Tag: политика в Гамбурге

Текст: Андрей Нелидов

Фото: Sven Teschke

Год правления «красно-зеленой» коалиции позволяет наряду с общими итогами ее работы оценить и деятельность конкретных руководителей администрации.

Напомним, что исполнительную власть у нас осуществляет Сенат. Местная администрация называется так лишь в трех федеральных землях (Гамбурге, Берлине и Бремене). В немецкой истории было еще три подобных примера: в свое время сенатами управлялись Любек, Франкфурт-на-Майне и Данциг, имевшие статус вольных городов. В современной России администрацию схожих с федеральными землями регионов (краев и областей) называют правительством. Наше земельное правительство как раз и составляют члены Сената – дюжина управленцев во главе с первым бургомистром.

Кстати, тем, кто в нашем городе недавно, поясним, что первый бургомистр – вовсе не первый в смысле исторической очередности: за минувшие века на этой должности побывало изрядное количество людей. В данном случае «первый» означает «главный, старший», в Сенате есть и его заместитель – второй бургомистр.

С апреля прошлого года представляющий социал-демократов «городской голова» Олаф Шольц работает в связке с «зеленым» заместителем Катариной Фегебанк. Таковы условия коалиционного договора: лидеры партий-партнеров обычно занимают ведущие посты. Поскольку «зеленые» на выборах получили гораздо меньше голосов, чем «красные», они являются младшими партнерами по коалиции, и у них в Сенате всего три места из двенадцати.

Катарина Фегебанк

Будучи заместителем Шольца, она исполняет также функции сенатора по делам науки и образования. И если уж речь зашла о ней, начнем анализ работы членов городского правительства именно с представителей «зеленых». Сама Фегебанк в числе прочего курирует вопросы высшей школы, где ситуация к началу ее деятельности на этом посту была довольно напряженной. В последнем договоре с вузами Сенат, тогда еще полностью «красный», увеличил их годовой бюджет на смехотворные 0,88%, от чего высшая школа была, мягко говоря, не в восторге. Так что ко времени появления «зеленого» сенатора это направление деятельности напоминало минное поле.

Несмотря на постоянные жалобы вузов на недостаточное финансирование Фегебанк удалось изменить к лучшему отношения между ними и городским правительством. Это произошло благодаря в том числе и личным качествам и доброжелательной манере общения молодого сенатора. Самые гармоничные отношения сложились у нее с президентом нашего университета Дитером Ленценом. В сентябре 2015 года Сенат и вузы выработали декларацию «Вместе за науку в Гамбурге».

И все же атмосфера сотрудничества между ними далека от идеальной: этой весной именно Ленцен был возмущен новым постановлением городской администрации, регулирующим количество учебных мест в университете. Его руководство недовольно и медленными темпами ремонтных работ в кампусе. Неожиданной для Фегебанк стала отставка Жаклин Оттен – президента института прикладных наук (HAW), второго по значимости вуза в Гамбурге. Эта должность до сих пор не занята, что добавляет головной боли не только руководству HAW, но и сенатору.

Позитивным фактором стала поддержка со стороны Торговой палаты, которая после крушения олимпийских планов переключилась на гамбургскую науку. У нашего города хороший уровень развития в математике, информатике, технике и естественных науках. И Фегебанк, судя по всему, предпочитает делать акцент именно на его сильных сторонах, а не раздавать «всем сестрам по серьгам». О этом говорит активное строительство новых исследовательских объектов – таких, как Центр морской логистики Фраунхофера (Fraunhofer Center für Maritime Logistik und Dienstleistungen (CML)) и Кампус «зеленых» технологий в Харбурге (Innovations Campus für Grüne Technologien – ICGT).

Тилль Штеффен

Он занимает пост сенатора по делам юстиции уже во второй раз, первый был несколько лет назад – в составе «черно-зеленой» коалиции. Вообще-то должность считается относительно спокойной, но сейчас она Штеффену явно такой не показалась. Буквально с первых недель ему пришлось играть роль кризисного менеджера, ликвидируя первую проблему в истории «красно-зеленой» коалиции.

