Author: Maria Stroiakovskaya

При всем сложном отношении немцев к коммунистам Германия (причем не только восточная) чтит память многих членов КПГ. В Гамбурге, например, в честь них были названы в свое время улицы, парки и даже школы. 

В истории почти каждой страны есть свое «кровавое воскресенье». Есть оно и у Германии: 80 лет назад в результате провокации национал-социалистов в Альтоне погибли 18 человек и сотни были ранены. Эта трагедия имела, на первый взгляд, региональное значение, но ее последствия приобрели всегерманский характер и фактически привели к падению Веймарской республики.

В то время прусская Альтона еще не входила в состав нашего города – она была его так называемым «красным» предместьем, где жили, в основном, социал-демократически настроенные рабочие. Мировой кризис оставил многих из них без работы, а то и без крыши над головой. Все были недовольны слабым и неэффективным берлинским правительством, все чаще раздавались голоса о необходимости «жесткой руки», которая навела бы, наконец, порядок в этом политическом и экономическом хаосе. Не случайно в 1930 году на выборах в рейхстаг уже каждый пятый житель рабочего Гамбурга голосовал за партию Гитлера. Альтона же, которую политические оппоненты часто называли «малой Москвой», симпатизировала в первую очередь социал-демократам, а также коммунистам во главе с Эрнстом Тельманом (Ernst Thälmann).

При этом следует иметь в виду, что отношения между СДПГ и КПГ были тогда откровенно враждебными – в первую очередь из-за официальной позиции СССР, имевшего сильное влияние на немецких коммунистов. Советское руководство называло мировую социал-демократию «левым крылом фашизма» и считало «социал-фашистов» (определение, изобретенное еще председателем Коминтерна Григорием Зиновьевым) своими непримиримыми врагами. Тем самым Сталин фактически лил воду на мельницу национал-социалистов, внося раскол в левое движение – единственное способное тогда противостоять «коричневым», с каждым годом набиравшим все большую силу.

С апреля 1932 года они регулярно организовывали в 300-тысячной Альтоне пропагандистские марши по улицам «красных» районов, которые все чаще сопровождались яростными стычками с рабочими. Так как большинство местных жителей было сторонниками СДПГ либо КПГ, в действиях «коричневых» просматривалось явное желание спровоцировать столкновения. Поскольку в послевоенное время достать огнестрельное оружие было делом нетрудным, такие стычки порой заканчивались кровопролитием.

Развитие общей ситуации постепенно вело к гражданской войне.

Надо отметить, что все противоборствующие стороны (национал-социалисты, коммунисты, социал-демократы) имели боевые группы для защиты собственных интересов в условиях, когда убийство политических оппонентов становилось уже нормой. Масла в огонь подливало недальновидное правительство: в июне 1932 года рейхсканцлер Франц фон Папен (Franz von Papen) отменил запрет на деятельность национал-социалистических боевых отрядов СА (Sturmabteilung) и СС (Schutzstaffel), что было воспринято «коричневыми» как сигнал к действию.

Они совершили, среди прочего, нападение на Дом профсоюзов в Экернферде, а коммунисты оставаться в долгу не желали. Спираль взаимного насилия стала раскручиваться с пугающей быстротой. Если в первой половине июня в ходе политических столкновений в той же Пруссии, например, погибло три человека, то уже в июле число жертв подскочило до 86. Тон задавали наиболее непримиримые противники – национал-социалисты и коммунисты.

К середине июля они уже трижды выясняли между собой отношения в Альтоне. Несмотря на это, местная полиция по непонятным причинам все же разрешила 17 июля очередной марш НДСАП. Коммунисты не без основания восприняли ее как вызов, их делегация пыталась уговорить руководство полиции отменить марш. Листовки, выпущенные ими накануне, были противоречивы: в одних рабочих просили не поддаваться на провокацию, «сохранять осторожность и благоразумие, показать свое презрение, уйти с улиц, закрыть окна, соблюдать дисциплину». В других от рабочих требовали выйти на улицы, чтобы «предотвратить марш гитлеровских банд». Боевые группы коммунистов готовились к возможной схватке.

В воскресенье около 7 000 национал-социалистов из Гамбурга и Гольштейна маршировало по центральным улицам «красной» Альтоны. Процессию охраняли вооруженные штурмовики СА и полиция. В этой напряженной атмосфере для взрыва насилия достаточно было одной искры. Ею стали внезапные выстрелы, которыми были убиты двое «коричневых». Кто именно это сделал, выяснить  так и не удалось, при обысках близлежащих домов ни у кого оружия не нашли.

