Tag: Hansestadt

  • Ганзейские Города – Великий Новгород

    Средневековые города, входившие в Ганзейский союз, активно торговали с богатой мехами и воском Русью. На берегах реки Волхов располагался крупнейший на востоке Европы центр международного товарообмена.

    Формально Великий Новгород не входил в Ганзу, однако его связи с членами союза были столь активны и масштабны, что без города на Волхове было бы трудно представить себе международную торговлю того времени. Здесь  располагалась одна из крупнейших контор (филиалов) торгового союза, так что Великий Новгород по праву носит звание ганзейского. Это было официально подтверждено в 1993 году, когда он первым из российских городов стал членом «Новой Ганзы» – Ганзейского союза нового времени.

    До того, как Петр I прорубил окно в Европу, построив Санкт-Петербург, Новгород был главной «форточкой», через которую русские купцы общались со своими иноземными коллегами. С появлением на европейской карте новой столицы России экономическое значение Новгорода резко уменьшилось, хотя прежде оно было первостепенным. Волховский «бизнес-центр» находился на оживленном перекрестке путей «из варяг в греки» (из Скандинавии в Византию) и азиатско-балтийской торговой оси.

    Первые контакты горожан с купцами Западной Европы относятся к X веку. О торговле между новгородцами и норвежцами упоминается даже в скандинавских сагах. На острове Готланд, где в XII веке находился крупнейший центр торговли на Балтике, русские купцы чувствовали себя как дома. Предлагал Новгород, в основном, пушнину. Известно, что в середине XV века один только немецкий купец Виттенборг за три года продал 65 тысяч шкурок (как правило, белки и соболя), купленных им на берегах Волхова.

    Большим спросом пользовался также русский воск для производства свечей, которых для освещения залов и церквей требовалось огромное количество. Своего воска в Западной Европе не хватало, поэтому новгородские бортники могли не только обеспечивать им свой регион, но и продавать его за рубеж. Перевозили воск кругами (наподобие сырных) весом около 160 кг каждый. Покупали иноземцы и кожаную обувь, которой славился в то время Новгород.

    Основными статьями импорта было продовольствие (соль, пряности, сельдь, в неурожайные годы – хлеб), цветные металлы и предметы роскоши, в том числе дорогое сукно. Ткани для повседневных нужд поставляли местные ткачи, но для нарядной одежды новгородцы предпочитали заморские. Оборот сукна был огромным: в 1410 году немецкие купцы привезли в Новгород около 80 000 метров, и все это было продано в тот же год. Благодаря контактам с Ганзой торговля являлась одним из важнейших направлений городской экономики.

    Сегодня, когда Великий Новгород готовится к своему 1150-летию, здесь вновь вспоминают о прошлом. Каждый год в одном из городов «Новой Ганзы» проходят  так называемые Ганзейские дни. Буквально две недели назад они завершились на берегах Волхова. Ранее этот масштабный исторический праздник на российской земле не проводился. В программу новгородских Ганзейских дней входили экономический форум, парад исторических кораблей, стилизованная средневековая ярмарка, карнавал и фестиваль уличных театров. В рамках праздника в городе был открыт первый в России Ганзейский мемориальный комплекс.

    Он представляет собой круг из черного гранита диаметром около 8 метров, символизирующий стол переговоров. По его окружности расположены гербы 16 стран, города которых входят в «Новую Ганзу». Из центра круга бьет небольшой фонтан, а вокруг высажены яблони, специально привезенные из Германии. Завершает композицию бронзовый знак, установленный в конце 12-метровой каменной дорожки, ведущей от фонтана к реке Волхов. На этом знаке изображены  характерные для Средневековья торговые суда – новгородская ладья и ганзейский когг.

    Говорят, что новый мемориальный комплекс уже завоевал симпатии горожан и туристов, и благодаря ему в Новгороде появилась новая традиция. «Столешница» фонтана усеяна монетами, которые бросают «на счастье» российские ганзейцы и гости города на Волхове.

    Текст: Андрей Нелидов

  • Ганзейские города – Люнебург

    Белое золото спящей красавицы

    Мы продолжаем рассказ о городах Ганзы. Сегодня на очереди – наш сосед Люнебург, уже много веков стоящий посреди уникального для Германии степного ландшафта.

    Многие считают, что ганзейский город – это всенепременно порт на морском берегу. Но, во-первых, далеко не всегда порт: многие официальные члены Ганзы – города вполне сухопутные. Во-вторых, даже если и порт, то не всегда на берегу моря. Взять, к примеру, ту же «королеву Ганзы», как величали в средние века славный град Любек: от него до балтийского побережья по реке Траве – километров под двадцать. Или Бремен, от которого до Северного моря вниз по течению Везера свыше полусотни километров. А наш город от устья Эльбы вообще отделяют добрых 110 км.

    Но и он среди собратьев по Ганзейскому союзу далеко не рекордсмен по своей отдаленности от морского побережья. Например, еще дальше, километрах в пятидесяти за Гамбургом, стоит среди поросших можжевельником холмов и вересковых полей Люнебургской пустоши город с древним названием Леуфана. Под этим именем еще в 150 году описал его знаменитый греческий географ Птолемей Клавдий.

