Author: Maria Stroiakovskaya

Текст: Евгений Виткин-Дранков

Имя настоятеля храма св. прав. Иоанна Кронштадтского протоиерея Сергия Бабурина хорошо известно большинству наших соотечественников, живущих в городе на Эльбе.
Наша беседа с отцом Сергием, как обычно называют настоятеля прихожане, происходила в его служебном кабинете. Здесь все: массивная Библия на письменном столе, картины, портреты патриарха Кирилла и других иерархов Русской Православной Церкви на стене – свидетельствует о вкусе хозяина и его административной связи с Русской Церковью.

А началась наша беседа с разговора о появившемся на экранах страны в годы перестройки фильме грузинского режиссера Тенгиза Абуладзе «Покаяние», в корне изменившем отношение многих из нас к религии.

– В фильме «Покаяние» звучит фраза о необходимости найти дорогу к храму, и о том, что первый шаг на этом пути – покаяние. Как Вы понимаете эту проблему, причем не только в церковном, но и в общечеловеческом смысле, и как лично Вам удалось эту дорогу найти?

– У проблемы, которую Вы затронули, много аспектов, но если выделить главное, то Храм – это прежде всего место встречи с Богом. Повеление создать храм, как сказано в Библии, мы слышим от самого Бога. Я думаю, что режиссер Тенгиз Абуладзе имел в виду потребность человека найти смысл бытия в своих отношениях с Творцом. Это можно понимать и в общечеловеческом смысле. Ради тех, кто ищет Творца, и создавал Господь наш мир. Вы правильно подметили связь этого поиска с покаянием. Слово «покаяние» на греческом языке означает изменение своего ума и изменение взгляда на жизнь.
Что же касается моей дороги к храму, то тут особый случай. Мне было 3 года, когда моя мама нашла дорогу к храму. Поэтому я вырос в церковном окружении, в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре. Многое я потом переосмыслил и впоследствии моя религиозность стала осознaнным выбором, но мои первые детские впечатления, связанные с Лаврой, пожалуй, одни из самые ярких духовных переживаний.

– Я слышал от ваших прихoжан, что Вы в своих проповедях часто рассказываете о Христе, о древниx пророках и апостолах так ярко и увлекательно, что у слушателей возникает ощущение, что Вы сами жили в то время и были лично знакомы со всеми библейскими персонажами. Не кажется ли Вам, что священнику, как и людям творческих профессий, необходимо обладать художественным воображением, даром импровизациии и в какой-то мере – навыками ораторского и актерского мастерства?

– Вы абсолютно правы. Все, перечисленное Вами – неотъемлемая, хотя и второстепенная, составляющая нашего служения, но используем мы все это не в плане лицедейства, а лишь для того, чтобы лучше донести до верующих наши мысли и чувствa.

– Ваш Храм освящен в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского. В советские годы о нем всегда говорили лишь в негативном плане. А между тем, это был яркий, талантливый и очень гуманный человек. И все-таки почему Храм, настоятелем котоpого Вы являетесь, носит его имя?

– Иоанн Кронштадтский был всю жизнь непримиримым борцом с ревoлюционным движением, постоянно пророчески предупреждал, что оно уничтожит Россию. Поэтому советская власть делала все, чтобы очернить его имя и даже уничтожить память о нем в народе. В Ленинграде верующие всегда шли к стенам Иоанновского монастыря на Карповке, где был погребен Кронштадтский батюшка. Мы назвали храм его именем, потому что он – один из самых выдающихся пастырей в истории Санкт-Петербурга, города-побратима Гамбурга.
С его примера во всей России начинается широкое социальное служение Церкви. Хочу обратить Ваше внимание на одну интересную деталь. У нас в храме перед входом в алтарь есть фреска, посвященная важнейшим событиям в жизни отца Иоанна. На одном из фрагментов фрески изобpажен момент, когда отец Иоанн Кронштадтский исцеляет иноверку. Это не чья-то выдумка, а реальный факт. Хорошо известно, что этой исцеленной молодой еврейкой была бабушка знаменитого православного священника Александра Меня.

– В связи с этим у меня к Вам еще один вопрос: как Вы относитесь к Александру Меню, и что привлекает Вас в нем?

– В Александре Мене меня привлекает то, что он, подобно Иоанну Кронштадтскому, был человеком, во многом опередившим свое время. Его не страшили никакие гонения и угрозы. А его труды и написанные им книги актуальны и в наши дни. Но самое главное, что вызывает мое почтительное отношение к нему, – что он остался верен своему долгу священнослужителя до самого смертного часа.
На месте трагической гибели отца Александра Меня воздвигнут храм, при котором открыт мемориальный музей, где хранятся его личные вещи и документы, связанные с его деятельностью. Я дружу с племянником Александра Меня – отцом Виктором Григоренко, который служит священником в том самом поселке Семхоз, где когда-то жил и трагически погиб отец Александр Мень.

