км). Альтернативные варианты – это две партнерских точки, пара пакетных станций и Paketshop для получения почтовых отправлений от разных служб доставки.
В любом случае у следующих поколений гамбуржцев роскошное здание на Schlüterstraße 51 будет вызывать ассоциацию уже не с почтой, а с университетом. Но похоже, что для города это – не самый плохой вариант по нынешним временам, ведь памятник архитектуры будет отреставрирован и прослужит еще сто лет – теперь уже не связи, а науке.

Текст: Андрей Нелидов
Фото: Hadi Teherani Architects, KPW-Architekten

Архитектура под снос
В центрах крупных городов с многовековой историей традиционно мало места для новостроек. Расположенные там здания и пространства обычно защищены законом как памятники архитектуры, так что возможностей для каких-либо обновлений не так много. Появление нового связано, как правило, со сносом старого, а это по нынешним временам чревато острыми дискуссиями между сторонниками того и другого. Сейчас такие споры особенно актуальны для Гамбурга.

Снос к юбилею
Сейчас уже ведутся работы по демонтажу здания Deutschlandhaus, который по иронии судьбы как раз в этом году отмечает юбилей – 90-летие. Большой офисно-торговый комплекс возле Gänsemarkt (угол Dammtorstraße и Valentinskamp), внешне смотрится весьма современно и не похож на приговоренного к сносу. Здание с фасадом из клинкерного кирпича, спроектированное архитекторами Фрицем Блоком и Эрнстом Хохфельдом (Fritz Block, Ernst Hochfeld), было одним из крупных городских проектов конца 20-х годов прошлого века. Открытый в конце 1929 года комплекс включал в себя самый большой в Европе на тот момент кинотеатр Ufa-Palast (2 665 зрительских мест), который гамбургские газеты, не скупясь на эпитеты, называли «сказочным дворцом» и «прекраснейшим в мире театром».
В 1944 году кинозал был разрушен авиабомбой и последующим пожаром, но другие части здания уцелели, и через год сюда въехали британские оккупационные власти. В то время комплекс назывался по-английски – Hamburg House, а его немецкое название вернулось только в 1952-м. Британская администрация многое перестроила в здании для собственных нужд, и это стало первой из причин того, что в дальнейшем строение не получило статуса охраняемого государством памятника архитектуры.
Но решающей в этом смысле оказалась его перестройка, проведенная по заказу Dresdner Bank с 1975 по 1982 год. Гамбургский эксперт в области архитектуры Герман Хипп (Hermann Hipp) считает, что в результате модернизации Deutschlandhaus как единый архитектурный проект претерпел слишком много изменений и стал поэтому лишь «вялой копией самого себя».
Не защищенный статусом комплекс не мог противостоять потенциальным планам по его сносу, хотя Общество по охране памятников по-прежнему убеждено, что решение городских властей ошибочно – Deutschlandhaus вполне мог бы и остаться. По мнению председателя его правления Кристины Засеншайдт (Kristina Sassenscheidt), это здание во многом определяет архитектурное лицо района и города в целом, так что его судьбу стоило бы решать бережнее, в ходе более прозрачных общественных дебатов, которых требовала сложившаяся ситуация. Но похоже, что пить боржоми, увы, уже поздно.