Гамбургские судьи направили ему коллективное письмо, где говорилось, что наше правовое государство не выполняет своих задач – из-за перегруженнности сотрудников судопроизводство по уголовным делам длится слишком долго. И словно в подтверждение чуть позже  из следственного изолятора отпустили двоих, задержанных по подозрению в убийстве, потому что не имели права держать их за решеткой дольше оговоренного законом срока. Сенатору пришлось срочно реагировать на эту скандальную ситуацию и нанимать на работу еще одиннадцать судей.

Из-за перегруженности предпочел раньше времени уйти на пенсию генеральный прокурор Лютц фон Зелле, тоже оставивший сенатору многостраничное письмо с перечнем внутренних проблем ведомства. Правда, этой неожиданной отставке есть и другое объяснение: Штеффен не одобрил стиль работы генерального прокурора с подчиненными, и тому оставалось только уйти. Если это так, то сенатор проявил себя весьма решительным руководителем, который заботится о рабочей атмосфере в своем ведомстве. Любопытно, что когда-то именно Штеффен пригласил фон Зелле на место генерального прокурора.

Сенатор борется за то, чтобы суд и прокуратуру – по примеру полиции и пожарной службы – освободили от необходимости экономить на кадрах. Других вопросов это не касается: Штеффен, в частности, намерен закрыть тюрьму Hahnöfersand, так как ее реконструкция может обойтись слишком дорого – в 16,5 млн евро. Дешевле будет по договоренности с коллегами из соседней федеральной земли перевести заключенных в Ноймюнстер и Шлезвиг. Впрочем, специалисты считают эти планы весьма спорными, поскольку тогда (внимание!) родственникам на свидания с осужденными будет сложнее добираться. Кого бы это волновало, например, в России?

Позиция Тилля Штеффена по некоторым вопросам получила известность даже на федеральном уровне. После рождественских событий в Кельне и Гамбурге он одним из первых потребовал ужесточения уголовного законодательства по делам сексуального характера. Странно, что у нас в Германии преступные действия нахалов, хватающих совершенно незнакомых женщин за грудь, законом пока фактически не наказуемы.

Гамбургская инициатива об изменении законодательства, к которой в Бундесрате присоединились еще три федеральных земли, согласуется с выработанной ООН формулой  – «Нет» значит «нет». То есть, вербально выраженного несогласия женщины должно быть достаточно для уголовного преследования виновного при наличии доказательств самого факта сексуального домогательства.

Йенс Керстан

Логично, что вопросы защиты окружающей среды у нас в городе курирует представитель «зеленых». Но его достижения на этом посту трудно оценить как однозначно положительные. Да, в пользу сенатора говорят увеличение в три раза объема средств, выделяемых для высадки деревьев на улицах, и объявление трех новых территорий природоохранными зонами. Да, новый этап инициативы о раздельном сборе мусора поможет сделать переработку отходов более дружественным к окружающей среде процессом. Да, в чем-то полезными могут стать призывы к более «экологичным» покупкам – вроде отказа от приобретения кофе в капсулах. Но этого явно недостаточно.

Еще в 2014 году соответствующие структуры Евросоюза потребовали от руководства города снизить уровень загрязнения воздуха, но с тех пор в некоторых традиционных пунктах измерения он даже вырос. При этом ведомство, руководимое г-ном Керстаном, намерено представить новый план борьбы за чистоту нашей атмосферы лишь в 2018 году. Кроме того, сенатор дважды не выполнил обещания, упомянутые в коалиционном договоре. Во-первых, из-за наплыва беженцев все-таки застраиваются территории в некоторых природоохранных зонах. Во-вторых, давно устаревшая электростанция Ведель (на угле), не только до сих пор не закрыта, но будет работать как минимум до 2021 года. А давно планировавшуюся газовую станцию так и не построят.

Мало конкретного сделано за первый год для борьбы с шумом на улицах и в районе аэропорта. Пока не очень ясно с перспективами развития центрального отопления. При этом сам сенатор выглядит вполне довольным, чего нельзя сказать о его бывшем деловом партнере, руководителе всегерманской природоохранной организации BUND Манфреде Брааше. Он склонен оценивать деятельность Йенса Керстана весьма критически: «Мы видим пока слишком мало прогресса в защите окружающей среды».