– Однако вернемся к основной теме нашей беседы. Ведь первые детские впечатления, связанные с Троице-Сергиевой лаврой, определили впоследствии весь Ваш жизненный путь. Закончив Семинарию, а затем и Духовную Академию, Вы стали священником в одном из приходов Московской епархии. Затем в Вашей судьбе произошел крутой поворот, и Вы переехали из Москвы в немецкий город Гамбург. Расскажите, если можно, подробнее о своей жизни, о том, как началась Ваша пасторская деятельность в нашем городе.

– Когда я в 2003 году был назначен Священным Синодом Русской Православной Церкви на служение в Гамбург, у нашей православной общины не было постоянного церковного помещения. Богослужения проводились в лютеранском молитвенном доме, что было крайне неудобно и обременительно с точки зрения очень высокой арендной платы.
Мы начали искать более подходящее помещение и вскоре нашли его. Это была лютеранская кирха возле станции метро Messehallen. Нашей общине удалось приобрести в собственность этот храм, выкупив у города земельный участок на котором она стоит. Необходимые средства выделил тогда митрополит Кирилл, будущий патриарх Московский и всея Руси. Средства же на ремонт храма и его благоукрашение собирали всем миром. Были у нас и благотворители, но очень много сделали наши усердные и очень ответственные прихожане.
Митрополит Кирилл в 2007 году принял участие и в освящении храма. А через несколько лет после этого события, рядом с храмом был построен наш духовно-культурный и образовательный центр, названный Домом Чайковского. В нем работают кружки по интересам для взрослых и детей. У нас очень серьезно преподается русский язык и литература для детей, действуют художественная школа и театральная школа Елены Зотовой. На сцене концертного зала проводятся лекции, конференции, выступают популярные артисты и творческие коллективы, проводятся международные музыкальные фестивали «Дни Чайковского» и «Романсиада».
Есть в деятельности «Дома» еще одно направление – медицинское. Остеопаты и физиотерапевты из реабилитационного центра в сотрудничестве с врачами Эндоклиники делают все, чтобы помочь пациентам с заболеваниями опорно-двигательного аппарата и суставов, причем не только из Гамбурга, но и приезжающим из России, Украины и других стран.
Для строительства этого дома наша община взяла огромный банковский кредит, который нам очень непросто возвращать. Кратко скажу и о нашем проекте Православное кладбище Гамбурга. Это парк и комплекс деревянной архитектуры. Дважды в месяц в небольшом деревянном храме совершаются богослужения, после которых мы имеем возможность пообщаться за чашечкой чая.

– Расскажите, пожалуйста, о Вашей личной жизни. Какой Вы в быту, в семье? Собираются ли Вaши cыновья пойти по Вашим стопам?

– Что касается моей личной жизни, то она практически полностью связанa с заботой о наших храмах и Доме Чайковского. Большоe хозяйство требует многих хлопот. Я почти каждый день работаю в нашем церковнoм бюро. При необходимости вместе с другими батюшками выезжаем к больным, нуждающимся в нашей поддержкe, посещаем гамбургские тюрьмы. К сожалению, в семье я провожу меньше времени, чем хотелось бы. У меня большая и очень дружная семья. Пока никто из моих детей не проявил желания пойти по моим стопам, а подталкивать к этому я никого не хочу.

– Как Вы проводите свой отдых, чем увлекаетесь на досуге, еcть ли у Вас свое хобби?

– Раньше у меня было много увлечений, но теперь для них у меня не осталось времени. Осталась любовь к книгам и спортивный досуг с детьми. Мы с супругой и детьми любим путешествовать пo историческим и духовно значимым местам. В заключение скажу, что чем больше служу, тем больше убеждаюсь, что нет ничего интереснее, глубже и увлекательнее человеческой души, и по мере приближения к ней все остальное, что раньше сильно занимало, меркнет все больше.

– Ваши слова, отец Сергий, что нет ничего увлекательнее человеческой души, вселяют надежду. Спасибо Вам за искреннее и откровенное интервью. Успехов Вам во всех Ваших задумках и начинаниях. Дай Бог, чтобы в глазах, сердцах и душах людей всегда сиял целебный и спасительный свет Любви, Доброты и Милосердия.

Авторы: Т. Кравцева, О. Герлах, Е. Энгель-Зотова

Этот крупный культурный центр, где идет диалог русской и немецкой культур, известен многим. Здесь не только проводятся многочисленные концерты, литературные и театральные вечера, но и реализуется обширная образовательная программа.