Полицейские, тоже попавшие под обстрел, вели беспорядочный ответный огонь из револьверов и карабинов по крышам, балконам и открытым окнам домов. 18 человек убитых и 285 раненых – результат этого июльского марша. Больше всего среди убитых оказалось случайных людей, попавших под шальные пули.

«Кровавое воскресенье» стало апогеем силового противостояния политических сил в Германии и фактически знаменовало собой закат Веймарской республики. 20 июля канцлер фон Папен использовал эту трагедию как повод для роспуска правительства Пруссии, которым руководил тогда социал-демократ Отто Браун (Otto Braun). Фон Папен объявил себя имперским комиссаром по делам Пруссии. Это был так называемый «прусский удар» по левым силам Германии.

Позже на показательном судебном процессе национал-социалисты объявили зачинщиками «кровавого воскресенья» коммунистов и социал-демократов, хотя последние были вообще ни при чем – они заранее отказались от каких-либо партийных акций в Альтоне в тот день. Суд приговорил к различным срокам тюремного заключения 16 человек, а четверо членов КПГ были осуждены на смерть, хотя их вина и не была доказана (здесь напрашиваются параллели со знаменитым процессом о поджоге Рейхстага, который стал для нацистов поводом для поголовного преследования всех левых). 1 августа 1933 года осужденные были казнены во дворе альтонской тюрьмы. В 1985 году на здании местного суда в честь них была открыта памятная доска, и лишь в 1994-м казненные были реабилитированы.

В результате кровавых событий был смещен со своего поста начальник полиции Альтоны, социал-демократ Отто Эггерштедт (Otto Eggerstedt). Он оказался заложником ситуации, которую его же ведомство и создало: так как марш национал-социалистов был официально разрешен, порядок в это время должен был обеспечить начальник полиции. После прихода к власти нацистов Эггерштедта бросили в концлагерь и 12 октября 1933 года уничтожили. Сейчас в Альтоне есть улица его имени. Увековечена в Гамбурге и память четырех казненных членов КПГ: именем Карла Вольфа (Karl Wolff) тоже названа улица, в честь Вальтера Меллера и Аугуста Лютгенса (Walter Möller, August Lütgens) – парки, а имя Бруно Теша (Bruno Tesch) носит одна из школ.

 

Текст: Андрей Нелидов

Тысячу лет назад, в середине XI века, Гамбург оказался в центре событий европейского значения. Их главными действующими лицами были люди с удивительными судьбами, как будто явившиеся из мифов и сказаний.  

Мистика Гамбурга

Как мы уже упоминали в предыдущем номере, архиепископ Гамбурга и Бремена Адельбрандт после аскетического стокилометрового путешествия босиком заболел и в 1043 году преставился. Его место занял Адальберт, который оставался на должности архиепископа 30 лет.  Современник-хронист описывает этого выходца из знатной семьи как талантливого и великолепно образованного, аскетичного до гордыни властолюбца.

   Что же привлекло его в Гамбург? Наверное, это место, помимо известных преимуществ географического положения, обладало какой-то мистической силой, которая манила к себе честолюбивых. И это, несмотря на опасных соседей – жестоких воинов викингов и непокорных воинственных славян. А может быть, именно поэтому? Властные элиты язычников уже поняли действенность христианства в организации общественной, культурной, экономической и прочих сторон жизни. Однако только лишь Адальберт с его незаурядным политическим талантом и фантазией мог придумать и реализовывать в течение всей своей жизни грандиозный план создания Северного патриаршества со столицей в Гамбурге. Патриаршество, полностью независимое от власти римского папы, должно было подчиняться только патриарху, то есть ему, Адальберту.

Все – на стройки патриаршества!

Архиепископ Гамбурга и Бремена Адальберт начинал свою карьеру при дворе императора Священной Римской империи германской нации. Умный политик, он стал доверенным лицом короля Генриха III. Тот хотел даже сделать его папой в Риме, чтобы иметь там своего человека.  Однако для Адальберта более привлекательным был его северный план. Для его реализации он развернул бурную деятельность среди соседей, земли которых должны были стать частью будущего патриаршества. Были налажены отношения с королем Дании Свеном Эстридсоном и славянским князем Готшальком. Адальберт раздавал выгодные должности и не скупился на подарки и прямой подкуп.