Фасад прежний, начинка новая
Некоторым утешением для сторонников уходящего Deutschlandhaus станет тот факт, что чисто внешне новый проект, разработанный известным гамбургским архитектором Хади Тегерани (Hadi Teherani), похож на старый до степени смешения. Чтобы в этом убедиться, достаточно сравнить его с визуализацией, предоставленной архитектурным бюро (см. фото). Судите сами – те же девять этажей, тот же скругленный угол фасада, тот же клинкерный кирпич облицовки, те же горизонтальные линии окон. Естественно, при строительстве будут использованы современные материалы, в том числе оконные стеклопакеты с рамами уже без прежних внутренних белых перегородок.
Поневоле напрашивается дилетантский вопрос – в чем тогда смысл всего затеянного, если старый фасад, на который так похож новый, снесут вместе с «начинкой» здания? Не проще ли было оставить и просто подновить его? На сайте архитектурного бюро Тегерани я не нашел ответа на эти вопросы, однако возможно, дело в том, что перестраивать сегодня дороже, чем строить с нуля. К тому же решение о варианте со сносом здания принимал не сам архитектор – проект не раз обговаривался с высшими градостроительными инстанциями Гамбурга, администрацией округа Hamburg-Mitte и городским ведомством по охране памятников.
Напомним, кстати, что по поводу Deutschlandhaus был проведен творческий конкурс с участием пяти архитектурных бюро, и в октябре 2017 года проект Тегерани победил в нем единогласным решением компетентного жюри. В 2018 году он был доработан с учетом сделанных замечаний, так что без внимания специалистов явно не остался. И теперь ясно одно – здание, которое возникнет на месте снесенного комплекса, конечно, будет новоделом, но во внешней своей части максимально приближенным к тому, что изначально планировали Фриц Блок и Эрнст Хохфельд.
А вот внутреннее наполнение комплекса общей площадью в 40 000 кв. м станет совершенно другим. Первый этаж по традиции будет предоставлен предприятиям розничной торговли и общественного питания. 29 000 кв. м на верхних этажах займут офисы, около 30 жилых квартир будет со стороны Valentinskamp. Предусмотрен и подземный гараж на 175 парковочных мест.
Но «сердцем» здания станет атриум эллиптической формы с прозрачной крышей. Пространство, открытое на высоту всех девяти этажей, будет наполнено светом, живыми пальмами, искусственными ручьями, зелеными насаждениями. Причем этот оазис отдохновения будет доступен не только здешнему офисному планктону, но и всем желающим. Согласно плану, обновленный Deutschlandhaus будет открыт в 2021 году, а строительные работы начнутся уже в нынешнем.

Сохранить или снести?
Жесткую критику со стороны некоторых специалистов вкупе с политической оппозицией пожинает и другой градостроительный проект. После того, как Ведомство городского развития и жилищных вопросов (BSW) дало зеленый свет сносу комплекса высотных домов City-Hof на улице Klosterwall, на красно-зеленую коалицию посыпался град упреков. Ну, оппозиция на то и существует, чтобы покусывать за пятки правящую администрацию по любому поводу. Но ведь мнения специалистов тоже разделились.
Проблема в том, что – в отличие от Deutschlandhaus – сносить разрешили объект, находящийся с 2013 года под охраной государства как памятник архитектуры. До недавнего времени в Гамбурге ждали ответа от Международного совета по охране памятников (ICOMOS), но в Париже фактически умыли руки, переложив принятие решения на национальный уровень. Заодно выразили сожаление в связи с возможным демонтажем комплекса City-Hof. Так в чем же ценность этих четырех бетонных параллелепипедов?
Они построены в конце 50-х годов ХХ века по проекту Рудольфа Клофауса (Rudolf Klophaus) в стиле типичного послевоенного модерна, которому чужды архитектурные излишества. Комплекс из четырех зданий, соединенных общим торговым пассажем на уровне первого этажа, стал примером первых в Гамбурге высоток. Для того времени это было довольно смело, но сейчас надо честно признаться, что унылые бетонные коробки не особенно радуют глаз. Теперь вопрос в том, считать ли их лучшими образцами архитектурного стиля, которые следовало бы сохранить для потомков.

Нелегкое решение
Вся гамбургская общественность, включая и специалистов, разделилась на сторонников и противников сноса, причем у каждой стороны есть свои аргументы. Политическая оппозиция в лице христианских демократов и «левых» напирает на то, что правящая коалиция растоптала законодательство об охране памятников, Гамбург теряет былой имидж города, где к архитектуре относятся с уважением. При этом почему-то не видно очереди из желающих превратить устаревшие здания в процветающие объекты.
До 2017 года в этих зданиях находилась администрация округа Hamburg-Mitte, но уже год они пустуют, причем обходятся городу в сотни тысяч евро. Поэтому готовится договор о продаже участка частному инвестору, так что демонтаж комплекса – дело буквально ближайших недель. Сенатор по культуре Карстен Брозда (Carsten Brosda) признался, что это решение было для городской администрации нелегким. Будем надеяться, что игра все же стоила свеч, и в итоге проект себя оправдает.
Противники сноса City-Hof часто говорят, что это может иметь негативные последствия для стоящих рядом объектов мирового культурного наследия – складского комплекса Speicherstadt и Kontorhausviertel. Хотя на мой непросвещенный взгляд, нет ничего более контрастного и чуждого для этих объектов, чем торчащие на Klosterwall параллелепипеды. К архитектуре мирового наследия гораздо ближе то, что предлагает архитектурное бюро KPW, ставшее победителем конкурса.
Взглянув на визуализацию его проекта, вы сразу увидите, что авторы черпали свои идеи как раз по соседству. Комплекс запланированных здесь построек состоит из трех самостоятельных зданий с фасадами из характерного для Kontorhausviertel клинкерного кирпича, только более красного оттенка. Проект предусматривает 190 квартир, некоторые из них будут социальными, отель на 200 номеров, офисы, самый «высотный» в городе детский сад на верхнем этаже, а также магазины и кафе. Объект должен быть сдан в эксплуатацию в 2022 году, и хочется надеяться, что он изменит лицо города к лучшему и будет больше гармонировать с соседними шедеврами архитектуры, чем нынешний City-Hof.