Русская культура и язык
Вот уже почти пять лет в центре преподают русский язык и литературу. Ребята начинают заниматься с пяти лет и проходят полный курс русской и мировой классической литературы, изучают русский язык как родной, участвуют во многих проектах Дома Чайковского.
Одной из форм погружения в родную культуру и мотивацией к изучению языка стали международные школьные обмены. В прошлом году учащиеся Дома Чайковского были в гостях у ребят города Карловы Вары в Чехии. Помимо совместных уроков, мы вместе провели праздник Масленицы. В этом году нас ждут в Нижегородской авторской академической школе, где мы участвуем в проекте «Русские промыслы». Готовясь к нему, ребята изучают русские народные ремесла, пишут эссе и рефераты.

Помимо дальних поездок, мы путешествуем и по городам Германии. Знакомимся с местными достопримечательностями, проводя экскурсии на русском языке, в которых сами ребята становятся экскурсоводами.
Стало доброй традицией в дни Гамбургского порта совершать поход на российский парусник «МИР», где курсанты проводят для наших детей экскурсии на русском языке.

На уроках литературы ребята встречаются с современными детскими писателями, редакторами детских журналов (в будущем планируются подобные встречи онлайн), ветеранами Великой Отечественной Войны. Изучая литературные произведения, знакомятся и с одноименными театральными постановками.

Наши ученики участвуют в викторинах и литературных праздниках школы, в городских и международных языковых проектах. Так, в 2019 году учащиеся центра Дома Чайковского стали победителями международного конкурса эссе «Доброе дело» и были награждены поездкой в Софию (Болгария).

Есть у нас и занятия для взрослых по русскому языку как иностранному.

В Доме Чайковского проходят уроки в воскресной школе, на которых ребята изучают основы православной культуры. Занятия проводятся в двух возрастных группах: 5-9 лет и 10–15 лет.
Изобразительное искусство, театр и музыка

Пятый год Ольга и Александр Герлахи в своей художественной школе учат детей и взрослых рисовать в реалистической манере. Учащиеся осваивают азы рисунка, живописи и композиции, знакомятся с различными техниками и материалами. Работают в жанрах натюрморта пейзажа, портрета, пробуют себя в рисовании фигуры с натуры. Одна из основных целей школы – научить не только видеть форму и цвет, хотя и это совсем не просто, но и сравнивать, пропускать через призму своих чувств и ощущений, развивать «видение».

В группах – примерно по 10 человек, что позволяет работать индивидуально с каждым. Поэтому и начинающие легко вливаются в процесс изучения изобразительного искусства. Известно, что рисование в любом возрасте способствует концентрации внимания, расширению кругозора, да и просто позволяет отвлечься от повседневной суеты и зарядиться положительной энергие

Третий год в образовательном центре работает театральная студия под руководством Елены Эгель-Зотовой. За эти годы поставлены спектакли «Снежная Королева», «Сказка о царе Салтане», «Алиса в стране чудес. Возвращение», «Вовка в 3Д царстве», «Волшебник Изумрудного города», «Бременские музыканты».

На репетициях и спектаклях дети не только приобщаются к таинствам актерской профессии, но и получают возможность личностного роста. Занимаясь актерским мастерством, они становятся увереннее в себе, развивают творческое мышление, навыки общения, учатся ясно и красиво говорить. В студии занимаются дети с 3 до 15 лет. Основная цель и предназначение студии – постановка музыкальных спектаклей, в которых сочетаются хореография, вокал и драматургия.

На занятиях ставятся следующие задачи:
– развить актерский талант ребенка и систематизировать уже имеющиеся знания и творческие навыки,
– раскрыть творческий потенциал и придать уверенности, если ребенок слишком застенчив,
– направить бурную энергию непосед в мирное творческое русло,
– привить навыки публичных выступлений,
– научить ребенка «петь, танцуя» и «танцевать, подпевая».
Всего в студии 6 групп по 7-10 человек. Некоторые группы уже укомплектованы, но пройти отбор в них можно на конкурсной основе. В сентябре состоится набор девочек и мальчиков 3-6 лет и мальчиков 9 -15 лет без конкурса.
Под руководством Татьяны Милчевой образовательном центре проходят занятия вокальной группы «FLY». Это коллектив юных исполнителей, организованный при православной общине Храма Иоанна Кронштадтского в 2014 году. Название ансамбля обозначает «Лететь к своей мечте». Его цель – популяризация духовной и современной музыки, изучение и исполнение музыки разных стран. В репертуаре ансамбля – в основном композиции а капелла. Молодые исполнители активно участвуют в концертных программах Дома Чайковского, выступают и на других площадках. Старшая группа ансамбля поет на Литургии в Деревянном Храме Жен Мироносиц.