    География с коммерцией
    13 августа 956 года король Отто I даровал здешнему монастырю св. Михаила право сбора таможенной пошлины. А уже в 1158 году многие люнебургские купцы стали полноправными членами Торгового союза – предтечи Ганзы. В Ганзейский союз город приняли на первом же съезде (Hansetag) в 1356 году, чему имелись две веские причины: его географическое положение и коммерческое значение. Люнебург стоит в низовьях реки Ильменау, в 30 километрах от ее слияния с Эльбой, по которой до Северного моря ходу от силы часов шесть. Это география.

    Что же касается коммерции, то Люнебург исстари славился на всю Европу богатейшими залежами «белого золота», как тогда величали каменную соль. А поскольку нуждались в ней все, а пуще всех – норвежские рыбаки, солившие сельдь, основной продукт питания христиан Европы во время постов, то свое практически монопольное положение в этой сфере Люнебург использовал, говоря современным языком, на всю катушку. Достаточно сказать, что местную соль грузили на торговые суда не где-нибудь, а в Любеке – в «столице» Ганзы.

    В 1392 году город добился привилегии стать субъектом так называемого складского права. Оно обязывало всех проезжавших через Люнебург купцов временно перегрузить свои товары на местные склады (за плату, разумеется) и часть их продать. В противном случае – уплатить довольно большую пошлину. Причем это явно протекционистское складское право запрещало купцам миновать город, не заехав в него. А чтобы у них даже и мысли не возникло прошмыгнуть мимо, не уплатив, хитроумные люнебуржцы перегородили все остальные пути в окрестностях города целой системой рвов и насыпей, получивших название Lüneburger Landwehr. Остатки этих сооружений можно видеть и сегодня.

    Кроме выгодного географического положения и коммерческого значения Люнебурга, его процветанию поспособствовало еще одно обстоятельство. Дело в том, что у него изначально был город-конкурент – более древний Бардовик, располагавшийся в считанных километрах севернее. Точнее будет назвать его городом-сюзереном, у которого люнебуржцы находились буквально в вассальной зависимости. В начале XII века это был крупный центр торговли германцев со славянами. Здесь одних только церквей насчитывалось целых семь, тогда как в Люнебурге был всего один монастырь.

    И настолько жители Бардовика преисполнились гордости и самомнения, что когда герцог Саксонский и Баварский Генрих Лев возжелал прибрать их город к рукам, они воспротивились этому. Тогда Генрих, не мудрствуя лукаво, в 1189 году взял да и разрушил Бардовик. Более покладистые люнебуржцы, чужими руками избавившись от конкурента, согласились пойти под корону Льва. И не прогадали – как уже было сказано выше, город занял одно из важнейших мест в Ганзейском союзе. А Бардовик сегодня – это всего лишь один из пригородов Люнебурга.

    Бедность предков – во благо потомкам
    Но к XV веку Ганза стала терять свою силу. В немалой степени этому способствовало и снижение объемов вылова сельди в Балтийском море. Ганзейские города понемногу беднели и приходили в упадок. Не миновала эта участь и Люнебург: с середины XVI века из процветающего купеческого города он стал превращаться в глухую провинцию. «Резиденцией скуки» называл его Гете, чьи родители жили здесь с 1822 по 1826 год.

    Но была у великого немецкого поэта еще одна метафора для Люнебурга: «Город спящей красавицы». Объясняется она просто: с закатом Ганзейского союза лишь редким горожанам было по карману перестраивать старые дома, не говоря уж о том, чтобы строить новые. Вследствие этого исторический облик Люнебурга сохранился в первозданном виде вплоть до наших дней.

    Правда, над городом, избежавшим бомбежек Второй мировой, угроза разрушения нависла в начале 1960-х. Из-за острейшего дефицита жилья решался вопрос о сносе Старого города и возведении на его месте современных кварталов. Но жители отстояли свой древний Люнебург! Благодаря этому мы и сегодня можем любоваться целыми улицами кирпичных зданий в готическом стиле, сохранивших «аромат» Средневековья.

    Словно магнит притягивают Люнебург и его окрестности туристов со всех концов страны и из-за рубежа. Десятки экскурсионных маршрутов знакомят их с достопримечательностями этого редкого по своей красоте края: пешеходные – по городу и его музеям, в том числе и не знающему себе равных в мире Музею соли;

    лодочные – по реке Ильменау; автобусные и велосипедные – по реликтовой Люнебургской пустоши, уникальному явлению природы.

    В августе и сентябре здесь пышно цветет вереск, и тогда бескрайние (по меркам Германии, конечно) степные просторы превращаются в чарующий розово-фиолетовый ковер. На это чудо стоит взглянуть! Тем более что от нашего Главного железнодорожного вокзала до Люнебурга всего-то полчаса езды.

    Текст: Сергей Люшин