Этот религиозный аскет устраивал в Гамбурге, предполагаемой столице будущего патриаршества,  роскошные праздники с обильной едой и возлияниями. Не обходилось и без военных действий. Все шло по плану. Вместе с Готшальком, который в 1043 году создал самое мощное объединение вендских славянских племен на Прибалтийском Севере, Адальберт строил церкви, основывал монастыри, где службы велись на славянских языках. Готшальк стремился к независимости от Рима, поэтому создание Северного патриаршества было также и в его интересах.

Сбой произошел в 1050 году, когда трон Норвегии занял Харальд III Суровый. Он стал яростным противником гамбургской опеки. Это был сигнал. Претензии на религиозную самостоятельность стали предьявлять один за другим епископы и светские властители, и даже король Дании. Для борьбы с этим движением Адальберт стал на месте больших епископств создавать мелкие, зависимые от Гамбурга. Под свою опеку он забирал также все новые регионы, приобщая их население к христианству. Его власть простиралась уже на дальние Исландию, Гренландию и Финляндию.

Заговор епископов

   В 1056 году умер император Генрих III. Его шестилетний сын Генрих IV оказался под опекой его матери, императрицы Агнес. Влияние Адальберта при дворе упало. В последующие 7 лет он растратил на войны, пиры и подкуп сначала все свои деньги, а потом средства своих вассалов и зависимых от него служителей церкви.

Однако наш герой дождался своего момента. В 1062 году Адальберт с группой заговорщиков хитростью и силой завлек на корабль 11-летнего короля, который, испугавшись, бросился в воду Рейна и чуть не утонул. Но его спасли и отвезли в Кельн, а его опекуном стал кельнский епископ Анно.

Однако Адальберт не захотел оставаться с пустыми руками: перехитрив Анно, он сам стал опекуном. С его подачи было проведено преждевременное посвящение Генриха IV в рыцари, что обеспечило ему полное доверие юного короля. Адальберт вознесся к вершине власти, достиг высшей точки своей карьеры. Теперь он с размахом стал использовать имперскую казну для нужд Гамбургского архиепископства.

Крушение

   Для образования Северного патриархата недоставало только официального акта об его учреждении. Для этого в 1065 году Адальберт собрал в Шлезвиге синод – конференцию епископов. Но нужно было нейтрализовать Харальда Норвежского. Адальберт смог убедить папу Александра II послать Харальду депешу с требованием быть послушным Гамбургу. Харальд, однако, связался с епископами и доходчиво объяснил им, что лучше подчиняться далекому Риму, чем близкому Гамбургу. В результате на синоде епископы дружно бойкотировали Патриархат. Это был провал! За ним последовала целая цепь событий, приведших к падению Адальберта.

В следующем году в результате интриг Адальберт был отстранен от двора императора. Это послужило сигналом для славян, которые подняли восстание против своего властителя Готшалька – последнего и самого верного партнера Адальберта. Славянский князь был убит якобы из религиозных соображений, а его жена, дочь датского короля, была с позором обнаженной изгнана из Мекленбурга. Славяне в очередной раз освободились от христианства с его налогами и с перспективой  полного растворения среди немецкого населения. Они изгнали священников и полностью разрушили Гамбург.

В конце жизни Адальберта покинули и предали даже самые близкие. Хронист описывает показательный момент, когда приглашенные Адальбертом на день рождения люди из ближайшего его окружения приветствовали аплодисментами и криками… сына герцога Магнуса, полностью игнорируя именинника. Тем не менее, наш герой еще один раз (в 1071 г.) испытал подъем при дворе – воистину как Феникс из пепла. Однако это был заключительный взлет. Он умер в следующем году.

Адальберт завещал похоронить себя в Гамбурге. Однако несостоявшаяся столица Северной патриархии была в разоренном состоянии. Пришлось похоронить архиепископа в Бремене. В дальнейшем епископы окончательно перебрались в Бремен и в Гамбурге бывали только наездами.