Наш духовно-образовательный центр открыт для всех желающих.

Расписание занятий по русскому языку и литературе – на сайте www.hamburg-hram.de. Записаться можно по телефону: 0176 49498398.

Занятия театральной студии проходят по субботам на сцене зала Чайковского.
Записаться на бесплатное ознакомительное занятие можно по телефону: 0177 8899404 или по электронной почте: lenazotti@yahoo.de.

Записаться в художественную школу можно по эл. почте: info@kunstschule-gerlach.de или по телефону: 0176 20752444.

Школьные рекорды
В новом учебном году одних только первоклассников в гамбургских школах набралось 15 437. А в целом число учащихся в системе общего среднего образования у нас впервые за многие десятилетия перевалило за 200 000. Это приводит к переполнению классов и нехватке педагогов.
Сенатор по делам школ Тиз Рабе (Ties Rabe) исполняет свои обязанности восемь с половиной лет и уже привык, что каждый год его «епархия» вынужденно ставит рекорды. И связаны они, как правило, с растущей численностью учащихся. Вот и в этом августе в школу пошло на 771 первоклассника больше, чем в прошлом году (плюс 5,3%).
Общее количество школьников в 414 общеобразовательных учебных заведениях достигло 201 310, что на 2 610 больше прошлогоднего уровня (плюс 1,3%). Впервые с начала 80-х годов прошлого века мы преодолели 200-тысячную отметку. При том, что число школьников в частных учебных заведениях сократилось примерно на 500 человек, поскольку закрылось сразу несколько католических школ. И тут вполне логичным будет задать сакраментальный вопрос, который занимает многих людей с самого юного возраста.

Откуда берутся дети?
Ответ на вопрос в его традиционном понимании вам и без меня известен. А вот о том, откуда дети появляются в гамбургских школах, стоит поговорить. Но давайте по порядку. Общий рост численности учащихся по большей части связан с увеличением их количества в 223 начальных школах. Сейчас там порядка 59 100 учеников, что на 1300 больше, чем в прошлом году. И это – почти половина всего прироста в системе общего среднего образования.
К 2024 году первоклассников станет почти на 20% больше, что потребует минимум тридцати пяти новых начальных школ. Сенат отвечает на этот вызов увеличением педагогического состава на 800 учителей ежегодно. За последние десять лет число учащихся выросло на 9,5%, преподавателей – почти на 27%. Их соотношение улучшилось с 13,7 до 12,3 ученика на одного учителя, что позволяет уменьшать наполненность классов. В наступившем учебном году государственные общеобразовательные школы насчитывают 14 167 учительских мест (плюс 333 по сравнению с прошлым годом) и тем самым становятся одним из крупнейших работодателей города.
Вы наверняка обращали внимание на растущую долю учащихся иностранного происхождения в наших учебных заведениях – что, впрочем, давно не новость. Эта тенденция характерна не только для мегаполиса на Эльбе, но и для всей Германии.
Однако недавно мы достигли в этой сфере знаменательного рубежа – в государственных начальных школах процент детей иммигрантов перевалил за 50. Это в среднем, а в шестидесяти пяти школах их доля превышает 70%. Да, именно так я и могу объяснить, откуда берутся дети – наши учебные заведения активно прирастают школьниками иностранного происхождения. И эти ученики распределены по школам очень неравномерно, что чревато проблемами с их интеграцией.
Оппозиционные партии часто упрекают в этом правящую красно-зеленую коалицию. Одним из решений, по мнению христианских демократов, могло бы стать ограничение доли учеников-иммигрантов в классе тридцатью пятью процентами. Такую квоту еще в 2006 году предлагало ввести Объединение немецких филологов (Deutsche Philologenverband), представляющее 90 000 учителей гимназий.

