Текст: Андрей Нелидов
Фото: Елена Строяковская, Андрей Нелидов, Internet
В середине октября компания Deutsche Post выпустила специальную почтовую марку Lübecker Märtyrer («Любекские мученики»). Это событие приурочено к 75-летию казни четырех немецких священнослужителей. Приговоренные нацистским режимом к смерти за «измену родине», они погибли 10 ноября 1943 года во дворе гамбургской следственной тюрьмы на улице Holstenglacis.
В декабре 1936 года имперское министерство юстиции определило на территории рейха 11 мест заключения, в которых приводились в исполнение смертные приговоры. На севере Германии одним из них стала гамбургская следственная тюрьма, где было проведено в общей сложности 468 казней. Последние три состоялись в декабре 1944 года. Смертные приговоры в третьем рейхе чаще всего приводили в исполнение при помощи гильотины – то есть, осужденному отрубали голову. «Привилегия» быть расстрелянным была только у приговоренных к смерти военными судами, а на оккупированных рейхом территориях в ходу были казни через повешение.
В Гамбурге приводили в исполнение смертные приговоры, вынесенные в судах северной Германии, – на территории, примерно соответствующей нынешним землям Шлезвиг-Гольштейн, Нижняя Саксония и Гамбург. Тем не менее, самыми известными жертвами местной команды нацистских палачей стали две француженки – активные участницы Сопротивления Франc Блох-Серазин (France Bloch-Sérazin) и Сюзанн Массон (Suzanne Masson), казненные в 1943 году. Об их трагической участи информирует гамбуржцев памятная доска на внешней стене тюрьмы.
Вообще вся незавидная часть «биографии» этого учреждения, связанная с временами нацизма, беспощадно открыта миру: тут и «камни преткновения» на тротуаре, и доска в память о казненных дезертирах вермахта, и фотографии четырех священнослужителей, обезглавленных 75 лет назад. Именно о них мы сегодня и расскажем.
Не все были с Гитлером
Надо признать, что сопротивление нацистскому режиму в Германии никогда не приобретало массового характера, хотя и существовало в самых разных формах. Да, были заговорщики в армии и в министерстве иностранных дел, которые предприняли попытку государственного переворота. Были герои-одиночки, организовавшие пару неудачных покушений на Гитлера. Были руководимые из Москвы подпольные группы разведывательного и диверсионного характера типа «Красной капеллы».
Кроме того, были оппозиционные группы вроде студенческой «Белой розы», которые не пошли дальше единичных протестов с раздачей листовок, хотя и это потребовало от молодых людей известного мужества и самоотречения. Да, в результате эти искренне настроенные против режима, но дилетантски организованные подпольщики были разгромлены гестапо. Им так и не удалось победить нацизм – силы были слишком неравными, но ценой своих жизней они спасли честь думающих немцев. Благодаря таким, как они, стало ясно – не вся Германия была с Гитлером.
В число критических настроенных жителей страны входили и немногочисленные священнослужители. За счет авторитета пастыря они имели влияние на прихожан и по мере возможности доводили до них свое несогласие с режимом во время проповедей или бесед с людьми. В Любеке ячейку таких инакомыслящих образовали служители римско-католической Herz-Jesu-Kirche: уроженец Гамбурга капеллан Йоханнес Прасек (Johannes Prassek), викарий Герман Ланге (Hermann Lange) и адъюнкт Эдуард Мюллер (Eduard Müller). Все трое поддерживали доверительные и даже дружеские отношения с пастором любекской евангелической Lutherkirche Карлом Фридрихом Штелльбринком (Karl Friedrich Stellbrink), который был почти на 20 лет старше своих коллег-католиков. Поскольку он принимал участие в Первой мировой войне и был тяжело ранен, имел богатый жизненный и профессиональный опыт, младшие друзья пастора во многом прислушивались к его мнению.
Переоценка ценностей
Карл Фридрих Штелльбринк – яркий пример того, как резко менялись порой взгляды немцев по мере осознания ими истинного лица гитлеровского режима. Поначалу он и сам был националистом и даже вступил в 1933 году в NSDAP, но быстро прозрел – уже через год его отношение к роли Гитлера и нацистской партии в судьбе немецкого народа стало критическим. Человек искренний и резкий, пастор превратился в столь же убежденного противника режима, каким его сторонником был раньше.
В 1936 году под влиянием отца сын Штелльбринка вышел из гитлерюгенда, а еще через год за критические высказывания исключили из NSDAP самого пастора. В 1940 году погиб на фронте старший – приемный – сын Карла Фридриха, и это еще больше укрепило негативное отношение священника к нацистам. Для него стало очевидным противоречие между христианской верой и их атеистической расистской идеологией. Вместе с Йоханнесом Прасеком и его коллегами пастор обсуждал ходившие по рукам проповеди критически настроенного епископа из Мюнстера Клеменса фон Галена (Clemens August Graf von Galen).
Он был для них примером служения долгу – выступал против нацистской политики в отношении инвалидов и психически больных людей, против всесилия гестапо, а также, как выяснилось позже, имел контакты с представителями Сопротивления. Местный гауляйтер требовал его ареста, а Мартин Борман (Martin Bormann), руководивший в то время штабом заместителя Гитлера Рудольфа Гесса (Rudolf Heß), предлагал повесить фон Галена. Но Йозеф Геббельс (Joseph Goebbels), опасаясь беспорядков в Мюнстере, высказался против того, чтобы создавать епископу ореол христианского мученика, и рекомендовал отложить этот вопрос до конца войны.