 

 

Харальд III – последний викинг

Харальд III Суровый  (1015-1066) – сын норвежского короля Сигурда. Уже в 15 лет он участвовал в войнах в Норвегии, в 16 лет поступил на службу к киевскому князю Ярославу Мудрому и отличился, командуя войсками в польской кампании. С 1034 года – на службе в Византии, воевал на трех континентах, стал командиром Варяжской гвардии – личной охраны императора. В 1042 году Ярослав отдал ему в жены свою дочь Елизавету. Их дочь Ингигерд, стала впоследствии королевой Дании. С 1046 года Харальд – король Норвегии. В 1066 году он высадился с войском в Англии, претендуя еще и на английскую корону. Почти не терпевший поражений знаменитый полководец и воин погиб на поле боя. Это был последний поход скандинавских королей, которым завершился 300-летний период агрессии викингов.

   Фигура короля Харальда III и в наши дни привлекает не только историков, но и писателей и кинематографистов. Интересен кино-роман М. Веллера «Жестокий».

 

Готшальк (Готескал) Нормандский, cын славянского вождя, был воспитан в христианском монастыре в Люнебурге. Узнав о гибели отца от рук саксонцев, он бежал из монастыря, вернулся к язычеству и стал во главе славянских отрядов разорять земли саксонцев. Затем пошел на службу к датскому королю Кнуту Великому. Вместе с викингами совершал набеги на Англию и Норвегию. В 1043 году стал во главе славянской Вендской державы. В союзе с архиепископом Гамбургским Адальбертом он  более 20 лет строил славянское государство, опираясь на христианство. Однако Готшальку не удалось повторить опыт Владимира-крестителя и создать мощную славянскую державу на Западе. Он был убит в 1066 году языческими заговорщиками, а Вендское государство позже исчезло.

 

Текст Одессер Юрий

 

 

Власти Гамбурга намерены выделить полтора миллиона евро, чтобы обеспечить рыбе свободный проход на нерест из Эльбы в верховья Альстера.

Сегодня этот путь ей закрывают многочисленные шлюзы и другие гидротехнические сооружения. С тех пор как в 1190 году гамбуржцы перегородили небольшую (ее длина, кстати, 56 км) речку Альстер, чтобы поставить рядом с плотиной мельницу, нерестившиеся там виды рыб лишились прямого пути в верховья реки. И вот теперь городская администрация решила в прямом смысле слова вернуться к истокам и восстановить изначальную природную ситуацию. С этой целью у нас уже в ближайшее время будут построены три так называемые лестницы для рыбы. Они представляют собой наклонные каскады наполненных водой лотков, позволяющие рыбе подниматься вверх по течению в обход дамбы, плотины или шлюза.

Следует, однако, отметить, что с инициативой по поводу строительства этих  лестниц выступили не сами городские власти – их подтолкнула к этому недавно вступившая в силу специальная законодательная директива Евросоюза. Она обязывает все государства ЕС до 2015 года привести свои водоемы в надлежащее экологическое состояние. К числу общих требований относится также и создание условий для беспрепятственного прохода рыбы к местам нереста. Поэтому уже в декабре этого года в Гамбурге начнется строительство лестниц , на что правительство города выделило 1,44 млн евро, которые, впрочем, должны вернуться в бюджет из специального фонда ЕС. Сенатор по вопросам окружающей среды Ютта Бланкау (Jutta Blankau) надеется, что уже через три года в Альстере появятся лосось и форель.

Кстати, первая такая лестница без перил «пропишется» не где-нибудь, а в самом центре нашего города, в Ратушном шлюзе. Она будет фактически под зданием Alsterarkaden и позволит рыбе проходить в Альстер из канала Alsterfleet. Вторую лестницу устроят в районе Мельничного шлюза на канале Nikolaifleet. Сенатор Бланкау рассчитывает, что строительство обоих объектов общей стоимостью 1,3 млн евро будет закончено уже весной 2013 года.

Что же касается третьей лестницы, то она станет частью нового гидротехнического комплекса, который построят выше по течению Альстера, на месте Фульсбюттельского шлюза. Ему уже больше века, и его состояние в последние годы стало поистине катастрофическим. С 2011 года сооружение радикально перестраивается по 10-миллионному проекту.  Так как выше по течению Альстер теперь не судоходен, на месте шлюза поставят водосливную плотину для регулирования уровня воды в реке. Частью этого комплекса и станет третья  лестница для рыбы. Она будет попроще и подешевле – 140 тысяч евро.