.
Взгляд со стороны
Можно долго спорить о плюсах и минусах роста иммиграции. Впрочем, о плюсах говорят мало, оно и понятно – нас, иммигрантов, любят не все. Однако с точки зрения «чистой» демографии, не отягощенной фактором происхождения приезжих, прирост населения выгоден стране в целом, а значит – и всем ее жителям. Это ведь прежде всего экономический вопрос – кому-то же надо будет работать лет через 15-20, чтобы пожилые граждане Германии, в том числе и мы с вами, могли получать пенсии или пособия.
Но если население страны не растет за счет рождаемости, это можно поправить за счет иммиграции – при условии, конечно, что приезжие и их дети будут работать, а не сидеть на шее у государства. Правда, следует признать, что это зависит как от самих иммигрантов, так и от государства тоже. Оно должно не только строже относиться к «вечным социальщикам» трудоспособного возраста, побуждая их к работе, но и активно создавать на рынке труда условия для организации новых рабочих мест.
Любопытно, что при обсуждении роста численности учащихся иностранного происхождения мы нередко смотрим на эту проблему как бы со стороны, причисляя себя к коренному населению Германии. Хотя еще недавно были на другой стороне баррикады – вспомним, сколько тревожных публикаций в немецкой прессе было в свое время посвящено нашей молодежи, приехавшей из Казахстана или России.
Но все опасения коренных жителей оказались напрасными, так что теперь в их сознании тема русских немцев фактически закрыта. Во-первых, уже потому, что переселенцы в целом успешно интегрировались в немецкое общество – как экономически, так и ментально. Во-вторых, опасения коренного населения Германии сейчас перенесены на другую категорию иммигрантов. Она менее близка немцам по ментальности, зато у нее все в порядке с рождаемостью, что и обеспечивает рост численности гамбургских школьников.
Тем не менее, с точки зрения статистики мы, приехавшие из постсоветских стран, такие же иммигранты, как беженцы из Сирии. В ежегодном статистическом докладе, представленном недавно сенатором Тизом Рабе, присутствует понятие «миграционный фон» (Migrationshintergrund). Мне кажется, что термин не совсем корректный, так как мигрантом считается и всякий немец, переехавший для работы в Гамбург из другой федеральной земли. Точнее было бы употреблять слово «иммиграционный» – то есть, характерный тех, кто въезжает в страну. Но «кто я такой, чтоб не пить?» (извините, Михаил Михайлович!).
У какого ребенка есть миграционный фон? Во-первых, у того, кто родился за пределами ФРГ или уже здесь, но не стал гражданином страны. Во-вторых, если хотя бы один из его родителей имеет иностранное происхождение. Тогда в школьную статистику естественным образом попадают и «фонящие» дети временно работающих в Германии зарубежных дипломатов. Русских немцев сенатор не упомянул, но похоже, что «фон» распространяется и на них, хотя по большому счету переселенцы не столько иммигранты, сколько репатрианты, так как возвратились на историческую родину.

Язык семьи
Г-н Рабе считает очень важным для нашей интеграции в немецкое общество такой показатель, как язык, на котором говорят в семьях школьников. И пока в 27% случаев это не немецкий язык (для сравнения – в 2010/2011 учебном году доля таких семей была около 23%). Хотя у меня лично – ощущение, что показатель сильно занижен, так как школьники тоже люди и при опросах склонны приукрашивать реальность. На деле же родным языком пользуется гораздо больше семей иммигрантов.
Конечно, есть и родители, старающиеся говорить с детьми на немецком. Но каков его уровень у самих иммигрантов? В большинстве случаев он не намного лучше, чем у детей, особенно если речь идет о первом поколении приезжих. А чтобы осваивать язык, лучше всего говорить с его носителем.
И вообще, я думаю, процент немецкого в семейных разговорах – не совсем точный показатель интегрированности школьников. По крайней мере, он верен далеко не для всех. Например, у тех детей, что родились уже в Германии и ходили здесь в детский сад, нет особых проблем с немецким языком. Им гораздо труднее сохранить родной язык, что не менее важно – и не только по соображениям «ностальгического» характера, но и чтобы впоследствии лучше выглядеть на рынке труда. Лишний язык, как известно, никогда не лишний.
К тому же родной для поддержания его на должном уровне не требует таких усилий, как другие языки,. Зато он может существенно облегчить ученику жизнь – например, в старших классах его можно выбрать в качестве второго иностранного. Но для начала нужно стараться просто пользоваться им. И если школьник говорит на родном языке в семье, в беседах с родственниками и друзьями по диаспоре, это еще не значит, что он недостаточно интегрирован в местную среду, поскольку при необходимости легко переходит на немецкий язык. Но совсем другое дело, если у ребенка с этим языком реальные проблемы.
Пять самых часто используемых языков в семьях иммигрантов – это турецкий (4,8% школьников), арабский (3%), русский (2,4%), дари, на котором говорят афганцы (1,9%) и польский (1,7%). Уровень знания немецкого языка среди этих учеников статистика не отражает, но по данным тестирования детей в подготовительных классах доля плохо владеющих немецким с годами растет, хотя всем ясно, что язык – это главный фактор успешной интеграции. И здесь дети с миграционным фоном нуждаются в финансовой и организационной поддержке со стороны Сената, чтобы иметь возможность посещать дополнительные языковые курсы и специальные лингвистические центры.
Пока что городская администрация не может похвастаться тем, что действует на опережение – она частенько вынуждена решать уже возникшие проблемы вместо того, чтобы думать наперед, предугадывая их появление. Но идеальных политиков, похоже, не бывает. О том, насколько довольны гамбуржцы правящей коалицией, мы узнаем уже в феврале 2020 года, когда пройдут очередные выборы в городской парламент.

