Название этой улицы ничего общего ни с пальмами, ни с сигаретами не имеет. Оно происходит от старинной итальянской игры в шары «пэл-мэл», одной из разновидностей крокета, в которую играли при помощи деревянных шаров и молоточков.
Во второй половине 16 века игра стала популярной во всей Европе, а особенно – при французском дворе, где молодой ЛюдовикXIV заслужил прозвище «короля дэ Palle-Mail». Другой, не менее юный властитель – граф Отто V, последний из рода Шауэнбургов, который провел немало времени во Франции, а 1635 году принял бразды правления Альтоной, почти сразу пожелал устроить подобную парижским «игральную» улицу. Для этого требовалась усаженная по обеим сторонам деревьями – аллея и железные ворота, в которые можно загонять шар.
И в 1638 году на будущей Пальмайле в четыре ряда было посажено четыреста лип. Однако в пэл-мэл на новой прекрасной аллее так никто никогда и не играл… Граф Отто умер в 1640 году, предположительно, от яда, который ему подмешали на обеде в Гильдесгейме. А улица – зачахла, и канатчики скручивали на ней корабельные тросы. О ее прямом предназначении напоминает только барельеф на стене дома №130.
Возрождение Пальмайле началось во время датского владычества. После так называемого «шведского» пожара 1713 года городской глава граф Кристиан фон Ревентлов повелел заново посадить деревья и проложить прогулочную аллею, а по сторонам застроить ее домами. Это доверили датскому архитектору Кристиану Фридриху Ганзену (Christian Frederik Hansen), который служил королевским градостроителем Гольштейна и проживал в Альтоне. Блестящий ученик итальянских мастеров и поклонник классицизма, он построил на Пальмайле девять жилых домов, подобных венецианским «палаццо», из которых бомбежки второй мировой войны пережили только здания под номерами 49 – 63
и 108 – 120. В том числе – и №116, который Ганзен построил для себя.
Пальмайле, протянувшаяся всего на несколько сотен метров параллельно Эльбе – от Breite Strasse до ратуши Альтоны, – явилась украшением города, его парадным подъездом, где, по утверждениям историков, охотно прогуливался и царь Петр I.
В 19 веке улица становится привлекательной для зажиточных горожан и превращается в жилую. А о том, что здесь в маленькой квартирке под крышей долгое время жил известный немецкий поэт Детлеф фон Лилиенкрон (Detlev von Liliencron)(1844-1909) свидетельствует памятная табличка на пятом доме. Именно здесь он написал свою знаменитую поэму «Погфред, эпос вперемежку». И вполне вероятно, что сенбернара, который стал героем одного из самых популярных стихотворений поэта, переведенного и на русский язык, он увидел из окна своей каморки с видом на Эльбу:
«Два часа гляжу в окошко, От стекла не отлипая, Но напрасно, все напрасно: Как сквозь землю провалился Этот чертов сенбернар.»
Однако сегодня у входов на парадные лестницы мы не находим табличек с именами жильцов. Они уступили место многочисленным фирмам и представительствам пароходств. В самом величественном из произведений Кристиана Ганзена – доме №49 – теперь офис пароходства «Uni-Charter Schiffahrtsgesellschaft Mbh». Да и в новостройках на Пальмайле находятся многие организации, имеющие отношение к морю. Среди них – Федеральное исследовательское бюро по рыболовству, известное и за пределами Гамбурга.
А русскоязычные жители ганзейского города часто посещают евангелическую церковь Evangelisch-reformierte Kirche на Palmaille 2, где регулярно проходят концерты наших артистов.
Что касается лип, то в 1905 году почти все двухсотлетние деревья были срублены. Однако в наши дни, благодаря новым посадкам, кроны деревьев, стоящих в два ряда посредине оживленной улицы, соединяющей центр и Альтону, снова сплетаются и образуют «крышу» из листьев. Только в пэл-мэл здесь по-прежнему никто не играет…
Текст: Екатерина Филиппова