Текст: Константин Раздорский
Фото: Simcha Studio

В начале этого года колокольня бывшего собора St. Nikolai освободилась от строительных лесов, укрывавших ее в течение четырех лет. Завершились работы по реставрации мемориального комплекса, напоминающего жителям и гостям Гамбурга о развязанной нацистами Второй мировой войне и жертвах бомбардировки города авиацией союзников.
St. Nikolai – единственный из пяти городских соборов (Hauptkirche), который не был восстановлен в послевоенное время. Впрочем, осталась от него практически одна лишь колокольня, законсервированная в виде руины. Она, как и любое другое «возрастное» сооружение, с годами требует все больше внимания и ухода. Об этом в августе 2011 года недвусмысленно напомнило чрезвычайное происшествие. Тогда большой кусок песчаника весом около десяти килограммов вывалился из каменной кладки в верхней части колокольни и обрушился на тротуар, лишь по счастливой случайности никого не задев.
Для городских властей это был сигнал тревоги – мемориалу необходим срочный ремонт. Сенат выделил миллион евро на неотложные меры по консервации объекта и заказал экспертизу для оценки его общего состояния. Для финансирования последующих расходов потребовалось более 15 млн евро, которые были предоставлены примерно в равных долях Гамбургом и Берлином как федеральным центром. Сейчас все ремонтные работы завершены, и St. Nikolai в роли мемориального комплекса открыл новую страницу своей истории. Надо признать, что на его долю выпала непростая судьба.

Привет из Ковентри
Помню, что при первой встрече с Гамбургом темная от копоти и времени громада колокольни, похожей на гигантскую рыбью кость, обглоданную неведомым чудовищем, произвела на меня почти шокирующее впечатление. Следы давнего пожара усиливали изначальную мрачность неоготического стиля, в котором был построен St. Nikolai. Его башня выглядела черно-белым снимком, вклеенным в цветную панораму Гамбурга. Кладбищенским крестом посреди весеннего сада. Или одиноким восклицательным знаком, предупреждающим об опасности войны.
Да, мы сожалеем о тысячах погибших при бомбардировках людей и навсегда утерянной красоте города, который уже никогда не будет прежним. Но при этом далеки от того, чтобы обвинять в этом британских и американских летчиков. В конце концов, не они начали ту страшную войну- в июле 1943 года Гамбург расплачивался в том числе за английский Ковентри, разрушенный самолетами люфтваффе в 1940-м.
И не случайно англичане потом решили сохранить развалины своего собора St. Michael, а русские – пострадавшую в результате боев сталинградскую «мельницу Гергардта». Потому что руины военного времени – одно из самых эмоциональных напоминаний о прошлом. Это знают и немцы, которые гибли и страдали по воле гитлеровских бонз – мемориал на месте собора St. Nikolai создан в память о жертвах войны и нацистского режима.
Бытует мнение, что во время бомбардировок церквям доставалось меньше, чем остальным зданиям – дескать, господь оберегал их. Так ли это, сказать трудно – из 66 гамбургских храмов была полностью разрушена треть, и особенно пострадали те, что находились ближе к центру города. Но если храмы и уцелели, то божье заступничество здесь ни при чем – авиация всех армий обычно использовала самые высокие объекты – и церковные колокольни в том числе – для ориентирования на местности и более точного наведения самолетов на цели, подлежащие уничтожению. Так что у летчиков не было особого резона бомбить именно церкви, но им все равно доставалось.
Кстати, собор St. Nikolai в первый раз пострадал не от противника, а от своих – 16 июля 1943 года крышу повредили осколки зенитных снарядов. Размер ущерба был по-немецки педантично отражен в документах: 301 марка и 7 пфеннигов. Восемь дней спустя, когда началась операция «Гоморра», уже никому не приходило в голову ничего подсчитывать – на глазах у гамбуржцев исчезали дома и целые кварталы. В первую же ночь пострадал и собор – в результате попадания авиабомбы навсегда остановились часы храма, стрелка которых замерла на половине первого. Другая бомба снесла практически всю крышу нефа, а вот колокольня почти не пострадала.