Текст: Вера Венедиктова

Во время празднования Hafengeburstag в мае этого года стартовал «Год памяти и почитания» – инициатива общества «Papageifischland» и его партнеров. В его рамках отмечалось 80-летие беспримерного подвига команды пассажирского лайнера «Сент Луис» во главе с капитаном Шредером, самоотверженно спасавших беженцев-евреев из Германии. В цркви St. Trinitatis прошло торжественное богослужение, здесь же работала специальная выставка . Затем состоялось открытие памятного символа – якоря с «Сент Луиса» в парке «Kapitän-Schröder-Park» . Одна из целей «Года памяти и почитания» – противодействие проявлениям антисемитизма, которые, к сожалению, случаются все чаще.
Уже давно читателям журнала известна эта фамилия – Росины, о них мы писали неоднократно. Многие гамбуржцы знакомы с ними – одни вместе с Леонидом и Зинаидой увлеченно работали в небольшом парке, другие ходили c ними к могиле капитана Шредера на кладбище Nienstedtener, третьи совсем недавно пришли к якорю с «Сент Луиса». Для тех же, которые все-таки еще не знакомы с Росиными, кратко повторим их историю, потому что без этого не прочувствовать их целеустремленности и не оценить в полной мере результатов их многолетних нелегких усилий.
Приехав в Гамбург более двадцати лет назад, Леонид и Зинаида не стали сидеть сложа руки. Они ознакомились с историей города и своего района – Альтоны, узнали много нового о здешней жизни евреев с конца 16 века, и эта история захватила их. До прихода нацистов жизнь в еврейских кварталах Альтоны – на улицах Papageistrasse и Fischstrasse – была в основном мирной и добрососедской. Трагические события 30-40-х годов снесли с лица земли дома и жителей этих улиц.
И Росины решили восстановить историю этих мест, напомнить живущим сейчас людям о страшном прошлом, чтобы оно никогда не повторилось. Они создали общество «Papageifischland» и на месте руин еврейского квартала на клочке земли 100х50 метров рядом с кирхой St. Trinitatis разбили парк. Посадили цветы, оформили большую вазу и назвали ее «Зеленый мир», выложили из камней разрушенных в войну синагоги и близлежащих домов символическую «Слезу», куда можно принести землю с могил своих близких в разных странах.
Множество людей побывало в этом парке – жители города, школьники, ветераны войны, работники администрации района, муниципальные депутаты. Некоторые из них стали активно помогать в осуществлении задумок Росиных.
Следующий очень интересный проект – увековечение имени капитана Шредера. Национальный музей Холокоста «Яд ва-Шем» в Израиле присвоил Шредеру звание Праведника народов мира. А Сенат Гамбурга поддержал инициативу Росиных и присвоил его имя новому парку. Определены границы парка – территория от Рыбного рынка до исторического еврейского кладбища и от бывшей границы еврейского квартала (Pepenmölenbekstraße) до Kirchenstraße. Теперь нужно обустроить парк, сделать его местом памяти Густава Шредера и всех немецких праведников мира.
Практическую помощь энтузиастам в их благородном деле постоянно оказывают пастор Hauptkirche St. Trinitatis Torsten Morche и Seemannspastor der Nordkirche Matthias Ristau. Они ведут заседания, переписку и телефонные переговоры. Оба пастора провели богослужения в память капитана Шредера, внесли большой вклад в организацию специальной выставки в церкви St. Trinitatis, рассказывающей о подвиге капитана «Сент Луиса» и его команды.
Еще один партнер общества «Papageifischland» – Altonaer Stadtarchiv e.V. в лице его руководителя Вольфганга Вакано (Wolfgang Vacano). Он снабжает Зинаиду и Леонида историческими сведениями о жизни евреев в кварталах Альтоны, редкими фотографиями. От него они узнали, что на месте парка когда-то стояла большая синагога – самая крупная на севере Европы, в ней тогда служил знаменитый раввин Йозеф Карлебах. Эти исторические данные послужили основой для создания концепции инфо-центра и вебсайта парка.
Работники Морского музея (IMM), администрации района Альтона и депутаты помогли доставить якорь с «Сент Луиса» из Бремерхафена и установить его в парке имени Шредера.
К партнерам Росиных теперь с полным правом можно отнести и Гамбургскую либеральную еврейскую общину. На недавнем заседании ее правления Леонид Росин рассказал об осуществленных и планируемых проектах своего общества. Председатель общины Галина Жаркова поблагодарила энтузиастов за их самоотверженную работу и пообещала всемерную помощь.
Уже создана из членов общины специальная группа для информационной поддержки нового проекта и помощи в его осущеcтвлении. Вместе с группой инициаторам предстоит обсудить и обустроить Аллею праведников и благотворителей на территории, примыкающей к Рыбному рынку. А в тоннеле рядом стоящего моста – создать ниши, в которых будут размещены фотографии более 600 Праведников народов мира – немецких граждан, которые в годы войны спасали евреев.
«Представляя немецких праведников, – говорит Леонид Росин,- мы побуждаем людей к пониманию ужаса последствий антисемитизма». Уже сделан графический дизайн этого проекта. Проем в потолке тоннеля предлагается закрыть стеклянным куполом с мозаикой в форме кипы (Kippa), это будет отражением слогана, который теперь стал актуальным – «Кипа принадлежит Германии».
Предложения партнерской помощи от организаций и отдельных граждан приветствуются! Для контакта E-Mail: museumPFL@gmail.com