Специалисты-экологи проекта «Живой Альстер» надеются, что после завершения строительства  сооружений для облегчения миграции рыбы в верховьях реки образуются места, подходящие для обитания и тех видов, которых в Альстере пока нет. Сегодня в реке и ее притоках водится 25 видов рыбы, и большинство из них нам хорошо известно. Это – речной окунь, карась, ерш, пескарь, линь, язь, лещ, голавль, щука, налим, жерех, плотва, красноперка, сазан, зеркальный карп, уклейка и судак. Меньше знакомы густера, верховка, подкаменщик и синец.

Этот перечень представителей подводной фауны Альстера весьма внушителен, однако не стоит забывать, что в Эльбе, например, водится 106 видов рыбы (это, к слову, почти в два раза больше, чем в Рейне). Так что, нашему Альстеру есть куда развиваться. Благодаря строительству «рыбных» лестниц число видов здесь должно увеличиться – прежде всего за счет так называемых проходных (мигрирующих) рыб. Это лососевые, речная и морская форели, речная и морская миноги. Угорь и трехиглая колюшка в Альстере, в общем-то, уже есть, однако хотелось бы, чтобы здесь появились и мигрирующие их виды.

Но для этого нужна большая предварительная работа – и тут строительство  специальных  лестниц – лишь первый шаг. Затем потребуется высадить в верховьях реки молодь проходных рыб – нужно, чтобы она приняла Альстер за  место своего рождения. Уйдя позже в море, «мигранты» с плавниками вернутся на нерест в родные пенаты. Районы нереста тоже должны быть специально подготовлены: лосось и форель мечут икру отнюдь не в любом месте, предпочитая дно, покрытое крупной галькой или гравием. На подготовку уйдет еще как минимум пара лет, так что благородная рыба появится в реке не раньше 2015 года.

Городу нужна единая концепция экологического развития Альстера, и многое зависит также от чистоты Эльбы. Качество ее воды ниже Гамбурга пока что оставляет желать лучшего: сказывается, кроме всего прочего, и влияние порта. Несмотря на позитивную динамику экологических процессов сейчас трудно себе представить, что на рубеже XIX и XX веков в Эльбе еще водился осетр. После этого река все больше превращалась в канал для сброса промышленных и бытовых стоков. Популяции рыб стремительно сокращались, в воде было множество ядовитых веществ вроде фенола. Их концентрация выражалась просто в чудовищных числах: одной только ртути за 1985 год река вынесла в Северное море 28 тонн.

Однако за последние десятилетия экологическая ситуация на реке заметно улучшилась, поскольку на территории бывшей ГДР закрылись устаревшие промышленные предприятия, а на оставшихся построены современные очистные сооружения. Эффективные меры по охране окружающей среды дают о себе знать: быстро восстанавливается природный баланс и многообразие фауны Эльбы и Альстера. И строительство лестниц для миграции рыбы является очередным важным шагом на этом пути.

Кстати, именно на Эльбе в районе Геестахта уже несколько лет действует крупнейшее в Европе гидротехническое сооружение такого рода. Лестница длиной 550 метров с 45 «ступеньками» помогает даже крупной рыбе без труда преодолеть плотину четырехметровой высоты. Вверх по течению Эльбы здесь ежедневно проходит до 25 тысяч карпов, щук, судаков, лососей и других представителей подводной фауны.

В дальнейшем заботу о расширении ареалов ее обитания должны взять на себя общества рыболовов-любителей. Ведь это – улица с двусторонним движением: чем богаче наши реки, тем больше желающих проводить время с удочкой. Чем крупнее их общества, тем сильнее влияние заинтересованных людей на решения властей по охране окружающей среды и возвращению в наши водоемы традиционных для этих мест пород рыбы. А многообразие их видов свидетельствует о чистоте наших рек и благополучии природы.

 

Текст: Андрей Нелидов

Хорошее дело, как известно, браком не назовут. Хотя у немцев эта наша старая шутка не в ходу, на севере Германии женятся все реже, а дети все чаще появляются вне брака.

За последнее десятилетие число официальных семейных союзов в Гамбурге и Шлезвиг-Гольштейне заметно уменьшилось. По данным евангелической церкви Северной Эльбы, в 2000 году ею было проведено 6 627 венчаний, а в 2010-м – только 4 424. Налицо снижение в полтора раза или ровно на треть. Возможно, люди стали менее религиозными, но дело тут не только в конфессии, потому что информация из загсов подтверждает эту тенденцию. Десять лет назад в обеих федеральных землях было зарегистрировано 25 714 браков, а в прошлом году – 23 908, то есть на семь процентов меньше.