(Продолжение в следующем номере)

 

Пенсионная десятка

Российские пенсионеры в Гамбурге пока не могут рассчитывать на дополнительные 10 евро. Законопроект, внесенный депутатом Николаем Гауфлером, при голосовании большинства не набрал. Однако борьба за права наших пенсионеров еще не окончена.

На фото: Генеральный консул России Сергей Ганжа и депутат Николай Гауфлер

Бывшая россиянка, а ныне жительница Гамбурга Валентина А. достигла пенсионного возраста теперь уже и по немецким меркам. Жить бы да радоваться, но как раз тут-то и начались ее неприятности. Казалось бы, спасибо России уже за то, что не забывает о своих пенсионерах и за границей (остальные страны бывшего СССР своим эмигрантам вообще ничего не платят), к тому же 180 евро из российской пенсии Валентины – заметная прибавка к ее скромному бюджету. В последнее время она получала минимальную выплату по возрасту (Grundsicherung im Alter) и только-только привыкла к новым суммам, как вдруг ей приходит письмо из гамбургского пенсионного ведомства с требованием срочно предоставить необходимые документы о ее российской пенсии, которую будут полностью высчитывать из немецкого пособия.

По данным, которые предоставил нашей редакции депутат гамбургского Законодательного собрания Николай Гауфлер, у нас в городе как минимум 640 российских пенсионеров находятся в той же ситуации, что и Валентина: «Пожилые люди собирают документы, каждый год едут в консульство, взваливая на себя массу хлопот, – а в конечном счете имеют тот же социальный минимум, что и все остальные. При этом они не имеют права отказываться от российской пенсии, если не отказываются от российского гражданства», – рассказывает Николай Гауфлер.

Однако Валентина решила не мириться со сложившейся ситуацией и стала собирать информацию по этой теме в других федеральных землях. Оказалось, что там подходят к проблеме по-разному. Например, от знакомых она узнала, что во Франкфурте-на-Майне власти пошли на некоторые уступки нашим пенсионерам. Город признал, что на банковский перевод пенсионной суммы и на поездки в консульство уходит не только время, но и деньги пожилых людей. Поэтому им решили оставлять по десять евро в месяц. Есть и еще более показательный пример: в Нюрнберге российским пенсионерам оставляют 50 евро.

Депутат Гауфлер решил использовать эти прецеденты и внести в Законодательное собрание Гамбурга соответствующий законопроект, начав со скромной суммы 10 евро: «Конечно, это выглядит цинично: люди работали всю жизнь, а им оставят от заработанной пенсии всего десять евро, за которые еще  придется побороться, – говорит Николай. – Однако нужно было сначала как-то привлечь внимание местных политиков к ситуации с нашими пенсионерами и улучшить ее хотя бы минимально. Ведь на городском уровне никто об этом понятия не имеет».

Голосование в гамбургском Законодательном собрании состоялось 14 июня. К сожалению, его инициатору не удалось «попасть в десятку»: социал-демократы, имеющие в городском парламенте большинство (62 голоса), дружно провалили предложение Гауфлера. Мотивировка: в бюджете нет лишних денег (хотя речь шла о весьма незначительной сумме). Обратим внимание на то, кто стал на сторону российских пенсионеров: за проект Николая проголосовали христианские демократы (28), «зеленые» (14) и «левые» (8). Этих голосов, к сожалению, не хватило, к тому же либералы (9) воздержались. Однако Николай не унывает – он уверен, что борьба еще не закончена: «В ноябре будем принимать новый бюджет, и я обязательно внесу в него соответствующую поправку. А в перспективе нужно думать о подписании российско-германского пенсионного соглашения на государственном уровне».

Это необходимо для того, чтобы Россия и Германия при учете российских пенсионных выплат могли действовать напрямую, избавляя самих пенсионеров  от хлопот по оформлению документов и переводу сумм на немецкие счета. Чтобы подход ко всем пенсионерам был единый, не зависящий от компетентности того или иного делопроизводителя.

И то, что часть пенсии должна оставаться в распоряжении людей, тоже не подлежит сомнению: ведь оставляют же определенную сумму тем, кто официально прирабатывает к пособию. Чем же пенсионеры хуже? Если они вносят в бюджет Германии заработанные в России средства, то имеют право хотя бы на минимальную компенсацию.

Текст: Н. Штарк

Фото: В. Фальтер