Текст: Юрий Шалимов
Перспектива

После полутора десятков лет споров и согласований начались работы по углублению и расширению судоходного фарватера Эльбы. Для Гамбурга это вопрос экономического выживания в конкуренции с другими портами Германии и Европы. Реализация долгожданного проекта сопровождается протестами из-за возможных негативных последствий экологического характера.
Не знаю, как вы, дорогой читатель, а я в свое время очень удивился, когда впервые узнал, что крупнейший морской порт Германии находится совсем не на берегу моря, а примерно в сотне километров от него. Другими словами, это фактически речной порт, который со времен Средневековья удерживает за собой пальму первенства в перевалке морских грузов.
Это, конечно, довольно круто, но следует признать, что с точки зрения современных экономических перспектив наш город с годами становится все более уязвимым даже по сравнению со своими отечественными конкурентами, не говоря уже о таких европейских гигантах, как голландский Роттердам и бельгийский Антверпен.
Пока что Гамбург еще держится за ними, занимая третье место в Европе по обороту контейнеров, однако тенденция радовать нас не может. Если Роттердам и Антверпен за последние десять лет увеличили свой оборот более чем на 27%, то в нашем порту он не только не вырос, но даже снизился почти на 11%. При этом Бремерхафен за то же время добился уверенного роста оборота на 13% и продолжает наступать нам на пятки. Если так пойдет и дальше, он довольно скоро отберет у нас звание крупнейшего морского порта Германии. А в чем, собственно, причина гамбургского отставания?

Речная ловушка
Дело в том, что наш мегаполис в гораздо большей степени, чем конкуренты, зависит от своего географического положения, а точнее – от Эльбы, от полноводности реки, от состояния ее дна. И будущее нашего порта трудно назвать безоблачным. Угроза для его экономических перспектив исходит с двух главных направлений. Первое – радикальное обмеление Эльбы – пока что можно рассматривать лишь как теоретическое, но все-таки потенциально опасное с учетом прогнозов глобального изменения климата с последующим пересыханием основных притоков реки. С другой стороны, потепление способно частично компенсировать потерю воды в Эльбе за счет повышения уровня Мирового океана – если таковое, конечно, будет.
Поэтому гораздо реальнее представляется угроза со стороны уже существующих тенденций в судостроении. Современный рынок морских грузоперевозок требует все более крупных судов, у которых большая осадка. Если для глубоководных портов это проблемой не является, то для Гамбурга становится постоянной головной болью, так как глубина Эльбы имеет свои пределы.
Например, контейнеровоз-гигант OOCL Hong Kong, вмещающий более 21 тысячи стандартных морских контейнеров (TEU), при полной загрузке имеет осадку 16 м, а глубина Эльбы позволяет лишь 15,1 м, да и то в условиях прилива. Это значит, что такое судно вообще не имеет шансов зайти в наш порт, если его предварительно не разгрузить для уменьшения осадки. Поэтому маршруты больших контейнеровозов планируются так, чтобы на пути в Гамбург оставить часть груза в тех городах, где глубины позволяют этим судам швартоваться у причалов. То есть, схема доставки усложняется, что чревато дополнительными затратами. Налицо явный экономический проигрыш по сравнению с глубоководными портами.
Поэтому фарватер Эльбы на участке между Глюкштадтом и границей Гамбурга нуждается в углублении с тем расчетом, чтобы независимо от приливов и отливов в порт могли входить и выходить из него суда с осадкой 14,5 м (сейчас норма – 13,5 м). Углубление реки на один метр позволяет увеличить загрузку каждого судна в среднем на 1 300 контейнеров, что в годовом исчислении обеспечивает городу рост оборота на три миллиона TEU без привлечения дополнительных судов. Вот ради чего в конце июля на Эльбе появились землечерпалки, которые начали поднимать со дна реки излишек грунта.