В отличие от прежних времен, беременность перестала быть поводом для женитьбы. В 2010 году ровно треть всех новорожденных в Германии (33%) появилась на свет вне брака. А на севере этот показатель еще выше: в Шлезвиг-Гольштейне он равен 35%, в Гамбурге – 36%, а в Бремене – вообще 39%.

Гражданские браки становятся все популярнее, особенно в городах. И это тем более удивительно, что рождение первого ребенка в официально созданной семье обычно влечет за собой солидные налоговые льготы. И все же 43% родителей первенцев официально не являются мужем и женой. Этот показатель очень контрастен для старых и новых земель: он складывается из «западных» 36% и  «восточных» 74%.

В ЕС среднестатистический процент внебрачных детей равен 38%, и это значит, что Германия находится пока ниже этого уровня. Хотя до «лидера» –  Эстонии (59%) – нам еще далеко, но и от Греции, где к институту брака относятся серьезнее всего (лишь 7% внебрачных детей), мы отстали, видимо, навсегда. Что ж, будем утешать себя тем, что у них долгов больше.

 

 

Дорогие читатели! Поздравим друг друга с днем рождения: в июле нашему журналу исполняется 12 лет. Мы встретились с вами за это время 145 раз – именно столько вышло в свет номеров, включая сегодняшний.

Счет опубликованных в журнале статей давно пошел на тысячи. Это материалы о коренных и русскоязычных гамбуржцах, о прошлом и сегодняшнем дне города, который мы считаем своим. И надо признать, что какие бы темы ни поднимали авторы многочисленных публикаций, их главным героем был и остается наш замечательный, свободный и толерантный город Гамбург. Я уверена, что у каждого из читателей есть свой, особенный взгляд на него. Хотя за дюжину лет опубликовано немало признаний в любви к нашему городу, думаю, что мы не исчерпали даже малой доли широкой и яркой палитры читательских мнений о нем.

Понятно, что не каждому дано выразить свое отношение в достойных нашего города словах. Иногда кажется, что гораздо проще обратиться к средствам такой доступной сегодня цифровой фотографии, помноженной на могущество Интернета: мгновение – и твой любимый уголок Гамбурга смогут увидеть не только ближайшие друзья, но и совершенно незнакомые люди на другом конце земного шара. Вопрос только в том, чтобы фотография была сделана как минимум с душой, в противном случае ничей взгляд на ней не задержится.

За 12 лет мы опубликовали огромное количество снимков, и среди них бывали работы, достойные уровня фотографического искусства. Вместе с тем,  надо признать, что на страницах журнала Гамбург был гораздо реже представлен глазами художников. А ведь их в нашем городе немало, и многие с успехом рисуют и пишут его. За примером далеко ходить не надо: буквально в прошлом номере мы написали о выставке под названием «Hamburg. Live From Russia». Художники из Санкт-Петербурга Люся Елесина и Александр Альховский представили свое видение Гамбурга в помещениях фонда Carl-Toepfer-Stiftung (Lichtwarksaal, Neanderstraße 22).

Художник Александр Альховский www.alkhovski.de

Вот такие события порой служат толчком для очередной идеи. Вот я и подумала: а почему бы на сайте нашего журнала не собрать работы художников, пишущих Гамбург? Наш любимый город в акварели, пастели, гуаши или масле  – это могла бы быть виртуальная картинная галерея, дополненная ссылками на личные сайты художников, где читатели могли бы познакомиться с их творчеством более подробно.

Мы обязательно обдумаем и уточним детали этого проекта, но для начала  попросим представителей изобразительного искусства высказаться по поводу самой идеи. Для этого мы приглашаем всех на форум на нашей странице в Интернете www.buih.de. Лучшие работы о Гамбурге обязательно найдут свое применение в будущих проектах журнала, о которых мы расскажем позже.

В заключение хочу еще раз подчеркнуть, что журнал «У нас в Гамбурге» живет и развивается благодаря не только творческому опыту редакционно-авторской команды, но и благодаря верности своих читателей и рекламодателей.

Большое всем спасибо за 12 лет доверия!

Ваша

Елена Строяковская