Белое золото спящей красавицы
Мы продолжаем рассказ о городах Ганзы. Сегодня на очереди – наш сосед Люнебург, уже много веков стоящий посреди уникального для Германии степного ландшафта.
Многие считают, что ганзейский город – это всенепременно порт на морском берегу. Но, во-первых, далеко не всегда порт: многие официальные члены Ганзы – города вполне сухопутные. Во-вторых, даже если и порт, то не всегда на берегу моря. Взять, к примеру, ту же «королеву Ганзы», как величали в средние века славный град Любек: от него до балтийского побережья по реке Траве – километров под двадцать. Или Бремен, от которого до Северного моря вниз по течению Везера свыше полусотни километров. А наш город от устья Эльбы вообще отделяют добрых 110 км.
Но и он среди собратьев по Ганзейскому союзу далеко не рекордсмен по своей отдаленности от морского побережья. Например, еще дальше, километрах в пятидесяти за Гамбургом, стоит среди поросших можжевельником холмов и вересковых полей Люнебургской пустоши город с древним названием Леуфана. Под этим именем еще в 150 году описал его знаменитый греческий географ Птолемей Клавдий.
География с коммерцией
13 августа 956 года король Отто I даровал здешнему монастырю св. Михаила право сбора таможенной пошлины. А уже в 1158 году многие люнебургские купцы стали полноправными членами Торгового союза – предтечи Ганзы. В Ганзейский союз город приняли на первом же съезде (Hansetag) в 1356 году, чему имелись две веские причины: его географическое положение и коммерческое значение. Люнебург стоит в низовьях реки Ильменау, в 30 километрах от ее слияния с Эльбой, по которой до Северного моря ходу от силы часов шесть. Это география.
Что же касается коммерции, то Люнебург исстари славился на всю Европу богатейшими залежами «белого золота», как тогда величали каменную соль. А поскольку нуждались в ней все, а пуще всех – норвежские рыбаки, солившие сельдь, основной продукт питания христиан Европы во время постов, то свое практически монопольное положение в этой сфере Люнебург использовал, говоря современным языком, на всю катушку. Достаточно сказать, что местную соль грузили на торговые суда не где-нибудь, а в Любеке – в «столице» Ганзы.
В 1392 году город добился привилегии стать субъектом так называемого складского права. Оно обязывало всех проезжавших через Люнебург купцов временно перегрузить свои товары на местные склады (за плату, разумеется) и часть их продать. В противном случае – уплатить довольно большую пошлину. Причем это явно протекционистское складское право запрещало купцам миновать город, не заехав в него. А чтобы у них даже и мысли не возникло прошмыгнуть мимо, не уплатив, хитроумные люнебуржцы перегородили все остальные пути в окрестностях города целой системой рвов и насыпей, получивших название Lüneburger Landwehr. Остатки этих сооружений можно видеть и сегодня.
Кроме выгодного географического положения и коммерческого значения Люнебурга, его процветанию поспособствовало еще одно обстоятельство. Дело в том, что у него изначально был город-конкурент – более древний Бардовик, располагавшийся в считанных километрах севернее. Точнее будет назвать его городом-сюзереном, у которого люнебуржцы находились буквально в вассальной зависимости. В начале XII века это был крупный центр торговли германцев со славянами. Здесь одних только церквей насчитывалось целых семь, тогда как в Люнебурге был всего один монастырь.
И настолько жители Бардовика преисполнились гордости и самомнения, что когда герцог Саксонский и Баварский Генрих Лев возжелал прибрать их город к рукам, они воспротивились этому. Тогда Генрих, не мудрствуя лукаво, в 1189 году взял да и разрушил Бардовик. Более покладистые люнебуржцы, чужими руками избавившись от конкурента, согласились пойти под корону Льва. И не прогадали – как уже было сказано выше, город занял одно из важнейших мест в Ганзейском союзе. А Бардовик сегодня – это всего лишь один из пригородов Люнебурга.
Бедность предков – во благо потомкам
Но к XV веку Ганза стала терять свою силу. В немалой степени этому способствовало и снижение объемов вылова сельди в Балтийском море. Ганзейские города понемногу беднели и приходили в упадок. Не миновала эта участь и Люнебург: с середины XVI века из процветающего купеческого города он стал превращаться в глухую провинцию. «Резиденцией скуки» называл его Гете, чьи родители жили здесь с 1822 по 1826 год.
Но была у великого немецкого поэта еще одна метафора для Люнебурга: «Город спящей красавицы». Объясняется она просто: с закатом Ганзейского союза лишь редким горожанам было по карману перестраивать старые дома, не говоря уж о том, чтобы строить новые. Вследствие этого исторический облик Люнебурга сохранился в первозданном виде вплоть до наших дней.
Правда, над городом, избежавшим бомбежек Второй мировой, угроза разрушения нависла в начале 1960-х. Из-за острейшего дефицита жилья решался вопрос о сносе Старого города и возведении на его месте современных кварталов. Но жители отстояли свой древний Люнебург! Благодаря этому мы и сегодня можем любоваться целыми улицами кирпичных зданий в готическом стиле, сохранивших «аромат» Средневековья.
Словно магнит притягивают Люнебург и его окрестности туристов со всех концов страны и из-за рубежа. Десятки экскурсионных маршрутов знакомят их с достопримечательностями этого редкого по своей красоте края: пешеходные – по городу и его музеям, в том числе и не знающему себе равных в мире Музею соли;
лодочные – по реке Ильменау; автобусные и велосипедные – по реликтовой Люнебургской пустоши, уникальному явлению природы.
В августе и сентябре здесь пышно цветет вереск, и тогда бескрайние (по меркам Германии, конечно) степные просторы превращаются в чарующий розово-фиолетовый ковер. На это чудо стоит взглянуть! Тем более что от нашего Главного железнодорожного вокзала до Люнебурга всего-то полчаса езды.
Текст: Сергей Люшин