История вопроса
Вообще-то говоря, поддерживать соответствующую требованиям глубину фарватера приходится постоянно. Не успело в 2000 году завершиться очередное, восьмое по счету углубление Эльбы, как тут же начались разговоры о необходимости девятого – размеры строящихся контейнеровозов росли, как на дрожжах. Сейчас гигантские суда на Эльбе способны разойтись друг с другом лишь на специальном участке реки (так называемый Begegnungsbox), где именно с этой целью расширен фарватер. Но и он сегодня уже недостаточно широк.
Хотя первые заявки на углубление Эльбы были поданы в 2002 году, приходится констатировать, что нынешние работы начались с опозданием на полтора десятилетия. Потому что к 2007 году рост контейнерного оборота в гамбургском порту фактически обнулился. Негативную роль сыграл здесь, безусловно, и мировой финансово-торговый кризис, но если порты-конкуренты вышли из него без видимых потерь, то наш порт, по большому счету, с тех пор так полностью и не оправился. Его докризисный годовой оборот контейнеров резко упал с десяти до семи миллионов, но потом все же стабилизировался чуть ниже отметки девять миллионов.
Сейчас в мировом рейтинге портов мы находимся лишь на 19-м месте. Правда, весной этого года был зафиксирован первый достойный внимания прирост оборота контейнеров – на 6,4%, но за это следует благодарить судововладельческую компанию Hapag-Lloyd, которая перенесла в Гамбург конечную точку сразу четырех своих трансатлантических маршрутов.

Запоздалый старт
Постоянная техническая корректировка планов, жалобы природоохранных организаций и связанные с этим длительные судебные процессы, многочисленные юридические согласования проекта на федеральном и особенно – европейском – уровнях стоили нашему городу 16 фактически потерянных лет (бюрократия, кстати, – одна из причин, почему Великобритания решила свалить из ЕС).
Сейчас работы наконец-то начались, причем планы предусматривают не только углубление фарватера, но и его расширение: на участке от Гамбурга до Веделя – с 250 до 270 м, от Веделя до Глюкштадта – с 300 до 320 м. Семикилометровый Begegnungsbox между Виттенбергом и Веделем будет расширен до 385 м, благодаря чему количество проходящих по реке судов достигнет 2 800 в год, что вдвое больше, чем сегодня. Предусмотрена также модернизация навигационного оборудования на речном фарватере.
Кроме того, в общий пакет проекта входит ряд мероприятий, которые призваны компенсировать нарушение экологического баланса в русле реки. Это явная уступка природоохранным организациям, которые хотя и не смогли остановить работы, но кое-что все-таки выторговали для защиты редких видов животных и растений. Кстати, по данным экологов, нынешний этап углубления Эльбы является самым крупным за всю историю – объем извлеченного со дна реки грунта должен составить примерно 40 млн кубометров.
С точки зрения гамбургских защитников природы, проводимые работы – настоящая катастрофа для окружающей среды в русле Эльбы. Именно поэтому они в кооперации с коллегами из Нижней Саксонии и Шлезвиг-Гольштейна многое сделали для того, чтобы маршруты крупных контейнеровозов заканчивались не в Гамбурге, а в глубоководном порту Jade-Weser-Port в Вильгельмсхафене. Но это означает, что вырученные средства потекут в Нижнюю Саксонию, минуя наш бюджет. С чем администрация города никак не может согласиться, предпочитая инвестировать огромные суммы в очередное углубление реки.

Денежный вопрос
Общие затраты на реализацию проекта предварительно оцениваются в 776 млн евро, что сопоставимо с расходами на строительство печально известной Elbphilharmonie. При этом федеральный центр берет на себя около 490 млн евро, а на долю Гамбурга останется 286 млн евро. Правда, опыт предыдущих масштабных проектов показывает, что к 2021 году, когда работы планируется завершить, итоговая сумма затрат может изрядно подрасти.
Еще раз обращу ваше внимание на то, что углубление Эльбы носит циклический характер, причем с годами расходы города на эти цели стремительно растут. А ведь наряду с проблемой фарватера есть еще одна беда похожего характера – постоянное заиливание дна в самом порту. Некоторые специалисты даже утверждают, что чем больше мы углубляем реку в ее нижнем течении, тем больше ила она приносит в порт во время приливов.
Хотя эта гипотеза пока не признана официально, факт остается фактом – наш город с каждым годом тратит все больше средств на то, чтобы поднять ил со дна и вывезти его за пределы мегаполиса. И порой возникает ощущение, что мы выкладываем деньги из одного кармана, чтобы потом положить их в другой. А может, нам просто отказаться от масштабного углубления фарватера? Вдруг мы сэкономим на этом суммы, сравнимые с потерями от снижающегося оборота контейнеров? Надо будет прикинуть на досуге…