Поворотным в судьбе Штелльбринка и его соратников-католиков стало Вербное воскресенье 1942 года. В ночь на 29 марта британская авиация нанесла бомбовый удар по центру Любека. Это было первое применение союзниками так называемых ковровых бомбардировок. В результате погибло 320 человек, оказались полностью разрушены или повреждены 1044 здания, в том числе Домский собор и церковь святой Марии. Горящие башни храмов стали для местных жителей зловещим предзнаменованием грядущей катастрофы 1945 года – что, впрочем, распознали немногие. И среди этих немногих наряду с пастором Штелльбринком были его коллеги Йоханнес Прасек, Герман Ланге и Эдуард Мюллер.
Наказание Господне
Во время налета Карл Фридрих Штелльбринк помогал соседям выносить их вещи из горящих домов, а на следующее утро сказал в проповеди, что в грохоте ночных взрывов слышался ему гневный глас Божий. Бомбардировки есть искупление вины немцев, так что теперь они должны заново учиться взывать к Богу. Слова пастора были восприняты сотрудниками гестапо однозначно – священник расценивает вражеский налет как суд Божий, как наказание Господне. И хотя именно такой формулировки в проповеди у осторожного Штелльбринка не было, его мнение мгновенно разлетелось по Любеку, взбудоражив горожан и послужив основанием для ареста пастора по обвинению в государственной измене.
Месяц спустя был арестован и Йоханнес Прасек, спасший во время налета немало людей и даже удостоенный за это награды. В подвалах гестапо оказались его коллеги Герман Ланге и Эдуард Мюллер, а также 18 прихожан. В июне 1943 года любекские священники были приговорены к смертной казни за целый букет преступлений – за измену родине, попытку ослабить ее оборону, за то, что слушали тайком «вражеские голоса» союзников. 10 ноября того же года все четверо были обезглавлены во дворе гамбургской следственной тюрьмы.
Они погибли за то, что имели мужество противостоять официальной гитлеровской пропаганде, называя неправое неправым, и тем самым оказывали нацистскому режиму то сопротивление, которое позже стали писать с большой буквы. Священнослужители показали, что нужно стереть границы между конфессиями ради совместных действий в борьбе с аморальной властью, подав тем самым пример остальным своим согражданам. Многие немцы наконец-то задумались о возможных последствиях политики Гитлера – война, которую он начал, и которую они до сих пор поддерживали, пришла в их собственные дома, разрушив их до основания.
В 2004 году на здании любекской Ратуши была открыта мемориальная доска в память о казненных. В 2011 году новый парк в гамбургском районе Бармбек-Зюд назвали в честь уроженца нашего города Йоханнеса Прасека. Тогда же римско-католическая церковь причислила своих трагически погибших священнослужителей, которые официально считаются мучениками (то есть, умершими в результате гонений), к лику блаженных. В календаре евангелической церкви Германии 10 ноября отмечено как день памяти Карла Фридриха Штелльбринка.
Недавно в Гамбурге приступил к своим обязанностям новый Генеральный консул Российской Федерации Андрей Евгеньевич Шарашкин.
В этом году в афише театра кукол «Волшебный ключик» наряду с кукольными спектаклями и музыкально-театрализованными представлениями появилось новое название – ТИгры (Театральные Игры). Это театральные тренинги для детей 5-8 лет, которые открывают ребенку возможность поиграть в ролевые модели, научиться контактировать с другими детьми, почувствоватъ себя успешным и повысить свою самооценку. На тренинге нет лекций о правилах поведения, с первой же минуты встречи начинается игра. Застенчивый ребенок недолго остается в стороне – игровая ситуация захватывает и его.
Я провела уже три тренинга на тему «УЧИМСЯ СОТРУДНИЧАТЬ». И хотя первоначально они задумывались как одноразовые занятия, есть дети, которые побывали на всех встречах. И уже виден результат. Ребята становятся более раскрепощенными и уверенными в себе, быстро реагируют и импровизируют. Очередной такой тренинг будет в ноябре.
Уважаемые родители, я приглашаю ваших детей на Театральные Игры, а малышей на кукольные спектакли театра кукол «Волшебный ключик», где мы с малышами тоже много играем и импровизируем!
По данным этого исследования, лидером рейтинга в шестой раз подряд признан Шлезвиг-Гольштейн, причем степень удовлетворенности жителей самой северной земли ФРГ своей жизнью (7,44 балла из 10 возможных) почти не изменилась по сравнению с предыдущим годом. Зато гамбуржцам удался «прыжок» с 7,28 до 7,36 балла, который и принес нам второе место. Третье заняли жители федеральной земли Гессен (7,27). Средняя часть таблицы представлена по преимуществу западными регионами, следующими друг за другом с минимальным отрывом.
Авторы европейского «атласа счастья» принимают во внимание уровень жизни в каждой из стран, размер ее ВВП на душу населения, масштабы местной коррупции, объем социальной поддержки со стороны государства и некоторые другие факторы. Самыми неудовлетворенными своей жизнью признаны греки (4,1), болгары (4,6) и сербы (4,7).