Насмешка судьбы
Некая злая ирония заключается в том, что полуразрушенный британской бомбой St. Nikolai был построен по проекту лондонского архитектора. Прежнее здание собора в мае 1842 года пало жертвой печально известного гамбургского пожара. Храм решено было отстроить заново, для чего правление общины объявило, говоря современным языком, международный конкурс. Архитектурный стиль и форму здания участники могли определять сами, но инициаторы строительства, наученные горьким опытом, поставили им одно условие – колокольня собора не должна быть деревянной, как прежняя.
В итоге 39 архитекторов из немецких и других земель представили 44 проекта. Правление общины поначалу отдавало предпочтение уроженцу Гамбурга, известному мастеру купольных сооружений Готтфриду Земперу (Gottfried Semper). Но в то время как раз возобновилось строительство Кельнского собора, который так сильно повлиял на членов гамбургской комиссии, что они переключились на неоготику и обратили внимание на проект, занявший в конкурсе третье место. Его автором был Джордж Гилберт Скотт (George Gilbert Scott), признанный специалист по готическому стилю, в родной Англии сделавший себе имя реставрацией средневековых церквей. Он привлек к работе над своим проектом немало соотечественников, создававших расписные окна, скульптуры алтаря и многие другие детали внутреннего убранства.
Первый камень в фундамент нового храма заложили 24 сентября 1846 года. Ровно через 17 лет, 24 сентября 1863 года, собор St. Nikolai освятили и открыли для прихожан, а вот колокольню, как это часто бывало в те времена, достраивали еще 11 лет. Заметим, что готовая башня высотой 147,3 м стала на тот момент самым высоким сооружением в мире, «обогнав» пирамиду Хеопса (146,6 м). Правда, носила она это почетное звание всего-то пару лет, пока в 1876 году во Франции не установили шпиль кафедрального собора в Руане (151 м). Колокольня впечатляет и сегодня, ведь по высоте она уступает в Гамбурге лишь телевизионной башне, а среди церковных сооружений занимает пятое место в мире. И второе – в категории мемориальных комплексов, после монумента Вашингтона (169,3 м).

Руины говорят
После войны гамбургский Сенат принял решение не восстанавливать St. Nikolai, хотя технические возможности это позволяли – собор был разрушен в меньшей степени, чем некоторые другие восстановленные церкви города. Дело в том, что прихожан в округе практически не осталось – церковная община перебралась в Харвестехуде, где позднее открылся новый храм с тем же названием. В 1951 году полуразрушенный неф снесли, но колокольню, а также уцелевшие части хоров и южной стены оставили. Обломками стен укрепляли берега каналов и Нижней Эльбы. В 1960 году колокольня получила статус охраняемого государством памятника архитектуры.
Идея превратить руину в напоминающий о войне мемориальный комплекс обрела первые очертания только в 1968 году. До этого городские власти и церковная община St. Nikolai делили права собственности на объект. В итоге колокольня досталась общине, а городу отошла территория, на которой прежде находилось основное здание церкви. Власти Гамбурга хотели построить на этом месте мемориальный комплекс, но потом отказались от идеи. Мемориалом решено было сделать саму руину, один вид которой может очень многое рассказать о войне.
В 1987 году по инициативе предпринимателя Ивара Бутерфаса и адвоката Корвина Фишера (Ivar Buterfas, Corvin Fischer) была создана общественная организация Rettet die Nikolaikirche e. V. Благодаря собранным ее активистами средствам бывшую крипту собора переоборудовали для выставок и мероприятий. Теперь колокольня имеет лифт для подъема на площадку обозрения, а в 1993 году установили изготовленный в Нидерландах карильон, состоящий из 51 колокола общим весом 13 тонн.
Тогда же в небольшом фойе мемориала появился знак принадлежности общины St. Nikolai к международному сообществу пострадавших от войны церквей. В каждом таком храме на видном месте помещают копию так называемого «Креста Ковентри» – три больших плотницких гвоздя, соединенных в виде креста. Оригинал находится в Англии, он сделан из гвоздей, вынутых из обгоревших балок разрушенного самолетами люфтваффе собора St. Michael. Общины – члены сообщества объединены деятельностью во имя примирения народов. В Германии их насчитывается более 50 – около трети общего числа в мире. Есть «Кресты Ковентри» и в России – один из них находится в церкви св. Екатерины в Санкт-Петербурге.

К сведению читателей: мемориальный комплекс St. Nikolai открыт с 10 до 17 часов (летом до 18). Цена билетов для взрослых – 5 евро, для детей – 3 евро.